Мир, который перевернулся с ног на голову

POV Седьмой (в прошлом Ред)

      Примерно месяц после побега я бродяжничал. Около недели мне пришлось просить милостыню. Давали совсем немного, столько, что с трудом набиралось на хлеб. Желудок непрерывно урчал, бушевал, а иногда и так кричал, что проходящие мимо люди со страхом смотрели на источник шума. В общем, бедный орган пожирал самого себя.       Я честно выполнял задание Неа, и на шестой день рука перестала быть похожей на тряпку, а на следующий день, я пошел воровать.       Мы с братом выбирали жертву. Он рассказывал мне разные уловки, а я выполнял. Денег накапливалось много, но все уходило на еду. Я начал считать, что вместо желудка у меня находится бездонная яма. Так как обкрадывал я аристократов, то вся полиция стояла на ушах, а я был, как бы, в розыске. Именно благодаря им я научился быстро бегать.       Прошел еще месяц. Все шло как обычно. Идущие куда-то люди что-то покупали, куда-то спешили и не замечали сидящего на крыше злобного меня, ведь я выглядывал очередную жертву.       «Неа, давай вот того», — спросил я у брата.       «Не-е-е…. Бедновато выглядит. Бери вон того, что стоит у продуктовой лавки».       «Тот, который в дорогом костюме и с цилиндром? Хорошо».       Я спрыгнул с крыши на навес ближайшего магазинчика и пошел за ничего не подозревающим мужчиной. Он скрылся в толпе, и я подумал, что потерял его, но ошибся. Аристократ о чем-то разговаривал с женщиной. Она была не самая приятная из всех знакомых дам, что я успел повидать на площади. Всегда ходит с поднятым подбородком и что-то высматривает своими маленькими глазками. Неприятная женщина. Я подошел к мужчине и аккуратно его толкнул.       — Извините, — буркнул я, незаметно убирая бумажник.       — Стой, мальчик! — Крикнул аристократ и вцепился в мою здоровую руку.       — Вы что-то хотели? — Вежливо поинтересовался я.       — Ты ничего не хочешь мне вернуть? — Он внимательно меня осмотрел.       «Братиш, надо бежать», — сказал Неа, на что я мысленно угукнул.       — Отпустите меня. — Я всячески крутился, изворачивался в его в руке, но хватка у мужчины была железная. Я даже полностью повис на ней, раскачиваясь, как на качелях, но все было бесполезно.       — Это же тот мальчик, что ворует у знатных людей их сбережения! Нахальный мальчишка! Люди честным трудом зарабатывали эти деньги, а ты их украл! Вот что из тебя может вырасти? Убийца! Вор! Маньяк! — Начала кричать женщина.       — Они все сами виноваты. Нечего по улицам с полными кошельками ходить и ими же хвастаться! — Пошел я в атаку, все так же качаясь на руке мужчины. Мне начало это нравиться. Только вот рука затекать начала. — Сами виноваты!       — Гляньте, каков нахал! И куда твои родители смотрят? Передайте его мне. Уж я-то о нем позабочусь. Отведу его куда надо. — От слов этой женщины мне стало не по себе.       — Не стоит себя утруждать, леди Маргарет, я сам его отведу, — сказал мужчина и наконец-то поставил меня на землю. Я дернулся, но меня остановила появившаяся на плече рука.       «Мне крышка».       — До встречи, — сказал аристократ и, не дождавшись ответа, куда-то меня повел.       Я снова попытался вырваться, но попытка бегства была жестко остановлена. Я почувствовал, как волосы коснулись щеки, и я услышал тихий шепот.       — Можешь не пытаться сбежать. Я не поведу тебя в полицию. Просто хочу поговорить, а потом отпущу тебя на все четыре стороны. Согласен? «Думаю, стоит согласиться», — посоветовал Неа.       — Ладно, — сквозь зубы пробурчал я.       — Вот и хорошо.       Я опустил голову и задумался. Что хочет этот мужчина? Зачем ему я? Может он один из тех, кто проводил опыты в лаборатории? Паника, как цунами, нахлынула на меня. А тем временем, пока я боялся и представлял самое ужасное, мы пришли к зданию и вошли в подъезд. Может, попытаться сбежать?       «Слишком поздно, малыш, ты не успеешь. Да и я не чувствую опасности от этого мужчины. Можешь ненадолго расслабиться», — успокоил меня Неа.       — Чего стоишь? Заходи, — вывел меня из ступора голос мужчины.       Я перешагнул через порог. И это только коридор? Я даже боюсь представить, каких размеров будут остальные комнаты. Огромный, полупустой шкаф. Рядом со входом огромное зеркало. Оно было от пола до потолка и занимало почти всю стену. Из зеркала на меня смотрел мальчик невысокого роста, с седыми, спутанными волосами, серебристыми глазами. Худое тело скрывала большая черная футболка и синие шорты, которые были завязаны довольно туго, что бы не спадали.       Рядом со мной стоял подросток, в котором я сразу же узнал Неа. Его черные волосы, волной спадали на плечи. Серая кожа, мягкий овал лица. Он был выше меня почти на три головы. Брат тоже немного удивленно рассматривал себя. Он был в форме Ноя, а челка закинута назад. Ему, ну очень все это шло. И та рубашка, с красной ленточкой у горла, и черные брюки. Все! Ни он, ни я не знали, что Неа может отражаться в этом мире в зеркалах. Он так привычно и ободряюще улыбнулся, что я почти полностью расслабился и принялся рассматривать мужчину.       Вот он был на целую голову выше Неа! Может даже полторы. Сзади я смог только понять, что он довольно коренастый мужчина. Он снял свой цилиндр, и я увидел не сильно короткие черные волосы. Он обернулся, и взъерошив волосы, стал мне кого-то напоминать. Приятное, бритое лицо. Выразительные голубые глаза и приятная улыбка.       Мужчина пошел на кухню, прихватив меня с собой. На бегу я скинул грязную обувь. Кухня была… шокирующей. Огромное помещение со столом в центре. Вместо стульев, стояли удобные и мягкие кресла.       «Ну и роскошь!» — присвистнул я в мыслях. Неа со мной согласился.       Сев за одно из кресел, передо мной появился стакан молока и тарелка печений. Желудок отчаянно взвыл.       — Ешь, не бойся. — Повторять дважды не пришлось. Через десять секунд стакан и тарелка были пусты.       — Ладно, давай начнем разговор. — Мужчина положил голову на сомкнутые руки. — Во-первых. Верни мне мой бумажник. — Я достал из кармана кошелек и положил его перед аристократом. — Во-вторых. Где твои родители?       — А вам это надо? — спросил я, болезненно сощурившись.       — И все-таки.       — Кто мой отец я не имею ни малейшего предположения, а мать продала меня с рождения в цирк.       — Почему ты тогда не в цирке? — Поинтересовался мужчина.       — Меня похитили и ставили на мне опыты. Потом я сбежал. Меня называли Седьмым. Плюс ко всему, мне стерли память, но она постепенно возвращается. — Что я делаю? Почему я ему все рассказываю?       — Вот значит как. — Мужчина потер рукой подбородок. — Мое имя — Мана Уолкер. Приятно познакомиться. — И протянул руку. Я пожал. Неа, от шока, искал потерявшуюся челюсть.       Пару минут мы сидели в тишине. Я не выдержал и пошел рыться в холодильнике.       — Что ты делаешь? — Спросил Мана, сначала ошарашенно, а потом, давясь смехом.       — Я чертовски много ем и еще ни разу не смог наесться. Хоть перед уходом ограблю ваш холодильник.       Мана опять меня внимательно осмотрел, а затем рассмеялся. Так по-настоящему и так долго, что я растерялся. Когда аристократ успокоился, он продолжил говорить:       — Если хочешь, можешь остаться со мной. Я буду не против такой компании.       Я внимательно посмотрел на Уолкера, и наклонив голову на бок, поинтересовался:       — Вы сумасшедший? — Мана вновь рассмеялся.       — Почему?       — А зачем вы предлагаете пожить, совершенно незнакомому мальчику у себя дома?       — А может мне стало жалко этого мальчика. Ну что. Ты согласен?       Я задумался. Почему он мне помогает? Я чужой для него человек, но он все равно предлагает мне помощь.       «Малыш, — сказал Неа. – Возможно это будет шоком, но Мана, похоже, мой брат». — Мысленно я уронил челюсть. Ладно. Была не была. А что, в конце концов, я теряю? Безумный поступок. Я знаю, но я же и есть Безумие.       — Гори все синим пламенем. Я согласен. — Так и началось наше сожительство, с неоднократным уничтожением бедного холодильника.

Конец POV седьмой (в прошлом Ред)