Семейный отдых.

Ближе к началу вечера, Севен стал чувствовать себя некомфортно. Его одолевали странные чувства. Решения менялись почти каждые пять минут. Стоит ли ходить туда и мучить себя или остаться дома, дабы показать, что ему всё равно? Спутник Севена устроился напротив него и следил за каждым изменением его мимики. Но айдол его даже не заметил. Впрочем, это даже восхищало молодого парнишку: то, как он умеет сосредоточиться и в конце придти к определенному решению. Он заметил, что у Донука были моменты, когда он мог долго колебаться, и просил дать ему время, но после того, как было принято решение, уже никто не мог заставить его изменить. Странно, он всегда думал что звёзды – народ легкомысленный, что у них нет проблем, и они могут делать всё, что захотят, в пределах разумного, конечно. Но сейчас, смотря на то, как меняется настроение симпатичного ему человека, он осознал, что всё не так уж и хорошо в его идеальной жизни. Удивительно, даже если у тебя много мужчин в жизни, ты всё равно один. Ничего интересного, если не считать, что некоторые из клиентов тоже заботятся об его удовольствии. Михён возвращался домой один, ел один, спал один и слушал музыку. Парень уже был одет для выхода в свет. Оставалось только подождать, на что решится Донук. Ми нравилось , как он выглядел – клубный пиджак и белые брюки идеально сочетались. Сам же Михён, проходя около зеркала, принимал самоуверенный взгляд от своего вида, после которого стеснительно смеялся. Ему льстило то, как сидел на нём его новый костюм, заказанный Донуком. Впрочем, всем мужчинам идут костюмы. – Я хочу пойти, – наконец произнёс Чхве-старший. Михён только сочувственно посмотрел на звезду. Трудно терять любимого человека, особенно, если после этого ты приглашён на вечеринку, которую устраивает его новый парень. Слова утешения уже хотели вылететь из его рта, но парень сдержался. Ему не нужно слышать, что жалко наблюдать за тем, как он пытается найти хоть одно правильное решение. Пареньку было жутко интересно, почему такая красивая пара могла расстаться. И, судя по виду Донука, инициатором был не он. Сегодня он просто места себе не находил, чтобы разузнать мельчайшие подробности. Но его айдол был не в духе, и Михён не заикался. – Михён! Парень вздрогнул от внезапного обращения к нему и медленно поднял взгляд. – Так ты идёшь? – спросил Донук у него. Конечно, он хотел пойти. Но с другой стороны Михён знал, что Севен может разочароваться в этом вечере. Кажется, он только сейчас понял, что беспокоится о певце даже чаще, чем о самом себе. Хотя он и не скрывал, что Донук ему нравится. Когда парни подъехали к отелю, их настрой будто поменяли местами. Теперь Михён был не уверен в своём решении. Сразу столько знаменитостей он никогда не встречал. Да он вообще никогда не видел звёзд, чего уж там говорить. Севен же, наоборот, был уверен в себе. Он попал в свой мир и точно знал, как себя вести. Для него это было привычно. Иногда приходилось надевать маски, чтобы не разочаровать своих фанатов. В самых разных ситуациях, будь то простое нежелание или даже болезнь, он умел перебороть себя, чтобы не было и намёка на недовольство, но дело это было не из лёгких. Отель Лотт весь сиял в прямом смысле этого слова. Перед ним выстроились дорогие машины, видимо гости уже начали подъезжать. И хоть было объявлено, что вечеринка будет закрытой, перед гостиницей собралось большое количество репортёров, которые уже во всю щёлкали подъезжавших звезд. – Хё-ён, – проскулил Михён, нервно ёрзая на переднем сидении, пока Донук пытался припарковаться. Тот даже не обратил внимания на парнишку, весь погруженный в свои мысли. – Хён! – повторил он. Ему приходилось делать над собой усилие, чтобы не выдать дрожь в голосе. – Там репортёры! – И что? – спросил Донук, наконец загнав машину в свободное место, и, выключив мотор посмотрел на Михёна. – Как же ты потом объяснишь то, что я тебя сопровождал? На следующее утро весь Интернет будет орать, что, возможно, мы встречаемся. Донук улыбнулся про себя. Ему было приятно, что парень моложе него на десять лет заботится о нём и пытается защитить от слухов. – Это мило, – прошептал он, дотрагиваясь тыльной стороной руки до щёки Михёна. – Что именно? – протянул парнишка, быстро убирая руку со своей щёки, хотя делать этого не хотелось. «Его что, совсем не заботит то, что сейчас какой-то наглый репортёр заснимет его в такой вот позиции, и расползутся слухи? – То, что ты заботишься обо мне, – сказал Донук, расстегнув ремень безопасности. – В следующий раз не убирай мою руку, когда я хочу коснуться тебя . От этих слов у Михёна почти что закружилась голова. Теперь, смотря, как Севен уверенно выходит из машины, он понял, что Донук не тот, кто даст себя в обиду. Когда Михён вслед за айдолом вышел из машины, он осмотрелся вокруг. Некоторые репортеры уже заметили прибывшего на вечеринку Севена и стали подбегать поближе, чтобы сделать качественные снимки. Донук же, не обращая внимания на них, подошёл к своему эскорту, который пытался взять себя в руки, и тихо выговорил: – Не волнуйся. Иди рядом и веди себя естественно. И тогда всё будет нормально. Михён кивнул. Он посмотрел на Донука, на лице которого не было ни одной эмоции, и постарался ему соответствовать. – Севен! – закричали журналисты. – Посмотрите сюда! Донук не повернулся, а только целенаправленно шёл к отелю. – Севен! Началась суета. Отовсюду раздавались голоса, выкрикивающие его имя. Некоторые даже стали преграждать проход к Лотт. Михён, который совершенно растерялся от такого большого количество внимания, просто опустил голову и поспешил за айдолом. Когда он поднял голову, чтобы посмотреть, смогут ли они вообще пробиться через эту толпу, он увидел Топа, который промелькнул в дверях и сразу скрылся. – Севен, Вы не один сегодня? – Севен, кто это с Вами? Вопросы, кажется, не иссякали. Вдруг, откуда не возьмись, появился менеджер Севена и, прочистив дорогу своему подопечному, недовольно сказал: – Какого хрена, Севен?! Я же сказал: без меня ни на шаг! Донук проигнорировал злой выпад своего менеджера. Тот окинул быстрым взглядом Михёна, который озирался по сторонам. – Кто он? – прошептал менеджер Севену, уже поднимаясь по лестнице. Севен замедлил шаг и, кивнув Михёну, подтолкнул его к двери. – Он со мной, – сказал он и вслед за парнишкой зашёл внутрь. Гостей провожали несколько сотрудников отеля. Завидев только прибывших звёзд, они почтительно кланялись и показывали правильный путь. Всё это очень смущало бедного Ми, который никогда не получал такого внимания, и, если бы не поддержка Донука, он попросту бы сбежал оттуда. – Я думал, это ты будешь поддерживать меня, а не наоборот, – ухмыльнулся Севен, хотя и понимал чувства парнишки. Он взял бокал шампанского, который сразу подала официантка при входе в тёмное помещение, и протянул его Михёну, который жалобно взглянул на него, а затем отпив несколько глотков, выговорил: – Прости, я сейчас соберусь. Не знаю, что на меня нашло. Он опустошил целый бокал и облегчённо вздохнул, когда увидел ещё один протянутый напиток – Спасибо, – сказал он, легонько приподнимая бокал, будто выпивая за его здоровье. Помещение, где проходила прощальная вечеринка, отдалённо напоминало простой клуб, не хватало только зеркального шара. Посередине расположился большой прямоугольный бар, по бокам обставленный стульями. Звучала клубная музыка. На стенах отображались разноцветные анимационные изображения, которые поднимали настроение. Внутри помещения было приятно освещено, и только колорченджеры разбавляли весь свет, а взамен добавляли каплю легкомыслия и радости. Севен стал потихоньку продвигаться внутрь помещения, здороваясь со знакомыми и представляя Михёна, как друга. Тот же вежливо кланялся, а с некоторыми и вовсе заводил беседу. Севен улыбался, видимо, паренек вернулся в обычную колею. Организатора и саму причину сегодняшнего вечера не было видно. С одной стороны, это жутко бесило Донука, который так и представлял, как они вместе приветствуют гостей, но, с другой, он чувствовал спокойствие. Он так устал от постоянной ревности и внутренней злости. Первым из мемберов БигБэнг он заметил Дэсона, который выглядел не важно. Было видно, что он чем-то недоволен, либо встревожен. – Это Михён, – сказал Севен, представив Дэсону своего друга. Дэсон улыбнулся своей заразительной улыбкой так, что Донуку показалось, что он ошибся с прогнозом его настроения. – Очень приятно, – поздоровался Дэ, а затем повернулся к Севену: – Ты не видел остальных? Донук только пожал плечами. – Я только сейчас пришел, – сказал он, опять примечая смену настроения Дэ. Любопытство взяло вверх. – Что-то случилось, Дэ? – Н-ничего, – прошептал тот, но затем, будто передумав, протараторил: – Что ты думаешь об этом директоре Джинхо? Произнеся его имя, Дэсон закатил глаза, показывая своё отношение к нему. Севен же стоял, ошеломлённый вопросом. Он даже не знал, что ответить. – А что случилось? – спросил Севен, круто развернувшись, чтобы успеть подхватить проплывающее рядом спиртное на подносе. – Не нравится мне он, – буркнул Дэ, – сначала Сынри, а теперь Топ-хён? Севен не понимал, о чём говорит блондин. Причём тут Сынри и Джинхо? Почему хозяин Лотт не нравится Дэ? Михён тоже непонимающе смотрел на недовольное лицо Дэсона и удивлённо хлопал ресницами. – Что ты имеешь ввиду, Дэ? Дэ только покачал головой, попросив не обращать на него внимания, попрощался и скрылся среди гостей. И только сейчас Донук подумал, а откуда собственно взялся этот Джинхо? Так внезапно и стремительно, отобрав у него любимого человека. – Хён, ты ещё долго будешь так стоять? – оторвал его от мыслей Михён. – Пойдём, я думал мы здесь не просто так пить шампанское. Он нагло отобрал у Донука бокал и, положив его на стол, кивнул головой, намекая продвигаться дальше. Вскоре парни практически обошли весь зал. Севен всё искал глазами своего бывшего, выдавая своё оставшееся неравнодушие к нему. Пареньку, который неотрывно следил за ним, было грустно за этим наблюдать, но Михён не подавал и виду. Он хотел помочь своему хёну, не вовлекая его в ещё один ненужный водоворот чувств. – Хён, почему вы расстались? – наконец набравшись смелости, спросил он. Михён уже думал, что Севен не ответит ему, но тот спокойно произнёс: – Он просто бросил меня. Сказав это, он еле заметно кивнул вперёд. Михён проследил за его взглядом и увидел их. Топ, Джинхо и несколько ребят из ВайДжи стояли в нескольких метрах от них и что-то обсуждали. – Почему? – спросил Михён, снова переводя взгляд на своего хёна. Сейчас, подумав об этом, Севен понял, что его съёмки, возможно, были простым предлогом, чтобы избавиться от него. – А как ты думаешь? – спросил Донук, шаг за шагом приближаясь к причине своего появления на этой вечеринке. Михён мог только гадать. Причина, возможно, была в том самоуверенном парне, стоявшем рядом с ним, а может совершенно в другом. Но Ми решил не озвучивать свои мысли, чтобы не сотрясать воздух своими предположениями. Одно из его правил в жизни было никогда никого не судить. Оно появилось тогда, когда Михён в таком раннем возрасте пережил много трудностей. После того, как Топ и Джинхо остались одни, они, наконец заметили их. – Севен! – воскликнул Топ, увидев приближающегося к нему экс-бойфренда. На лице его сразу появилась улыбка, и даже можно было заметить промелькнувшую нежность в его глазах. Михён улыбнулся про себя, заметив почти ту же реакцию на лице своего хёна. – Сынхён, – поздоровался Донук, а затем взглянул на Джинхо и сухо кивнул ему. Тот широко улыбнулся, вернув ему приветствие, и перевёл взгляд на Михёна, ожидая, когда же его представят очередному гостю. Донук, прочистив горло, показал на Михёна и представил его остальным. – Чхве Джинхо, – поздоровался Джинхо, – владелец Лотт и организатор вечера. Он держался самоуверенно и властно, что сразу отметил Михён. Поздоровавшись и с Топом, он заметил ревнивый взгляд, направленный на него, и даже почувствовал некоторую радость. Как может Севен быть настолько слепым, чтобы не видеть это? Донука же самого разъедала ревность, чтобы замечать что-то ещё. Он оглядел Топа, который выглядел сногсшибательно в простой серой майке, надетой под синий пиджак. – Спасибо, что пришёл, – искренне сказал он. – Я очень рад. Не заметив, а может и не захотев замечать почти что свирепый взгляд Джинхо, направленный на него, он продолжил: – Хочешь чего-нибудь выпить? Севен кивнул, приглушая внутри появившиеся чувства. Он был немногословен. Видно было, что эти двое с трудом поддерживают общение. Но, так как оба были почти в центре внимания, они делали над собой усилие, чтобы сохранить лицо. Топ старался не показать, как он обижен на то, что Севен привёл с собой парня-милашку, не показать, как до сих пор чувствует боль от того, что Донук отпустил его так легко при первом же вызове, не показать, что до сих пор любит его. Донук же пытался держать себя в руках, чтобы не выплеснуть всю накопившуюся обиду, заехать несколько раз по ухмыляющейся роже Джинхо и поскорее убраться ко всем чертям. Красавчики Чхве поклонились и отошли от своих «сопровождающих». – Поздравляю, Сынхён, – ещё раз поздравил Донук бывшего, пальцами подзывая бармена и заказывая что-нибудь выпить. Кому нужны эти поздравления? Топа это совершенно не волновало. Он взял стакан спиртного и повернулся спиной к барной стойке, облокотившись локтями об неё. Глаза встретились с взглядом Джинхо, который не отрываясь смотрел на него, будто хотел что-то сообщить. Слава Богу, война их взглядов прервалась огромным количеством гостей, которые просто проходили мимо, а некоторые начинали подтанцовывать милой музыке, доносившейся отовсюду. Сынхён демонстративно повернул голову к Донуку и заметил, что тот разглядывает его. Сердце Чхве-старшего пропустило несколько ударов, увидев, как изменился взгляд Топа, когда он повернулся к нему. Вспомнились те дни, когда они просто лежали вмести, разговаривали, улыбались друг другу, занимались любовью, нежно и томно. «Не сейчас, Севен, ты не будешь поддаваться воспоминаниям!» – приказал Донук себе, чувствуя, что болят глаза от непролитых слёз. Расставаться – это всегда так больно? Ведь это не первый его опыт. Ему не было больно, когда Тэбин сказал, что хочет расстаться. Не было больно, даже тогда, когда он заявил, что уезжает в Америку. – Чем он лучше меня? Этот вопрос просто вырвался из его души. Севен сам был шокирован от того, что спросил о нём, о его нынешнем парне. Это ошибка. Ошибка, указывающая на то, что он до сих пор не равнодушен. Сынхён выглядел не менее удивлённым вопросом. Стакан в его руках затрясся, и он обернулся, чтобы поставить его на стойку. – Хён… – Не надо, – прервал его Донук, – ничего не говори. Это глупый вопрос. Постояв ещё несколько минут в тишине, Чхве-старший сказал: – Я отойду, хорошо? Прости. Севен допил содержимое стакана, кивнул Топу, не дождавшись его ответа, и двинулся в сторону уборной. По пути он пытался забыть о том, что спросил, заглушая мысли другим. Но ничего не действовало. Где же Михён? Севен совершенно забыл о том, что оставил беззащитного парня в обществе незнакомых ему людей. Решив поискать его после того, как придёт в себя, он зашёл в уборную. Включив воду, он посмотрел на себя в зеркало. Это был не он. Это кто-то, отдалённо напоминающий Донука. Что же ты делаешь, парень? Побрызгав немного воды на лицо, Донук хотел было выйти, но остановился как вкопанный, увидев на пороге Сынхёна, который с нежностью смотрел на него. Донук просто не выдержал. Это было выше его сил наблюдать за ним, желать, но не суметь коснуться. Он быстрым шагом направился к двери. Захлопнув её, он оглянулся на кабинки, которые вроде пустовали. Не сдерживаясь, он схватил Сынхёна за руку и толкнул к стене. Их губы слились в таком желанном поцелуе, будто от него зависела их жизнь. Сердце просто изнывало от мысли, что вскоре им придётся разъединиться. Донук указательным пальцем притянул к себе за подбородок голову своего бывшего. Его губы впивались в рот Сынхёна с нежной голодной тоской, вкушали отчаяние и грусть того, что они больше не вместе. Язык заскользил по губам Чхве-младшего, и он раскрыл его, чтобы продлить их поцелуй. Донук протянул руку вниз и, скрепив свободную руку в замок с рукой Сынхёна, поднял её над их головами. Волна за волной Сынхёна одолевали непонятные чувства. Он понимал, это неправильно. Ведь его связывала угнетающая сделка с Джинхо, но оторваться от источника желания он попросту не мог. Вместо этого, Сынхён раскрылся весь, касаясь своим языком языка бывшего. Реакция последовала сразу. Донук сильнее прижал его к себе. Кажется, прошла вечность после того, как он оторвался от Сынхёна и посмотрел на него. Еле сдерживаясь, чтобы не натворить ещё одной глупости, он кинул сожалеющий взгляд на парня, который ещё даже не пришёл в себя, и, отперев дверь, пулей выскочил из помещения. Если бы он хоть что-то замечал тогда, он бы увидел, как пара наполненных яростью глаз наблюдает за его стремительным выходом из уборной . Джинхо простоял ещё несколько минут, осмысливая то, что он сейчас увидел. Директор, конечно, понимал, что всё будет не так просто. Это он усвоил по жизни. Но чтобы такое, под его носом, в его гостинице, с его парнем?! Джинхо просто кипел от злости. Будто всё внутри сгорало, а затем восстанавливалось, чтобы сгореть заново. Он медленным шагом двинулся к уборной и, зайдя внутрь, остановился. Сынхён всё так же стоял, прислонившись к стене. Глаза были закрыты, и он часто дышал. Джинхо сжал зубы от гнева. Его начинало подташнивать от вида Сынхёна, возбуждённого другим мужчиной. Как раз в этот момент Чхве открыл глаза и наконец заметил Джинхо. – Джинхо! – воскликнул он. Внутри всё похолодело. Рой мыслей закружился в голове. «Он знает? Что будет дальше? Неужели я всё испортил?» – Ну и как? Тебе понравилось? – спросил Джинхо, засовывая руки в карман и чуть наклоняя голову в бок. Он демонстративно провёл глазами по телу Топа, не скрывая злости, и остановил взгляд на чуть опухших губах. – Я объясню, – поторопился сказать Сынхён. – Слушаю, – иронично бросил Джинхо. Но Сынхён не знал, что объяснять. Как? Сказать, что это было в последний раз, как подросток, который провинился? – Я не могу, – сдался Топ. Это было последней каплей для Джинхо. Он подлетел к Сынхёну и сильно зажал его челюсть между большим и указательным пальцами. – Сынхён-а, ты ведь знаешь, что я могу сделать? Ведь так? Чхве кивнул. Он поддался чувствам и, возможно, этим поступком разрушил всё, к чему всю жизнь стремился Донук. Это несправедливо. «А как же я?» – иногда задавался он вопросом, но потом, обдумывая все детали, парень приходил к выводу, что это можно стерпеть. – Может, я слишком мягок? Может, уже стоит позвонить некоторым друзьям, чтобы они позаботились о фотографиях твоего бывшего и Тэбина? Хочешь? Отвечай! Сынхён поднял руки и убрал с лица чужие пальцы. Чуть подвигав челюстью, чтобы снять боль, он прошептал: – Этого больше не повторится. – Жизнь научила никому не верить, ты согласен? Он прищурил глаза и показал белые зубы, как бы подстрекая согласиться. – Что ты хочешь, Джинхо?- устало произнес Топ. Ждать ответа долго не пришлось. – Эту ночь ты проведёшь со мной. POV Михён. – Мать их! Я думал, они никогда не выйдут из этой чёртовой уборной! Выйдя из кабинки, в которой просидел практически полчаса, я подошёл к раковине. Вспоминая всё, что слышал здесь, я задумался. Всё теперь стало понятно.