Kindhearted.

В Чанёле есть что-то абсолютно неправильное. Нечто скользкое и холодное порой проскальзывает в его взгляде, усмешках, колких словах с явным двойным дном, и Чонин, пожалуй, даже побаивается Чанёля. И в какой-то момент начинает его избегать. Чанёль замечает это мгновенно — «хэй, я же твой фанат номер один, ты не можешь так со мной поступать» с застывшей улыбкой на губах, но от взгляда Чанёля Чонину хочется поскорее трусливо сбежать. От постоянных неотрывных взглядов Чанёля — во время практик, фотосессий, интервью, по пути на очередной ивент и в общежитии  — кожа будто колется, чешется, и поскорее хочется в душ, чтобы смыть с себя невидимые масляные пятна, что разползаются по всему телу. Чонин начинает плохо спать по ночам, часто просыпаясь и подолгу безуспешно пытаясь уснуть вновь. Каждый раз кровать Чанёля напротив оказывается пустой, и Чонин убеждает себя, что ему плевать, где тот пропадает по полночи. Когда Чонин не выдерживает и встаёт выпить тёплого молока от бессонницы, кровать Чанёля пустует вновь. Направляясь на кухню мимо гостиной, в углу которой уже пару месяцев как обосновался Бэкхён, повесив шторку и устроив там свой маленький рай, Чонин бросает короткий взгляд в этот угол — и замирает на месте. Света с улицы хватает, чтобы понять, что на Бэкхёне лишь одно нижнее бельё, а Чанёль, склонившись над его телом, оставляет на чужих шее и плечах влажные поцелуи. 'Это неправильно' — звучит в голове Чонина, и его дыхание мгновенно сбивается. Руки Чанёля скользят по чужой голой коже вниз, и с губ Бэкхёна срывается тихий, протяжный стон. 'Это абсолютно неправильно' — звучит в голове Чонина, и он срывается с места назад в комнату. Его сердце панически стучит, когда он залезает с головой под одеяло и больно давит холодными кончиками пальцев на глаза — лишь бы не видеть это вновь. Однако изображение чужих полуголых тел словно отпечаталось на изнанке век, и Чонину хочется выть в подушку. Засыпает он лишь под утро, измученный и усталый. И просыпается час спустя, потому что напряжённое расписание на весь день, и Чонин шугается абсолютно всех, смотря затравленным зверем и отмалчиваясь на 'что с тобой?' от взволнованных мемберов. Бэкхёну как-то удаётся улучить момент, чтобы положить тёплую ладошку на его лоб — 'ты не заболел, дитя?' — но Чонин отскакивает от него как ошпаренный. И лишь Чанёль продолжает наблюдать за всем со стороны, о чём-то переговариваясь с раздражённым менеджером. После двух десятков звонков тот всё же разрешает Чонину остаться в общежитии, на что побледневший парень отвечает тихим 'спасибо, извините за доставленные проблемы' и тут же скрывается в ванной, потому что его начинает мутить. Стоя перед раковиной и смотря на своё отражение в зеркале, Чонин совершенно не узнаёт себя. Он слышит сквозь шум бегущей из крана воды, как закрывается входная дверь, и облегчённо вздыхает. Однако когда открывается дверь в ванную, он уже знает, кого увидит на пороге. Щёлкает замок, и раздаётся чужой довольный голос: — Не волнуйся, все ушли. Пальцы Чонина вцепляются в края раковины, и он застывает на месте, испуганно наблюдая в отражении, как Чанёль подходит к нему сзади так близко, что Чонин чувствует его дыхание на своей щеке, и победная улыбка змеится на чанёлевых губах. — Нет… — выдыхает Чонин, когда чужие холодные руки залезают под его футболку. — Нет, — говорит он, когда её стаскивают с его тела. — Нет! — почти кричит он, когда руки Чанёля скользят по голой коже вниз, под кромку его домашних штанов, и с губ Чонина срывается тихий, протяжный стон. - Попался.