Эту песню не задушишь...

Эленорэ спал хуже, он то проваливался в сон, то резко просыпался и потом долго лежал, пусть с закрытыми глазами, но без сна. К "утру" он сумел уснуть, но ненадолго. Мало кто спал нормально в эту “ночь”. И утром оркам долго не пришлось поднимать рабов, хотя у многих глаза были больные и измученные. Алькарин встал раньше, чем до них дошли, хотя они и лежали не очень далеко от входа. Голова болела, и в коленях после вчерашнего была какая-то неприятная слабость. Эленорэ даже обрадовался, что “ночь” закончилась, хоть и отдохнуть почти не получилось. Но на какое-то время можно будет не слышать криков, которые под конец резали уже и по ушам, и по душе. Он порадовался, что запас вчера воду, выпил чуть-чуть и поднялся. Глянул искоса на Алькарина и только вздохнул. Когда пещера опустела, орки встали в дверях, пристально наблюдая за оставшимися рабами, но не подходили, на работу не пинали. Алькарин вздохнул. Сказал Эленорэ, на квенья: - Давай вместе. Они, похоже, сегодня нас пальцем не тронут. А рядом лучше, и мы все быстрее сделаем. - Пойдем, - Эленорэ двинулся к котлу. - Как ты себя чувствуешь? Выглядишь бледновато. - Ничего, пройдет. Сны плохие были. Лучше бы вообще не спал. Алькарин сел возле котла, начал его отмывать.. Эленорэ, снова вздохнув, сел и стал отмывать его с другой стороны. - Сегодня можно и нормально… работать, - заметил он. - Ага. Чтобы нас, таких талантливых к уборке, оставили тут навсегда. Хотя, если орки не будут подходить, я не против. - Ты думаешь, кому-то тут очень нужна уборка? Хотя я тоже был бы не против. - Давай попробуем. Я... сейчас отойду и будет нормально. Пользуясь тем, что оркам, похоже, подходить к ним запретили настрого, Алькарин начал негромко напевать - работать так было проще. Эленорэ глянул на него, но не стал мешать, только кивнул и чуть улыбнулся. Но, видимо, запрет был не такой строгий. Орки, услышав такое безобразие, радостно скалясь завалились в пещеру, навалились на эльфов. Нет, бить не били, только кляп в рот распевшемуся забили и тряпкой завязали. - Развяжете - найдем еще что засунуть, - похоже, у них даже и идеи были чего в следующий раз засунуть эльфам в рот. Поржали немного и отвалили, снова наблюдать за рабами. Алькарин захрипел, дергаясь, потом замер, распластавшись на полу. Грязная тряпка душила, но сорвать ее он не решался, а потом пришло забытое, но отвратительное ощущение, как сбоит сердце, колотясь невпопад, как сжимается грудь и горло, не давая вдохнуть. Словно снова в грудь втыкались черные иглы. Он прижал ладонь к солнечному сплетению и пытался вдохнуть. Эленорэ опустился рядом с ним на колени, положил руку на его ладонь сверху. - Спокойно. Дыши, все хорошо, - он хмурился, но сейчас будто и не замечал, что на них глазеют орки. - Дыши, сейчас пройдет. Посмотри на меня, - вторую руку положил Алькарину на плечо. Орки немного забеспокоились, пообсуждали что-то. Но что-что, а кляпы они умели засовывать, это не их вина, что этот пытается задохнуться. И все же их это беспокоило, они наблюдали внимательно. Алькарин, у которого уже в глазах темнело, рванул рукой узел, выплюнул тряпку, но это не слишком помогло, дышал с хрипом, сражаясь за каждый вдох. Но все-таки сейчас это у него получалось. Эленорэ сидел рядом, гладил его уже по волосам и по лбу. - Дыши, дыши. Я с тобой, - попытался он успокоить. Орки не спешили выполнять свою угрозу, потому как вроде этот даже не притворяется. Алькарин хватался рукой за горло, словно его что-то душило, а он пытался это убрать. Потом поймал взгляд Эленорэ, сфокусировался на нем. Постепенно начало выравниваться дыхание - еще хриплое, но оно уже почти не сбивалось с ритма. Эленорэ гладил его по голове, старался говорить что-то успокаивающее и ласковое. И забыть о том, что их окружает. Если смотреть в глаза и думать о том, что все будет хорошо, можно и самому поверить в это, и тогда голос будет уверенным и спокойным. А все обязательно будет хорошо. - Ты дыши. - Я... да... Через несколько минут Алькарин расслабился, перестал сжимать пальцами горло. Прошептал: - Спасибо. Эленорэ кивнул, улыбнулся ему, но на всякий случай пересел так, чтобы оказаться между ним и орками. Руку с головы, впрочем, не убрал. - Все хорошо. - Я... сейчас встану, - сказал Алькарин. Медленно, со стоном, начал подниматься. В голове еще шумело и соображал он не очень хорошо. Эленорэ его поймал и поддержал под здоровый локоть. - Вставай, только не торопись. Держись за меня. Алькарин поднялся, правда только на колени, не во весь рост. Потом нагнулся и подцепил тряпку, которой мыл стенки. Эленорэ недолго к нему присматривался, на всякий случай готовый поймать, если он соберется падать, потом сам взял тряпку и продолжил домывать. Молча уже. Орки поглазели еще некоторое время, но никто не помер и работать они продолжили тоже. Скукота, короче. Так что оставили пару приглядывающих и пошли себе за жратвой. К тому моменту, как они закончили с котлом, Алькарин более менее пришел в себя. Молча встал, вопросительно глянул на Эленорэ: - Ты там где убирал и что? Пойдем, тоже сделаем. Эленорэ поморщился. - Там за года не отмоешь. Пойдем, ты там придешь в себя, а потом… надо за водой. Пока мыли пол и перетряхивали разбросанную солому и тряпки, Алькарин заметно ожил. Поняв, что вполне в состоянии таскать тяжести, он кивнул Эленорэ в сторону бочки с водой. - Думаю, за водой они нас выпустят… Эленорэ поморщился снова: - Как бы провожать не пошли. Но пока не трогают, пусть провожают. Они подтащили бочку к решетке. Орки, глядя на такое, решетку открыли, пропуская эльфов. Впереди не пошли на этот раз, эти и так дорогу знают, а толпой пошли за рабами, о чем-то довольно оживленно переговариваясь. У колодца Алькарин, нахмурившись, сказал: - Я могу помогать тебе тянуть. Сзади. Но держать будешь ты. Так легче... и мы будем иногда отдыхать. Все равно вечно валялись здесь на полу, то же время тратили. Эленорэ посмотрел на него, словно о чем-то раздумывая, потом кивнул. - Давай. Орки тем временем расположились как обычно у стены, но играть в этот раз не играли, на эльфов пялились. Вдвоем, пусть и в три руки, было проще. Алькарин думал только о том, чтобы Эленорэ не отпустил веревку, когда сам перехватывал ее для нового рывка. Эленорэ не отпускал. И чему-то едва заметно улыбался. Когда бочка наполнилась почти до половины, он остановился. - Надо передохнуть. Алькарин кивнул, сел прямо там, у колодца. Не к оркам же было подходить. - Ты сам-то как? - Когда не бьют, можно работать, - Эленорэ снова чуть улыбнулся. - Это ты хорошо придумал. Интересно, сколько мы еще тут пробудем? На охрану он старался не смотреть, будто орков и не было вовсе. Орки недовольно заворчали, когда эльфы внаглую расселись, но никто с места не сдвинулся их поднимать, только старший со злости двинул кому-то, кто сильно много ворчал. Сидели они не очень долго, через несколько минут Алькарин поднялся, зачерпнул из полупустой бочки воды ладонью и напился. Еще одной горстью умыл себе лицо. - Давай. Закончим это. - Давай, - Эленорэ с усилием поднялся и снова взялся за ведро. Набирали воду тем же способом и в итоге бочка наполнилась даже быстрее, чем в прошлые дни. Только под конец Эленорэ дышал уже тяжело. - Еще отдохнешь? Или пойдем просто медленно? И умойся... сразу легче. Вместо ответа Эленорэ странно усмехнулся, достал еще ведро воды и вылил на себя. Тряхнул мокрыми волосами: - Так лучше. Алькарин улыбнулся, глаза блеснули. Потом сказал: - Давай еще одно вытащим. И мне. А то грязный... ужас. - Запросто, - Эленорэ искоса глянул на орков, но те пока не вмешивались, и кинул ведро в колодец. Вытащил. - Наклонись, я тебя оболью. А то высоко не подниму. - Да и мокнуть весь не хочу. Хватит. Алькарин посмотрел на орков и вдруг начал развязывать пояс, потом стянул рубашку, наклонился, подставляя спину и затылок. - Лей. Только понемногу. Эленорэ фыркнул: - Вот ты хитрый. Ладно. Стал лить. Понемножку не всегда получалось, руки дрожали. Но в основном вода лилась относительно равномерно. Алькарин как-то ухитрялся обтираться, хоть и не очень быстро, и не везде он доставал. Потом выпрямился, оттер с лица мокрые волосы и начал одеваться обратно. Орки недовольно ворчали, но не приближались. Пока он одевался, Эленорэ вытащил еще воды, словно заразившись желанием отмыться, и вылил на себя еще. Оттер руки и лицо, усмехнулся: - Я зато и одежду постирал. А так и правда лучше. Идем? - Я говорил. После мытья было свежо, так что первые несколько минут Алькарин даже шел вполне быстро, чтобы согреться. Бочка, конечно, была тяжелой, но они могли останавливаться и отдыхать минуту-другую. Эленорэ тоже повеселел и поначалу даже улыбался. Правда, потом начал уставать и сосредоточился на бочке, которую они тащили. Но в одну из остановок вздохну: - Вода даже здесь хорошо. - Помыться вообще хорошо, - согласился Алькарин. - Я уже не помню, когда и где это делал последний раз. Эленорэ только хмыкнул, что-то вспомнив, но вслух не сказал. Когда они дошли до пещеры, дышал он уже тяжело, однако несчастным не выглядел. Откинул с лица еще не высохшие пряди. - Давай передохнем. - Ага. Они снова сели возле бочки. Потом, затащив ее внутрь, еще раз - на этот раз выдохся Алькарин, ворочать наполненную водой бочку было тяжело. Так они до вечера и работали - не отлынивая уж совсем, но при этом отдыхая каждый раз, когда казалось, что силы кончились. Орки к вечеру выглядели уже сильно уставшими от постоянной необходимости не трогать эльфов. Они ругались между собой, пару раз подрались, ворчали, зыркали злобно и всячески следили, не следают ли эльфы уж чего-нибудь совсем крамольного. Но те больше не пели и вообще. Только вели себя с полным ощущением собственной безопасности и это было совсем неправильно. Правда сегодня их же погнали котел из-под еды относить. Кухню те, к своему счастью не увидели, только ее “прихожую”, где стояли похожие котлы, но те, в основном были побольше. Когда пришло время возвращения рабов орки пошли туда гораздо резвее, чем обычно и с откровенным выражением ожидания на рожах. Алькарин сидел на их подстилке и крутил в пальцах миску. - Кажется, они недовольны, - сказал он, без особого, впрочем, огорчения. Эленорэ сидел рядом. Покосился на уходящих орков. - Мне интересно, что теперь будет. - Ничего хорошего, наверно. Но день был неплохой. И помылись. Алькарин сполз вниз, лег на тряпки. Все-таки он устал и собирался чуть отдохнуть, до возвращения всех. Эленорэ, который только что хотел сказать: “зато помылись”, только фыркнул. Сам ложиться не стал, хоть и устал за день, просто сидел, откинувшись на стену. Но то, что впереди, скорее всего, не ждет ничего хорошего в этот раз даже почему-то не пугало. Он мельком подумал, что зря, но все равно не насторожился. Первых рабов сегодня, хоть и целых, весело подгоняя плетями, пригнали орки почти бегом. На пороге, ткнули в спины, бросая на пол. Алькарин сел, тревожно глянул туда. Эленорэ вздрогнул - это было что-то новое, так еще никого не приводили. И теперь уже насторожился по-настоящему. Орки, оставив первых, шустро побежали обратно. И скоро пригнали вторую пару - Аргона с Гилдором, тем же образом. На мордах у них было написано оживление. Алькарин встал, потом, не выдержав, спросил: - Что там случилось? Эленорэ тоже поднялся и подошел, пытаясь понять, не нужно ли помочь. Но Гилдор уже поднимался, протягивая руку напарнику. Аргону, похоже, сильно прилетело по спине. Гилдор хмурился: - Зря ты. Аргон лишь качнул головой. Когда подошли новички, Гилдор глянул на них и отвернулся. Аргон оставил попытки подняться, лег прямо, но глаза у него были вполне бодрые. - Оркам, похоже, разрешили сегодня больше, чем обычно. Вот они и пользуются, - высказал он свою точку зрения. - Трудно придется сегодня тем, кто работу не выполнил, - вздохнул. - Нас бить было нельзя, - сказал Алькарин. - Видимо, поэтому. Эленорэ только сжал губы. - Не на одних, так на других, значит. Такие здесь порядки? - Видимо, - согласно кивнул Аргон. - А порядки здесь такие, чтобы нам как можно хуже сделать. Гилдор тем временем отошел, припал к воде. - А "зря ты" это было о чем? - Алькарин присел рядом, разговаривать, возвышаясь посреди пещеры, было неудобно. Он хотел было предложить принести воды, но потом решил, что Гилдор, скорее всего, это сделает. Эленорэ тоже сел. Он сильно помрачнел и выглядел задумчивым. Аргон оглянулся на напарника. - Я его прикрыл, когда бить стали. У него… лучше, если он не битым останется. Алькарин глянул на Эленорэ: "Видишь, не мы одни". Но промолчал. - Сильно прилетело? - спросил Эленорэ с сочувствием. - Не поломали ничего, - успокоил его Аргон. Тут подошел Гилдор, принес воды напарнику. Алькарин кивнул. - Все будет хорошо, - сказал он с кривой улыбкой. - Я там... наверху, это Элинду каждый день говорил. Эленорэ только насколько мог уверенно кивнул. Сам он не всегда был уверен в этом, но сейчас казалось, что если чаще повторять, то глядишь и сбудется. Гилдор вспыхнул: - Не будет ничего хорошего! Почти бросил миску, расплескав часть воды, развернулся круто, дошел до своей подстилки и упал лицом вниз. Алькарин нахмурился, прикусил губу. - Тогда было бы незачем жить. Поднял миску, протянул Аргону остатки воды. - Будешь еще? - Буду. Да ты не переживай, со мной ничего страшного на самом деле. Просто уже привык не совершать подвигов и ложиться, когда нужно бы лечь. Эленорэ снова посмотрел в сторону Гилдора, и на этот раз взгляд был грустным. Но не сказал пока ничего. - Может, тебе помочь перелечь, лежишь почти на проходе? - вместо этого спросил у Аргона. Аргон улыбнулся вдруг, глянул на Элинда. - Он всегда такой заботливый? И начал сам подниматься. - Но ты прав, надо еще кому-нибудь место уступить. Судя по звукам в коридоре кого-то еще гнали. - Он замечательный, - сказал Алькарин без улыбки. Тоже встал, чуть отошел. - Так повелось, - у Эленорэ по лицу скользнула тень, словно он вспомнил о чем-то. Но руку все же протянул, чтобы на нее можно было опереться при желании. - Здесь иначе? - Да нет, - Аргон не стал отказываться от помощи, взялся за протянутую руку. - Только здесь не у всех уже сил хватает. Он отошел очень вовремя, орки закинули в пещеру очередную пару, эти были уже сильнее побиты, спины украшала пара свежих рубцов от кнута. Аргон поморщился. - Сегодня будет трудный вечер. Алькарин тоже поморщился, словно в ответ на увиденное заболел след, оставленный кнутом майя. Потом резко выдохнул и пошел, чтобы помочь. Они с Эленорэ сейчас тут были может, не самые здоровые и целые, но все-таки сегодня им досталось меньше. Но тут его ждал другой прием. Один из побитой пары глянул зло, оттолкнул руку. - Отдыхайте, раз вам дали, - хотел еще что-то добавить, но не стал, начал помогать вставать свому напарнику. Эленорэ, который сам только что подошел к ним же, глянул на говорившего с недоумением. - Глупо отказываться от помощи, предложенной от сердца, - заметил он. - Но тебе видней. Алькарин ничего не сказал, отошел, на щеках горели красные пятна и вообще он выглядел растерянным. Тут собеседник не выдержал: - А вы, конечно, считаете, что во всем виноват только этот надсмотрщик, что от вас тут ничего не зависит, что… - он запнулся, умолк, когда его напарник положил ему руку на плечо, махнул рукой и пара удалилась на свои места. Эленорэ несколько мгновений мрачно смотрел им обоим в спины. Потом сказал так, чтобы слышно было не только этим двоим, но и остальным в пещере. - Нас привели сюда с верхних этажей, а там иные правила. И не наша вина, что здешних мы не знаем. Если бы я знал, что тебе достанется, повел бы себя иначе. А обвинять и срывать злость на том, до кого можешь дотянуться, конечно, легче, чем договориться. Алькарин только покачал головой, потом вдруг быстро сел прямо там, где стоял, у стены. Почти упал. Прижался к ней лопатками, закрыл глаза. Аргон в это время был около Гилдора, о чем-то ему тихо говорил. На слова нолдо обернулся, вздохнул и отвернулся. Гилдор же тихо рассмеялся. Эленорэ подошел к Алькарину, сел рядом. Он молчал, губы были плотно сжаты, словно он злился. Алькарин вздохнул, склонил голову ему на плечо. Тоже молчал. Приволокли следующую пару, чем дальше, чем все более избитыми были рабы. Аргон, после довольно ожесточенного спора с Гилдором, поднялся, подошел к бочке с водой, напился, потом зачерпнул в миску, подошел к новичкам, протянул. - Вам тоже попить не помешает побольше. Неизвестно еще, что орки сегодня придумают. Может просто не покормят, может и хуже. Если майя придет, тогда совсем непонятно, что будет. - Спасибо, - Алькарин пить уже не хотел, но спорить не стал, тем более, после недавней сцены. Взял чашку, отпил, потом протянул Эленорэ. - Я не понимаю, в чем мы виноваты по их мнению. Можно подумать, я вчера мог что-то сделать. - Спасибо, - Эленорэ напился, откинулся на стену. - Видимо, думают, что мог. Алькарин, я не уверен, что здесь вообще могло быть правильное решение. Не вини себя, лучше подумать что теперь делать. Аргон посчитал, что приглашения не было, но разговор-то идет, и сел рядом. - Если хотите, я выскажу свою точку зрения. Но Элинд прав, тут нет решений, которые были бы однозначно верными. Ведь, в конце-концов, у каждого свой выбор и свое важное. Алькарин молча глянул на него. - Скажи. Похоже, ты тут единственный, кто хоть что-то объясняет, - ответил Эленорэ и в голосе прозвучала горечь. - Но вы и сами ни к кому не подходили, - пожал плечами Аргон. - Но то, что скажу, это мои мысли, не более. Ну, или наблюдения. Этот майя… он без повода ничего не делает. Да, повод может быть мал и незначителен, но он должен быть. То, что зацепит его внимание. Проще всего здесь живется тем, кто сразу замыкается в себе, ничего не делает, ничего не говорит, ни к кому не лезет. Все, что может нас поддержать, он обязательно вывернет наизнанку. Ты вместо того, чтобы промолчать или просто сказать, что готов работать, дал ему повод. А он его использовал для издевательств над остальными. Я не говорю, что ты не прав. Потому что ты никак не можешь изменить то, что вокруг. Но от твоих действий и слов все же что-то зависело. С этим майя нужно быть очень осторожным. Что же до жестоких слов, что тебе сказали… - Аргон снова вздохнул. - Многие понимают, что виной не ты. Но из года в год… все устали, никому не хочется новой боли. Поэтому разумное отступает. Ибо здесь, вообще, разумного мало. Можешь обидеться на них, но это будет то же самое. Эльф устало прикрыл глаза. - Я не обиделся, - сказал Алькарин. - Просто не хочу больше слушать... то, что мне причиняет боль. От Врага это понятно, а от своих - очень страшно. - Боль из года в год подтачивает волю, - Эленорэ почему-то смотрел на Гилдора. - Хотя у всех по-разному. Поэтому обижаться жестоко. Хоть его слова и попали в цель. Аргон кивнул в ответ на слова Аглареба, открыл глаза. - Но кое в чем он прав, стоит быть осторожнее. Просто учтите это. Тем более, что он будет теперь обращать на вас внимание, раз начал. Пока ему не надоест. Эленорэ поморщился. - И на него однажды найдется управа, - сказал он резко, и так, что могло быть услышано не только его собеседниками. Алькарин хотел было предостерегающе коснуться его руки, но вместо этого оборвал свое движение и улыбнулся. Эленорэ определенно возвращался к жизни. - О, - улыбнулся Аргон, - мы все на это надеемся. Чем позже возвращались рабы, тем хуже они выглядели. Предпоследнюю и последнюю пары принесли без сознания, а вот безумный пришел сам и целый, к вчерашним следам ничего не добавилось. Помогать Алькарин больше не пытался, ему самому было не слишком хорошо, как будто резкие слова сбили последние силы и осталась только усталость. Он ждал либо ужина, либо определенности с тем, что можно лечь спать. Эленорэ сидел, обхватив колени руками и молчал. Только чем дальше, тем мрачнее становился. Аргон, видя, что эти двое не расположены разговаривать, ушел на свое место, лег. Ужин орки таки притащили, но судя по тому как были оживлены, возможно на сегодня развлечения не закончились. - Моя очередь, - Алькарин встал. Это уже становилось традицией. Но Эленорэ тоже поднялся. - Сегодня давай вместе. На всякий случай. - Аргон, может вам тогда принести? Раз мы вдвоем идем? - обернулся Алькарин. - Да мы живые еще вроде, - Аргон не улыбался, но было видно, что шутит. Поднялся, поравнялся с новыми знакомцами. - Тут сегодня есть кому принести еду надо. - Им… помочь? - спросил Эленорэ с некоторой опаской. - А это как хочешь, - пожал плечами Аргон. - Если не хочешь, то лучше не помогай. Здесь и так слишком многое против воли, так что это тоже бьет. Алькарин молчал. Он сейчас хотел только поесть и лечь уже. - Давай лучше помогу. У меня хватит на это… сил, - Эленорэ немного растерянно оглядел пещеру, но потом взял себя в руки. - Давай отнесем. Аргон обеспокоенно глянул в сторону оживленных орков, но тут подошла их очередь, сегодня она была короткой. Не они одни решили помочь соседям по пещере, так что еду по тем, кому было сложно встать разнесли быстро. Аргон глянул на Гилдора и остался есть рядом с Элиндом и его напарником. Алькарин ел молча и через силу. Старался быстро, чтобы особо не вникать во вкус, но не выходило. Эленорэ доел быстро, словно и не заметил что в миске. Доев, посмотрел в нее, чуть вздохнул. - Аргон, а кто придумал говорить здесь на синдарине, чтобы не делить никого? Или так само повелось? Надо было что-то сказать, молчать сейчас было тяжело, а говорить о том, что может случиться в ближайшее время совсем не хотелось. Поэтому он спросил первое, что пришло в голову. - Не знаю, когда я попал в плен, тут так уже повелось. Но, думаю, это неплохо, что так. Хотя, я слышал, на золотодобыче нолдор больше, там чаще на квенья говорят. Но я там не был, только оттуда иногда кого-то приводили. Не думаю, что там проще, но, видимо, навыков и умений надо больше. Я больше любил сады выращивать, чем металлы искать, так что меня туда и не брали даже. Алькарин заметил его вздох, молча подвинул свою миску, ему есть не очень хотелось, слишком плохо было. Эленорэ хотел у Аргона спросить что-то еще, но глянул на Алькарина и покачал головой. - Я не поэтому. Доедай, - присмотрелся. - Что с тобой? - Ничего, - Алькарин чуть улыбнулся. - Просто как-то... устал. Не чувствовал вечером, а сейчас накатило. Эленорэ покосился на Аргона, чуть вздохнул снова и сказал Алькарину: - Давай напополам. А потом ляжешь. В голосе проскользнуло что-то такое, так с детьми разговаривают. - Вы и правда слабые еще для шахт, - вздохнул Аргон. - Но тут… - он покачал головой, потом оглянулся. - Скорее всего вы здесь завтра не одни будете. - Завтра здесь? - Алькарин поморщился. Но продолжать не стал. Молча съел половину оставшегося, придвинул миску Эленорэ и больше на нее не смотрел. - Ты ложись, - Эленорэ похлопал себя по колену. - Я пока не буду, а ты полежи. Потом глянул на Аргона, продолжил: - В шахтах тяжелее? Алькарин лег, руку тоже положил ему на ногу, чуть погладил в благодарность. - Ты же говоришь, бывал когда-то в шахтах, можешь представить, сколько там работы. А тут еще и горы не самые дружелюбные, инструменты плохие. Эленорэ положил Алькарину руку на голову, погладил волосы. - Был. Но иногда кажется, что там легче, - покосился на решетку, за которой были орки. - В этом - легче, - согласился Аргон. Орки, словно его услышав, оживились, начали подниматься и открывать решетку. Их было достаточно, что без опасений входить в пещеру с эльфами. Алькарин приподнял голову, пытаясь понять, надо ли вставать. Эленорэ замер и ощутимо напрягся. Судя по его виду ничего хорошего он сейчас не ждал, и он подобрался весь, словно приготовился к чему-то. Орки завалились в пещеру толпой, принялись нещадно сгонять эльфов с их мест, перворачивали подстилки, словно искали что-то. Тем, кто был нерасторопен, придавали прыти кнуты, тех, кто подняться вообще не смог, просто кидали возле одной из стен. Алькарин чуть замешкался, он быстро подняться не мог, из-за него задержался и Эленорэ. Когда они, получив по разу, все-таки отскочили в сторону, он, прижимая ладонь к набухающему рубцу от удара, тихо сказал: - Прости. - Тише. Ничего, - Эленорэ потянул его за рубашку, стараясь отойти по возможности подальше от орков. - Иди сюда. Он бы и встал между ними, но это было бы слишком явно. Тут вышла заминка. Тому, который не разобравшись хлестанул кнутом особенных, старший тут же, на месте, дал в зубы, и еще раз десять для порядка. Потом указал на Аргона, того уже было отпинали в сторону, но тут вернули. - О чем говорили? - оскалился орк. - О работе. - О работе… - орк ухмыльнулся еще шире, пнул в живот, потом принялся охаживать сапогами. Впрочем, такой бардак творился по всей пещере. Но вот пару новичков больше никто не осмеливался тронуть. Алькарин не очень разбирался, кого бьют, а кого нет, шарахнулся в сторону, прижимаясь к стене спиной, руку выставил, закрывая лицо и голову. Эленорэ рванулся следом, но не к стене, а встал так, чтобы оказаться между ним и орками. Лицо исказилось, но этого никто не видел уже. Он несколько секунд смотрел на происходящее, потом понял все, резко развернулся, обнял Алькарина, прижимая его голову к своему плечу, так, чтобы ничего не было видно. Натешившись и оставив в пещере все вверх тормашками, довольные орки отвалили за решетку и в этот раз, похоже и сами решили отдохнуть. Не избитыми остались только двое особенных, безумный и те, кто был без сознания еще с времени возвращения в пещеру. Пока орки хозяйничали в пещере, Эленорэ так и стоял спиной к ним, только все крепче прижимал Алькарина, и кусал губы. Огромных сил требовало подавить желание рвануться туда же, ударить кого-то из орков, но в этом не было смысла, а кончилось дело бы тем, что одним избитым стало больше. Даже двумя, скорее всего. Он так и стоял, тяжело дыша, и даже Алькарина отпустил не сразу, сам не сразу поняв, что все закончилось. Потом медленно опустил руки и прислонился к стене. Губы что-то прошептали беззвучно. - Это что? Они искали что-то? Но ждать ответа Алькарин не стал. Постоял, переводя дыхание, а потом пошел вдоль стены, собирая и складывая подстилки. Поднять он никого бы наверное не смог, но им же нужно будет куда-то лечь. Одной рукой он делал все медленно, но это его не останавливало. Пленники постепенно поднимались, орки знали как бить, никого не покалечили, никого не оставили без сознания. Аргону досталось немного сильнее прочих, но ему уже помогал Гилдор. По местам разбредались молча, да и что тут говорить. Кто-то пошел к воде, прихватив пару мисок, себе и тому товарищу. Эленорэ сперва помог Алькарину расправить подстилки, потом огляделся и пошел за водой для тех, кому еще не принесли. Он молчал и старался ни на кого не смотреть. Когда он вернулся и отдал воду, Алькарин схватил его за руку, тихо сказал: - Почему ты... ты словно виноват в чем-то. Сейчас на них косо никто не глядел, правда. Но может потому, что сил уже на злость даже не осталось. Эленорэ оглянулся сперва, но в помощи никто вроде бы уже не нуждался. Покачал головой. - Не знаю. - Прекращай. Ни ты, ни я, ничего не сделали. А что думают остальные, это их дело. Он был странно взвинчен, голос даже дрожал. Эленорэ еще раз огляделся, вздохнул и кивнул. - Пойдем спать… Алькарин постоял, словно собирался еще что-то сказать или сделать, потом кивнул. Улегшись даже разговаривать не стал, просто закрыл глаза, вместо "спокойной ночи" погладив Эленорэ по груди. Эленорэ лежал некоторое время с закрытыми глазами, но не спал. Потом шевельнулся. - Спишь? Алькарин ответил не сразу, он успел задремать. Дернулся, потом сказал: - Ммм... нет. - Знаешь, я умом понимаю, что ты прав, а сердцу больно. Но нельзя это оставлять так. А то ты тоже решишь, что в чем-то виноват… - повернул к Алькарину голову, прикрыл глаза и прошептал: - Как здесь мерзко. - Ты... не надо чувствовать то, чего они хотят. Потому что это отравит и тебя тоже. - Я понимаю. Но это проще сказать, чем сделать. Эленорэ помолчал, потом спросил: - Как думаешь, будет сегодня кому сидеть с ним? - и чуть кивнул в сторону безумного. - Может… предложить помочь? - Хватит с нас на сегодня предложений помощи, - с неожиданной обидой сказал Алькарин. - Я не хочу... не могу больше сейчас. Эленорэ всмотрелся в него повнимательней. - Хорошо. Тогда не надо, - погладил по щеке. - Ты что? Что такое? - Не знаю, - выдохнул он. - Помнишь... я говорил - пока кому-то нужен, то и силы находятся. Потому что иначе никак. А тут... вчера не вышло, сегодня совсем плохо. Я... как проваливаюсь, а зацепиться не за что. Если бы не ты, было бы совсем... совсем плохо. - Глупый ты, - Эленорэ не то прижал его, не то чуть встряхнул. - Почему решил, что вчера не вышло? - Потому что не вышло... я выложился, выгорел... а все как в песок. Да, он там был не один, но я же об этом даже не думал. - С безумными очень тяжело, особенно, с обезумевшими здесь. Я видел такого лишь один раз, да и то, он был в более здравом уме. Но и он казался... знаешь, как пропасти без дна, как воронка. И целители говорили, что он сжирал все силы... Я не подумал. Тебя надо было предупредить. И тебе теперь нужно поберечь себя. Потому что я вчера увидел совсем другое. Он прервался ненадолго, потом продолжил: - Я вчера понял, что твой дар здесь многим может пригодиться. И если ему, - он снова чуть кивнул в сторону безумца, - мы не в силах помочь, можно не дать сойти с ума другим. А ты можешь, правда, - Эленорэ снова чуть встряхнул его, но ласково. - Я бы берег тебя здесь как драгоценность. - Я не знаю, - повторил Алькарин, но в голос дрожал меньше. - Я... видишь, у меня не получается. Почти. - У тебя хотя бы получается. Почему ты не хочешь этого замечать? - Кому это нужно... - он вздохнул, прижался щекой к его груди. - Ты другое дело. Ты... принимая, столько ухитряешься отдать, что я не уставал совсем. Ладно. Пройдет, я просто что-то расклеился сегодня. - Многим было нужно, ты просто не заметил. Все здесь сейчас злы, но я думаю… поймут. И ещё, знаешь, мне кажется у них, здесь, не такой опыт, как у тебя и у меня. У нас там была война, а рудники выматывают временем и безысходностью. А против нее и отчаяния очень тяжело найти оружие... - У нас-то там... да, - Алькарин чуть поежился. - И это тоже никому не объяснить. - Зачем объяснять? - шепнул Эленорэ, и голос почему-то стал тише. - Достаточно того, что сам об этом знаешь. - Может, если бы они поняли, откуда мы и что там было, все было бы иначе... не знаю. Заметил знаешь что? Когда вместо тебя привели Гиллина, мне было плохо... но первое, что я спросил, это идет ли война и что вообще там. Держатся ли крепости. - Мы и не говорили почти ни с кем, Аргон прав. Сил ни у кого нет, конечно, ни у нас, ни у них, но и не говорили. Как они могли узнать? Хотя мне об этом говорить совсем не хочется… - Я не о том сейчас. Даже Аргон об этом не спросил, а он знает, что мы здесь не так давно. Никому неинтересно, что там... как идет война, что вообще происходит. Эленорэ не сразу ответил, помолчал, обдумывая его слова. - Может быть, боятся узнать? Или спрашивать, или тешить себя лишней надеждой… Он ведь сказал, что все надеются на то, что он однажды ответит за всё. А ещё… может быть, последние новости до них доносят. Не забывают, - он усмехнулся, горько и едко. - Все, что здесь может быть сказано, это только ложь, - жестко сказал Алькарин. - Неужели ты думаешь, что скажут о том, что мы пробились куда-то или отбили что-то. Никогда. Я думаю... дело в другом. Но не хочу про это думать, сразу плохо. - Что все здесь отчаялись? - Эленорэ спросил это ровным голосом. - Да. Что они... не думают, что там, за этими горами, потому что их это больше не касается. - Не очень хочется… думать, что это так, - Эленорэ ответил тихо и после некоторого молчания. - Но, может оказаться, что ты прав. Хотя, может быть, просто не говорят? Мне хочется верить в то, что где-то в глубине души, хоть кто-то, сохранил надежду. - Видишь, сейчас ты надеешься на лучшее, из нас двоих. Я... сегодня просто разобранный. Завтра будет лучше. Давай спать. - Давай, - Эленорэ чуть повозился, устраиваясь удобнее. - И собирайся. Мне ты точно нужен.