Эту песню не задушишь...

Спали они дольше - или так показалось после прошлой бессонной ночи или здесь иначе считали время отдыха. Но когда их подняли, Алькарин понял, что даже успел немного выспаться. Гэлмир выглядел плохо, был бледный и то и дело прикасался пальцами к виску, морщась от боли. Смотреть на него было больно, Эленорэ вздохнул, погладил по руке и провел к выходу, чтобы хоть орки поменьше толкали. - Очень голова болит, - тихо сказал тот. - Я и не думал, что она может так болеть. Правда в кузнице или шахте было бы еще хуже. - Я бы тебе попробовал помочь - тихо сказал Эленорэ. - Но сейчас уже не успею, - он оглянулся на орков. - Думай о чём-нибудь… хорошем. Или хотя бы о том, что всё однажды заканчивается. И это тоже не может быть вечно. - Как ты мне поможешь? - удивился Гэлмир. - Но спасибо. Доживем сперва до вечера. Далеко их не гнали, тут все было рядом. Снова тачка, только в этот раз Алькарин оказался впереди Эленорэ. Эленорэ молча взялся за тачку, ничего другого все равно не оставалось. Совет думать о том, что все однажды заканчивается, помог и ему самому. То, что когда-нибудь закончится и это, как бы отодвигало тоску и усталость на задний план. Заканчиваться пока все и не собиралось. Перед ним шел Алькарин и Эленорэ мог заметить, что чем ближе к вечеру, тем чаще он оскальзывается и падает. Орки не давали долго отдыхать, к любому упавшему пленному сразу бросался ближайший охранник, ударами плети заставляя подняться. Эленорэ смотрел на это с тревогой и не хотел думать, что он будет делать, если Алькарин все-таки упадет. От этих мыслей своей усталости он почти и не замечал. Воды им не давали и отдохнуть получилось только один раз - почему-то впереди идущие остановились, что-то происходило там, возле печей. Орки шарахнулись в сторону, впереди идущие кто попятился и прижался к стене, кто просто остановился. Эленорэ тоже остановился, и сдвинулся чуть в сторону, чтобы можно было пройти, если нужно. И подумал, что хорошо, что их к этим тележкам не привязывают и не приковывают. Мимо никто не шел, только охрана протиснулась назад. Впереди что-то взметнулось, темное, как клубы дыма, повеяло обжигающим жаром, и на этом все стихло. Орки засуетились, раздавая удары не глядя, словно в этой заминке были виноваты рабы. Эленорэ дернулся вперед, по нему попало, он стиснул зубы и совладав с собой отошел на место. - Пошли, пошли, быстро! - орал охранник. - Печь стоять не может! Алькарин обернулся, испугавшись на миг, что Эленорэ сопротивляется или ударил орка. Эленорэ кивнул ему, мол, иди, и сам двинулся вперед. Здесь не было ни перерывов, ни возможности для отдыха. Только бесконечная дорога по кругу, разъедающий все жаркий воздух, окрики охраны, удары при малейшей заминке. В конце концов Алькарин таки упал, сильно ударившись правым плечом о край тележки и его, не сумев поднять, оттащили к краю дороги. Эленорэ, проходя мимо, на несколько секунд задержался, приглядываясь. Алькарин был в полуобморочном состоянии, но дышал. А Эленорэ тут же получил поперек спины, чтобы не замедлялся. Эленорэ почти не ощутил удара, и даже не сразу понял, что его бьют, выдохнул с облегчением и пошел дальше. Когда он шел там на следующий круг, Алькарина уже не было. Он похолодел, голова закружилась и ноги подкосились сами собой. Чтобы не упасть, пришлось остановиться. - Пошел, пошел, - тут же крикнул охранник. Стоял он не очень близко и сейчас бежал к эльфу, на ходу замахиваясь бичом. Эленорэ попытался двинуться вперед, но проклятая тележка, казалось, стала тяжелее раз в десять. - Пошел! - бич, наконец, достал ленивого раба. Эленорэ оглянулся: ему пришла в голову мысль, что может быть, Алькарина просто оттащили и он где-то недалеко. - Пошел, пошел! Эленорэ нагнал Гэлмир, тоже остановился. Понял, в чем дело, даже не видя. - Эленорэ! Его наверное, подняли и он где-то впереди идет. Эленорэ вытянулся, силясь рассмотреть поверх голов, ничего не увидел, но все же двинулся вперед. - Его же нет? Ты поэтому? Или... отправили отдыхать, - чуть менее уверенно закончил Гэлмир. Тут же зашипел сквозь зубы, его тоже хлестнули. - Да, - Эленорэ быстро оглянулся, хотя голова еще кружилась. - Его не убили? - Здесь никого не убивают просто так, - зло сказал Гэлмир. Их еще ударили пару раз, подгоняя, но дальше охранник за ними не пошел, решив, что идут достаточно быстро. - Нас чуть не убили… - тихо сказал Эленорэ, снова пытаясь рассмотреть что впереди и нет ли там Алькарина. Ему пришла в голову мысль, что того могут теперь вообще куда-нибудь утащить, и тогда они больше не увидятся. От этого снова стало страшно. - Орки не убивают, - уточнил Гэлмир. Говорить было сложно, ему сзади приходилось почти кричать, чтоб Эленорэ его слышал. Эленорэ не ответил: говорить, а тем более кричать, было тяжело, но то и дело поднимал голову и смотрел вперед. То ли от беспокойства, то ли от того, что сбивался ритм, уставать он начал раньше, чем в прошлый раз. Алькарина видно не было, но когда их через пару кругов, вернули в камеру - отдыхать, он обнаружился там, лежал, скорчившись, у стены, не то спал, не то без сознания. Эленорэ к концу дня был уже едва живой от усталости и волнения, но увидев Алькарина забыл об этом, и бросился к нему. - Алькарин! Тот дернулся, приподнялся. - Эленорэ, вы вернулись? Ну и хорошо. Он был довольно сильно избит, но в остальном цел и голос звучал вполне нормально. - Пить хочешь? - Я пил... - Алькарин оперся на локоть и сел. В пещеру заталкивали все новых и новых пленных, а лежал он у самого входа. Гэлмир, держась за стену, медленно обошел грот кругом и добрался до воды. Остальные только чуть отодвигались или отходили, отводя взгляд. - Идём, отойдёшь от входа. Можешь встать? - Эленорэ оглянулся на Гэлмира, но тот уже нашел воду. - Помоги, - Алькарин протянул руку. - Давно я здесь? Я как в себя пришел, пил. Потом вернулся так, чтобы видеть коридор, ждал вас. Эленорэ обхватил его здоровой рукой, помогая встать. - Наверное, полдня. Я не считал… Я боялся, что тебя совсем куда-то увели… - Куда? - усмехнулся Алькарин. - Кому я где нужен? - Не знаю… - неуверенно ответил Эленорэ. Сейчас страх уснул и казался глупым, но не ушел совсем, а затаился где-то в глубине души. - Мало ли. У воды Алькарин думал было снова лечь на живот, и пить так, но потом надо было бы снова подниматься, а от побоев болело все тело. - Поможешь мне? Плохо, что здесь ни ковша, ни миски... Гэлмир же зачем-то отошел к стене, туда, где вода вытекала за пределы грота, ниже всех по течению. Эленорэ проследил за ним, несколько секунд смотрел, потом отвернулся. - Давай, помогу. Только сядь ближе. Он хотел стянуть с руки повязку и набрать воды в обе ладони, но потом подумал, что перевязать здесь будет некому и не стал. - Только медленно придется. - Ничего. - Алькарин склонил голову, выпил воду из его горсти. - Теперь ты. Потом я. Гэлмир тем временем размотал повязку с головы и пытался выстирать ее в холодной воде. Стало ясно, почему он ушел ниже по течению. Эленорэ оглянулся на него. - Ему бы помочь… - пробормотал он. Алькарин тоже глянул, покачал головой: - Я не могу... Но ты иди. Я попробую сам напиться или подожду. Эленорэ кивнул: - Я постараюсь быстро. Подойдя к Гэлмиру, он остановился в полутора шагах от него и спросил: - Тебе помочь? Тот вздрогнул, но поворачиваться не стал. Наоборот,опустил голову. Потом сказал, медленно, словно через силу. - Это неприятно очень видеть. Но если придержишь меня за плечо, я хоть умоюсь - надо промыть... все, а у меня голова кружится, боюсь, что упаду, если наклонюсь. И... посмотри, я отстирал или нужно еще? - Ты меня этим не удивишь, и так лучше, чем если ты здесь упадёшь. Давай, а потом я тебе постираю, - он положил Гэлмиру руку на плечо. - Одной рукой? - уточнил Гэлмир. - Я не вижу, но я же не дурак. Мог заметить, что ты пользуешься только левой. А твой друг вообще... Он склонился над водой и начал осторожно, но обильно плескать в лицо водой. Эленорэ промолчал, но через некоторое время упрямо добавил: - Она скоро заживёт. - Да, - спокойно согласился Гэлмир. - Но пока нет, так что ты мне просто скажи, где совсем грязно и я отстираю. А еще... оторви от моей одежды тряпку почище? Не хочу делать перевязку мокрыми бинтами. Эленорэ подождал, пока он умоется, потом оторвал кусок от его одежды и отдавая, взглянул Гэлмиру в лицо. Хотел проверить, все ли он смог отмыть. В глазницах черным запеклась кровь, все вокруг было воспалено и раны явно были довольно свежими, вряд ли прошло больше недели. Но грязь Гэлмир отмыл почти всю, только на правой щеке остались въевшиеся разводы черной пыли и потеки крови. - Отмой ещё справа… щёку, - с трудом выговорил Эленорэ и отвел глаза. Тот кивнул, отвернулся - быстро. Начал тереть там, где Эленорэ сказал, с каким-то преувеличенным тщанием. - Всё, - остановил его Эленорэ, когда заметил, что Гэлмир трет уже совсем чистую щеку. - Держи, перевяжи всё, - он уже справился с собой и говорил спокойно. Гэлмир взял у него лоскут, свернул так, чтобы впереди был двойной слой и более-менее ловко обмотал себе голову, ему, казалось, даже цепь не очень мешала. Эленорэ смотрел на него и с трудом подавил вздох. Он не был уверен, что смог бы держаться так же, как Гэлмир, если бы остался здесь один, слепой, после надежды на побег… Впрочем, судя по всему, они все знали, на что шли. - Достирай… - медленно проговорил он. - Там немного пятен ещё осталось, давай, я тебе покажу где. - Покажи, - Гэлмир держал в руках мокрую тряпицу, второй рукой ощупывал ее. словно надеялся так понять, где еще пятна. - Ты не бойся эти пятна... это мазь в основном. Лекарство. - Тебя лечили? - спросил Эленорэ. - Да. Приходил... кто-то. Майя. Я, сам понимаешь, разглядеть его не мог уже. Но он был один раз. Потом нет, никто не лечил - нечем. - Даже так… - задумчиво сказал Эленорэ. - Вот здесь потри и всё, - он коснулся руки Гэлмира, направляя в нужную сторону. - Ты не знал? Что здесь и лечить могут? - Гэлмир невесело улыбнулся. - Меня здесь кто-то лечил уже, после того, как допросили, но я не помню, кто. - Да, нас тоже допрашивали и лечили, - без энтузиазма ответил Эленорэ. - Ну вот. А теперь все? - Гэлмир показал ему тряпку. - Теперь да, - кивнул Эленорэ, забыв, что Гэлмир его не видит. - Тебе ещё что-нибудь нужно? - Нет. Спасибо тебе. За... в общем, одному, без вас, было бы совсем тяжело. Там-то, где я был, я все знаю... а здесь нет. Пойдем? Где твой друг? Может, вам тоже чем помочь? - Напои его, - почему-то Эленорэ сейчас вспомнился Нардиль. - Мне одной рукой сложно, а я тоже очень хочу пить. - Это я могу, - легко сказал Гэлмир. Поднялся, сперва протянул руку, чтобы коснуться стены, потом, словно вспомнив, что рядом Эленорэ, сжал пальцами его локоть. - Пойдем. Эленорэ двинулся обратно, обходя по дороге группки эльфов, сидевших у воды. - А что у них всё-таки с печью? Ты не знаешь? - спросил он по дороге. - Немного знаю, - сказал Гэлмир. - Я не очень хорошо понимаю, но... она разрушилась. Или они ее разбили, после того, как что-то случилось. Печи же нельзя останавливать, руда мгновенно внутри застынет. В общем, одной печи теперь нет... и погибло довольно много. Эленорэ, который хотел сказать, что и хорошо, что разрушилась, прикусил губу. - Тех, кто там работал? - Да. Но мне кажется... печи так просто не ломаются. Может, я зря так думаю. Сюда же... отправляют либо в наказание, либо тех, от кого толку нет. Алькарин приподнялся им навстречу, слабо улыбнулся: - У вас все хорошо? - Да, - Эленорэ настороженно посмотрел на него. - А что? - Потерял вас. Ничего. Гэлмир шагнул на его голос, присел рядом. - Давай помогу напиться, раз уж мы тут втроем так... Не дожидаясь ответа, сложил ладони лодочкой, зачерпнул воды. - Хорошо. Я испугался, что что-то случилось. Эленорэ наклонился к воде и стал пить сам. В этот раз в пещере не было даже огрызков лепешки, но вдруг те, кто сидел и лежал ближе к решетке, начали приподниматься и оживленно переговариваться. Донеслись слова об ужине, каше или супе. - Как же хорошо умыться, - Эленорэ отряхнул руки и тоже оглянулся на решетку. - Кажется, будет еда. - Только есть ее не из чего, - Гэлмир был какой-то напряженный. - И... кажется мне, сейчас все плохо кончится. Едва он договорил, орки втащили небольшой котелок, вывалили из него на пол густое, распадающееся на комки варево, и захлопнули решетку. Возле того места сразу образовалась толпа, каждый ел, сколько мог, торопливо подбирая пальцами комки каши, сзади их отталкивали те, кому не хватило места. Это не было ни дракой, ни сварой, но думал каждый точно только о себе. - Идём, - Эленорэ глянул на то, с какой скоростью исчезает еда, - Иначе ничего вообще не достанется. - Сидите, - бросил Гэлмир. - Вас толкнут, или... хотя нет, Эленорэ, пойдем. Он, не дожидаясь ответа, в несколько шагов пересек пещеру, сделать это было несложно даже слепому, и, не обращая внимания на негодующие возгласы и попытки его оттолкнуть, вклинился между двумя синдар. Кроме страшных ран на месте глаз, в остальном Гэлмир был достаточно крепкий и даже не очень истощенный, так что отпихнуть его было сложно. Эленорэ быстро поднялся следом, не успев даже удивиться тому, что Гэлмир уже изучил здешние порядки. И начал проталкиваться за ним, по возможности оберегая больную руку. - Я про такое слышал, - Гэлмир вдруг перешел на синдарин и говорил очень громко. - Что здесь если и кормят, то с пола, хуже, чем люди свою скотину. А потом смотрят, как дети Эру готовы друг друга удавить из-за горсти каши. - Смотрят? - Эленорэ вздрогнул, и не сразу понял, что обращается Гэлмир не только к нему. - Я не вижу. Но почему нет... Кто-то из синдар тоже поднял голову, с тревогой взглянул за решетку, но рядом с ней никого не было. Еще один коротко бросил: - Уберите руки, все. И начал раскидывать кашу на более-менее равные порции. Каждому в ладони. На Гэлмира он не смотрел. Эленорэ остановился. Он не был уверен, что синдар сейчас не поделят еду только между собой, но ждал, и взяв ладонь Гэлмира тоже протянул его руку в сторону синда. И свою. - Вас же трое? - глухо спросил тот, по прежнему не глядя в глаза ни Эленорэ, ни Гэлмиру. - Трое, - спокойно подтвердил Эленорэ. Ему в ладонь лег комок каши в два раза больше, чем остальные, Гэлмиру обычный. - Спасибо, - коротко сказал тот, словно не было недавней речи. - Спасибо, - следом за ним проговорил Эленорэ. Хотел еще что-то добавить, но потом подумал и не стал. Алькарин уже тоже стоял на ногах, собираясь идти помогать, если понадобится, хоть и слабо представлял, что он вообще может сделать. Но увидев, что Эленорэ и Гэлмир идут к нему, облегченно выдохнул, снова сел. - Ты об этом только слышал? - спросил Эленорэ, когда они уже отошли. - Или с тобой так уже было? - У нас... было что-то похожее, когда тем, кто подходил в конце, почти ничего не доставалось, - сказал Гэлмир. - А потом некоторые, кому не повезло здесь работать, рассказывали. Тут... рабов не считают уже. Надеюсь, мы не насовсем... ну, мне так показалось. - Когда мы уходили, этот… хозяин рудника прощался с нами так, будто кого-то еще увидит. Значит, будем надеяться, что не насовсем, - спокойно ответил Эленорэ. - Алькарин, это нам с тобой на двоих. Гэлмир на миг изменился в лице, побледнел, прикусил губу. Потом сказал, с несколько наигранным спокойствием: - Да. Мне он примерно то же самое говорил. Эленорэ вздохнул. - Ты тоже с ним знаком. - Думаю... больше, чем кто-либо, - голос у Гэлмира стал какой-то сдавленный. - Особенно последнее время. Глаза... это тоже он. Обычно орки все делают, он сам редко. Но это - он. Эленорэ молча положил свободную руку ему на плечо. Говорить не хотелось, да и что тут скажешь? - Вы с ним осторожнее, - Гэлмир вроде бы сидел, как сидел, но чуть подался к Эленорэ. - Он и убить может. - Мы знаем,- тихо сказал Алькарин. Он протянул ладонь Эленорэ: - Ты мне положи сюда немного, есть-то с руки я могу и со своей. - Да, - коротко ответил Эленорэ. Не хотелось вдаваться в подробности их близкого знакомства с хозяином рудника. Он переложил Алькарину половину и стал есть. - Вообще он чаще грозит или пытается испугать. Он нолдор ценит... или кто-то есть над ним, кто может спросить на лишнюю смерть. Но бывает. Гэлмир ел не очень торопясь, словно был не слишком-то голодный. - Может, и так, - Эленорэ съел все быстро, будто боялся, что кто-то отберет. - Но к нам он уже, кажется, потерял интерес. - Хорошо, если так, - Гэлмир говорил с плохо скрытым сомнением в голосе. Потом протянул перед собой ладонь с остатками каши: - Кто-то из вас хочет? Я не голоден. Меня от боли тошнит всегда, а голова с утра очень болит. Жалко будет, если пропадет. Алькарин глянул на Эленорэ: "Бери себе". Эленорэ взял, но половину все равно сунул Алькарину. - Спасибо. Знаешь, я заметил, что если засыпать здесь, думая о чём-то хорошем, то наутро всё болит чуть меньше, - у него это не всегда работало, но вдруг получится у Гэлмира. - Попробуй. - Чтобы думать о хорошем, нужно... сосредоточиться как-то. А я думаю о тех, кто ушёл. Где они сейчас, смогли ли укрыться. Он говорил сейчас едва слышно. - Думаю, им сейчас лучше, чем было… в любом случае, - ответил Эленорэ. - Надеюсь на то, - Гэлмир вдруг улыбнулся, и его лицо, выглядевшее застывшим из-за закрывающей глаза повязки, посветлело и стало живым. - Мне кажется, выйдя отсюда, уже не пропадешь и не дашь себя схватить снова. Эленорэ кивнул, потом опомнился, что Гэлмир его не видит. - Да, - ответил он убежденно. - Хорошо, что ты так думаешь, - вздохнул Гэлмир. - Я вообще отвык немного. Разговаривать с кем-то и вообще. Алькарин, доев кашу, лег, но смотрел на Эленорэ и Гэлмира, глаза не закрывал. - Мне просто нехорошо, когда сижу, голова кружится. Но я вас буду слушать. Эленорэ посмотрел на Алькарина и кивнул. Ответил Гэлмиру: - Мы думали, если найдём способ бежать, то это будет уже всё, или уйдём, или живыми не дадимся. В любом случае выход… - Живыми точно нельзя, - тихо сказал Гэлмир. Потом, после паузы, спросил, глядя куда-то между Эленорэ и Алькарином. - А вы это... действительно решили сделать, или просто... если вдруг случай подвернется? - Я пока не вижу, как бы можно было, - грустно ответил Эленорэ. - Утром в шахту, вечером из шахты, и едва сил хватает дойти. Мы только и придумали, что оружие, - это он сказал совсем тихо. - Так из шахты и надо бежать, - сказал Гэлмир. - Сразу после того, как разнесут воду, это самый долгий промежуток. Но нужно оружие, нужно знать, куда идти и еще... что-то, чтобы открывать решетки и двери. Их здесь много, часто уже и ключи потеряны. Эленорэ с интересом взглянул на него. - Говорят, что та шахта, где были мы, находится неглубоко под землей. Но насколько, и куда идти никто не знает… А как узнавали вы? По их разговорам? - Нет. Мы выходили. Смотрели. Лазили в закрытые штреки. Один раз... меня наказали, вели в... ну, неважно. И по дороге избили, я упал. И когда упал, понял, что чувствую сквозняк, легкий ветерок. По их разговорам тоже иногда понятно. - А чем вы открывали замки? - спросил Эленорэ. - У нас были инструменты. Пилка, крючок - цеплять там, где еще что-то не заржавело. Эленорэ посмотрел на Гэлмира пристально и был даже рад, что тот его взгляда не видит. - Но ведь не нашли вы их на дороге? - Нет, конечно,- он явно хотел что-то еще сказать, но передумал. - Давайте спать. У меня словно багровое пламя перед глазами, все болит, а времени на отдых все меньше и меньше. Потом поговорим, если случай будет. Эленорэ, ожидавший, что Гэлмир может и вовсе отказаться отвечать, согласился. - Давай. Как вчера? - Мне как угодно, лишь бы не одному, - легко сказал Гэлмир. Алькарин тоже кивнул, но он-то сам уже лежал. - Хорошо, - ответил Эленорэ. Спать без Алькарина он не хотел, так что стал сгребать солому и устраиваться рядом. Алькарин сам подобрался к нему ближе, дождавшись, пока Эленорэ сгребет подстилку. Здесь было тесно для того количества рабов, что орки набили внутрь, зато не холодно. - Я сегодня думал, что буду делать, если ты пропадешь, - заметил Эленорэ уже после того как лег и закрыл глаза. - Но потом понял, что если что-то случится, я пойму. - Поймешь, - согласился Алькарин. И потом добавил: - И что будешь делать? - Не знаю, - Эленорэ повел плечом. - Но кому-то не поздоровится. - Я даже догадываюсь, кому, - грустно и еле слышно пробормотал Алькарин. Эленорэ усмехнулся: - Только это сложно было бы организовать. - Вы будете спать? - спросил Гэлмир. - Слышу-то я хорошо. - Будем. Извини, - тут же сказал Алькарин. Обнял Эленорэ, пристроил голову ему на плечо. Избитое тело болело и найти удобное положение оказалось нелегко. Эленорэ вместо ответа только закрыл глаза и вздохнул. - Спокойной ночи. Спокойной ночь не была. Гэлмир в какой-то момент начал стонать и метаться, Алькарин пытался его успокоить, но тот от прикосновения затрясся весь, словно его собрались резать, забился еще сильнее. Эленорэ сперва показалось, что это Алькарину приснился кошмар и он спросонья схватил его за плечо: - Алькарин! Тот охнул, дернулся. Рука, на которую он опирался, чтобы наклониться над Гэлмиром, подогнулась и Алькарин повалился назад, спиной на Эленорэ. Эленорэ придержал его, чтобы тот не упал. - Что у вас тут? А потом потряс за плечо уже Гэлмира. - Гэлмир, проснись! - Я не знаю, - пробормотал Алькарин. Гэлмир же резко сел, зашарил ладонью по лицу, собираясь сорвать повязку - словно спросонья не понимал, что это и почему мешает смотреть. - Что? Кто здесь? - говорил он нервно и взвинченно. - Это я, Эленорэ, - Эленорэ на всякий случай отпустил его. Гэлмир замер, потом резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы. - А... Да. Я помню, - уже тише сказал он. - Я вас... разбудил? - Ничего. Мы привыкли, Гэлмир, - Эленорэ протянул руку и осторожно коснулся его руки, отводя от повязки. Гэлмир позволил отвести свою руку, он вообще заметно расслабился, вырвавшись из ночного кошмара. Еще раз проговорил: - Я не хотел. Будить. Алькарин только вздохнул. - Я знаю. Всё хорошо… Спи, - и добавил: - Сможешь сейчас уснуть? - Даже если нет, вам-то я мешать не стану, - сказал Гэлмир. - Не знаю. Попробую. Вы-то спите, завтра никто не будет смотреть, кого накануне избили, а кого нет, работать погонят всех одинаково. - Хорошо, Гэлмир, - Эленорэ со вздохом вернулся на свое место. - Но мы рядом, ты помни. Алькарин промолчал, только прижался к нему сильнее - снова мерз, несмотря на жар печей. Казалось, что тепла в теле совсем не осталось, потому и холодно даже рядом с плавильными. Гэлмир что-то прошептал, потом сказал яснее: - Да. Рядом, это хорошо. - Тогда спи… - прошептал Эленорэ. Он пошевелился, устраивая голову так, чтобы шея не затекла к утру, потом повернулся к Алькарину: - Мёрзнешь? - Я знаю, что тут жарко, - ответил Алькарин еле слышно. - Но... да. Ты же помнишь, мне потом, как... как достанется, всегда холодно. Было одно исключение из этого правила, когда ему казалось, что он сгорает заживо раз за разом, но об этом лучше было вообще не вспоминать. Эленорэ чуть отодвинулся, высвобождая руку, потом стянул через голову накидку и укрыл Алькарина, как одеялом. Придвинулся обратно, залезая под свой край. Алькарин не стал спорить, прижался плотнее. Кожа у него была горячая, но чувствовалась дрожь, пробегающая по телу. - Спасибо. И... спи. - Сплю, - ответил Эленорэ и закрыл глаза.