Эту песню не задушишь...

Гэлмир проспал больше суток, вообще не реагируя ни на что - лишь воду глотал, если на губах оказывалась смоченная тряпка или край миски. К следующей ночи начался жар, он то покрывался испариной, то начинал дрожать от холода. В какой-то момент резко дернулся, пытаясь сесть, зашипел сквозь зубы, рукой зашарил рядом с собой. - Что? Где? Уберите это, - он говорил на квенья, хотя до того, и с Аннаэлем и с нолдор говорил на синдарине. Аннаэль весь день просидел со вторым эльфом, которого мучил майя напару с Гэлмиром. Он то засыпал, то бредил, но окончательно уснул только к вечеру, тогда Аннаэль пересел к нолдо. - Гэлмир, - позвал он и придержал его за плечо, не давая слишком сильно встать. - Нет, нет... - Гэлмир говорил едва слышно, но в голосе звучал не то страх, не то злость. - Не мое имя. Не то, все не так. Зачем я здесь? Я не вижу... Он мотнул головой, потом сдернул рукой повязку с глаз и задышал еще судорожнее. - Гэлмир! - настойчивей позвал Аннаэль, на этот раз ловя его за руку. - Нет, нет, - повторил он. Попытался вырвать руку, но слабость была такая, что он лишь едва дернул ее. Потом заговорил чуть спокойнее. - Дай мне уйти, я не хочу тут оставаться. Убери это все и дай мне уйти. Аннаэль вздохнул, намочил тряпку и положил ее на лоб Гэлмира. Второй рукой он удерживал его, чтобы нолдо снова не попытался подняться. - Элемирэ, хватит уже, - вдруг улыбнулся Гэлмир. - Я весь мокрый. Сейчас я немного полежу, потом встану, ты не беспокойся. Аннаэль кивнул сам себе и остался на прежнем месте, только пододвинул поближе миску с водой. - У вас получилось? - спросил Гэлмир через какое-то время, уже на синдарине. Темные провалы глазниц были повернуты куда-то в сторону от Аннаэля, как будто он говорил с кем-то незримым, стоявшим рядом. - Гэлмир, - снова позвал Аннаэль. - Что? - он чуть повернул голову. - У вас все хорошо? - Ты узнаешь меня? - уточнил целитель. - Я Аннаэль. Все хорошо. - Почему ты Аннаэль? - удивленно прошептал Гэлмир. - Нет... ты Элемирэ, мой брат. Я просто хочу быть уверенным, что у вас все хорошо. Аннаэль погладил его по волосам. - У Элемирэ все хорошо. - Просто говорили всякое, - Гэлмир напряженно вслушивался в его слова. - Что вас поймали, что нашли где-то там, снаружи. Ну... хорошо. Я не верил. - Все хорошо, - ответил Аннаэль. - Они всегда лгут, очень много лгут. - Я не верил, - повторил Гэлмир. Протянул руку, накрыл пальцы Аннаэля и неожиданно светло, облегченно улыбнулся, сжал его сильнее. - Я рад, что все хорошо. Брат мой... - Все хорошо, - Аннаэль снова погладил его по голове. - А тебе нужно отдыхать. - Не хочу отдыхать, страшно, - сказал Гэлмир после долгой паузы. - Аннаэль, я боюсь спать. - Я тебя посторожу, - мягко сказал Аннаэль. - Нет, - упрямо сказал Гэлмир. - Нет. Я просто не буду спать... душно, давит, дышать тяжело. Надо все это убрать. Зря мы с тобой так сделали. - Как? - спросил Аннаэль. - Обвалили это все, - пробормотал Гэлмир. Поднял ту руку, которая была ближе к стене, ощупал шероховатую поверхность камня, словно в самом деле это был завал. Потом провел по повязке на груди. - Давит. Дышать не могу. Зря мы так. Аннаэль взял другую его руку и провел ею по воздуху так, чтобы почувствовалось пространство. - Мы в жилой пещере, Гэлмир. Ты просто ранен и у тебя жар и бред. - Я ж помню, что все обвалилось. Как мы хотели... - сказал Гэлмир недоверчиво. - Я не вижу ничего, темно. Элемирэ успел уйти, а я обвалил, как обещал. Он замолчал, о чем-то размышляя. Потом спросил: - А ты откуда сюда пролез? - Я не пролез, - настойчивей ответил Аннаэль. - Мы в жилой пещере, ты ранен, у тебя просто жар и бред. Но скоро ты поправиться, и все будет хорошо. - Зажги лампу тогда, зачем так темно? - Гэлмир чуть повернулся, глухо застонал. - Темно, жарко... - Лампа горит, - вздохнул Аннаэль. - Ты просто не можешь ее увидеть. А жарко тебе от того, что ты ранен. Но это скоро пройдет. Хочешь пить? Воды много. Гэлмир замер, услышав то, что его поразило. Провел рукой по лицу, ощупывая его. Потом тихо, бесцветно сказал: - Да. Я забыл. Пить... пить хочу. Аннаэль приподнял ему голову и поднес к губам чашку с водой. Гэлмир пил, глотая с трудом, но жадно. Потом закашлялся, прижал руки к груди, лицо стало белым, как полотно. Кашель еще несколько раз заставил его вздрогнуть всем телом, согнуться, перекатываясь на бок. Аннаэль поймал его, не давая перекатиться на и задеть раны. Мягко удержал. - Тихо, тихо, мой хороший. Гэлмир прижимал одну руку к груди, вторую к горлу и медленно, тяжело дышал сквозь зубы, пытаясь сдержать кашель. Потом, повинуясь голосу и мягкому нажиму, чуть расслабился, дал себя уложить. - Не хочу умирать, - выдавил он, и непонятно было, говорит он про сейчас, или вообще. - Ты не умрешь, - вздохнул Аннаэль. - Нет, конечно. Я тебе не дам. Ты выздоровеешь... и еще много хорошего будет. Может, не очень скоро, но обязательно будет. - Я не хочу умирать, - совсем тихо, по-детски сказал Гэлмир, уже не споря, а соглашаясь с тем, что сказал Аннаэль. - Я... передумал. - Тебе и не нужно, - ответил Аннаэль, разглаживая кончиками пальцев ему кожу на висках, потом на лбу. - Незачем. Тебе еще жить и жить, и ты не умрешь. - Да, но я тебе обещал, - не очень внятно пробормотал Гэлмир. Судя по голосу, он снова засыпал, прикосновения успокаивали и уводили из реальности. - Я тоже не хочу, - вздохнул Аннаэль. - Давай попробуем обойтись без этого. - Да. Спасибо тебе. Гэлмир надолго замолчал, дыхание было еле различимо. Потом прошептал: - Мне надо бы найти брата... если он жив. Аннаэль сидел рядом с закрытыми глазами, но не спал. Он ушел мыслями далеко-далеко, погрузившись в полугрезу, но одна часть сознания не дремала, и он чутко прислушивался к тому, что происходит: к дыханию Гэлмира, и второго синда, которому тоже было плохо. Не открывая глаз он погладил Гэлмира по лбу и проговорил: - Обязательно найдешь. Но сперва тебе надо выздороветь.