February moon.

Я вышел от Харрисона очень и очень злым. Раздражённым. Такого я не ожидал. Мало того, что я оказался прав (с Пола извинения в письменном виде), так он ещё и отпирался битый час. Так нельзя. Ринго тоже хорош. Сидит на записях с тупым видом, не понимая, что вообще происходит. Вся это невинность. Сладость. Как девочки себя ведут. Погода на улице не изменилась. Всё тот же дикий холод. Мне даже домой теперь не хочется возвращаться, обдумать надо весь наш разговор. Чтобы мне сделать для Джорджа? Может быть, не стоит так критично относиться к нему и его чувствам к Ричарду? Надо всё исправить. Найдя глазами телефонную будку, я решительно ринулся к ней. Забежав внутрь, я стал дышать на обмёрзшие руки, обжигая бледную кожу горячим дыханием. Чёрт, холодно. Осмотревшись по сторонам, я понял, что на улице нахожусь один. Набирая номер, я немного путался в цифрах, потому что в голове всё смешалось и уплыло куда-то в даль. - Ринго?- спросил я в трубку, закашлявшись. - Да?- отозвался сонный голос на том конце трубки. - Срочно! Такое случилось!- взревел я. - Что?!- всполошился он, явно находясь в шоке от неожиданного звонка. - Джордж. Он...- я запнулся, перебирая различные варианты в голове: Потоп, пожар и...- хочет покончить жизнь самоубийством! - Как?!- поперхнулся Ринго на том конце линии. - Таблеток наглотаться.- выпалил я, прикусывая нижнюю губу, чтобы не заржать во весь голос. - А я причём?- Старки чуть не впал в истерику. - Езжай к нему и спаси его. - Я буду через пятнадцать минут.- отчётливо услышал я. Гудки. Как же вас легко развести, ребята. POV Джорджа: Я остался один. Опять. Снова это глупое чувство, что ты огражден от мира колючей стеной, которая, кажется, не разрушиться никогда и будет находиться препятствием к самому себе целую жизнь. И вот даже Джон ушёл, оставив. Но он сам виноват. Полез ко мне, а потом ещё и начал орать, как потерпевший. Мне никогда его не понять. Никому его не понять. Ни за что. От всей этой суеты у меня дико заболела голова. Эта неприятная боль, пульсирующая в висках. Я, пошатываясь, встал, и направился на кухню за таблетками от головной боли. Открыв шкафчик, я стал выискивать нужные лекарства, устало ощупывая все баночки с содержимым. Неожиданно в коридоре послышался звук раскрывающейся двери и сильный ветер, врывающийся в дом. На пороге кухни появился запыхавшийся Ринго. - Нет!- настойчиво прокричал он, кидаясь на меня, ударник повалил меня на пол.- Не надо этого делать! Не надо держать меня за руку, заставляя моё сердце биться чаще. Стоп? Чего не надо делать? - Чего не надо делать?!- задаю вопрос в слух, удивлённо скидывая с себя Старки. - Кончать жизнь самоубийством.- беспокойно отвечает он, сотрясаясь при каждом моём слове. Как он красив, когда напуган. Это просто невозможно переносить дальше. - Ничего я не собирался кончать самоубийством!- вскричал я, грубо отталкивая лежащего на мне Ричарда. Барабанщик удостоил меня недоумённым взглядом, а затем встал и рассудительно двинулся к двери, осторожно наблюдая за мной. - Я нормальный!- выкрикнул я, испугавшись за свой вид со стороны. - Я вижу.- кивнул ударник, медленно продвигаясь к выходу. Так всё оставлять нельзя. Я вскочил с ледяного кафеля, и побежал к Старру, перехватив запястье ударника. Он взволнованно взвизгнул, и попытался вырваться, но я сжал его руку до посинения сильно. Мы молча смотрим друг на друга. Я ошарашен своей смелостью, а ты - сложившейся ситуацией. Только бледный свет от лампы освещает нас. Только мучительное расстояние в двадцать сантиметров между нами. Есть ли "мы"? Или только "я" и мои моя одержимость тобою? - Джордж,- протянул ты, приближаясь. Нет расстояния. С ним было легче. С твоим обжигающим дыханием и холодной кожей - всё усложняется в миллионы раз.- скажи мне: что происходит? - С кем? - С тобой?- мне снова жарко. Я весь вспотел и всего в одном шаге, чтобы не упасть на него. - Просто мне мешает жить одно чувство.- косвенно признался я, пошатываясь на подкашивающихся ногах. Голова снова кругом совместно с пульсирующей болью. - Поэтому ты решил покончить жизнь самоубийством?- спросил Ричард, положив руку мне на шею. Он сводит меня с ума, который отключился на время его присутствия. - Я ничего не решал.- Ринго кивнул, внимательно ловя мои движения. Он смотрит на мои губы. Кажется. Мне всё это кажется. Это паранойя.- Мне просто сложно, но я думаю, что справлюсь. Главное, не подходи ко мне. Уходи, пожалуйста, Ринго.- я почувствовал солёный привкус на губах. Горько. Это всего лишь мои слёзы. - Я не хочу уходить.- тихо лепечет он, прижимаясь ко мне. - Так будет лучше.- произнес я, отстранившись. - Почему?- Старр поднял на меня свои глаза. Наверное, я теряюсь именно от этого взгляда. Я чувствую, что именно сейчас должен всё ему сказать. Всё и не меньше. - Потому что это чувство... оно... Оно к тебе. Дослушай,- я поднёс палец к его губам. Только одно прикосновение до них, а уже хочу большего.- раньше я думал, что то, что я испытываю к тебе - обычная дружба, но... Нет. Я знаю, что сейчас тяну резину. - Что?- переспросил ударник, мотая головой, буд-то в уши залилась вода. - Я люблю тебя.- выпалил я, впиваясь ему в губы. Глаза Ричарда распахнулись. Как приятно, лучше чем в любых снах. Так хорошо, так законченно, так... Больно? Тянущая боль в области спины сильно отражается по всему телу. Он оттолкнул меня, испуганно переводя дыхание. - Ты... Сумасшедший?!- спросил Ринго, пятясь назад. Да. Да. Я люблю тебя - я ненормальный! - Нет.- завопил я, подходя к нему.- Правда.- я готов был закричать, лишь бы он поверил. - Мне пора, наверное. Мо ждёт. И вообще, что Джон про тебя наплёл?- он выскочил в дверь, убегая прочь, а я только молча проводил его взглядом, подошёл к двери и как в трансе закрыл её на щеколду, что я забыл сделать в прошлый раз. Глупая улыбка не сходила с моего рта. Неожиданно мне стало очень тоскливо. Я снова один. Уже второй человек убегает от меня, потому что я - это я. Плохо. Болит голова. Я заплакал. Только на этот раз громко взахлёб. Чтобы выплеснуть всё, что можно. Как они могли?! Зачем я это сделал? Я ненавижу себя, за свои чувства. Я ненавижу Ринго за то, что люблю его. Люблю! А он - совсем нет. Почему? Истерика прекратилась. Теперь только я и мои мысли. Идиотские мысли по поводу Ричарда. Так глупо и смешно всё это. Немного успокоившись, я уснул у входной двери, распластавшись на коврике. С рассветом боль в пояснице и душе поутихла. Я подошёл к окну и открыв его на распашку, высунулся наружу. Солнце всходить на небо персиковой долькой. Я начал думать о еде - это радует, как и моё временное успокоение. Вчера вечером я раскрыл Ринго всё, что чувствую. Это ещё один новый груз, но я решил тащить его самостоятельно, самостоятельно взвалив его на плечи. Теперь он всё знает и у него есть время обдумать всё, что между с нами случилось. Он оттолкнул меня, но с его точки зрения это - правильный ответ на мой безумный поцелуй. Он мне запомнился. Такой странный. Не как с девушками. В ту минуту показался очень сладким и долгожданным, а теперь - мучительным и нежеланным. Солнце. Только оно напоминает, что жизнь совсем не закончена, а за тёмной полосой ночи, обязательно появится дневная и светлая. Вот только когда оно коснётся своими счастливыми лучами меня?