Убей меня... если сможешь

Кейт свернулась в калачик и уже даже не была против, что одна её нога была снова привязана. Она уже успокоилась, умылась, съела шоколадный батончик и запила водой. – Как тебя зовут? – хрипло поинтересовалась она. Странно, как раньше её не волновал этот вопрос. У неё даже в голове не мелькнуло, что у него может быть имя, фамилия, родители, друзья, увлечения. – Джон, – просто ответил похититель. – Сколько тебе лет? Кейт закрыла под повязкой глаза и почувствовала, как её потихоньку одолевает сон. – Это не имеет значения. – Почему ты меня похитил? – Из-за Джонатана Коуэлла. – При чём тут папа? Он умер. – Он собирал компромат примерно на всех более-менее крупных политиков страны. С твоей матерью ведутся переговоры. – Мама ничего не знает. – Очень жаль. --- Снотворное подействовало, и беспокойную мисс Коуэлл сморил сон. Итан установил будильник отсчитав себе 5 часов гарантированного сна. Если повезёт, девчонка проспит и в два раза дольше, но риск того не стоил. Дверной проём спальни Итан перегородил ржавым ведром, которое нашёл недалеко от трейлера. Даже если она вдруг проснётся, связанные за спиной руки не дадут снять повязку, а если она вслепую попробует выбраться, то обязательно заденет ведро и разбудит всех аж до Нэшвилла. Лёжа на просевшем диване, Итан выработал систему. Если время от времени переворачиваться с живота на спину и обратно, то поясница и спина почти не болит. Наутро Итан обнаружил мисс Коуэлл беззастенчиво спящей. Она вытянулась по диагонали на животе, а на наволочке растеклось небольшое влажное пятнышко, будто во сне изо рта стекала слюна. Аккуратно, стараясь не потревожить сон, Итан разрезал скотч на руках, чтобы она могла свободно поспать ещё несколько часов под его присмотром. Он сел на край кровати и прикрыл ладонью зевок. Он никогда не собирался опускаться до операций с заложниками и шантажом. Не то чтобы Итан отрицал их эффективность или это как-то шло в разрез с его моральными принципами. Хотя… В их отряде были ребята, которые возвращались домой, полные желчи и упрёков. Будто их друзья, девушки, жёны, дети, родители – все виноваты в том, что жизнь сложилась именно так. Будто это они за ручку отвели своих мужей и сыновей к вербовщикам и заставили подписать контракт. Но это же ерунда. Мирное население ничего не должно военным. И эта Кейт не при чём к проделкам её папаши. Как и её мать. Кейт имеет право впадать в истерику. Имеет право возненавидеть Итана. Имеет право попытаться отомстить ему, если всё закончится для неё благополучно. Потому что она не обязана быть стойкой и эпичной, просто потому что в мире Итана всё это – нормальные, безобидные и даже сравнительно безболезненные вещи. Он позавтракал и остался в спальне до самого пробуждения спящей красавицы. Сегодня она объективно выглядела ещё хуже, потому что никто голову так и не вымыл, макияж не смыл, душ не принял и свежую одежду не надел. Но нельзя было отрицать её природную красоту. Он по достоинству оценил её тёмные, почти чёрные глаза и густые ресницы, маленький, чуть с горбинкой нос, который только придавал лицу характер, женственные линии рта и скул. На более ранних фото, её волосы длиннее, ниже груди, но когда дело дошло до наблюдения, выяснилось, что она обрезала их короче, чуть выше плеч. И всё же, если он чем и мог как-то облегчить её существование, так это позволить хотя бы сходить в душ и снова почувствовать себя человеком. Мисс Коуэлл заворочалась в кровати, но когда поняла, что в комнате не одна, так шарахнулась, что крепко приложилась затылком к стене. – Осторожнее, – посоветовал Итан, не делая никаких попыток удержать её. – Что ты тут делаешь? – спросила Кейт, потирая больное место рукой. – Как насчёт душа? – В-вместе?.. – тихо уточнила она. – Ну, я не стану настаивать, – Итан не удержался от ухмылки. – Я… я не… Ты разве не за этим меня привёз? Чтобы… ну… чтобы… Он нахмурился. У них уже был этот разговор вчера и за день до этого. Ей что, просто нравится эта тема? – Мы уже выяснили, для чего ты тут. Джонатан. Кейт расслабленно упала на кровать. – Я запуталась. Думала, это мне приснилось. Что ж, это всё объясняло. – Не прими за оскорбление, но тебе нужно в душ. Одной. --- – Шампуни и всё остальное – на полу в душе. Там только мужское, но ничего другого нет. Зубная щетка… Возьмёшь в нижнем шкафчике, там должна быть новая. Полотенце я кладу на крышку унитаза. И осторожнее с водой. Она не бесконечная. Закончишь – покричишь. – Спасибо огромное, – не удержалась Кейт. Может, слышать это от мужчины не очень приятно, но ей, действительно, давно пора в душ. Повязка упала с глаз, а дверь сзади закрылась. Вода была еле тёплой, но разве это было важно? Ежеминутно ожидая, что вода вот-вот кончится, Кейт поспешила намылить голову, тело, а затем за раз смыть пену и с того, и с другого. Из стока заметно поддувало, и она сильно подозревала, что вода стекает прямо на улицу. Всего через четверть часа Кейт Коуэлл снова стала человеком. – Я всё! – прокричала она, натягивая несвежую одежду. Она уже привычно стала спиной к двери и закрыла глаза. Обратно в спальне он позволил ей самой поесть. На этот раз – быстрорастворимое пюре. – Вы не причините вред маме? – с опаской поинтересовалась Кейт, продолжая методично жевать. Пока у него было хорошее настроение, решила она, самое время было выяснить, как выбраться из этой истории и как уберечь маму. – Нет, пока она сотрудничает, она в безопасности, – успокоил её Джон. – Сотрудничает? Она же ничего не знает о делах отца. – И откуда такая уверенность? Муж и жена… он мог довериться ей, оставить подсказки. Кейт вздохнула и поставила тарелку на колени. – Отец ничего не оставил. Мама ни одного дня в жизни не работала. Мне пришлось переехать домой, чтобы сэкономить. Мы продали папину машину. Его книги, даже его одежду. Мама очень не хотела терять дом, но в итоге у нас не осталось больше вариантов. Если бы мама знала о компромате, она бы продала и его тоже. Она… очень сильно... – Кейт пыталась подобрать слово – нацелена на любой возможный доход. Всегда мечтала жить в достатке и роскоши. Джон не отвечал, матрац прогнулся, будто он подвинулся. Наконец, Джон тяжело вздохнул, забрал у Кейт тарелку и встал. – Кейт, лучше бы твоя мама знала о компромате.