Сердце врага

В растрепанных чувствах Гиллис вернулся в свои покои и застал странную картину. Дэрки, которого сюда, между прочим, никто не звал, методично разносил его комнаты, грязно ругаясь и сплевывая на пол огонь. Благо каменный пол не мог загореться. Ланестай стоял неподалеку, опираясь спиной о дверной косяк и, сложив руки на груди, тихонько посмеивался, но стоило ему заметить супруга, тут же мягко привлек его к себе и поймал в объятия, прижимая спиной к груди. Он оставил короткий поцелуя на шее, и Гил судорожно вдохнул. В кольце рук Рена он чувствовал себя таким защищенным… Жаль, нельзя остаться так навсегда. Он больше не хотел предавать супруга. - Что случилось? - Наш злобный дракон встретил своего тари, - Рендрэ на мгновение прижал его крепче. Он ведь скучал по супругу, в дороге было не до болтовни, а это был длинный путь. Светлый волновал его кровь и заставлял сердце биться чуть чаще. Он был безнадежно влюблен и с каждым днем все больше тонул в этой любви. Впервые ему казалось, что все их размолвки позади. - Это хорошо, разве нет? - Это просто восхитительно, но вот незадача, его тари не то, что не признал его, отшил даже. - Как? Нашего прекрасного, обольстительного, самого лучшего ручного дракончика? Быть того не может! - Эй, я все слышу! – Дэрки стремительно развернулся, ткнув в светлого пальцем, но Ланестай бросил на него угрожающий взгляд, и лорд только гневно покачал им в воздухе, что-то невразумительно промычав. Метнул попавшийся под руку стул в стену и обессиленно упал на кровать. – Это все он виноват! - Я захотел полетать? – Рен выразительно поднял бровь, выпуская супруга из объятий. - Так что произошло? – Гиллис оставил свои проблемы на время, полностью погружаясь в дела своей… Семьи. Их можно было назвать только так. - Мы летали над городом, ну, как обычно, и я неожиданно встретил его. Прямо в небе! Оно позвало нас одновременно, я сразу понял это. Само пожелало нас свести. Он был красив. Просто невероятен! С серым отливом, ясными синими глазами, гибкий, прекрасный… - Дэрки зачарованно вздохнул и глупо улыбнулся в потолок. Встреча произвела на него невообразимое впечатление. – Я хотел познакомиться, может, пролететь пару верст вместе, ничего такого, просто как будто нам по пути, но… Темные духи тебе в задницу, Рен! Ланестай выразительно фыркнул и усмехнулся. - Но прекраснейший из драконов его отшил, облив презрением, и сообщил, что не станет даже находиться рядом с ездовой лошадью, что возомнила себя драконом. Гиллис скривился. Что-то много этих ящериц становилось вокруг. Одни проблемы от них. Не то чтобы он жалел Дэрки. - А нечего возить чужих супругов на своем горбу. - Но, Мир, летать одному так скучно! Мы уже сотни раз поднимались в небо вместе, и я даже привык. - Другие драконы никогда этого не поймут, ты же лучше меня знаешь, полеты с другими расами, особенно, если тебя седлают, - это табу. - О, брось! Он мог сделать мне скидку, мы же тари. - Быть тари – это еще не все, - Рендрэ взял супруга за руку и легонько покачал его ладонь. Ему ли не знать, что дарованный Тиэн-ди не обязательно должен влюбиться в тебя с первого взгляда. У них самих только начало получаться строить хоть что-то. Друг слишком многое оставил на откуп магии. - Ладно-ладно, я найду его и завоюю. - Ну, это у тебя неплохо получается, - Гил фыркнул в сторону, зарабатывая еще один недовольный взгляд. – Хоть что-то ты да умеешь. - На себя посмотри. И вообще оставьте меня одного, я буду страдать. - Это, между прочим, мои покои. - Ну ты и жадина! Мириас, не стыдно? У вас ведь есть еще комнаты Рена, вот и наслаждайтесь друг другом там, а меня покиньте. Имейте совесть и проявите сострадание к разбитому сердцу, в конце концов! Глупые эльфы… Гиллис хотел продолжить перепалку, но Ланестай приложил палец к губам и осторожно вывел его за руку. На протяжении всего пути он не собирался отпускать тонкой теплой ладони. Ему было неловко перед другом, но у него самого личная жизнь едва держалась на тонких нитях. *** Едва они оказались наедине, Рен тут же повалил супруга на кровать, вновь прижимая к себе. В последнее время он чувствовал потребность в простых прикосновениях. Иногда ему не хотелось секса, просто вот так полежать рядом, ощущая тонкие запахи весенней листвы, перебирая светлые пряди, целуя аккуратные длинные уши. - Может, не стоило оставлять его одного? - Не беспокойся. Он же дракон, - Рендрэ насмешливо фыркнул, наблюдая из-под опущенных ресниц за тем, как светлый переворачивается и укладывается ему на живот, - и мой главнокомандующий. Придумает что-нибудь. - Странно все это. Чем больше думаю о тари, тем меньше понимаю принцип этой связи. - Это не обязательно любовь. Просто особое отношение друг к другу. Например, вы можете быть всего лишь друзьями и счастливо жить с другими эльфами, но при этом быть тари. Всего лишь равновесие внутри, я говорил тебе. Для дроу это что-то вроде мечты – чтобы супруг был так же дарованным Тиэн-ди, но это вовсе не обозначает, что так будет. Светлые же как-то живут. - Ты ненавидишь светлых? – Гиллис чуть прикрыл глаза и провел подушечками пальцев по его щеке. Он как-то начал забывать, что сам был светлым эльфом. Дроу по натуре и складу характера были ему куда ближе – менее надменные, более хитрые, отстраненные и обособленные. – Это бы было логично. Война, разница во взглядах… - Ненависть – не совсем правильное слово, - Ланестай легко улыбнулся, ощущая щекотку прикосновений. – Темные за всю свою историю много с кем воевали. С людьми из-за их желания поживиться благами подземелий, с вампирами из-за их нежелания делиться их благами. Я – король и отношусь к войне несколько иначе, для меня это не борьба с кем-то, а сражения за что-то. Различия светлых и темных в их культуре и даже отношению к магии – тоже не причина. Я же не треплю Дэрки нервы из-за его щепетильного отношения к ментальной магии или способности использовать магию тела. Просто светлые по своей натуре высокомерны, у них другие ценности, вроде знатности или чистоты крови. Мне этого не понять. - Следуя твоим суждениям, я – счастливейший из светлых, раз мой супруг король с чистейшей родословной. Глядя на его улыбку, Рен прикусил губу, чтобы не ухмыльнуться. В нынешней ситуации положение его супруга было скорее оскорблением всему светлому народу, чем удачным браком. - Думаю, твоему венчанию с каким-нибудь светлым они обрадовались бы больше. - Ох, прошу прощения, Ваше величество, но круче Вас был только светлый король, а он, как Вам известно, приходился мне братом. - Каким он был? Гиллис грустно улыбнулся. - Он был… Рисковым. Все время строил планы, которые мало понимали советники, ставил на карту слишком многое, но делал все для своего народа. Я иногда думаю, лучше бы он погиб в бою, чем той глупой смертью. Нелепо все вышло, у него вообще вся жизнь была нелепой. - Это не так. Я не знал твоего брата и никогда не видел, но его поступки говорят лучше любых речей. Он любил свое королевство так отчаянно, что подарил мне своего родного брата. Уверен, не будь он связан определенными обязательствами, сам бы стал младшим супругом, лишь бы установилось перемирие. - Ты удивительно точно описываешь его. Гил знал, что они не встречались, такого как Рендрэ сложно забыть. Может, и вправду, стоило предложить в качестве супруга себя самого? Тогда не было бы всех этих обманов, этой лжи, столь тяжело давящей на сердце. Прерывая его рассуждения, в дверь тихонько постучали. Три раза быстро и два медленно. Тили сам придумал этот шифр, на случай чего. Ланестай выразительно выгнул бровь. - Я быстро, обещаю. Оставив легкий поцелуй на щеке супруга, Гиллис выскользнул из покоев и жестом показал слуге двигаться за ним. Лишь одним стенам во всем дворце он мог доверять – комнатам, что раньше принадлежали ему. Он сам накладывал барьеры от визитов неожиданных гостей и лишних ушей. *** Рыжий слуга выглядел испуганным, но решительным. Лирлис вообще отличался стойкостью характера и сильной волей, за что заслужил уважение своего господина. Пусть тот и не признавал этого вслух. - Узнал что-то? Тилли кивнул, придирчиво осмотрел комнату и снова кивнул, оставшись довольным защитой выбранного места. Все эти игры в шпионов были для него в новинку, а потому отдавался он им со всей горячностью и рвением. - Среди светлых сейчас переполох. Несколько особо знатных кланов борются за престол, но пока лидирует протеже главного советника. Беда в том, что никто его раньше не видел, да и богатым и влиятельным его сделал советник Солмус. На завтрашнем приеме соберутся все претенденты. - Они хотят договориться с правителем темных? Разумно. - Или убить, и тем самым сделать Вас одной из ключевых фигур в борьбе за темный престол, - Тилли пожал плечами в ответ на выразительный взгляд. Он говорил, что думал. - Да, это тоже разумно. Но, уверен, безопасность Его величества под неусыпным контролем лорда Дэрки, так что волноваться не о чем. - Говорят, лорд опечален каким-то недавним событием. Слухи среди слуг расползаются быстро, светлые поговаривают о его безалаберности – поставив личные дела выше защиты своего правителя, он ослабил бдительность. Не нравилась вся эта ситуация Гилу, ох, как не нравилась. - Разузнай-ка мне про драконов, что сегодня летали в округе. Хочу знать, кто вскружил голову главнокомандующему дроу и по какой причине, - Тилли понятливо кивнул. – Кстати, как говоришь, зовут протеже старика Солмуса? - Лариэль Алис, кажется, - Тили незадачливо почесал рыжую макушку. Имена у светлых были – голову сломишь. Он дождался спокойного взмаха руки господина и устремился исполнять поручение, не замечая дрогнувших пальцев своего Милорда. Гиллис со стоном отвернулся к окну. Это же надо было так влипнуть, он и не догадался, дурак. А старина Солмус не растерял сноровки в интригах. Лариэль Алис был не больше - не меньше сыном главнокомандующего, что вел армию светлых в прошедшей войне. Его отец Норитан Алис должен был получить титул герцога сразу по завершении военных действий, но героически погиб в одной из особо жестоких схваток, прикрывая отход своего отряда. Именно тогда дроу впервые продемонстрировали магию смерти в действии. Норитан был умен, хорош собой, силен волей, стоило думать, своего сына он воспитал как надо. Должно быть, Лариэль ненавидит темных всем сердцем. У него неплохие шансы получить трон, Солмус умел выбирать претендентов. Самым отвратительным во всей этой ситуацией было то, что нельзя просто взять и назначить наместника дроу, наплевав на чужие интриги. Светлые вновь начнут бунтовать, тем более что армия так и не была разогнана, оставалась покинутая всеми, растерянная, не знающая, что делать и как жить дальше. Очень хотелось сбросить все проблемы на Рендрэ, но Гил действительно беспокоился о народе, что не так давно называл своим и не мог так просто наблюдать, не вмешиваясь. *** Следующее время вплоть до самого приема пробежало быстро, словно по льду прокатилось. Велись какие-то разговоры, устраивались знакомства, нудные речи, доносы о действиях интриганов и игры в прятки со светлыми шпионами. Гил даже не заметил, как оказался в покоях Мириаса, пока верный Тилли готовил господина к выходу в свет. Ничего черного или зеленого, он одевался во все белое, чтобы не выказать предпочтение цветам одной из рас. Советники могли кривиться сколько угодно, но для остальных светлых он все еще был важной фигурой на политической доске. Когда Гиллис спустился, Рендрэ уже был там. Одетый во все темное, с золотыми цепями, соединяющими горло плаща, холодным насмешливым взглядом и тихим хрипловатым голосом, он вызывал желание. Ланестай отличался от светлых, но и от темных тоже. Гил с неудовольствием отметил, что большинство знатных персон с интересом разглядывают правителя темных, и интерес этот был вполне очевиден. Он не заставил себя ждать, улыбнулся и подошел к супругу, создавая невероятный контраст. Рен коротко поцеловал его ладонь, заглядывая в глаза, и подмигнул. Когда растаял лед в одной чаше, они знали почти всех претендентов на престол. Те подходили, выказывали почтение или неуважение, вели речи о политике, планах сотрудничества или полном неприятии возможных шагов к закреплению мира, но ни один из них не подходил ни на роль светлого короля, ни наместника дроу, и оба это понимали. Гил отошел на балкон, чтобы проветриться и немного взбодриться. Вся ситуация его раздражала, но настоящего права голоса он не имел, а Рен, очевидно, забавлялся происходящим. К тому же, Алис появился всего несколько мгновений назад и пока не выказал желания пообщаться. Он был хорош. Высокий, с молочной кожей, зелеными глазами и светлыми, почти белыми волосами, высокомерный и напоказ равнодушный – настоящий светлый. Знать бы еще, что у него на уме. - Скучаете, Ваше величество? Не позволив себе вздрогнуть, Гиллис обернулся. Последний, кого он хотел сейчас видеть, - Рюшуэй, но именно он стоял в центре балкона. Все такой же низкий, в синем камзоле и такой же маской на лице, будто сейчас маскарад. Впрочем, дракона это вовсе не трогало. Он был невозмутимо спокоен и язвительно насмешлив, как и в их первую встречу. Стоило признаться хотя бы себе, бывший Тиадрэсс ненавидел расу драконов, они были хороши лишь в ментальной магии и способности летать, а в остальном оставались наглыми, беспардонными созданиями, не выходящими из пубертатного периода. Пока Гил рассматривал его, в голову неожиданно ударила совершенно сумасбродная, нереальная идея, как раз из тех, что удавались ему особенно хорошо. - Можно и так сказать. Не желаешь развлечь меня? - Прямо под носом Вашего супруга? А Вы развратник, Ваше превосходительство. - Не хочешь, как хочешь, - светлый пожал плечами и, как ни в чем не бывало, вновь отвернулся к саду, на который до этого смотрел. Он прекрасно знал слабое место драконов, но почему-то до него никто не ухитрился использовать их желание развеять скуку в своих целях. - Не стоит делать поспешных выводов, - Аморис тут же оказался рядом, сложил руки на груди и бросил на него короткий взгляд, полный детской обиды. – Разве разумно отказываться от предложения, толком его не услышав? Гил подавил победный смешок. - Как насчет того, чтобы посоревноваться в ментальной магии на светлых гостях? - Вы удивляете меня, Ваше величество, мне казалось, я уже наглядно продемонстрировал свой высокий уровень. - Но я–то тебе ничего не показал, верно? Не хочешь убедиться в мастерстве того, кто позже залезет в твою голову? - И как же мы определим победителя? - Кто достанет более важную информацию, что может навредить или помочь моему супругу, тот и победил. Дракон фыркнул и прикусил губу. - Не слишком тонкий ход, я ожидал от Вас большего. - Уж какой придумал. - Предположим, я согласен, тогда какой же будет приз на кону? – Рюшуэй сыто улыбнулся. Он знал, что этот аспект светлый король не продумал. Слишком сырым и открытым был его ход. - Придумай сам. То, что нужно мне, ты дать не сможешь. Аморис вовремя прикусил язык, чтобы не показать, как уязвлена его гордость. Он понимал, что бывший Тиадрэсс говорит о той ночи, когда отдастся ему. Это было неприятно, он ведь не был насильником, небо – свидетель! - В таком случае, не будем устраивать состязание. Я помогу Вам совершенно бесплатно и подскажу, как избавиться от Алиса. - Зачем тебе это? - Неплохой шанс развеять скуку, не более, - дракон махнул рукой на прощание. – Увидимся чуть позже, Ваше превосходительство. Гиллис вполне благосклонно улыбнулся и позволил себе короткий смешок. Все же слабым местом драконов была их гордость, а вовсе не желание развлечь себя. Его игра была куда тоньше, чем вообразил себе Аморис. *** Он возвращался к супругу в приподнятом настроении, когда раздраженный сверх меры Дэрки перехватил его за локоть и поволок куда-то вглубь зала. - О чем вы шептались с тем драконом? Гил крупно вздрогнул. Неужели лорд его подозревает? Чувствует, что что-то не так? Он упустил из виду настороженность главнокомандующего. - Ни о чем. Просто перебросились парой фраз, странно видеть дракона в Светлом королевстве. - Оставь это, Дэрки, - Рен появился внезапно, перехватил ладонь супруга и мягко притянул его к себе, улыбаясь рассерженному дракону. – Они просто поговорили. Лорд явно едва сдержался, чтобы не полыхнуть в их сторону пламенем и стремительно покинул королевскую чету. - Что это с ним? - Наш милый Дэрки ревнует, - Рендрэ убрал длинную светлую прядь за острое ухо и хитро прищурился. – Я, между прочим, тоже. - Но почему? - Что «почему»? Почему Дэрки ревнует? Или почему это делаю я? - Ваши мотивы мне вполне известны, - Гиллис смущенно погладил его ладонь. Чужое внимание было приятным, но трепетное отношение супруга рождало внутри что-то невесомое, волнительное. – И Вы так же знаете, что Ваша ревность беспочвенна. Я принадлежу лишь Вам и готов доказать это, если потребуется. - Ты заставляешь мое сердце биться чаще, - Ланестай на мгновение сжал его руку. – А что по поводу Дэрки, то… Тот с кем ты разговаривал и есть тари моего вспыльчивого друга. Гилу показалось, что его ударили под дых. Вот эта шмакодявка, посягающая на его тело, - причина столь бурной реакции лорда? Он не мог в это поверить. Духи, кажется, смеялись, когда плели нить его судьбы. - Скажи, а тари может не признать своего дарованного Тиэн-ди? Рен на мгновение бросил взгляд на запястье, вспоминая ту мучительную боль, что принесла отверженная связь, и улыбнулся, когда увидел, как проследил за его взглядом супруг, беспокойно поджимая губы. Было приятно осознавать, что ему не все равно. - Ты сам знаешь, но… Чаще всего узы не принимают по какой-то причине, будь то страх или долг. Я сам толком не могу тебе всего рассказать, у каждого своя магия. - Но Рюшуэй должен же почувствовать хоть что-то? - Рюшуэй? А ты не терял времени, я смотрю. Думаю, он испугался и потому столь скоропостижно придумал отговорку для знакомства. Драконы находят свою пару еще реже, чем все остальные, это должно неплохо щекотать нервы. Гиллис с улыбкой оглядел весь зал. Похоже, у него наметилось светлое пятно во всей этой истории. Нужно было лишь подтолкнуть Амориса к Дэрки, и два премерзких дракона, наконец, оставят его в покое. Он и не надеялся на такой интересный выход из своего положения. *** То, что Алис пилит его взглядом, бывший Тиадрэсс почувствовал с самого начала, но не был готов к общению до тех пор, пока Рюшуэй не подскажет, как с ним разобраться. Он мог бы и сам, но наемник уже показал удивительную скорость в использовании ментальной магии. Гил ведь был в ней действительно хорош, но все равно ничего не почувствовал в тот раз, в оба раза. К тому же, он не хотел обвинений от светлых во враждебном отношении. Они могли сказать, что это Рен настроил его против своих же. Аморис, однако, не спешил и появился лишь через час, довольный и сытый, как кот. В прекрасном настроении он был действительно красив, этот синеглазый дракон. - Признаться, я и не надеялся, что ты сможешь что-то разузнать, - Гиллис отстраненно кивнул какому-то эльфу, не обращая внимания на полный обиды взгляд. Хотя, конечно же, заметил его. - Вы действительно прекрасны лицом и телом, Ваше величество, но вот характер Ваш и манера общаться оставляет желать лучшего. - А как ты рассчитывал, я должен говорить с тем, кто собирается поиметь меня против воли? - Вам не впервой. Так вольно распоряжаясь своим телом, вы… - Темный владыка никогда не принуждал меня, - резко отсек Гил и пожал плечами на удивленный взгляд. – Я был с ним в одной постели, потому что сам желал его. Но это пустое, хочешь мне что-нибудь рассказать? - Пожалуй, но… Есть одно условие. - Какое же? - Я хочу не только быть свидетелем, но и одним из участников переворота в Светлом королевстве. - Смотря насколько ценна будет твоя информация. - Что ж, это справедливо, - дракон улыбнулся в сторону. Весь вечер его преследовал незнакомый взгляд, от чего он чувствовал себя неуверенно, будто только вылупившийся несмышленыш, но он никак не мог поймать его обладателя. – Думаю, Вы найдете интересным то, что сейчас в зале два Алиса. Один высокий, светловолосый, весь в отца, а вот второй маленький, невзрачный и волосы его отдают серебром, несмотря на то, что и безутешная вдова главнокомандующего обладает золотистыми локонами. - Незаконнорожденный, - Гил кивнул и покачал головой. Светлые никогда не бросали своих детей, даже если те были досадным результатам плотских утех на стороне, но и жилось таким детям нелегко. Грязное слово «ублюдок» клеймило их на всю жизнь, что они посвящали тем, кто был рожден в браке одного из своих родителей. - Верно. Иль приехал в роли слуги старшего брата, но, очевидно, тому больше по душе, как он ублажает его в постели. Такое тоже часто случалось, просто никто не распространялся на подобные темы в высшем обществе, не желая вытаскивать на всеобщее обозрение грязное белье. - А вот, кстати, и он, - дракон осторожно указал рукой в направлении Иля. Тот был тонким, гибким и очень красивым. Длинные волосы не просто отливали серым, они действительно были серебряными, а глаза цвета охры притягивали взгляд. Странное сочетание, но вполне гармоничное. – Знаете, что самое поразительное, Ваше величество? Наш Лариэль действительно любит братишку всем сердцем. А теперь позвольте откланяться, Алис уже летит к Вам. Видимо, не выдержал. - Что ты… Но Рюшуэй уже скрылся из виду, а его место занял высоченный светлый, загородив собой весь обзор. Гиллис раздраженно вздохнул и поднял голову. Лариэль был выше его на голову – полторы и выглядел вполне грозно, но все равно чуть не отступил, когда хризолитовые глаза требовательно впились в него. - Ты посмел явиться сюда, позор рода, - эльфы начали оборачиваться на них. Даже старик Солмус поспешил к своему протеже, не дать ему наделать глупостей, но было слишком поздно, Алис был столь же порывист, как и его отец. – Пока Королевство находилось на краю развала, ты подставлял свою задницу нашему врагу, а теперь входишь во дворец, что строили наши предки, как король. Немыслимо! - Ты пришел высказать мне это в лицо? Похвально, - Гил окинул его безразличным взглядом и уже собирался отвернуться, когда почувствовал руку на своем локте. – Что-то еще? - Я требую, чтобы ты немедленно покинул эти земли. Обойдется правитель без своей подстилки пару дней. Или ты пришел попрощаться со своим глупцом-братом, что растоптал гордость светлых и умер в выгребной яме?! Гиллис был уверен, что ущелье, где нашли «его» тело, мало походило на сточную канаву, но все же не стал говорить об этом вслух. Он только понял вдруг, что все это ему ужасно надоело. Даже он утомлялся от интриг и планов. Особенно когда игра переставала быть тонкой и становилась такой вот прямой и топорной. - Я не вижу на тебе короны. - Что? - Я сказал, что не вижу на тебе короны. Или диадемы, не важно. Такой головной убор, который надеваешь и раздаешь указания, а все смотрят тебе на голову и повинуются. А знаешь, почему я ее на тебе не вижу? Потому что престол по праву принадлежит роду Тиадрэссов и не отойдет к кому бы то ни было, пока хоть один из них жив. - Твой папаша ввязался в войну и проиграл ее, твой братец заключил позорный мир и растоптал гордость светлых, имеет ли право такая семья занимать этот дворец? - Ты крепко сложен и высок, уверен, отлично владеешь мечом, но… Почему же тогда я не вижу ни одной боевой царапины на тебе, мальчик? Где был ты, когда твой отец сражался не на жизнь, а на смерть, защищая братьев? Дети чаще всего сильно разнятся со своими родителями, нельзя судить их по отцам. - А сам-то хоть раз держал хоть кинжал в руках?! - Мириас Тиадрэсс всегда сопровождал брата в военных походах, - высказался один из светлых, пожав плечами, когда к нему обернулись. – Все знают, что в бою он был неумолим и страшен, лишь брат, покойный светлый король, мог остановить его в пылу битвы. - Я тоже это слышал, - ответил его спутник, - говорят, Мириас не единожды выступал, когда подрос, да и в юношестве только брат охлаждал его рвение на поле боя. - Вот видишь, - Гиллис отвернулся, глазами разыскивая супруга. Он уже и забыл те времена, когда останавливал Мири от опрометчивых поступков. Гил был плохим братом и признавал это, но никогда не желал, чтобы младший из Тиадрэссов пострадал. – Король - это не только тот, кто имеет свою точку зрения. Мы все разумные, и все можем высказываться, как пожелаем. Король – это тот, кто защищает своих эльфов, принося себя в жертву снова и снова. Не только себя, кстати, - он выразительно указал глазами на застывшего напуганным кроликом Иля, - но и всю свою семью. Или ты думал, все шишки летели лишь на моего покойного брата? Мне тоже изрядно доставалось. Гил замолчал и неожиданно почувствовал знакомое тело позади себя, он тут же прильнул к груди Рендрэ, успокаиваясь и расслабляясь. Как же он вовремя. - На данный момент трон принадлежит Мириасу, как последнему из своего рода, а так как он мой младший супруг – мне, - Ланестай высказался довольно тихо, но все прислушивались к его словам. Правитель темных только что обозначил реальную расстановку сил и свою позицию одновременно. Он заявил права на Светлое королевство, и никто не посмел ему возразить. Не сейчас и не так открыто, - но Вы гость нашего дворца, и я не стану проявлять моветон и предлагать Вам удалиться, лишь вежливо попрошу не приближаться к моему супругу, раз у Вас нет к нему реальных дел. Рен проследил за тем, чтобы Алис отошел в другой конец зала, и лишь после этого позволил себе сосредоточить все внимание на своем светлом. Нельзя его оставлять одного, он ведь тут же находит приключения на свою очаровательную… Поясницу. - Ты не устал? - Устал, конечно, - Гиллис уткнулся носом ему в плечо, наплевав на правила приличия. Он был выжат как лимон. – Когда мы можем удалиться? - Ты как маленький, право слово, - Рендрэ чуть улыбнулся, мягко отстраняя его от себя. – Еще четверть чаши льда растает, и уходим. Не хочу давать повода думать, что им удалось тебя задеть. - Они и не задели.