Повелительница Скал

Лето чувствовалось тем сильнее, чем ближе она продвигалась к югу. Карета катилась по дорогам Талига, и Рэйчел радовалась теплу и солнцу, сочной зелени, дарившей прохладу в полуденные часы и пению птиц. Единственное что омрачало ее состояние, была снова появившаяся тошнота. То и дело Марсита, ее служанка, подносила к носу «дориты Рэйчел» флакон с нюхательной солью, а то и стучала в окно кареты и бросала несколько слов на кэналлийском. Возница тотчас останавливался, и девушка выходила подышать свежим воздухом. Если бы не это, путешествие длилось бы намного меньше, а теперь ей казалось, что дорога до Кэналлоа бесконечна. Марсита была весела, щебетала, словно птичка и рассказывала дорите о том, как прекрасен ее родной край. - Вы сможете купаться в море до самых родов, - говорила она, - женщины Кэналлоа совсем не так изнежены, как в Талиге, они купаются до родов, и даже рожают в море. Есть поверье, что рожденный в море обязательно полюбит его. И если это мальчик, то он станет отважным рыбаком или моряком. - А если девочка? – спросила Рэйчел. - Тогда она полюбит того, кто связан с морем. Почему-то вспомнился Альберто. Интересно, он тоже был рожден в морской воде? Судя по тому, как он вспоминал родную Марикьяру и Померанцево море, то да. Но тут же Рэйчел вспомнила, что Альберто даже не знает, кто таился под именем унара Ричарда. И ведь не узнает – сейчас он бороздит просторы южных морей там, возле Марикьяры. А ей предстоит родить ребенка в Кэналлоа, в замке Алвасете, куда Рокэ отправил непутевого «оруженосца» по доброте душевной. Рэйчел вспомнила их разговор, после того, как она сказала монсеньору о своей беременности. Тогда Алва предложил ей «Черной Крови». - Один бокал не повредит вам, сударыня. Вино обладает лечебными свойствами, не зря же его рекомендуют лекари при ранениях. - Вы так хорошо разбираетесь в медицине, - робко ответила Рэйчел. - Да, этому научил меня отец. Соберано Алваро знал толк и в ядах, и в лекарствах. Рэйчел выпила, боясь, что вино вызовет очередной приступ дурноты, но этого не случилось. По телу разлилось приятное тепло. а еще стало удивительно спокойно. Такого с ней давно не было. Она наконец-то ощущала себя в безопасности. «Одумайся, - кричал рассудок, - ты в доме врага Людей Чести, убийцы отца. Ты в такой же опасности, как в Лаик и в Оларии». Но что-то в душе очень тихо шептало, что неприятности позади. - Монсеньор, - Рэйчел посмотрела на него отчаянными глазами, - а почему.. вы убили нашего отца? Я знаю о поединке, но ведь отец сильно хромал, вы же были заведомо сильнее. - Вы разбираетесь в поединках, - покачал головой Алва, скорее всего, желая приободрить девушку, - на линии, если вы слышали о данном виде дуэлей, шансы противников уравниваются. Рэйчел показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Девушка глотала ртом воздух, как рыбка, выброшенная на берег. - Но ведь церковь запрещает линию! Отец не мог! - Это единственное, что ему оставалось. Лучше гибель на дуэли, чем в Занхе. И, видя,как побледнела Рэйчел, добавил: - Эреа, вам не стоит волноваться, иначе ваша поездка в Кэналлоа отложится надолго. А мне бы хотелось отправить вас на юг как можно скорее. Девушка опустила голову. Все понятно. Алва уже жалеет о своем выборе в Фабианов день. Если бы на площади стоял ее брат, настоящий герцог Окделл, он бы отказался приносить присягу убийце отца, а возможно, его выбрал бы кто-нибудь из бывших друзей отца. Да если бы он и пошел к Алве, то у Первого маршала не было бы стольких хлопот с ним. - Эреа, у вас все мысли на лице написаны, - услышала она насмешливый голос эра,- успокойтесь, я уже сказал, нервничать вам вредно. Вы поедете в Кэналлоа, как только сможете перенести эту дорогу. Теплый климат и хорошее питание – то, что нужна вам и ребенку. От мысли о том, что под сердцем находится плод преступления одного из бывших однокорытников, Рэйчел стало дурно. Она снова почувствовала, что у нее кружится голова. Рокэ бросил быстрый взгляд на неё и вышел из комнаты. А Рэйчел, чувствуя благодарность к Ворону, облегчение и слабость, снова склонилась над тазом. Но все плохое когда-нибудь кончается. Вот и самочувствие девушки стало улучшаться, и лекарь сказал, что теперь поездка в карете не принесет ей вреда. Рэйчел почти не видела монсеньора – Алва то пропадал во дворце, то ездил в военные лагеря с инспекцией. О том, чтобы брать с собой «оруженосца», не было и речи. - Кансилльер спрашивал о вашем здоровье, - усмехнулся Алва, когда он вернулся домой и повстречал Рэйчел в коридоре. - И что вы сказали ему? - Увы, я вынужден был разочаровать старого больного человека, - усмехнулся Ворон,- сказал, что ваша надорская болезнь, по мнению лекаря, весьма запущена, да еще условия в Лаик оставляли желать лучшего. И теперь вы направитесь на юг для лечения. Девушка благодарно вздохнула. Она не желала встреч со старым больным человеком. Особенно сейчас. - Заходите ко мне в кабинет, сударыня. – рассеянно сказал Рокэ, глядя не на Рэйчел, а куда-то поверх ее головы, -выпьем вина, послушает гитару. Вы же раньше не слышали этот инструмент? - Нет, но отец, а потом и Дикон умели играть на лютне. - О, я думаю, в гитаре души поболее, чем в ста лютнях. Так что я жду вас. В кабинете монсеньора Рэйчел не была с тех пор, как он лечил ей руку. И заметила, что там ничего не изменилось. Все так же насмешливо скалились со стен кабаньи головы. Рокэ в черной кэналийской рубахе сидел у огня на шкуре какого-то животного, похоже, льва. Если на свете бывают черные львы. У него в руках был невиданный инструмент, похоже – та самая гитара, о которой он говорил Рэйчел. - Заходите и садитесь. Не стоит стоять в дверях. Он снова налил терпкого вина – себе и ей. Алва пил и пел, то и дело наполняя свой бокал, и Рэйчел не оставалось ничего другого, как слушать песни на незнакомом языке. Они совсем не походили на старинные баллады, которые в свое время любил петь Эгмонт. Не были они похожи и на модные изящные песенки, которые порой напевал рыжий приятель Эстебана. Не зря вспомнился этот негодяй – неожиданно Рэйчел ощутила внутри слабый толчок. Это толкалось дитя, ставшее причиной всех бед, дитя, которое принесет еще больше проблем своим появлением на свет. В комнате появился незнакомый человек с королевским гербом на плече. - Господин первый маршал, - отчеканил посланец, - вы должны немедленно явиться к Его Величеству. - Я никому ничего не должен, - ответил Алва, глядя на испуганную Рэйчел, что немедленно закрыла лицо руками, - я буду сидеть у камина и пить вино. - Но его Величество… - гонец явно растерялся. - Во дворце множество придворных, - лениво ответил Алва,- они могут развлечь монарха лучше, чем пьяный Первый маршал.

***

- Рокэ, это выходит за все рамки,- кардинал был вне себя. - Что именно, Ваше Высокопреосвященство? - Вы сцепились с наследником Колиньяров и убили его на рассвете в Нохе. Могу я узнать причину дуэли и имена секундантов? - Можете. Причина проста – он меня раздражал. И вообще, это был мерзкий щенок, из которого со временем могла вырасти препротивная псина. А насчет секундантов – их не было. Мы решили обойтись без оных. - Вы меня в гроб вгоните, - пожаловался Сильвестр. - Скорее неумеренное употребление шадди, - парировал Рокэ, - и волнение по пустяковым поводам. - Вы считаете дуэль пустяком? - Разумеется, Ваше Высокопреосвященство.