Глава 2
28 августа 2015 г., 12:32
— Господин президент. — Крокс выглядел, как всегда: человеческая половина лица не выражала никаких эмоций, а по механической и вовсе нельзя было ничего понять. Но в самом обращении, не прозвучавшем слегка язвительно, в наклоне корпуса Кольцов видел невысказанную ещё просьбу.
— Вам будет разрешена посадка на Деметру, — поспешно заявил он, перебив собеседника, с трудом подавив желание промедлить и понаблюдать, как гордый пират просит его разрешения. — Вам и вашим спутникам будет предоставлена полная политическая неприкосновенность.
— С чего вдруг такая щедрость, господин президент? — Крокс безуспешно пытался скрыть потрясение и не был уверен в отсутствии подвоха.
— Начну с того, что вас успокоит: мне нужна ваша помощь в одном вопросе, — усмехнулся отлично понимавший состояние пирата Кольцов. — А во-вторых... Полагаю, я вам обязан. Вы спасли Деметру, вы больше не грабите торговые суда. И у вас больше опыта, чем у всех командиров моего звёздного флота вместе; я был бы рад, если бы мы могли начать... сотрудничество. Как вы отнесётесь к моему предложению стать... допустим, моим личным консультантом по некоторым требующим срочного разрешения вопросам?
— Это... довольно интересное предложение, господин президент. — Киборг был в полном замешательстве. — Мне нужно время, чтобы определиться с ответом.
— Разумеется, мы сможем поговорить об этом, когда вы будете уже на Деметре, — с лёгкостью отступил президент, ещё раз ошарашив Крокса: Василий Кольцов не отличался мягкостью характера, напротив, был достаточно напорист, если не сказать твердолоб. — Когда вы хотите совершить посадку на Деметру? Я немедленно оповещу космодесант. Вы можете оставить ваш звездолёт на орбите, или я прикажу освободить для "Звёздного Странника" место в космопорту...
— Не стоит. — Крокс был слегка сбит с толку, но моментально взял себя в руки. — Мы спустимся на крейсере сегодня, около полудня; не стоит нарушать работу космопорта из-за нас.
— Как пожелаете, — кивнул Кольцов и отключился.
Крокс мотнул головой и потёр человеческую половину лица. Проще всего было считать, что президент просто вляпался в нелицеприятное дело, срочно требующее вмешательства со стороны неофициальных лиц, и теперь со всех сил старается завоевать расположение Крокса, чтобы перетянуть его к себе в союзники. Но редко подводившая пирата интуиция твердила, что Кольцов скорее поставил бы ультиматум: посильная помощь Крокса в обмен на безопасное нахождение его спутников на Деметре. Предложение же президента выглядело попыткой именно наладить сотруднические отношения.
Крокс покачал головой. Вряд ли сам Кольцов был в восторге от такой идеи, но постоянные уговоры Лависсы закопать топор холодной войны и явная выгода такого исхода могли сделать своё дело; президент Деметры был упрям, но далеко не глуп. Возможно, стоило принять его предложение, остаться на Деметре и не подвергать Василису и Нималли опасности карательной операции Земли или любой её колонии. Крокс пообещал себе подумать об этом позже: до полудня оставалась пара часов, нужно было сообщить остальному "экипажу" о полёте на Деметру.
Василиса выглядела счастливой: полный ярких красок мир Деметры буквально влюбил её в себя. По рассказам Лависсы девушка узнавала, как восстанавливается экосистема после безумного разгула Пурка, но ей хотелось собственными глазами увидеть вновь чистую воду озёр, зазеленевшую траву, неуверенно тянущиеся к солнцу молодые саженцы деревьев. Глядя на неё, Крокс убедился в правильности своего решения: девушке было не место в пустынном космосе на борту старого звездолёта. Она должна была жить среди цветов и трав, возле глади озера, по которому будет с восторгом кататься на доске под парусом, умело перенося вес и ловя попутный ветер. Грохотун заворчал, что снова останется без своих "игрушечек", но его мнение особо никого не интересовало, в отличие от...
— Пап, ты пошутил? — проснувшаяся Нималли, методично обходившая каюты в поисках оставшихся от предыдущих владельцев мелочей, удивлённо посмотрела на отца. — Ты хочешь отправиться к гражданским? Если только ради меня, то не стоит.
— Мне и Василисе тоже будет приятно поговорить с людьми, мы уже довольно давно болтаемся в космосе. — Крокс с интересом наблюдал, как девочка умело развинчивает найденную в одной из душевых кабинок бритву, проверяя микросхемы, и меняет настройки, превращая предмет ухода за бородой в не самую удобную, но справляющуюся с основной задачей расчёску. Не чета специальным массирующим кожу головы и очищающим щёткам, но вполне функционирующий прибор. — Не боишься остаться с ёжиком вместо косы?
— Отрастут, если что, — деланно безразлично отмахнулась дочь.
Тяжёлая и толстая тёмно-русая коса, точно такая же, как была у Суонн, вовсе не являлась предметом гордости, хотя вполне этого заслуживала. Волосы не обрезались лишь потому, что большинство негуманоидных разумных существ различало отдельных членов экипажа лишь по цвету и длине волос, а также по росту, если он не слишком отличался от их собственного. Быть спутанной со штурманом или вакцинологом одним из инопланетян, для которых все гуманоиды на одно лицо, с такой косой ни Суонн, ни Нималли не грозило. И это было единственной функцией длинных волос, которую мать и дочь официально признавали. Впрочем, Крокс точно знал, что без особой необходимости ни одна из них не станет лишний раз даже подравнивать кончики.
Воспоминания о шелковистом водопаде, который капитан когда-то пропускал между пальцев под хитрым прищуром любимых глаз, заставили рубиноглаз в груди тоскливо запульсировать. Накопитель эмоционального напряжения, не один год впитывавший чувства маленького народца копачей, справлялся со своей новой функцией сердца киборга, заставляя что-то внутри надсадно щемить от тоски.
— Пап, ты в порядке? — Нималли осторожно потормошила человеческую руку пирата. — Это из-за меня, да?
— Ты ни при чём, — погладил дочь по голове Крокс.
— Нет, при чём, — виновато возразила девочка. — Твой рубиноглаз очень большой, он чувствителен к эмоциональному напряжению, как радары "Странника". Даже представить не могу, как сейчас от меня фонит; я, наверное, перекрыла бы десятки счастливых людей. А здесь никого, кроме меня и Василисы. Ты должен проводить больше времени с ней, не со мной. Может, мне стоит даже снова воспользоваться успокоительным, если это немного ослабит влияние на тебя.
— Ты не вернёшься на седативные, — твёрдо заявил Крокс и покачал головой: вторая Суонн, Нималли словно не считала собственные чувства поводом для волнения, заботясь лишь о том, как они сказываются на нём. Впрочем, он помнил, как иметь дело с чрезмерно склонными к самопожертвованию учёными. — Всё в порядке. Мы полетим на Деметру, там рубиноглаз будет воспринимать эмоции большего количества людей и будет менее чувствительным. Новые впечатления заставят тебя испытывать кратковременные всплески эмоций, которые отчасти подавят общее негативное влияние.
— Ты прав, — немедленно согласилась девочка. — Деметра соблюдает нейтралитет, да? Ой, теперь ведь все планеты мирные. Постоянно забываю. А как это вообще, жить без войны? Расскажи.
Пока навигатор рассчитывал курс, Крокс напряжённо обдумывал, что ответить дочери. Жить без войны, как это? Пират и сам не был уверен. Вся его жизнь после смерти Суонн была войной с самим собой, с собственными демонами. Порой он переключался на что-то, вроде прекращения бессысленного насилия, в которое превратилась Галактическая война, или попыток проучить нахальных президентишек колоний, грабил зажравшихся торговцев, чаще всего после этого просто выкидывая целые тонны золота болтаться в космосе вместе с космическим мусором. Жить в относительном мире с самим собой Крокс начал, лишь когда в его груди появился пульсирующий рубиноглаз, его новое сердце, хотя в последнее время сам мужчина всё больше склонялся к тому, чтобы изменить этот срок на день встречи с Василисой.
О чём он мог рассказать? О том невыразимом тепле, которое его окутывало, когда он находился рядом с девушкой; тепле, которое он чувствовал в последний до встречи с ней раз семьсот лет назад, пропуская сквозь пальцы шелковистые водопады и с лёгкостью подхватывая на руки растущую словно не по дням, а по часам девочку?
Нималли терпеливо ждала ответа, чуть наклонив голову, пока Крокс погрузился в собственные мысли. В какой-то момент от пирата словно разошлась едва ощутимая тёплая волна, как едва заметная рябь на воде, тонкое дуновение ветра. Девочка беззвучно удалилась, чтобы свернуться клубочком в облюбованной каюте. Ей так хотелось считать, что отец думал о её матери, когда рубиноглаз не смог удерживать внутри позитивное напряжение. Грызущее чувство внутри шептало, что в мыслях мужчины была весёлая девушка с бронзовыми от загара мускулистыми руками и глазами василькового цвета.
— Рад видеть вас на Деметре, капитан.
Кольцов с интересом разглядывал спутников Крокса. Грохотуна он видел уже не раз: рогатый великан всегда маячил за плечом хозяина. Попугай, по мнению мужчины, не заслуживал особого внимания. В отличие от девушки, которую президент видел лишь мельком, когда та прощалась с Лависсой, и удивительно похожей на Крокса девочки — теперь, когда отец и дочь стояли рядом, Василий отчётливо видел сходство человеческой половины лица мужчины и детского, ещё не до конца оформившегося, но уже упрямого подбородка, правильных, немного резких для девочки черт, пронзительных глаз, напряжённо прищуренных, изучающих его с недетской серьёзностью.
— Приятно встретиться в мирной обстановке, господин президент. — Крокс, убедившись, что роботы-телохранители не собираются стрелять, улыбнулся кончиком губ и перестал ненавязчиво загораживать Василису. Нималли, взглянув на отца, тоже расслабилась, перестала сжимать кулаки, готовясь выхватить бластер, и принялась с искренним любопытством оглядываться. — Позвольте представить: Василиса, моя спутница; Нималли, моя, как вы уже знаете, дочь. Грохотуна и попугая вы, как мне помнится, встречали.
— Рад знакомству, — автоматически ответил президент.
— Папа, почему этот мужчина говорит так, будто не рад? Он врёт? — спросила с детской непосредственностью Нималли, серьёзно глядя на Крокса. Вопрос был задан шёпотом, но никто не шепчет громче, чем задающие неудобные вопросы дети.
Кольцов нервно дёрнулся, а Крокс подчёркнуто серьёзно покачал головой.
— Неудивительно, что тебя не брали на дипломатические миссии, — погладив дочь по затылку, усмехнулся он. — Господин президент не врёт, он дипломатично вежлив. Дети, сам понимаете, — развёл он руками, насмешливо глядя на Кольцова.
— Да, конечно. — Президент, справившись с собой, немного натянуто улыбнулся и подбавил в голос тепла. — Вы желанные гости на нашей планете. И, думаю, вы знаете, капитан, кому не терпится вас увидеть.
— Отлично, — кивнул Крокс. — У меня как раз есть для них задание.
Лависса, радостно визжа, бросилась обнимать Василису и слегка растерявшегося Крокса; Андрей куда более сдержанно поздоровался, не скрывая, впрочем, радости. Баюн обнял Василису, пожал руку Кроксу и Грохотуну, Лависса принялась болтать с Василисой о чём-то чрезвычайно для неё важном, а Андрей и Баюн во все глаза уставились на державшуюся за спиной Крокса девочку.
— Обязательно было устраивать это представление для президента? — вполголоса спросил Крокс.
— Нет, но это было забавно. — Девочка виновато потупилась. — Я что-то испортила?
— Всё в порядке, — успокоил её пират, и девочка моментально подняла голову, лукаво улыбаясь.
— Тебе было смешно?
Крокс почти беззвучно, но искренне рассмеялся.
— Его лицо было неподражаемо. Хотя я считаю, что ты недолго сможешь притворяться виноватой, чтобы спускать дела на тормозах, — предупредил дочь он. — Я не против, что ты заставила понервничать президента, но с этими людьми, будь добра, постарайся обойтись без особых фокусов. Мне нужно идти; я вернусь так скоро, как смогу.
— Приветствую вас, гуманоидные формы жизни, — торжественно заявила Нималли, когда Крокс подтолкнул её к Андрею, Баюну и Лависсе.
— Она шутит, — пояснил Крокс. — Мне нужно обсудить ещё кое-что с президентом; мне кажется, это займёт немало времени. Доверяю вам Василису и Нималли. Баюн, я на тебя надеюсь, вспомни детей времён конца войны. Не надевайте зелёных комбинезонов, не пытайтесь подкрасться к ней и напугать, и всё будет в порядке.
— Я вас не подведу, капитан, — серьёзно пообещал робот-нянька.
— Я знаю, — кивнул Крокс и взошёл в планетоход, где его, нетерпеливо постукивая пальцами по стеклу, ждал Василий Кольцов. Грохотун потопал за ним, и попугай, поколебавшись, тоже последовал за хозяином, после чего планетоход взревел покрышками и умчался в сопровождении настоящего эскорта.
— Капитан? — Василиса удивлённо обернулась и пробежала пару шагов вслед за планетоходом, но вряд ли Крокс даже услышал её сквозь лазеронепробиваемые стёкла.
— Да, папа говорил, что им надо что-то обсудить, — Лависса была немного недовольна, что её собеседница отвлеклась, но, посмотрев на Андрея, моментально забыла об этом. — Привет, — дочь президента подошла к Нималли, покровительственно улыбнулась и чуть присела, чтобы быть с девочкой на одном уровне, уже забыв, как её саму в детстве раздражали такие жесты со стороны взрослых, — я Лависса. А ты Нималли, да? Дочка капитана? Хочешь дружить? Ты любишь новые платьишки? Эй, ты меня слышишь?
Нималли всё это время смотрела на Лависсу, как на редкого жука, и её взгляд становился всё более ядовитым.
— Она немножко глуповата, да? — спросила девочка, нарочито не глядя на Лависсу и обращаясь к Василисе.
Лависса ошарашено открыла глаза и принялась хватать воздух ртом. Раньше такого отношения к дочери президента себе не позволял никто!
— Ах ты!.. Да как ты?.. — Старшая девочка не могла найти слов, чтобы высказать маленькой нахалке всё, что она о ней думает.
И не миновать бы грозы, но, к счастью, вмешался Баюн.
— Твой отец сказал тебе быть вежливой, — поучительно проскрипел он, обращаясь к Нималли. — Разница в интересах с Лависсой не даёт тебе права обижать её. К тому же, Лависса очень смышлёная девочка, и она не раз помогала твоему отцу. Так что, будь добра, немедленно извинись.
— Только если она пообещает больше не сюсюкать со мной, — проворчала Нималли.
— Резонно, — неожиданно согласился Баюн. — Лависса, пообещай, что больше не будешь разговаривать с Нималли, как с маленькой.
— С этой... Да я вообще с ней больше разговаривать не буду! — надулась Лависса.
— Твои требования удовлетворены, — весело взглянул на дочь капитана робот-нянька. — Теперь извиняйся.
— Извините меня... — Нималли вопросительно посмотрела на Баюна.
— Лависса, — подсказал тот.
— Извините меня, Лависса, — послушно повторила девочка. — Я была оскорблена вашим отношением и потому постаралась задеть ваши чувства. В силу неясных мне причин, вы оскорбились куда сильнее, чем я добивалась. Если вы не будете унижать моего достоинства попытками вести себя со мной, как с умственно неполноценной, или досаждать мне другими способами, могу пообещать, что это больше не повторится.
Лависса со смесью удивления и недоверия слушала маленькую девочку, словно цитирующую один из мирных договоров между колониями, в котором каждое слово имело значение. Обида уже прошла, оставив после себя только крайнее любопытство и интерес.
— Я принимаю ваши условия, — важно сказала она, вспомнив, как её отец отвечал так президентам других земных колоний после заключения особо удачного торгового договора, и протянула руку для пожатия. — Надеюсь, все наши разногласия остались в прошлом, — добавила она ещё одну из любимых фраз отца.
Нималли серьёзно пожала протянутую ей холёную ладошку и учтиво кивнула.
— Я тоже на это надеюсь. И, отвечая на ваши вопросы: да, я Нималли. Да, я дочь капитана Крокса. Буду рада принять ваше предложение дружбы. Что такое платьишки? И мне очень приятно с вами познакомиться, Лависса.
— Полагаю, вы вполне можете перейти на "ты", — снова вмешался Баюн. — Лависса — дочь президента Деметры, Василия Кольцова, и она очень хорошая и добрая девочка. Я Баюн, а это — мой подопечный Андрей.
— Прелестный образчик местной фауны, — насмешливо посмотрела на подростка Нималли.
Андрей было начал раздражаться, но Баюн осторожно снял с плеча мальчика лениво шевельнувшую крыльями, но не попытавшуюся улететь бабочку, пригревшуюся на металлическом прогретом солнцем плече его полускафандра, и протянул её Нималли.
— Это Cadmea Victoria, будь с ней осторожна, — предупредил робот.
— Победа Кадма, — задумчиво перевела девочка. — Она ядовита?
— Нет, но в случае опасности она может больно обжечь. Видишь, у неё на лапках утолщения, в них вырабатывается едкая жидкость, которая отпугивает хищников, а если её съесть — обжигает их слизистую. Странно, что ты не знаешь, ты же жила на исследовательской базе. — Андрей был рад, что может отыграться за шутку, которую, он был уверен, девочка сыграла с ним намеренно, и рассказать самодовольной дочери капитана что-то, чего она не знает.
Нималли, однако, вовсе не обиделась, она с интересом выслушала пояснение, рассмотрела бабочку и осторожно посадила её на траву.
— Я никогда не была на Деметре, — тихо сказала она, глядя на вяло взлетевшую красавицу. — Я даже не знала, что где-то есть такая планета.
Андрей прикусил язык, вспомнив, что Деметра и впрямь была открыта всего пятьсот с небольшим лет назад, через почти двести лет после Нималли. Зато Лависса, обидевшись за новую подругу, язык прикусывать не стала и повторила мысли Андрея.
— Знаток планеты нашёлся, — фыркнула она.
— Чем зря ругаться, лучше собраться да подраться, — шутливо проворчал Баюн.
— Дипломатическое решение конфликтов скучное, я за силовые методы, — с абсолютно серьёзным лицом заявила Нималли, но не выдержала и фыркнула.
— И правда, хватит вам ссориться, — поддержала Баюна Василиса.
Лависса и Андрей недовольно посмотрели друг на друга, надулись и демонстративно отвернулись в разные стороны.
— Как дети малые, — недовольно проворчал робот-нянька. — Лависса, ты что-то говорила про платья? — пошёл на хитрость он, зная, что девочка не сможет устоять и заговорит о нарядах, о которых могла болтать целый час.
— Да, — встрепенулась та. — Василиса, пойдём найдём тебе новое платье! Нет, лучше пять или шесть! Можно ещё зайти к парикмахеру, и косметологу, и визажисту, и... — Список мог бы продолжаться бесконечно, но тут Лависса вспомнила о младшей девочке. — Нималли, ты с нами? — спросила она, словно ответ Василисы был уже определён.
Дочь капитана вопросительно посмотрела на Баюна, который тут же понял, в чём дело.
— Одежда, — пояснил робот-нянька. — Лависса предлагает вам пойти и купить такую же одежду, как у неё.
— Нет, спасибо, — вежливо отказалась Нималли. — Меня устраивает мой комбинезон.
— А, ну ладно. — Лависса с лёгким сожалением посмотрела на девочку, представив, что робот-парикмахер мог бы сделать на месте простой косы. — Точно не хочешь? Ну, дело твоё. Пойдём, Василиса!
Девушка кивнула и не с таким энтузиазмом, как Лависса, но всё же с интересом отправилась за обновками.
Нималли испуганно распахнула глаза, только теперь осознав, что более-менее знакомый ей человек уходит, оставляя её на незнакомой планете. Девочка хотела уже закричать, что передумала, броситься следом за новой избранницей папы... Но лишь гордо тряхнула головой и прикусила губу. Вот ещё! Станет она бегать за этой... Этой!.. Как мог отец заменить ей маму?!
Глаза маленькой исследовательницы предательски защипало, и она стиснула зубы, чтобы позорно не разреветься перед с лёгкой досадой поглядывающим на неё подростком и роботом-нянькой, модель которого устарела ещё во времена раннего детства Нималли.
— А вы что будете делать? — без особого интереса спросила она, шагая на некотором расстоянии от новых знакомых.
Андрей недовольно поморщился. Мальчику хотелось пойти в учебный тир, где он проводил немало времени с тех пор, как ему исполнилось тринадцать и он получил разрешение ходить туда. Вот только Баюн, скорее всего, был бы против того, чтобы вести в тир Нималли, да её бы туда и не пустили: девочке было всего двенадцать, в таком возрасте в тир не пускали без старших родственников. Впрочем, мысленно усмехнулся Андрей, андроид-координатор тира вряд ли был бы так уж рад, приди вместе с Нималли сам капитан Крокс.
— Полагаю, мы идём в тир, — неожиданно откликнулся Баюн, и Андрей готов был запрыгать от радости, но через мгновение озадаченно нахмурился.
— Но ей же нет тринадцати. — Ткнул он пальцем на Нималли. — И она девочка. Думаешь, ей будет там интересно? Она начнёт ныть и...
— "Она" вовсе не глухая, — заявила девочка, всё с большей неприязнью смотря на Андрея, но подросток не обратил на её высказывание ни малейшего внимания.
— Андрей, — предупреждающе начал Баюн, но и его подросток тоже проигнорировал.
— Если продолжишь так себя вести, я тебя стукну! — Нималли гневно топнула ножкой.
— Да ну? — насмешливо хмыкнул Андрей.
— Ну всё! Я предупреждала!
Девочка решительно направилась к нисколько не напуганному подростку и с неожиданной силой пнула его в щиколотку. Не помог даже смягчающий удары от падений полускафандр; Андрей, вскрикнув, поджал ногу, чем Нималли тут же воспользовалась, с лёгкостью сбив с ног балансирующего на одной ноге паренька. Довершая победу, девочка наступила на грудь поверженному противнику, не перенося, впрочем, вес и довольствуясь психологическим эффектом.
— Не смей. Считать. Меня. Глупым. Ребёнком, — делая паузу после каждого слова, заявила она. — Иначе в следующий раз ты так просто не отделаешься.
— Так нечестно, ты просто сжульничала, — возмутился Андрей и попытался встать, но Нималли надавила ему на грудь.
— Хочешь реванш?
Угроза в голосе двенадцатилетней девочки звучала смешно, и подросток уже хотел согласиться, но Баюн на пару секунд включил помехи в динамике. Будь робот человеком, Андрей сказал бы, что нянька предупреждающе кашлянул. Баюну Андрей привык доверять и отказался от своей идеи, решив всё же закончить дело мирно.
— Всё-всё, видишь, я сдаюсь, — поднял он руки. — Был неправ, ты не глупый ребёнок.
— Так-то лучше, — довольно заявила Нималли и убрала ногу, более того, протянула руку, предлагая Андрея помощь, чтобы встать.
Впрочем, подросток уже сам с лёгкостью поднялся на ноги.
— Так значит, ты хочешь пойти со мной в тир? — уточнил он, стараясь, чтобы его вопрос не прозвучал насмешливо.
— Почему мы должны туда идти? — с интересом спросила девочка.
— Чтобы пострелять, — пожал плечами Андрей.
— А почему мы не можем пострелять здесь? — удивилась Нималли.
— А у тебя есть бластер? — Подростку уже не удалось скрыть насмешку в голосе, но девочка лишь недоумённо взглянула на него.
— Есть, конечно, — она достала лёгонький серебристый бластер из магнитной кобуры на бедре. — А, ты имел в виду крупнокалиберный? Тогда нет, конечно, нету. Я же ещё маленькая, я не могу постоянно носить его с собой.
На бластер Нималли уже начали с подозрением посматривать роботы охраны, один из них даже направился к троице, и Андрей поспешно попытался выхватить у девочки оружие. Однако та ловко увернулась и, словно издеваясь, направила бластер на подростка.
— Нималли, спрячь бластер, — тихо и быстро проговорил Баюн. — Андрей не хотел ничего плохого, просто на нашей планете не принято держать оружие у всех на виду, особенно несовершеннолетним. У нас уже будут неприятности с охраной.
— Так бы сразу и сказали, — девочка заметно расслабилась и направила бластер на Баюна. — Пиу-пиу, — задорно закричала она. — Пиу! Баюн, давай ещё поиграем!
Роботы отвернулись: игрушки в виде бластеров не были самыми частыми среди детей Деметры, но всё же встречались. Конечно, у такой маленькой девочки не могло быть настоящего оружия, она просто играет с роботом-нянькой... Нималли неуловимым движением вернула бластер в кобуру.
— Мирные планеты, — с видимым неудовольствием проворчала она. — Никогда к ним не привыкну.
— На входе в тир сканеры, чтобы никто не украл оружие, — вспомнил Андрей. — Ты не сможешь пройти с бластером.
— Думаю, нужно зайти домой, ты сможешь оставить бластер у нас, — предложил решение шагавший между ребятами Баюн. — Заберёшь его, когда вернёмся.
— Можешь сразу рассказать, что ещё мне не следует делать, чтобы избежать неприятностей? — попросила Нималли.
— Не следует демонстрировать оружие, это ты уже знаешь. — Начал Баюн. — Постарайся не вступать в конфликт с людьми, которые по незнанию тебя обижают: пойми, на Деметре дети твоего возраста обычно куда менее самостоятельны и нуждаются в опеке взрослых. Не вступай в драки, особенно с детьми, их больше не учат драться, ты можешь случайно их поранить. В остальном, думаю, ты вполне сможешь сойти за обычную девочку. Вот только твой скафандр слишком отличается от тех, что носят на Деметре, будет лучше, если его ты тоже оставишь у нас.
— Но это же безумие! Что, если... — Нималли осеклась. — Войны давно нет. Мирная планета, — тускло проговорила она, словно напоминая об этом сама себе. — Точно. Спасибо, Баюн.
— Почему ты не дал мне дёрнуть эту маленькую зазнайку за косу? — уже дома возмутился Андрей, когда Нималли ушла переодеваться.
— Потому что она наставила бы тебе синяков, — хмыкнул Баюн. — Опомнись, Андрей, это не простая девочка. Она родилась семьсот лет назад, во времена межгалактической войны, а её отец был капитаном самого грозного флагмана. Попадись она в плен, итог войны вполне мог бы измениться, она стала бы живым рычагом давления. Не удивлюсь, если капитан Крокс лично учил её, как постоять за себя в случае опасности.
— Так и было. — Нималли, оставшись без полускафандра, словно стала ещё меньше ростом. Вдобавок девочка обхватила себя руками, будто ей было холодно, отчего выглядела совсем маленькой и беззащитной. — Папа учил меня, что делать, если на меня вдруг нападут. А Грохотун тренировал. Но лучшие советы всегда давала мама. Она говорила, — Нималли медленно пошла к Андрею, — что самое лучшее оружие в бою... Это неожиданность! — Девочка резко, без замаха, выбросила руку вперёд, остановив удар в сантиметре от переносицы подростка.
Андрей запоздало отшатнулся, и девочка звонко рассмеялась, но тут же передёрнула плечами.
— А далеко идти? — неуверенно спросила она.
— Мы поедем. — Андрей с лёгкой неприязнью покосился на Нималли.
— Ой, а планетоход-то у папы, — вспомнил подросток, уже подойдя к пустому гаражу. — И что делать будем? Пойдём пешком?
— Возьми велосипед, — предложил Баюн. — Нималли уместится на багажнике. Только не гони.
— Странная штука, — озадачилась Нималли и потрогала пальцем раму. — Ещё и на мускульной силе. Ты уверен, что на ней быстрее?
— Уверен. Залезай, — коротко скомандовал Андрей.
Нималли пожала плечами и с помощью Баюна влезла на багажник, крепко ухватившись за сидение.
— Только не гони, — снова напомнил подростку Баюн, выдвигая ролики.
— Постарайся не визжать, — снисходительно посоветовал девочке Андрей.
Он отчего-то был уверен, что ни разу не катавшаяся на велосипеде Нималли завизжит, как только он поедет, и даже с интересом посмотрел на свою пассажирку в зеркало заднего вида, чтобы увидеть испуганную девочку и, возможно, подколоть её, когда она снова задерёт нос. Но Нималли не завизжала, лишь на мгновение зажмурила один глаз, но тут же открыла его, с интересом оглядываясь по сторонам. Баюн катился рядом, поскрипывая шарнирами; его фотоэлементы пока горели ровно, что означало ровное распределение энергии и отсутствие перегрузки.
— Это силовой колпак? — Девочка задрала голову, разглядывая прозрачный купол, в который врезалась целая стая археоптериксов.
— Магнитный, — поправил Баюн. — Силовой требовал бы слишком много энергии, чтобы поддерживать его постоянно.
— От кого он защищает? От них? — Нималли показала одной рукой на оскорблённо галдящих археоптериксов, ронявших красные и жёлтые перья.
— От них тоже, но в основном от рвунов, тирексов, легозавров... На Деметре богатая фауна, представленная ящерами, — с удовольствием пояснил Баюн. — Андрей очень хорошо разбирается в биологии, он может рассказать тебе немало о наших животных и их повадках.
— Правда? — Нималли с восторгом посмотрела на подростка, точнее, на его спину.
Но как раз в этот момент Андрей глядел только на дорогу, объезжая чьего-то мелкого пса, выглядевшего так, словно он готов был то ли пуститься наутёк, то ли вцепиться в шины велосипеда, и потому лишь невнятно что-то буркнул. Девочка нахмурилась и открыла рот, чтобы сказать подростку что-нибудь обидное, но подумала, что тогда ей будет недоволен ещё и Баюн. Настраивать против себя единственных оставшихся с ней знакомых Нималли побоялась и промолчала, но теперь сверлила спину подростка обиженным взглядом. Впрочем, долго она не продержалась и уже через минуту снова начала с искренним восторгом осматривать обширные сады и парки.
— А ты не слишком маленькая? — с подозрением посмотрел на Нималли андроид, стоявший у входа в учебный тир. — Покажи возрастную карту.
Возрастной карты у девочки, конечно, не было, и Нималли на мгновение замерла, но тут же выдохнула, вспомнив, что пришла не одна.
— Я со старшим братом, — нашлась она. — Вот он.
Парковавший велосипед Андрей ещё стоял в дверях.
— Она с нами, — подоспел Баюн, но андроид уже и так отвернулся от девочки. — Испугалась? — на всякий случай спросил робот-нянька у Нималли.
— Не из-за андроида, — вздохнула та. — Я полезла за бластером, а его не было на месте. Меня как будто водой холодной окатили.
Баюн ободряюще положил металлическую руку девочке на плечо, и та благодарно кивнула. Робот-нянька начинал нравиться ей всё больше и больше, в отличие от всё сильнее раздражающего Андрея. Возможно, дело было в том, что Баюн просто-напросто умел общаться с детьми.
В тире Нималли была подозрительно тихой, равнодушным взглядом окинула приведший в своё время Андрея в неописуемый восторг представленный тиром ассортимент оружия на любой вкус и цвет и тихонько уселась в углу, обхватив себя руками. Баюн пытался, как мог, растормошить девочку, к неудовольствию Андрея, уже начинавшего понемногу ревновать робота к младшему ребёнку, но все его попытки были безуспешны.
— Да оставь ты её, Баюн! — не выдержал, наконец, Андрей. — Хочет дуться — пусть дуется.
Нималли неласково зыркнула на подростка и потихоньку подкралась к нему. Андрей краем глаза наблюдал за девочкой, думая, что та попытается напугать его, и готовясь хладнокровно развернуться, чтобы сказать что-нибудь резкое. Но Нималли не собиралась его пугать, а если и собиралась, то заметила слежку и передумала. Вместо этого девочка встала рядом и какое-то время смотрела на мишень. Андрею это молчаливое наблюдение начало действовать на нервы, но он стиснул зубы и решил для себя не поддаваться на провокации.
— Моя мама умерла семьсот лет назад, но для меня это было вчера, — сухо сказала девочка, когда Андрей уже был готов сделать выстрел. — Баюн пытается успокоить меня, а ты злишься на него за то, что он не прыгает вокруг тебя, и на меня, ведь я такая маленькая высокомерная зазнайка, которая не падает перед тобой на колени и не восхваляет, как великого идола. Но знаешь, что? Однажды твоя мама тоже умрёт. Как думаешь, Баюн ещё будет рядом с тобой в этот день? Или его сердечник откажет раньше?
Слова, сказанные тихо, чтобы робот-нянька их не услышал, били, как тяжёлый кевларовый кнут. Андрей почувствовал, что в горле встал сухой ком, а пальцы мелко дрожат. На девочку хотелось накричать, если не отвесить ей больше обидную, чем болезненную пощёчину. Но, с трудом заставив себя думать, Андрей вспомнил, с чего она начала. И почувствовал себя последним негодяем. Если одна только мысль о потере близких ввела его в такое состояние, то что должна была чувствовать Нималли? Так больно ударившие слова показались почти заслуженными. Не зная, что сказать, Андрей протянул руку к девочке. Та насторожённо наблюдала, видимо, не была уверена, что подросток не попытается её стукнуть. Андрей молча притянул к себе Нималли и положил ей руку на плечо, как часто делал, успокаивая его, Баюн.
— Прости, — Нималли опустила голову.
— Ты тоже, — кивнул Андрей. — Всё будет хорошо. Пойдём, — махнул он Баюну, — прогуляемся немного.
Далеко ребята не пошли и медленно бродили по аллее в парке прямо за тиром. Андрей молчал, не зная, что сказать. Нималли тоже не спешила заводить разговор. Баюн начал прихрамывать: смазка в его коленном суставе практически полностью вытерлась после гонки на роликах; робот-нянька уселся на скамеечку и вытащил из ящичка смазочные кристаллы. Андрей сел рядом с ним и немного подвинулся, освобождая место и девочке. Ребята ещё немного помолчали.
— Так... Ты хотела про динозавров послушать? — неловко уточнил подросток через пару минут.
— Ты расскажешь? — Нималли полными восторга глазами посмотрела на парня.
— Конечно!
Такое отношение изрядно польстило Андрею, и он увлечённо принялся рассказывать о динозаврах, начав с безобидных травоядных гигантов и постепенно переходя к всё более опасным. Войдя во вкус, он даже вскочил со скамейки и принялся активно жестикулировать. Нималли оказалась благодарным слушателем; она не перебивала, слушала внимательно; когда Андрей сбивался — ненавязчиво напоминала ему, о чём он говорил, задавала вопросы. Казалось, девочка могла целый день слушать, не уставая, и была не прочь кое-что записать. Виды с особенно заковыристыми названиями она даже беззвучно проговаривала, старательно артикулируя.
Увлёкшийся подросток носился по аллее, показывая размеры брахиозавра, махал руками, изображая, как рвун полосует свою добычу, и девочка следовала за ним, отставая на полшага, чтобы нечаянно не получить по лицу, и стараясь не упустить ни слова. Но через некоторое время первоначальный запал Андрея иссяк. Нет, он мог ещё немало рассказать о гигантских рептилиях родной планеты, но он никогда ещё не говорил о них так долго без перерыва: ему было попросту не с кем, и теперь он немного утомился. Наконец, он окончательно выдохся и устало посмотрел на Нималли.
— Когда-нибудь ещё расскажешь, — кивнула девочка, когда уставший подросток предложил передохнуть.
— Да я сейчас, только передохну немного, — посулил тот. — Расскажи пока ты что-нибудь.
— А что? — удивилась Нималли. — Моим историям будет семьсот лет, разве это интересно?
— Расскажи, как у тебя впечатления от тира, — предложил Андрей.
— От... тира? — переспросила девочка. — Тебе сказать честно?
— Ну да. В этом и смысл вопроса, — уже предчувствуя неладное, кивнул подросток.
Нималли набрала побольше воздуха в грудь. В следующие минуты Андрей услышал столько критики в адрес своего любимого тира, что даже усомнился, в одном ли месте с Нималли они побывали. Девочку не устроило абсолютно всё: ассортимент оружия и его состояние, форма мишеней, освещение, рекомендации инструкторов-андроидов... Даже цвет стены за мишенями.
— Цвет-то тебе чем не угодил? — застонал Андрей, который не имел ничего против светло-синей стены.
— Он вызывает большее напряжение глаз, — заявила Нималли. — Было бы правильнее использовать тёмные цвета для фона за мишенями, так нагрузка на глаза снижается и зрению наносится куда меньший ущерб.
— А меня и так всё устраивает, — отмахнулся подросток.
— Ну конечно, ведь ты абсолютный ноль в этом, — заявила девочка.
— Чего?! — возмутился Андрей, оскорблённо глядя на Нималли.
— Ты абсолютный ноль, — спокойно повторила та. — Тебя кто стрелять учил? Робот? — Андрея передёрнуло, когда двенадцатилетняя девочка, похожая на маленькую Лависсу, одарила его взглядом, полным холодного презрения. — Ты как из тира не выходил. Ой, ты, наверное, и не выходил... — запоздало осознала Нималли.
Презрительный взгляд моментально сменился удивлённым и непонимающим: в голове у девочки не умещалось, как, по её меркам, взрослый может прожить жизнь, видя оружие только в тире.
— Я стрелял не только в тире! — возмутился Андрей. — Просто на Деметре обычно довольно тяжело найти повод для реальной перестрелки.
— Прости, — Нималли потрясла головой. — Я не знаю, как вы можете так жить. Я хочу научиться, но я правда не понимаю. Вы постоянно ходите так расслабленно, как будто угрозы нет. И её и правда нет. Я так не могу, я не умею. Меня учили, что нападение может произойти в любой момент, даже на нейтральной планете, и очень часто так и происходило. Я не могу ходить без бластера и скафандра, я словно наизнанку вывернута. Я... Я хочу к маме!
Что делать с маленькими плачущими девочками, Андрей не имел ни малейшего понятия. Зато это абсолютно точно знал Баюн, моментально сменивший подростка. Он забормотал что-то утешающее, поглаживая Нималли по голове. Та попыталась быстро вытереть мокрые глаза кулаком и зажала рот ладошкой.
— П-простите, — шмыгнула носом девочка, когда её перестали сотрясать сдерживаемые рыдания.
Она неуверенно посмотрела на Андрея. Что теперь сделает старший мальчик? Будет дразнить? Сделает вид, будто ничего не было, и с фальшивой улыбкой продолжит рассказывать про динозавров?
— А знаешь, что? — Андрей наклонился к девочке и вытер ей слёзы. — За пять минут научить тебя жить на мирной планете я не смогу, но мы можем вернуться домой, и ты возьмёшь скафандр и бластер, если тебе будет так легче. А дальше разберёмся.
— По шажку за раз — и прибудешь на Кавказ. С миру по нитке — голому рубаха, — одобрил предложение Баюн. Он искренне гордился своим подопечным.
— Н-на самом деле, — Нималли в последний раз всхлипнула и потеребила косу, — на самом деле не надо никуда возвращаться. Я взяла бластер с собой.
— Как ты его пронесла мимо сканеров?! — поразился Андрей.
— Я не пронесла, — замотала головой девочка. — Я оставила его на ве... велосипеде? Пристегнула на магниты под сидение. Я понимаю, что никто не нападёт, но я не могу... поверить в это, наверное. Это как если бы тебе сказали, что ты всё это время ходил неправильно, надо ходить на руках. И ты ходишь, но это всё равно не то, ты не можешь так долго... А все вокруг ходят и ходят всю жизнь.
— Я быстро! — Под конец тирады девочка жаловалась одному Баюну: Андрей уже убежал к велосипеду и вскоре вернулся с чёрной магнитной кобурой. — Вот, держи!
— Спасибо. — Нималли закрепила кобуру на бедре, и она стала визуально неотличима от текстуры комбинезончика.
— Ты сказала, что я абсолютный ноль в оружии, — усмехнулся Андрей. — А ты тогда кто?
— Меня учил папа, — уклончиво ответила девочка.
— Тогда, может, поучишь меня чему-нибудь? — хитро наклонил голову подросток.
Пока он бегал за бластером, он успел прикинуть варианты. Если девочка просто хвасталась, то у него будет, чем её подколоть в случае чего. Если же Нималли не врала и Крокс действительно тренировал её, то Андрей собирался выжать из уроков максимум.
— Ладно. — Девочка сморщила лоб. — Ты же знаешь, как устроен бластер, правда? Собрать и разобрать сможешь?
— Смогу, — с лёгкой гордостью заявил Андрей. После многочисленных просьб Баюн сдался и научил мальчика хитрой науке; разумеется, лишь на макете.
— Покажи, — потребовала Нималли и протянула подростку свой маленький бластер, наверное, так давно устаревшей модели, что таких не было даже в музее, зато самый настоящий и в прекрасном рабочем состоянии.
— Так... — Андрей на мгновение замешкался, не зная, как подступиться к устройству, потом неуверенно выдернул энергообойму, после чего всё более споро принялся разбирать оружие. Семьсот лет прогресса слегка видоизменили форму бластера на более эргономичную, но устройство механизма не претерпело принципиальных изменений, так что мальчик справился с задачей.
— Пятнадцать минут, — подвела итог Нималли. — Вполне неплохо при учёте отсутствия опыта. У тебя есть предрасположенность; из тебя выйдет толк, если хорошенько поднатаскать. Но даже не думай задирать нос, до совершенства тебе как до Веги на предсветовой скорости!
Андрей, ничуть не расстроившись, кивнул: обещание поднатаскать от воинственной дочки капитана звучало многообещающе, и подросток готов был усердно трудиться, чтобы добиться результатов.
— С чего начнём? — поспешно спросил он.
— Как ни странно это звучит, чтобы научиться стрелять не только в тире, нужно стрелять в тире, — Нималли весело улыбнулась. — Или найти враждебную планету, где можно заняться диверсионной деятельностью, так тренировал меня папа. Правда, враждебных планет уже нет, ведь война уже закончилась, так что этот вариант можно смело отмести.
— Начнём с твоей позы, — заявила Нималли, как только Андрей взял бластер и встал, расставив ноги и заняв устойчивую позицию, как предписывала инструкция, висевшая на стене. — Ты стоишь, как в тире. Конечно, ты и так в тире, но представь, что это не так. Ты должен быть готов стрелять на бегу; лёжа, если споткнулся и упал. Стрелять, оставаясь на одном месте — смерть, после каждого выстрела нужно менять укрытие. Если укрытия нет — двигаться зигзагами, как можно более непредсказуемо, никаких рисованных перекатов и сальто, реальный бой — не цирк, тебя подстрелят на середине кульбита, если у тебя нет опыта. А у тебя его нет. Попробуй пробежать пару шагов и выстрелить.
Андрей послушно последовал совету и предсказуемо промахнулся. Табло над голографической мишенью безжалостно показало "0".
— Ужас. — Нималли скривилась. — Неправильно всё делаешь. Ты должен резко выстрелить, главное — направить бластер в нужную сторону. А ты вытягиваешь руку, тратишь на это почти три секунды. Ещё и промахиваешься. Думаю, сегодня учиться стрелять в движении вообще рановато, попробуем сначала попадать в мишень.
— Я попадаю, — возмутился Андрей.
— Докажи! — фыркнула девочка.
Андрей, ворча, прицелился и попал в девятку.
— Ещё, — потребовала Нималли.
Подросток попал в восьмёрку. Потом в семёрку. Долго и тщательно прицеливался после этого и выбил десятку. После чего восьмёрки и девятки чередовались.
— Всё плохо, — подвела итог девочка после десятого выстрела. — Да, тебе в тире нужно тренироваться и тренироваться, прежде чем можно будет выпускать тебя в настоящий бой.
— Почему это? — обомлел Андрей, отстрелявший, по собственному мнению, весьма достойно.
— Потому что в тире ты должен выбивать десятки всегда, чтобы в бою попасть хотя бы в стену. — Нималли брезгливо кривилась.
— Ты сама-то так можешь, как говоришь? — возмутился подросток.
— Из этого бластера или из моего? — практично уточнила дочь капитана.
— Из этого, — заявил Андрей, видевший, что на бластере, который по его просьбе андроид-инструктор дал Нималли, нет даже оптического прицела, только две точки целика и мушка.
— Два выстрела на пристрелку, и смогу, — хмыкнула девочка.
— Докажи, — как недавно Нималли, фыркнул Андрей, уверенный, что та просто хвастается.
— Да запросто!
Нималли быстро разобрала бластер, повертела прицел в пальцах, зачем-то поковыряла ногтем целик, так же быстро собрала оружие обратно, сдёрнула предохранитель, взвесила бластер на ладони и, тщательно прицелившись, выстрелила. Табло бесстрастно показало "8". Девочка аккуратно подвинула целик и выстрелила снова. На табло высветилась девятка, но Андрей видел, что луч бластера прошёл с другой стороны от "яблочка". Нималли снова сдвинула прицел и отошла на десять шагов.
— Считай, — самодовольно заявила она и побежала к бортику.
Стреляла девочка от бедра — да иначе и не смогла бы, даже сам Андрей с трудом долго удерживал тяжёлое оружие на вытянутой руке. Десять лучей бластера, выпущенных на бегу, прошили центр голографической мишени один за другим, а подросток подавился восхищённым вскриком. Видимо, Крокс и впрямь растил из дочери будущего бойца, понимая, что вряд ли Галактическая война кончится за короткий человеческий век.
— Вот так это делается. — Нималли ухмыльнулась и прокрутила бластер в руке. — Учись, солдат — лейтенантом станешь. Забирай, он тяжёлый.
Бластер Андрея, который он обычно брал, приходя в тир, был одним из самых лёгких, но притом весил почти три килограмма, ничего легче в тире просто-напросто не было. Маленький бластер Нималли, который та всюду носила с собой, практически не отличался мощностью и размером обоймы, но весил раз в десять меньше.
Детский, неожиданно понял Андрей, которому курок показался слишком чувствительным, а форма рукояти — странной на ощупь. Во времена Галактической войны выпускались маленькие детские бластеры, специально под размер небольшой ладошки, из куда менее прочного нитропластика, а не надёжного углеродистого металла, зато более лёгкие, чтобы дети и подростки могли без проблем отстреливаться в случае угрозы и нападения.
Андрей вспомнил бластер, который нашёл на "Страннике" в последнее своё посещение. Маленький, лёгкий; почти такой же, как у Нималли. Мог ли он принадлежать подростку возраста Андрея, который погиб ещё во времена войны? Наверное, так и было.
Придя из тира домой, Андрей не выдержал и поделился этой мыслью с Баюном. Тот поскрипел немного и покачал квадратной головой.
— Идёшь-то туда, только до места не доходишь, — проворчал старый робот. — Помнишь, где ты нашёл этот бластер? А вот я помню. Это была каюта старшего штурмана.
— И что? — не понял Андрей.
— А кем был капитан Крокс до того, как стать капитаном? — с ехидцей спросил Баюн. — Или ты думаешь, ему сразу доверили "Странник"? Нет, до того, как стать капитаном, каждый должен был пробыть поочерёдно младшим и старшим штурманом, пусть он даже закончил училище. А капитан как-то упоминал, что "Странник" был его первым и последним звездолётом.
— Хочешь сказать, это бластер капитана? — охнул Андрей.
— Был когда-то, скорее всего, — кивнул робот-нянька. — Думаю, он был как раз твоего возраста или чуть помладше в то время, как жил в той каюте.
— Моего возраста, и уже старший штурман, — с завистью выдохнул подросток. — Эх, мне бы так!
— Сам подумай, что сказал, — фыркнула подслушивавшая Нималли, и Андрей подпрыгнул: он всё никак не мог привыкнуть, что в доме днём есть кто-то кроме него и Баюна.
— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали, — проскрипел Баюн, недовольный, что его смогли застать врасплох.
— Информация — лучшее оружие; предупреждён — значит, вооружён, — парировала девочка. — А вообще, запомни, — обратилась она уже к Андрею, — чем дольше тебя не заметили, тем дольше ты жив. Чем дольше ты не заметил, тем быстрее ты мёртв. Никогда не оставляй спину без прикрытия, даже если ты просто идёшь обедать. Всегда просчитывай пути быстрого отхода и пути массовой эвакуации. И заранее расставь приоритеты: что для тебя важнее, собственная жизнь или жизнь окружающих.
— Как это?! — не понял Андрей.
— Ну... — Нималли на мгновение задумалась. — Если бы я была на "Вселенской Сове", я без раздумий уступила бы эвакуационную капсулу любому из экипажа. Будь я на "Страннике", я уступила бы капсулу только командирскому составу. Если бы я вела диверсионную деятельность на нейтральной планете, я в первую очередь эвакуировалась бы сама, но оставила бы эту возможность и другим, даже если это означало бы риск преследования. При нахождении на враждебной планете, я оставила бы возможность эвакуации, только если это бы было полностью безопасно лично для меня. И, наконец, на враждебном звездолёте я отрезала бы все пути эвакуации, даже если бы это означало, что я погибну вместе с тем звездолётом, хоть и попыталась бы выжить, конечно.
— А если сейчас, здесь?.. — попытался сформулировать вопрос Андрей.
— Маловероятная ситуация, — хмыкнула Нималли, — но всё же... Первым приоритетом будет эвакуация тебя. Вторым — эвакуация твоих родителей, хотя ты с этим порядком, разумеется, попытаешься не согласиться. Третий приоритет — моя эвакуация. Четвёртый приоритет — Баюн.
— Но почему я первый, а Баюн — последний? — возмутился Андрей.
— Потому что ты полностью биологическая особь, что уже выводит тебя в высший приоритет, чем Баюна, который на девяносто семь, если я правильно помню, процентов состоит из неорганических материалов и невосприимчив к бактериологическим, химическим, вирусным, кратковременным термическим и радиационным атакам. Во-вторых, ты гражданский, что делает тебя более приоритетным к спасению, чем меня. В-третьих, ты младший из членов семьи, и твои родители, уверена, предпочли бы спасти сначала тебя — как ты предпочёл бы, я знаю, спасти их, но именно мнение твоих родителей будет иметь значение.
— Точное следование инструкциям, — похвалил Баюн. — Только ты забыла, что теперь ты тоже гражданская, к тому же, самая младшая, что делает тебя первой на очереди эвакуации.
— Спасибо, что напомнил, что почти все, кого я знала, мертвы, железка, — злобно огрызнулась Нималли и, показно топая, убежала.
Баюн огорчённо поскрипел и мигнул фотоэлементами. Андрей утешающе положил руку на железное плечо робота-няньки.
— Она не хотела, — попытался успокоить его подросток.
— Да нет, именно, что хотела, — Баюн посмотрел в окно, как маленькая фигурка скользит в кустах, подкрадываясь к соседскому карликовому бронтозаврику. — Смотри-ка, на Шустрика открыли охоту, — робот подвинулся, давая Андрею место у окна.
— Скажи мне, что она не попытается поджарить его из бластера, — простонал мальчик.
— Нет, скорее всего, просто погладит и отпустит, — успокоил его Баюн.
И действительно, схватившая "добычу" Нималли, потискав и потрепав Шустрика, позволила ему улепетнуть, после чего устремилась в погоню за недавно оперившимся птенцом сокола-костоправа, выписывавшем в воздухе виражи и то и дело спускавшимся передохнуть прямо на землю или на ветки куста.
— То, что она говорила про эвакуацию... — неуверенно начал Андрей, помолчав немного.
— Да, всё так и есть, — подтвердил Баюн. — В соответствии с инструкциями времён Галактической войны население подлежало эвакуации именно в такой последовательности: младшие члены семей гражданских, старшие члены семей гражданских, затем военные и в конце роботы.
— А почему тогда Нималли говорила, что со "Странника" первым будет эвакуироваться командирский состав? Это тоже какая-то инструкция? — не понял Андрей.
— Она не так говорила, — поправил его Баюн. — Она честно сказала, чьи жизни для неё важнее. На звездолётах, как раньше на кораблях, капитан эвакуируется последним. Это значит, что капитан Крокс уходил бы со "Странника" последним из числа командирского состава. У рядовых свои эвакуационные пункты. Если Нималли предпочла бы пропустить вперёд отца, ей пришлось бы пропустить и весь командирский состав. Хотя я полагаю, что капитан Крокс был бы другого мнения о порядке эвакуации.
— Это уж точно, — кивнул Андрей, живо представив себе, как киборг с лёгкостью первой закидывает дочь в эвакуационную капсулу. — Но если у каждого своё мнение о том, когда эвакуироваться, как же тогда соблюдался порядок?
— Весьма условно, — признался Баюн. — Впрочем, толпы у перемещателей не стояли, люди умели проглотить собственную гордость и, не создавая очереди, шагнуть первыми, чтобы их близкие успели последовать за ними.
— А когда она говорила про "Вселенскую Сову"? Её мать должна была эвакуироваться последней, как капитан?
— Нет, думаю, тут Нималли имела в виду именно то, что сказала: она уступила бы капсулу любому вне зависимости от приоритета эвакуации. Когда рождаешься и живёшь на базе, все люди в той или иной степени становятся семьёй.
— Да, подкинул нам капитан задачку, — вздохнул Андрей. — Эй, как мы будем забирать у неё птицу? Попугаю не понравится конкуренция!
***
— Нелегальная торговля оружием, говорите? — Крокс с интересом рассматривал абсолютно новую антигравитационную гранату, полный ящик которых был захвачен в ходе операции деметрианским патрулём. — Значит, есть легальная? — Вы и сами прекрасно понимаете, что есть, — Кольцов недовольно поджал губы. — Исследователи планет ежедневно сталкиваются с различными опасностями; деметрианский флот нуждается в оружии; наконец, никто не запрещал мелкокалиберные бластеры для самообороны. — Пурк запретил, — задумчиво протянул Крокс, и президента передёрнуло от напоминания. — Впрочем, он делал это не для безопасности населения. Я понял вашу позицию, господин президент, но и вы поняли, о чём говорил я. Наверняка есть официально не зарегистрированные каналы торговли оружием, о которых Деметра знает, но молчит. Разумеется, они полностью безопасны и им можно доверять... Я не буду спрашивать имён или маршрутов. Скажите, в какую сумму обходится доверие Деметры? — Две тонны драгоценных металлов ежегодно, — сжав зубы, выдавил Кольцов. — Мелочь для крупных торговцев, ощутимый кусок для мелкой рыбёшки. — Пират копался в памяти, вспоминая расположение воюющих планет, не входящих в состав Земного содружества. — Скорее всего, новичок пытается пробиться наверх, а оплатить доверие Деметры ему пока не по карману. Что вас тревожит? — Качество, — признался Василий. — Это оружие не чтобы сражаться, а чтобы уничтожать. Мои эксперты говорят, что никогда не видели ничего подобного. Антигравитационные гранаты практически не отличаются от наших образцов, но бластеры, лучемёты, молекулярные пушки... — Вам удалось заинтересовать как минимум моего помощника, — ухмыльнулся человеческой половиной лица Крокс, глядя, как хищно наклонился вперёд Грохотун. — Что ж, давайте посмотрим, что так напугало ваших экспертов. — Эт-то б-б-бласт-т-тер, — заикаясь, проговорил лысенький эксперт с нервно дёргающейся головой. — М-м-мы ник-к-когд-да т-таких не-не-не видели. — Вы встречали такие, капитан? — с волнением спросил Кольцов. — Встречал ли я такие? — ухмыльнулся Крокс и выдернул собственный бластер из магнитной кобуры. Узорчатая рукоять из тёмного углеродистого металла тускло блестела, а рядом сверкала её новенькая, ещё в смазке, товарка. Длинный ствол, хищно сужающийся к концу, оптический усилитель фокусирующего типа; разница бластеров была лишь в форме узора на рукояти и времени, проведённом в эксплуатации. — От-тличное о-о-оружие, — выдавил ошеломлённый эксперт. — Бластер конца тридцать первого века выпуска, — прокомментировал Крокс. — Фирма "Стилл", тысяча зарядов, накал луча до тысячи же градусов по Цельсию, за что получил среди целевой аудитории наименование "штука". Мощновата отдача и смена магазинов требует привычки, в остальном просто превосходная модель. Почти сотня лет эксплуатации, но не требует ремонта. Впрочем, тут дело ухода, хотя металл достаточно неприхотлив. Скорее всего, ваш новичок наткнулся на арсенал одной из заброшенных или погибших баз и, сообразив, что это, решил на этом нажиться. — А-а антиграви-ви-витационные гра-гранаты? — вмешался эксперт. — И-их точно не мо-могло быть на ста-ста-старой базе. — Возможно, наш торговец смертью решил расширить ассортимент, несколько увлёкся и не смог заплатить членский взнос Деметре, — пожал плечами Крокс. — Будем молиться, что ему хватит ума не выпустить Зелёного монстра. — Зелёного монстра? — переспросил Кольцов, а эксперт в ужасе затрясся. — Вы слишком молоды, чтобы помнить, господин президент, — покачал головой Крокс. — Зелёный монстр был в арсенале многих исследовательских баз, это защищало их от нападений. Спросите об этом вашу дочь. — Д-дочь пре-президента ви-видела Зелёного монстра? — переспросил эксперт. — Будь моя воля, этого бы не случилось, — честно ответил Крокс. — Но, да, так уж вышло. Более того, она разбила кувшин. — Над тем, кто вскроет тот сосуд, свершится тут же страшный суд... — начал было эксперт. — Кувшин разбился не сразу. Мы успели выбежать и заварить арсенал. Монстр не получил биологической добычи и сожрал сам себя. — Капитан сказал это с непроницаемым лицом, но Кольцов увидел, как слегка побледнела его человеческая половина. — Ваша дочь родилась дважды, Василий, — помолчав немного, сказал пират. — Как и моя. Надеюсь, в остальном вашей повезёт больше. Спросите её про Зелёного монстра. И, поверьте, если вам удастся заполучить кувшин, не пытайтесь его исследовать. Заприте его в самый надёжный сейф, какой только найдёте, спрячьте так далеко, чтобы никто даже не подумал искать. И забудьте о нём. Навсегда.***
— Ты в этом платье такая красивая! — искренне воскликнула Лависса, когда Василиса вышла из примерочной кабинки. Изумрудное платье и впрямь превосходно смотрелось с тёмными волосами девушки, выгодно оттеняло смуглую кожу и подчёркивало тонкую фигурку. — Спасибо, — смутилась Василиса. — А как ты думаешь... — Капитану очень понравится! — не дала даже закончить вопрос девочка. — Вот, держи! — Для чего это? — Василиса с недоумением посмотрела на тюбик блеска для губ. — Это как космический шоколад? — Нет, это не едят. Это помада, ей красят губы, — пояснила Лависса. — А зачем? — Чтобы стать красивее, конечно! Это мой любимый оттенок. — По-моему, ты и так очень красивая, — пожала плечами Василиса. — Зачем тебе это? — Не знаю. Так... принято. — Лависса на мгновение задумалась. — Ладно, никто не заставляет, если ты не хочешь. Но к парикмахеру мы точно пойдём!***
— Ну что, как у вас дела? — раздался в голове у Баюна слегка насмешливый голос Крокса. — Все ещё живы? Случайных жертв нет? — Ваша дочь предпочитает ранить словами, капитан. — Невесело вздохнул робот-нянька. — Но все живы и здоровы, если не считать нескольких синяков. Иногда нам даже удаётся наладить контакт. — А потом она цепляется к одному неосторожному слову, и всё идёт прахом. Да, она такая. — Крокс тяжело вздохнул. Баюн практически видел, как капитан устало потирает человеческую половину лица. — Я хотел бы услышать твой совет, — неожиданно попросил пират. — На меня свалилось неожиданное дело, и вряд ли я смогу освободиться раньше, чем глубокой ночью. И Нималли и Василиса... — У нас есть гостевая спальня, в которой найдётся место для обеих, — твёрдо заявил робот. — Впрочем, мне почему-то кажется, что Лависса убедит Василису остаться у неё, в президентской резиденции. По-моему, я даже слышал слова "пижамная вечеринка". Что касается вашей дочери — думаю, мы сможем присмотреть за ней. А у вас всё в порядке, капитан? — Пока не уверен, нашёл ли я умного друга, хитрого врага или того и другого; в остальном же всё как обычно, — витиевато, как и всегда, ускользнул от ответа Крокс. — Мне нужно идти. — До связи, капитан, — кивнул Баюн, но пират уже отключился.***
— Зачем он тебе? — удивился Андрей, когда Нималли притащила пойманного сокола-костоправа, недовольно хлопающего крыльями и щёлкающего крючковатым клювом. — Это же гибрид, — восхищённо заявила девочка. — Гибрид животных с разных планет, мой генетический анализатор не мог ошибиться! И он вполне жизнеспособный, более того, невероятно адаптивный! Потрясающе. — Ты же не хочешь оставить его себе, правда? — Почему нет? У папы есть попугай, почему мне нельзя? — Потому что попугай — разумный андроид, а это живая птица, которая не умеет разговаривать и нуждается в уходе, пище, воздухе... — Что? — Нималли долго непонимающе смотрела на подростка. — Стоп, ты имел в виду именно его? Эту птицу? Тогда, конечно, нет. Я только хочу посмотреть. Но вообще я хотела бы собрать себе такого андроида. Простенького, с минимумом биопроводников, но с мощным числовым анализатором. Вообще я предпочитаю четвероногих спутников, но должна признать, что крылатые намного удобнее, в этом папа прав. Ладно, лети, вредина! — Девочка отпустила начавшего возмущённо кричать сокола и тот, клацнув напоследок клювом, поспешил взлететь. — Можно одолжить у тебя пару охладителей, оперативную память и жёсткий диск? — Только если разберёшь компьютер, — признался Андрей. — Как? — удивилась Нималли. — У тебя нет коробки с деталями? У всех есть коробка с запасными деталями. Как вы вообще без неё живёте? А если что-то ломается? Неужели разбираете рабочую технику? — Мы просто отвозим это в сервис, и там всё чинят, — объяснил Баюн. — Раньше, — пояснил он для Андрея, — люди предпочитали чинить всё сами. Специальных сервисов для починки было очень мало, располагались они на отдельных базах, а постоянно дёргать инженеров своей базы было попросту неудобно. Поэтому починкой и сборкой нового оборудования занимались самостоятельно, чаще всего даже без помощи роботов; более того, сбор простейших андроидов, например, домашних животных, был распространённым развлечением для детей. — Не только детей, — возмутилась Нималли. — Вспомогательный андроид — полезное устройство для исследователя, которое ты можешь снабдить всеми необходимыми тебе функциями. У мамы была ящерка-переводчик, в неё были загружены языки и диалекты более четырёх Галактик, в которых мы работали. У нашего бортмеханика был большой андроид-пёс, который таскал набор инструментов, у него был встроенный домкрат, так что он мог поднять наш крейсер в одиночку. — А у капитана Крокса? Тоже пёс? — с интересом спросил Андрей. — Зачем папе пёс? — удивилась Нималли. — У него ведь был Грохотун. Баюн не смог сдержать скрипучего смеха. Старому роботу представилось, как рогач довольно стучит себя по грудным щиткам и гордо заявляет: "Я ведь лучше, лучше собаки!" — Что смешного? — нахмурилась девочка. — Не обращай внимания, — махнул рукой тоже ничего не понявший Андрей. — Наверное, какая-то шутка времён начала исследования Вселенной, у Баюна их много. Так ты умеешь собирать андроидов? — Хочешь сказать, что ты не умеешь? — поразилась Нималли. — Чем же ты занимаешься целый день? Андрей неловко кашлянул. Он не был уверен, как отреагирует девочка, если узнает, что после учёбы он чаще всего просто катается на велосипеде или играет в компьютерные игры. Кажется, ребята его возраста времён Галактической войны проводили свои дни куда интереснее. — А что делала ты? — спросил он. — Ну... — Нималли на мгновение задумалась. — Когда мы летели к новой планете, — неуверенно начала она, — мы иногда проводили целые дни, разбирая архивы. Это было интересно, но утомляло: очень много информации, которую нужно было разобрать, чаще всего довольно однообразной. Но когда мы прилетали куда-то, где есть разумная жизнь... Это было захватывающе. Меня редко отпускали на дипломатические миссии, но я и не особенно хотела. Мы с мамой изучали добровольцев из жителей планеты. С ними общаться намного интереснее, чем с глупыми вождями. Иногда там были дети, с которыми можно поиграть. А когда работы не было, мы с мамой собирали андроидов и составляли самообучающиеся программы, она хотела создать эмоциональную плату, которая в точности имитировала бы человеческие эмоции. Мы подошли очень близко, но это всё равно был набор плат с командами-реакциями на раздражители. Чего-то не хватало. Мама так и не закончила эту работу. — Нималли на мгновение погрустнела, но тряхнула головой и заставила себя улыбнуться. — А иногда папа брал меня на диверсионные миссии. Не очень часто, раз в месяц или полтора: говорил, что это опасно. Как-то мы разгерметизировали военную базу, а все пути эвакуации отрезали. Мы летели на рейдере, кислород был на исходе. Было так страшно! — Вас подобрали? — с замиранием сердца спросил Андрей, вспомнив, как они с Лависсой и Баюном точно так же застряли на рейдере без запасов кислорода. — Нет, мы умерли, — фыркнула девочка. — Конечно, нас подобрали, раз я стою здесь! Но я так перепугалась, это было что-то. Ведь это я была бы виновата, если бы что-то случилось. — Почему ты? — не понял подросток. — Ну, папа ведь не хотел брать меня тогда, я сама напросилась. И без меня папе хватило бы кислорода намного дольше, и тогда его точно успели бы подобрать. А так мы очень рисковали... — Нималли виновато потупилась. — Но всё хорошо, что хорошо кончается, — весело закончила она. — Это был такой бабах! Осколки этой базы, наверное, разметало на десяток световых лет! И папе дали две недели на нашей базе. Вот было здорово! — Полагаю, всем медалям и орденам мира капитан Крокс предпочитал передышку на "Вселенской Сове" с женой и дочерью. — Баюн мигнул фотоэлементами, посмотрев на Андрея. — Подрыв вражеской базы был достойным награды подвигом. На диверсионные миссии чаще всего ходили вдвоём или втроём, не считая роботов, чтобы не привлекать особого внимания. На больших базах невозможно знать всех союзников даже в лицо. Вместе с дочерью капитан мог ходить где угодно, и это выглядело, как инструктаж новобранца. — Мне жутко не нравился зелёный комбинезон, — сморщилась девочка. — И на папе он тоже смотрелся странно. А какой-то парень послал меня на камбуз за своей едой. Как будто я ему прислуга! Надеюсь, он понял, кто был диверсантами, перед тем как его разорвало на клочки. — Зелёные комбинезоны были стандартной одеждой рядовых противника, как синие — униформой рядовых, на стороне которых воевал капитан Крокс, — снова пояснил Баюн. — После окончания Галактической войны стороны объединились, и даже названия сторон и все упоминания о причине разногласия были вычеркнуты из истории. Андрей честно попытался представить себе молодого капитана Крокса, ещё человека, в синем комбинезоне, и потерпел неудачу: слишком прочно в его сознании образ пирата был связан с киборгизированным корпусом. — А я всё ещё не привыкла, что он теперь киборг, — призналась Нималли, когда подросток озвучил свои мысли. — До сих пор сложно поверить, что прошло столько сотен лет. Интересно, где-то ещё сохранились базы данных со "Вселенской Совы"? Там должны быть мои и мамины дневники, в них есть фотографии. — Вы вели дневники? — Все жители научно-исследовательских баз в обязательном порядке ведут дневники для стабилизации душевного состояния, — отчеканила Нималли. — Ну, и чтобы понять, в какой момент с твоей головой начало твориться что-то неладное, — добавила она, немного поразмыслив. — Знаешь, люди на базах и звездолётах часто сходят с ума. Тут важно правильно определить, что это: обычное помешательство, действие какой-нибудь инфекции или что-то ещё. Однажды наш младший штурман начал слышать голоса, которых не слышал больше никто. Добровольно пошёл в палату для душевнобольных, принимал лекарства. А потом оказалось, что рядом была планета псиоников-телепатов, и у него просто сверхчувствительность к телепатическим контактам. В космосе всякое бывает. Нималли оказалась настоящим сборником космических историй, в которых фигурировали инопланетяне с необычными способностями и члены базы "Вселенская Сова", пытавшиеся изучить новую цивилизацию и внести в общий реестр информацию о планете и её населении. Чаще всех в рассказах фигурировал младший штурман Синусов: бедняга умудрялся влипать во все неприятности, которые только попадались на пути. Девочка весело хохотала над рассказами Андрея, собирала из голографического конструктора похожих на радужных медуз литосинян и никусов, проецировавших красочные картины при помощи внутреннего источника света и плававших в их студнеобразных внутренностях цветных пластин. На предложение остаться и переночевать она отреагировала сперва лёгким непониманием, после чего слегка огорчилась, узнав, что не сможет увидеть отца, но особенно не протестовала. — Кажется, она привыкает, — шепнул Баюну Андрей, когда Нималли, устав, ушла в предоставленную ей гостевую спальню. — Будем надеяться, — вздохнул робот-нянька. В гостевой спальне наткнувшаяся на семейное фото Андрея Нималли, зажав себе рот, старалась не издать ни звука, пока по её щекам текли крупные слёзы. Почти в десятке километров от неё капитан Крокс был вынужден, остановившись, опереться на стену, вдавив ладонь в грудную пластину, за которой болезненно пульсировал рубиноглаз.***
— Так значит, кто-то потрошит арсенал старой базы, — прогудел Грохотун, — и нам из-за этого выкладывать наши козыри? Почему не оставить Деметру саму разбираться с проблемой? — Потому что, если эта старая база была исследовательской, то в её арсенале, скорее всего, находится кувшин с Зелёным монстром. А Земля, которая, к моему собственному удивлению, мне до сих пор дорога, находится в соседней с Деметрой галактике. Если Зелёный монстр захватит биологическую добычу, всему живому на Земле, Деметре и ещё в паре галактик конец. Не хотелось бы стать кормом для всепожирающей дряни из кувшина. — Звучит убедительно, кэп, — печально признал Грохотун. — Так значит, мы расскажем президенту, где лежат хорошенькие пулемётики, лазеромётики и прочие игрушечки, чтобы он смог найти не желающего прогибаться под его власть торговца. А ну как деметрианский флот сам и раскокает горшок? — Такая вероятность существует, — признал капитан. — Думаю, стоит сперва отправить на базу разведотряд, чтобы выкрасть кувшин и доставить его в безопасное место. Впрочем, рано делить шкуру неубитого медведя: мы ещё даже не нашли базу, на которой обосновался этот торговец. К тому же, сначала мы узнаем у Кольцова торговые маршруты, чтобы определить, какие бывшие военные базы находятся ненамного в стороне от проторенных троп. Про научно-исследовательские базы, возможно, придётся спросить Нималли, но этот вариант мы оставим напоследок. Будем надеяться, наш торговец обнаружил военную базу; конечно, их арсенал в разы больше, но зато Зелёного монстра там точно нет. — Полагаете, эти базы не стоит проверять? — Василий Кольцов, хмурясь, смотрел на обозначенные Кроксом точки на трёхмерной координатной сетке. — Ну почему же, проверьте, — милостиво разрешил пират, — но максимальные усилия стоит бросить на проверку вот этих трёх: они находятся вне зоны действия радаров с официальных маршрутов следования, при этом ищущий новые удачные маршруты вполне мог натолкнуться на них, не рискуя забираться слишком далеко. Вот с этой, — Крокс отдельно указал на одну из подлежащих первоочерёдному рассмотрению баз, — нужно быть осторожнее: раз в три года там проходит метеоритный дождь из разрушенного спутника планеты Ином и длится почти месяц. К сожалению, не помню точно, когда метеоритный дождь должен начаться снова, но рекомендую послать туда андроидов. В крайнем случае они смогут переждать метеоритный дождь на базе. — Это же не всё, верно, капитан? — проницательно взглянул на Крокса Кольцов, когда командир звёздного патруля, спотыкаясь и выкрикивая в передатчик приказы, унёсся контролировать организацию трёх рейдов чрезвычайной важности. — Вы тоже оставили для себя козыри, господин президент, — спокойно признал пират. — Полагаю, нам предстоит проделать ещё долгий путь до полного обоюдного доверия. Впрочем, я готов пообещать вам, что буду делиться информацией по мере возникновения такой необходимости. Сказать по чести, хотелось бы услышать подобное обещание и от вас. — Я думаю, есть ещё кое-что, что вам следует знать, капитан, — помедлив, решился Кольцов. — Пройдёмте в мой личный кабинет, я бы не хотел случайных свидетелей этой информации. Грохотуна, потопавшего за хозяином, ненавязчиво остановили роботы охраны, и даже любопытный попугай сам предпочёл подождать рядом с рогачом, не нарываясь на неприятности. — Вы сказали, что не просите называть вам имена и точные маршруты, но, думаю, если вы будете их знать, вы сможете сказать больше. — Кольцов нервно выстукивал носком лакированного ботинка частую дробь. — В настоящее время есть три неофициальных поставщика оружия, о которых Деметра не оповещает Землю. Я знаю даты и маршруты и внимательно слежу, чтобы наши патрульные рейдеры даже случайно не оказались там. Поймите, капитан, я не герой: Деметра нуждается в финансах, чтобы поддерживать магнитный колпак, который требует энергии, обслуживания и вскоре — расширения; Земля всё более неохотно поставляет детали, а на Деметре не так много драгоценных металлов, чтобы оплачивать услуги планет содружества. Прикрытие торговцев оружием... Я понимаю, что, скорее всего, они поставляют его слаборазвитым планетам, поощряя войны и вмешиваясь в естественный ход технического развития. Но я не хочу, чтобы в один из дней моя дочь оказалась на населённой плотоядными ящерами планете без защиты купола. — Я понимаю вас, — кивнул Крокс. — Не могу сказать, что одобряю ваши действия, но не могу и поручиться, что на вашем месте поступил бы иначе. Итак, маршруты... Мужчины зарылись в звёздные карты, отмечая на трёхмерных проекциях извилистые линии.***
— Насколько я могу судить, две военных базы могли быть найдены при следовании по данным маршрутам, одна из них была, насколько я помню, заброшена ещё во время войны из-за разгерметизации оружейного отсека. Сомневаюсь, что там мог уцелеть арсенал, но разумно будет всё же проверить. Не совсем база, скорее перевалочная станция лежала здесь, на небольшом отдалении от планеты. Я слышал, что она сошла с орбиты и была притянута местной звездой, но это лишь слухи. Конечно, её могли захватить и отогнать в другое место, я сам делал так не раз. Не могу припомнить, есть ли в окрестностях что-то ещё; стоит запросить базы данных "Странника". — Крокс устало помассировал висок. — Благодарю вас за помощь, капитан, — искренне пожал пирату руку Кольцов. — Обращайтесь, господин президент, — усмехнулся тот. — Консультации для вас в любое время. Не знаете ли вы, чем заняты мои спутники? — Лависса устроила Василисе экскурсию по магазинам; полагаю, это заняло целый день, — президент насмешливо хмыкнул и покачал головой. — Ваша дочь предпочла остаться с Андреем и его роботом. В вашем распоряжении президентская резиденция или любая гостиница Деметры на ваш выбор. — Пожалуй, я вернусь на "Странник" и посмотрю архивы, господин президент, — отказался Крокс. — Я не нуждаюсь во сне, в отличие от Василисы и Нималли. Если у меня появится информация, стоящая вашего внимания, я немедленно сообщу её вам. — Спасибо, капитан, — официально кивнул Кольцов и, когда пират уже выходил, неуверенно окликнул: — Капитан! Доброй ночи... — И вам, Василий, — остановившись на мгновение, отозвался Крокс, после чего шагнул в транспортную кабину скоростного лифта. Тихое жужжание, и лифт унёсся по шахте на сотню метров вверх, где, как знал президент, на крыше здания находится потрёпанный треугольный боевой крейсер с черепом и костями на носу, готовый доставить пирата на зависший на орбите "Звёздный Странник".***
В навигационной рубке горел свет. Насторожившись, Крокс сделал знак Грохотуну, тихо приблизился к креслу... И чуть не наткнулся на дуло бластера. — Ой! — Нималли поспешно убрала оружие и виновато опустила глаза. — Прости, пап, я не думала, что ты вернёшься. — Почему ты здесь? — изумился Крокс. — Не могу уснуть без шума двигателей. — Девочка чуть выпятила губу. — Думала вернуться утром, пока все ещё спят. — Я пошлю сообщение, чтобы Баюн не волновался утром. — Крокс включил передатчик и, подумав, набрал несколько слов. — Хозяин, нашего полку пр-рибыло! — радостно хлопая крыльями, влетел в помещение попугай. — Что такое? — не понял Крокс. — Ваша дочь, кэп, угнала патр-рульный кр-рейсер-р Деметр-ры! — наябедничала птица. — Ой. — Нималли покусала указательный палец. — Пап, я завтра верну, честно-честно! Я даже антенны пеленгатора обратно привинчу. Я хотела просто одолжить, но те андроиды такие тупые, с ними невозможно договориться. — Мда, командир звёздного патруля будет в бешенстве. Думаю, у нас это семейное — доводить беднягу до нервного срыва, — усмехнулся Крокс и погладил дочь по макушке. — Ты не злишься? — осторожно уточнила девочка. — Конечно, нет. Как я могу на тебя злиться? Полагаю, это даже забавно, — мягко вздохнул пират. — Раз уж ты здесь, может, сможешь помочь мне. Скажи-ка, какие научные базы работали в этих областях Галактики?***
Пиратский крейсер и следовавший рядом с ним деметрианский патрульный корабль, числившийся в угоне с прошедшего вечера, приземлились в космопорту Деметры. С первого, иронично усмехаясь, сошёл капитан Крокс, которого, волнуясь, ожидал Василий Кольцов. Из второго прямо под прицелы насторожённых штурмовиков выпрыгнула двенадцатилетняя девочка с объёмистой коробкой и, смущённо пробормотав скороговоркой: "Простите, пожалуйста, я больше так не буду", отдала открывающий входной люк чип начальнику охраны. — Ну? — требовательно взглянул на дочь пират, когда та подошла к Баюну и Андрею, и девочка снова протараторила извинения, избегая смотреть на робота. — Следующего раза мой сердечник может и не выдержать, — только и сказал старый нянька, когда Нималли всё же подняла на него глаза. — А это, как я понимаю, коробка с деталями? Девочка возбуждённо затрещала, радуясь возможности переменить тему, заинтересованный Андрей склонился над коробкой, разглядывая механическую мелочёвку, вскоре к ним присоединились Лависса с Василисой, обе в новых платьях, и шумная компания, болтая и хохоча, удалилась в направлении парка. Вслед за ними полетел, понимая, что других дел ему не представится, попугай. Крокс только покачал головой и прошёл к рейдеру вслед за Кольцовым. Быстрая машина за считанные минуты доставила обоих к резиденции президента. — Вы что-то узнали, капитан? — Кольцов, не дожидаясь просьбы пирата, открыл голографические карты. — Новости неутешительные, — признался Крокс. — База "Вселенская Сорока" чуть больше семисот лет назад собиралась отправляться в эту точку для исследований и попала в гравитационное поле красного карлика. Экипаж был эвакуирован при помощи пространственного перемещателя, базу же пришлось покинуть. Скорее всего, она так и вращается на орбите. Подойти к базе на крупном звездолёте или крейсере не удастся, а у маленького корабля может не хватить тяги, чтобы покинуть гравитационное поле. — Лучшим вариантом будет направить роботов при помощи пространственного перемещателя, — понял президент. Крокс одобрительно кивнул. — Так и есть, — сказал он. — На "Страннике" нет информации о старых военных базах в тех областях. И, господин президент, у меня есть к вам достаточно странная просьба. — Я постараюсь помочь, чем смогу, — честно пообещал Василий. — Мне нужны земные архивы со "Вселенской Совы", — взглянул на президента Крокс. — Думаю, я смогу запросить их, — подумав, кивнул Кольцов. — Да, я попрошу переслать их сегодня же. Надеюсь, что к вечеру данные будут уже у меня. Что вы собираетесь делать теперь, капитан? — Они всё ещё в парке? — не очень понятно спросил пират, но Василий и без пояснений понял, кого тот имел в виду. — Да, — кивнул он. — Напротив фонтана, под деревьями; вы их не пропустите. — Тогда до встречи, господин президент, — махнул Крокс. — Вам нужен транспорт, капитан? — неуверенно предложил Кольцов. — Нет, — после недолгого раздумья отказался пират. — Пожалуй, я прогуляюсь. Нечасто гуляешь по Деметре, когда не нужно ни от кого скрываться. Интересный должен быть опыт.
