Когда прострекочет дрозд...

Все как-то сразу напряглись. Гендальф пошёл открывать дверь, а вслед за ним и остальные вышли в коридор. Я встала за Фили, мне почему-то не захотелось сразу привлекать к себе внимание. Дверь отворилась, и на пороге стоял Торин. -Гендальф, - негромко обратился он к волшебнику, - ты сказал, что место будет нетрудно отыскать, но я заблудился. Дважды. Если бы не метка, я бы вообще до вас не дошёл. Тут послышался встревоженный голос, отошедшего от шока, Бильбо: -Метка? Нет там никакой метки! Эту дверь красили неделю назад! -Там есть метка, Бильбо! Я сам её там оставил! Позволь представить тебе - Торин Дубощит, предводитель нашей компании. -О! Здорово! Бильбо Бэггинс, к Вашим услугам! - как мне показалось, не без иронии протянул хозяин Норы. -А это значит и есть хоббит? - и Торин оценивающе посмотрел на полурослика, - Мистер Бэггинс, а Вы умеете сражаться? Какое оружие предпочитаете? -Сражаться? Оружие? Нет-нет, что Вы? - поспешно заверил он нас, но, судя по всему, он до сих пор не понял, что обречён пойти с нами, ведь так решил сам Гендальф,- Но я недурно кидаю каштаны, если хотите знать! -Каштаны? - низким басом переспросил Двалин. -Да... Каштаны! -По дороге я встретил одну юную девушку, которая хотела пойти с нами, Гендальф, ты не знаешь, чем закончились её искания? -Я думаю, что я смогу помочь тебе, Торин, с ответом! - сказала я, аккуратно и изящно вынырнув из-за спины Фили (да! У меня наконец-то получилось сделать что-то изящно!). Торин повернулся ко мне. Знаете, что интересно? Ха! Нет, вы не знаете! А интересно то, что самым высоким, по факту, во всей этой компании был Двалин, нет, серьезно! В нём было, ну, две меня точно! Но как только пришёл Торин, создалось впечатление, что все мы стали ниже в два-три раза. От него буквально пахло величественностью, царственностью и гордостью. Он был точно на голову выше нас, его взгляд, всезнающий и всепонимающий буквально пронизывал, но было в нём что-то доброе, что заставляло душу не холодеть, а благоговеть и теплеть. -Анур! Честно говоря, я удивлён, что вижу тебя здесь, - сказал он, снимая походный плащ и вешая его на единственную свободную вешалку. - Я думал, что ты всё же передумаешь... -Торин, я понимаю, ты боишься, что я стану обузой вам, но поверь - я пригожусь! -К тому же, - справа от меня послышался голос Кили, - мы будем не против, если она отправится с нами, да, ребята? Гномы согласно закивали. Торин же, лишь как-то неопределённо гмыкнул и прошёл в столовую, все, подобно утятам, следующим за мамой-уткой, потянулись вслед за ним. -Пойдём, - Бофур потянул меня за руку, - Торин ездил к гномам с Железных Холмов, возможно, они тоже присоединятся к нам! Какая-то заторможенная, я последовала за ним. Когда мы вошли в комнату и кое-как примостились на скамью, Торин уже о чём-то говорил. -Так, что гномы с Железных Холмов? Что сказал Даин? Они с нами, Торин? - спросил Двалин. Король, после длинной паузы, ответил: -Нет, мы сами по себе. Балин тяжело и глубоко вздохнул: -Этого следовало ожидать, этот поход, Торин... Это полная авантюра! Ты сделал очень много для своего народа, для нас лично. Ты помог нам подняться после падения, ты возглавил нас, когда мы были разобщены... Но это путешествие может закончиться смертью! Ещё не поздно отказаться! Отказаться? Балин, о чём ты? Даже я, недогном, понимаю, что Эребор надо вернуть! -Балин, я уважаю тебя и доверяю тебе, но сейчас я не понимаю, о чём ты говоришь! - Ого! Да я мыслю, также как и Торин! - Эребор, Великое Гномье царство находится в лапах мерзкого Смауга! Богатства нашего народа по-прежнему лежат в огромных залах, под брюхом дракона! Аркенстон, единственное, что может заставить всех гномов вновь собраться в одном месте, похоронен там! А ты говоришь "отказаться"! - гремел он. -Торин, но ведь дракон всё ещё жив! Армия не смогла справиться с ним, а нас всего лишь 13! -Вот здесь я не соглашусь с Вами, мой дорогой Балин! - в разговор вступил Гендальф, до этого молча покуривавший свою трубку, - Есть слух, что Смауг давно покинул Гору, птицы начинают возвращаться к Эребору. А чтобы достать Аркенстон, нам необходим взломщик в лице мистера Бэггинса. Все посмотрели на Бильбо. -Вы - вор? - спросил Бифур. -Кто? Я? Я - вор? - испуганно переспросил хоббит, который как-то уменьшился в размерах и стал похож на загнанную в угол мышь. -Он сказал, что он - вор! Ха! - засмеялся Ойн. Все подхватили его смех. -Нет-нет-нет! Я не вор! Я никогда ничего не крал! - заверещал Бильбо, - И как же дракон? -Но ведь с нами волшебник! Он в своё время кучу драконов поубивал! - подал голос Кили. -Сколько? -Прости, что, Глойн? -Сколько драконов ты убил, Гендальф? Волшебник подавился трубкой и закашлялся, ой, Кили... Что же за разговор ты начал! Гномы, вдруг, начали громко спорить: один кричал что-то про абсурдность путешествия, другой - о том, что он ничего не боится и, что поубивал уже множество летающих ящериц, третий - бил себя в грудь и говорил, что он ради Торина лично полезет, хоть в саму глотку Смауга, но достанет Аркенстон. Я с тоской смотрела на это представление, пока Гендальф, вдруг, не начал буквально расти: -Если я сказал, что нам нужен взломщик, значит, так оно и есть! - гремел он, его голос эхом прокатился по Норе и гномы мгновенно замолчали, - Если я сказал, что идеальная кандидатура - это Бильбо, значит, так оно и есть! И, если он согласится пойти с нами, значит, он и должен сыграть эту роль, - уже более мягко добавил волшебник. Это было... Страшно! Как будто весь свет погасили, и был один лишь Гендальф, возвышавшийся над нами. Это... не передать, просто ощущение первобытного ужаса. Зато внимание сразу привлёк!... И гномы замолчали... -Но ведь, мы не можем просто так взять и заявиться через парадный вход к Смаугу, сказав что-то вроде: "Здравствуй, дракон! Мы пришли тебя убить и забрать то, что принадлежит нам по праву!" Так ведь? Или я чего-то не понимаю? - неуверенно спросила я. Ух! Опять храбрости набралась! -Ты совершенно права, моя дорогая, - улыбнулся мне Гендальф, - есть карта, - и он разложил на столе небольшой, пожелтевший от времени кусок пергамента, на котором была изображена Одинокая гора, река, тропинка и в несколько строк бежали гномьи руны. -Что это? Схема? - спросил Бильбо, в котором вдруг проснулось любопытство, - а эта рука? На что она указывает? На вход? -Видишь, Торин? Этот хоббит не так прост, как кажется! Да, мой милый Бильбо, это карта тайного входа в Гору, а руны гласят... -А руны гласят: "Пять футов двери вышиною, пройти там трое могут в ряд". Это все здесь присутствующие знают, - взгляд Торина остановился на мне, - ну, почти все... Проблема в том, мистер Гендальф, что нет гаранитии того, что он до сих пор остался тайным. Смауг давно живёт там и у него было предостаточно времени, чтобы разобраться во всех ходах и выходах. -Думаю, ход слишком узок для него, особенно сейчас, после разорения самого Эребора и Дейла, - качнул головой волшебник. -Но нора-то широкая! – подал голос Бильбо, которого чрезвычайно заинтересовала эта история с картой. – Как её можно утаить от кого бы то ни было? -Самыми разными способами, милый Бильбо. Но мы не узнаем, как спрятана именно эта, пока не увидим её. -Даже, если нам удастся найти её, - протянул Торин, - у нас нет ключа, чтобы открыть её. -Вот тут ты не прав! - сказал волшебник и извлёк из недр своей мантии небольшой ключ, украшенный гномьим узором. -Откуда он у тебя? - заворожённо глядя на него, спросил Торин. -Траин, твой отец отдал мне его не задолго до исчезновения. -Мой отец? Где ты видел его? Куда он отправился? Ты знаешь? - буквально подскочил на месте, только что спокойный Торин, его руки затряслись, а глаза смотрели на волшебника с мольбой и надеждой. -Успокойся, Торин! Я давно уже не видел Трайна, а при последней встрече я призывал его к тому же, к чему призываю тебя сейчас, то есть к освободительному походу на Гору. -Подождите, вы сказали, вам нужен взломщик в лице меня? -Оооо... До кого-то дошло...,- тихо протянула я, надеясь, что меня не услышат, но не тут-то было! Кили естественно услышал! Да ещё и смеяться начал, но только тихо... Ну, насколько мог... -Но подождите! Я не хочу никуда идти! Я...я не люблю путешествия! Я...я Бэггинс из Бэкэнда! - замахал руками Бильбо. -Но ты также и Тук! - ответил ему Гендальф, на что хоббит тяжело вздохнув, (ну, знаете, так вздыхают, когда вас окончательно доканали) возвёл глаза на потолок, - Помнишь ли ты, что твой прапрапрапрадед Тук Бычий Рёв был настолько велик, что мог ездить верхом на настоящей лошади? Мир, не в твоих книгах, Бильбо, он - за окном, и ни одна карта на свете не сможет его заменить! Куда делся тот маленький хоббит, который целыми днями пропадал в лесу в поисках эльфов, который возвращался затемно весь в грязи и бежал с пойманным светлячком к матери? Который не спал по ночам, мечтая сосчитать все звёзды на небе, все до единой? Который постоянно задавал мне вопросы, такие ясные и чистые, что я терялся и не мог сразу на них ответить? Когда вышитые салфетки и фарфоровая посуда успели тебя так изменить? - с горечью вздохнул Гендальф. Мне кажется, эта речь тронула всех. Гномы молча слушали волшебника: кто-то смотрел на хоббита, кто-то на пляшущий огонёк свечи, кто-то на потолок, а кто-то тайком вытирал выступившие слёзы, может, они тоже вспомнили себя маленьких? Во всяком случае, им точно было, что вспомнить: множественные битвы, горечь утраты, смена королей, запах огня, великие залы их дома... Утраченного дома... Может, кто-то вспоминал себя мальчишкой, я уверена, что они были теми ещё безобразниками, ну, Кили с Фили уж точно, не знаю, как на счёт Торина там, или Балина, но эти двое точно матери насолили. -Гендальф, - прервал молчание Бильбо, - ты можешь обещать, что я вернусь? Хороший вопрос. Кто из нас может быть уверен, что он выживет? Что меня не пронзит стрела, несущая смерть Кили, а он, в свою очередь, не погибнет от меча, предназначавшегося Бофуру? Кто может точно сказать, подойти так, похлопать по плечу, и сказать: "Не волнуйся! Дурином клянусь, ты вернёшься! Обязательно! И друзья твои все выживут, и будете вы жить долго и счастливо!" -Нет, - просто ответил Гендальф. -О! - лишь выдохнул хоббит и упал в обморок, хорошо так упал, с грохотом. -Бильбо! - воскликнула я и в миг очутилась рядом с ним, - Бофур, Кили, Фили, помогите поднять! Надо его на кровать положить! Эх! Гномская услужливость! Так и бросились помогать! Взвалив не такого уж и тяжёлого хоббита себе на плечи, ну, я просто руководила процессом, сама я его, разумеется, не тащила, ребята, с горем пополам, а заодно и табуреткой (как Бофур умудрился её сломать, просто споткнувшись об неё, я не знаю), донесли Бильбо до кровати. -Хорошо так хрякнулся! - заключил Кили, когда мы вчетвером стояли возле постели и смотрели на мирно посапывающего полурослика. -Оо, да! - протянула я. Вся наша компания переползла из столовой в гостиную и, когда мы вернулись, все потихоньку занимались своими делами. Торин с Гендальфом, Балином и Двалином о чём-то тихо беседовали, Ори что-то строчил при мягком свете камина, остальные курили и тоже о чём-то разговаривали. В комнате висела тихая, спокойная и мирная атмосфера, казалось бы, на что уж гномы громкий народ, но, видимо, речь волшебника на всех произвела такое глубокое впечатление, что никому не хотелось нарушать сложившуюся тишину смехом или гоготом. Я села в кресло возле огня, поджав под себя ноги и чуть завалившись на бок, смотрела, как медленно тлеют почерневшие брёвна и как пляшут языки пламени на них, изредка выдавая столп искр. Задумавшись, я задремала. Не знаю, сколько длился мой сон, но я, вздрогнув, проснулась оттого, что меня накрыло что-то мягкое. Открыв один глаз и обнаружив на себе клетчатый плед, я решила открыть и второй, дабы понять причину его возникновения на мне, которая, к слову сказать, состояла всего из четырёх букв: Кили. -Спи-спи, - сказал он, заметив моё пробуждение. -А что же мой Дух-Хранитель не спит? -Он думает, - как-то слишком серьёзно ответил тот. -О чём же? - я приподнялась на локте и посмотрела в серьёзное лицо Кили, озаряемое тёплым светом камина. -О том, что ты завтра не встанешь! - всё с таким же серьёзным видом ответил он. -Да, ну тебя! - улыбнулась я, мне, почему-то, вдруг жутко захотелось стукнуть его подушкой, если бы она у меня была, - А если серьёзно? Но Кили лишь покачал головой. В это время Торин подошёл к каминной полке и, чего я совсем не ожидала, запел. Его голос, низкий и бархатный, пробирающий до самых дальних уголков души, гулко отдавался эхом во всей Норе. Я заметила, что Бильбо тоже сидит здесь, видно пока я дремала, он пришёл в себя и перебрался поближе к остальным. Гномы же подхватили песню и стройным хором вливали её в моё сердце, переполняя его странными и непередаваемыми эмоциями. Когда же я, наконец, засыпала окончательно, я засыпала с твёрдым намерением отвоевать Эребор и вернуть дом всем гномам. К хребтам, далёким и крутым, К пещерам, мрачным и пустым, Рассветный час уводит нас, За древним кладом золотым. Лес таял грудою углей, И ветер плакал меж ветвей; Играл огонь, как дикий конь, Багровый гривою своей…