Когда прострекочет дрозд...

- Просыпайся, соня! Анур, - Кили настойчиво тряс меня за плечо. - Да-да, милый, сейчас встаю, - пробубнила я. Стоп! Что? Милый? Я резко села и стукнулась лбом об голову Кили, который также как и я, удивлённый сказанным, замер, склонившись надо мной. - Ой! Анур! - воскликнул он, потирая ушибленный лоб, - Ты чего? То тебя не добудиться, то подскакиваешь, как на горячей сковородке. - Прости! Ну и твёрдая у тебя голова! Иди сюда! - Зачем? - подозрительно спросил он. - Надо ещё раз стукнуться, иначе в дураках останемся. - Аааа, ну, да, конечно, только давай в этот раз не с такой скоростью, ладно? Я потянулась к нему и легонько стукнула его лбом. О, Махал, как же близко он был! Всё внутри натянулось, но я, с трудом заставила себя отстраниться. - Кили, ты хотел мне что-то сказать вчера? - спросила я, глядя ему в глаза, мы всё ещё находились очень близко друг от друга. - Да, но... Я думаю, что это может подождать, иначе, ты рискуешь остаться без еды, ведь Бомбур сидит там без присмотра! - улыбнулся он, но взгляд его как будто пытался сказать что-то другое... Я поспешно встала, пытаясь стряхнуть с себя неловкость ситуации, и пошла на кухню. Там действительно восседал Бомбур в обнимку с огромной головой сыра, он сидел и примерялся с какой бы стороны ему начать. - Может, тебе нож дать? - усмехнулась я, накладывая на тарелку фруктов, омлет и яйцо с булочками. - А зачем ему нож? - зашёл в комнату Бофур, - Он и так прекрасно справится! Как спалось? - Нормально, - скривилась я - виноград оказался очень кислым. - Что, сон был плохим или Кили ночью придушил? - подмигнул мне гном в ушанке. - Бофур! - я подавилась всё теми же ягодами, - Да, как? Что? Ты, о чём? - более спокойно добавила я, Бомбур хихикнул дожёвывая сыр, я покосилась на него. - Да, так... Просыпаюсь утром первым, иду всех будить и смотрю - такая милая парочка в обнимку лежит! - Я... Мне надо прогуляться, ещё вчера хотела посмотреть на ос! - я поспешно встала и, наткнувшись по пути на край стола, пошла к выходу. - Это пчёлы, - смеясь, поправил меня Бофур. - Именно! - махнула я ему рукой и вышла наружу. Было где-то, наверное, часов десять. Солнце уже весело пригревало, а пчёлы трудились вовсю. На заднем дворе я застала Двалина, Селеан, Фили и Торина. - О, Анур, не хочешь потренироваться? - как будто прочитал мои мысли здоровяк, - Мы всё равно ждём возвращения Бьёрна... - С радостью! - улыбнулась я, радуясь возможности отвлечься от мыслей о Кили и словах Бофура. - Доставай мечи! - Двалин поднял большой двуручный топор. - Что? - я с ужасом покосилась на его оружие, он же меня одним ударом пополам рассечёт! - Мы прямо так будем? - А ты, что думала? Настоящий воин только так и тренируется, или ты передумала? - Торин тихо засмеялся словам Двалина. - Что? Ну, уж нет! - эх, Анур, взяли тебя на "слабо", - Защищайтесь, мистер. Я изящным движением достала меч и кинжал из ножен. Взмахнув ими, я встала в боевую стойку. - Двалин, ты уж поосторожней! - усмехнувшись, сказал Фили. - Ничего, я подстрахую! - улыбнулась Селеан. - Да, я не за Анур переживаю! Двалин ринулся на меня. Он замахнулся, от первого удара я увернулась, перекатившись через бок. Через второй замах перепрыгнула, но потом пришлось выставить блок, скрестив кинжал и меч. Топор был невероятно тяжелым, и сдерживать его было очень трудно. Я развела руки и отскочила в сторону, пока Двалин замахивался снова, подскочила к нему и аккуратно полоснула кинжалом по кожаной пластине на боку. Кстати, он-то был в каких-то кожаных защитных доспехах, не известно откуда взявшихся, а я в своей единственной рубашке и штанах. Поднырнув под его руку, я встала у него за спиной и приставила меч к шее. - Всё? - но тут Двалин резко развернулся и обрушил на меня удар эфесом. Я не успела увернуться, и он пришёлся мне в живот, я покачнулась и упала на колени, но гном и не думал останавливаться. Он вновь занёс надо мной топор, и я с трудом успела откатиться в бок. Краем глаза я заметила, что за нами наблюдают уже все, и Бомбур, с другой головой сыра (вот ведь сыроед!), и Бофур, и Кили, и остальные... Я вновь откатилась в сторону и пронырнула уже под левой рукой Двалина, царапнув мечом по его боку, но он использовал какой-то приём и подсёк меня древком топора. Я грохнулась со всей дури на землю спиной, и успела только выставить блок, когда на меня рухнуло оружие Двалина. Из последних сил сдерживая его атаку, я не позволила себе вымолвить ни слова о пощаде, то есть, завершении занятия. Я упрямо смотрела ему в глаза и, оскалившись, в последнем рывке, пнула его ногой по колену. Не ожидая удара снизу, он отвёл оружие и я, откатившись в сторону, с разбегу влетела в него, надеясь, хоть немного, покачнуть, но Двалин был подобен скале. Он вновь отмахнулся от меня топором и, повалив меня на землю, воткнул топор мне в горло. Ну, не совсем, конечно, как бы это описать... Ну, в общем, топор был обоюдоострым, а там где заканчивалось древко, в противоположные стороны, подобно крыльям птицы, расходились два лезвия, а у их основания была выемка, в которую идеально вошла моя шея. Но это, правда, нисколько не утешает. Хорошо, хоть это был не молот, а откуда он этот топор взял, тоже неясно. - Занятие окончено! - Двалин вырвал из земли своё оружие и протянул мне руку, - Спасибо за бой! - За... Занятие? - хрипло переспросила я, поднявшись, опираясь на его руку, - Да ты же чуть не убил меня! - Девочка моя, если бы я хотел тебя убить, то ты бы и десяти секунд не продержалась! - Очень обнадёживающе! - хмыкнула я. - Но, могу сказать, что сражалась ты неплохо, очень даже. Если бы не знал, то подумал бы, что ты уже много народу перерезала. - Хорошо, - растерянно протянула я, - Наверное... - Сильно тебе эфесом досталось? - Да нет, наверное, - с натянутой улыбкой и, стараясь не дышать, сказала я, когда экстремальная ситуация завершилась, мой организм начал подавать тревожные сигналы, - Может ребро треснуло, может два... Лицо Двалина исказила какая-то удивлённо-испуганная гримаса, мне даже стало страшно за него. - Но это ничего! Сейчас я подойду к Селеан, - я резко схватилась за бок и побрела в сторону подруги, как это мне удалось тогда, так лихо скакать? Может они треснули при последнем падении, - И она, - я резко вдохнула и сжала зубы, чтобы подавить стон, - И она меня вылечит... Селеан, пожалуйста! - Да-да, конечно, ничего страшного! - подыграла мне подруга и подхватив меня за плечи, усадила на пень, - Так, что тут у нас? Она начала водить руками вокруг меня, и я невероятно обрадовалась, что у меня такая подруга! Нет, я всегда её ценила, а замены ей я никогда не найду, да и надеюсь, что не придётся, но сейчас её магия была просто бесценна! Гномы потихоньку разошлись по своим делам, а к нам подошли Кили с Фили. - Ну, как ты? - заботливо спросил первый. - Ничего! - махнула я и снова закусила губу, - Ещё на твоей свадьбе попляшу! - Вот это заявление! - улыбнулся Фили, - Но ты хорошо держалась, я в свой первый бой с Двалином не продержался дольше трёх минут, а ты целых пять тянула! - Пять? Я думала, он длится вечность! - Анур, не шевелись! Иначе всё не так срастётся! - сказала Селеан, бормоча какие-то заклинания. - Правда, я целым ушёл тогда... - печально добавил он. - Ерунда! Люблю я кости себе ломать! - И в траву лицом вниз падать, и просыпаться среди ночи, - засмеялся Кили. - Посреди ночи? - Да, Фили! - давай, начни ещё рассказывать, что устроил ночью, - Анур, любит погулять по ночам и пофилософствовать в... 2 часа ночи, кажется, да? - Ты сам начал! - Ой, ребята! - засмеялся Фили, но бросил на меня какой-то предупреждающий взгляд, и я сразу вспомнила разговор о Камнях. - Готово! - воскликнула Селеан. - Спасибо! - я повисла у неё на шее и прошептала ей в ухо, - Ты же не приснилась мне? Она отрицательно чуть качнула головой и, посмотрев на нас, сказала: - Пойдёмте, я слышу голос Бьёрна. Мы зашли в дом. Огромный мужчина сидел за огромным столом, сжимая в руках огромную кружку и рассказывал о своём ночном походе. - К полуночи я уже успел перебраться через реку и углубиться в горы, - он заметил нас, надеявшихся незаметно проскользнуть в комнату, - О, миледи Анур и Селеан, рад вас видеть! - Доброе утро! - улыбнулась я и поймала какой-то странный взгляд Кили, впрочем, я сделала вид, что не заметила этого. - Так вот, вскоре, мне удалось изловить полумёртвого варга и орка, которые поведали мне историю о том, как некие гномы убили Короля Гоблинов и устроили взбучку Больгу и вожаку волков. Из их оговорок я понял, что вы в большой опасности. Орки и гоблины намерены поймать вас и убить, поэтому я предлагаю вам свою помощь. Честно говоря, доверять кому-либо на границе Лихолесья опасно, но... - он засмеялся и бросил на меня взгляд из-под лохматых бровей. - Я теперь буду лучше относиться к гномам! Подумать только! Убить Гоблинского Короля! Освободить несчастных животных! - О чём Вы? - Торин недоумённо посмотрел на Бьёрна. - Я о пони. В экстренных ситуациях большинство думает только о себе, а Вы, - он посмотрел на меня, - Вы спасли ни в чём не повинных животных, а это многого стоит... - Да, ладно, у меня особого-то и выбора не было, не оставлять же их в пещере у гоблинов, - попыталась отвертеться я от похвалы, - А откуда Вы знаете? - Они сами рассказали мне, они ждут вас на главной дорожке, уже с поклажей и всем необходимым! - А тот гоблин с варгом? Что Вы сделали с ним? - спросил Бильбо. Они во дворе - иди, полюбуйся! Все высыпали во двор и мне чуть не стало плохо, я побледнела и, отвернувшись, уткнулась в грудь Кили. Голова гоблина, насаженная на кол, торчала над воротами, а чуть дальше висела шкура варга, а на полянке мирно паслись наши пони. - Хорошая работа, - одобрительно хмыкнул Двалин. - Фу! Гадость какая! - пробурчала я в грудь Кили, только он меня и услышал. Чуть позже, когда мы уже забрались на наших драгоценных пони, которые по какому-то волшебному совпадению, остались целы, Бьёрн напутствовал нас: - В Лихолесье ничего не ешьте и не пейте, там всё отравлено. Наберите воды на моей территории, здесь она чистая. И удачи вам, где бы вы ни были! - Спасибо вам! - прокричали гномы ему в ответ. Все неспешно направились к выезду, когда Бьёрн схватил меня за руку, о, Махал, да я на пони, чуть ли не ниже его! - Анур, позвольте дать Вам совет, - я улыбнулась и кивнула, - Не позволяйте тьме окутать Ваше сердце, оставайтесь такой же светлой, какая Вы сейчас! - с этими словами он поцеловал мне руку и, похлопав Мили по боку, отошёл. Пони резво побежала за остальными, а я, красная, как помидор, тупо смотрела перед собой, страшно сконфуженная произошедшим. Весь день Кили со мной не разговаривал. Он избегал меня и делал вид, что не слышит. А Фили бросал на меня странные взгляды, о, Махал, как же мне это всё надоело! Неожиданно, ко мне подъехал Торин. - Анур, можно с тобой кое-что обсудить? - Конечно, Торин! - через силу улыбнулась я. - Эм... Тут, дело в Кили. - Что? - Торин и ты о том же? - Да, я понимаю, что, это не совсем моё дело, но... Мне важно знать, что ты не причинишь ему боль и... - Я понимаю, Торин, твою тревогу и гарантирую, что у меня и в мыслях этого нет! - на автомате, спокойно ответила я. Но на самом-то деле всё было не спокойно! Я была готова зарычать! Как же мне это надоело! Не причини ему боль! Не рань его сердце! О, Великий Дурин, ну, конечно, никому же нет дела до моих чувств, до моих мыслей! Ведь, я-то железная, я ужасная и плохая, только и грежу, как бы побольнее ударить Кили в самое сердце! Аргх! Я так сильно сжала поводья, что у меня даже костяшки пальцев побелели, но я умудрилась обнадёживающе улыбнуться Торину. - Я рад, что мы всё прояснили, - со вздохом облегчения произнёс он и поехал вперёд. Вечером мы устроились на ночлег. Пока ребята готовили обед, я решила в одиночестве прогуляться вдоль речки. Звёзды ярко отражались в чистой воде, пел соловей и я, присев на камень и облокотившись на дерево, смотрела в ночное небо, надеясь, что хотя бы оно принесёт мне временное умиротворение, но этого не случилось... Рядом со мной появился силуэт Кили, он, похоже, меня не заметил, ну, или старательно делал вид. Что ж, Анур, придётся тебе встать и пойти к нему, чтобы выяснить причину его поведения. - Кили! - окликнула я его, он быстро обернулся, посмотрел на меня и собрался уходить, - Стой! - я в два прыжка оказалась рядом с ним и схватила его за руку, но он резко вырвал её из моей хватки, - Кили, да в чём дело? Что я в этот раз тебе сделала? - кричала я в его удаляющуюся спину, - Ой, ну и иди! - я со злостью пнула камень, - О, Махал! Как же вы мне надоели! - Надоели? - он повернулся и начал быстро приближаться ко мне, - Надоели? - он встал прямо напротив меня, настолько близко, что я чувствовала его дыхание на своей коже, - Да? Ну, так что же ты с Бьёрном не осталась? - Что? Что за бред ты несёшь? - удивлённо смотрела я на него снизу вверх, - Тебе больше заняться нечем? - Да? - язвительно спросил он, - А как же ваше прощание? Как же взгляды, которые он на тебя бросал? - Кили! Ты... я... - от возмущения я не знала, даже, что сказать, - Да, ты ревнуешь! - Размечталась! - грубо ответил он. - О, Махал! А они ещё смеют что-то мне говорить! - я с силой оттолкнула его от себя и отошла на несколько шагов, - Ты... Почему, никому нет дела до моих чувств? Почему, всех так заботит то, что я тебе скажу, то, как я на тебя посмотрю, но никому, НИКОМУ нет дела до того, как себя чувствую я? Конечно, ведь это Анур - жестокая и беспринципная девушка, которой на всех плевать! - О чём ты говоришь? - недоумённо спросил Кили, вся обида его куда-то пропала, и он смотрел на меня, даже с каким-то испугом. - Нет, вопрос в том, о чём ТЫ говоришь! Мне уже кажется, что я схожу с ума! Каждый шаг, каждое действие я взвешиваю, чтобы ни в коем случае не оскорбить тебя, ведь за мной следят две пары глаз! Я и Бьёрн! Я... Мне... мне больше нечего сказать! - слёзы уже давно катились из моих глаз, но я и не думала их убирать, пусть видит, до чего он меня довёл, он и его родственники! Я упала на траву и, закрыв лицо руками, плакала, пожалуй, это было лучшее из того, что я сделала за последнюю неделю. - Анур, - Кили осторожно дотронулся до моих плеч. - Не трогай меня! Слышишь? У меня больше нет сил, я всё истратила на тебя и на других гномов, всё отдала вам - и душу, и сердце, и возможность вернуться домой! - молодец, Анур, всё смела в одну кучу! - А в ответ, сначала я слышала только упрёки от Торина, а теперь несправедливые обвинения от тебя! - Анур! - Нет, Кили! - я встала и пошла вдоль реки, не оглядываясь и глотая слёзы, наступило время успокоиться. - Анур! - он схватил меня за руку, но я отдёрнула её, больше я на это не поведусь, и его щенячьи глазки не помогут. - Не надо, Кили! Оставь меня! - но он снова взял меня за руку, но хватка была уже гораздо сильней, и я не могла высвободиться, - Отпусти меня! Но он лишь прижал меня к себе. Я пыталась вырваться из его объятий - мне было душно, горько, но руки Кили очень сильно меня держали, сильно, но мягко. - Успокойся. - Не тебе мне приказывать! - зло процедила я сквозь зубы. - Анур, прости меня! - Кили, да большинство наших разговоров состоит из того, что ты или извиняешься, или хочешь мне что-то сказать, а потом передумываешь! Я не могу больше! - я наконец-то вырвалась и побежала. Да, это было глупо, бежать ночью в неизвестном направлении, но меня грела мысль, что река деться никуда не может и по ней я смогу потом вернуться. Я остановилась и села на берегу. Бежать от проблем - самое глупое решение в мире! Проблемы никуда не денутся, а силы закончатся! Глупая ты, Анур! Кто убегает от парня? Он же извинился! Да он всё время извиняется! Ненавижу! Все бесят! Да, что со мной такое? Когда, я успела стать такой грубой и злой? О, Махал! Вот бы Селеан выслушала меня, она бы мне точно помогла, но она в лагере, а возвращаться туда, особенно, после того, что я устроила... Не хочется, мягко говоря. Передо мной летали два светлячка. Они кружились в воздухе в каком-то волшебном танце, ярко сверкая. Царила тишина. Гул в моей голове постепенно стих, мысли успокоились, и я решила, что, если заночую здесь, то утром превращусь в мокрый и холодный тюфяк. Я встала и побрела обратно. Наверное, был уже час ночи, а то и два. Как же меня угораздило, так далеко убежать? Когда я пришла, все уже спали, кроме Фили и Кили - они были на посту. - Где ты была? - вскочил младший. - Воздухом дышала! - язвительно ответила я. - Никогда так не делай! - А то, что? Да и вообще, дышать - для организма полезно! Да и важно к тому же, что, биологию тоже прогуливал? - Анур... - Дай догадаюсь, прости меня - я дурак! Нет, Кили не в этот раз! И брату тоже спасибо скажи! - с этими словами я улеглась рядом с Селеан и закрыла глаза, в надежде уснуть. Всё следующее утро я была мрачнее Мглистых Гор. Я рассказала всё Селеан и первое, что она сказала - это было отборное ругательство из Того мира, она заверила меня, что поступила я правильно, но мою душу уже начали грызть сомнения. В этот же день мы достигли границы Лихолесья. - Здесь я оставлю вас, мои дорогие друзья! – волшебник внимательно осмотрел эльфийскую арку, оплетённую какими-то буро-зелёными растениями. - Что? Гендальф, ты же шутишь? – встрепенулся Бильбо. - Нет, мой милый хоббит, есть дела, которые требуют моего незамедлительного вмешательства. - А нам обязательно идти через лес? Он выглядит больным. Нет ли другой дороги? - Бильбо нервно сглотнул. - Есть, если тебе хочется топать лишние 200 миль к северу, а потом вдвое больше к югу! Нет, мои дорогие друзья, лучше идите так, только будьте предельно осторожны и ни в коем случае не сходите с тропы. Этот лес хранит множество опасностей… - А как же… - хоббит всё ещё был растерян. - Доброго вам пути! – мягко улыбнулся волшебник, – Не теряйте надежду. Я надеюсь, что мы ещё свидимся. Главное – не входите в Гору без меня! Ждите у Вороньей Высоты и не забудьте отпустить ваших пони назад к Бьёрну, больше они вам не пригодятся. Не надо горевать, Бильбо, Торин, я надеюсь, что мы ещё свидимся! Прощай, Анур! Селеан! Мне было очень приятно с вами познакомиться! - и он ускакал, оставив нам клубы пыли. Торин недовольно проводил его взглядом, а потом скомандовал спешиться и поторапливаться. Мы наполнили бурдюки водой из ручья, сняли поклажу с наших пони и собрались в путь. - Прощай, Мили, возможно, мы больше не увидимся, - прошептала я, уткнувшись головой в лоб лошадки. - Да, ладно, Анур, это всего лишь пони! - усмехнулся Нори. Я ничего не ответила, лишь зло посмотрела на него, а потом услышала шёпот Бофура и Фили. - А почему она сегодня, так похожа на ежа? - Бофур, тут всё сложно... - вздохнул Фили. Я услышала приближающиеся шаги и, открыв глаза, увидела озадаченного Бофура. - Дорогуша, что сегодня с тобой? - он положил руку мне на плечо, интересно, этот жест из принципа должен успокаивать? - Ничего, простите, что я сегодня такая... - Мрачная? Да, ладно, со всеми бывает! - Нет, Бофур, дело не в этом... - А в чём же тогда? - Я не могу сейчас... У меня нет сил объяснить, и желания тоже нет... Просто, не обращай внимания, как это делают остальные! - Это не правильно, когда кому-то плохо - ему надо помочь, а не напускать маску безразличия, - серьёзно посмотрел он на меня, о, Махал, Бофур, да ты же самый лучший гном похода! - Ты прав, спасибо тебе, Бофур, ты даже не представляешь, сколько ты для меня сделал одними только разговорами! Но сейчас, мне, действительно, лучше побыть одной, я не хочу сорваться и обидеть кого-либо, особенно тебя... Он улыбнулся и пошёл к Касу, всё же он тоже привязался к своему пони. Лошадки убежали, а мы вошли в тёмный и будто неживой лес. Высокие мёртвые деревья закрывали небо, и солнечный свет никак не мог проникнуть сюда. Мои и без того мрачные мысли окружающий пейзаж ни чуть не веселил. Лесные ворота напоминали арку у входа в темную пещеру — два древних, опирающихся друг на друга дерева, увитых плющом и поросших лишайником. Каждый шаг гулко отдавался эхом, которое умирало, не успев долететь до ближайшего ствола. Весь лес, казалось, прислушивается к нам. - Такое ощущение, будто за нами кто-то следит! - поделился впечатлением Бильбо, я кивнула ему в ответ. Говорить не хотелось. Из живности здесь были только чёрные белки, такие же чёрные, как и сам лес. Чем глубже мы заходили, тем мрачнее становилось. Ночью было ещё хуже - было настолько темно, что казалось, будто тебя запихнули в бочку и крепко заколотили, или можно сказать, что было темно, как в гробу. Да, лес навевал странные мысли о смерти, угнетении и боли. Я не разговаривала ни с Кили, ни с Фили, думаю, это не ускользнуло от внимания других, но виду никто не подал, им было не до того. Сначала мы разводили костёр, но вскоре поняли, что делать этого не нужно - свет привлекал слишком много лесных жителей. Однажды в дозоре, я заметила огромное количество мерцающих зеленоватых огоньков - это были глаза. Паучьи глаза. Спали вплотную друг к другу, не потому что было холодно, так было безопаснее. День проходил за днём, а я уже потеряла счёт времени, разница между утром и вечером была невероятно мала и, вскоре, я могла пошевелить руками перед самыми глазами и ничего не увидеть уже в любое время суток. Запасы еды заканчивались и вода тоже. Всех мучили голод и жажда, ограничивали себя, как могли. Если идти сил не было - мы ложились спать, пытаясь заглушить боль в животах. Однажды, Кили подстрелил белку, но мясо оказалось горьким и пахло так противно, что даже Бомбур отказался это есть. Разговаривали мало, по большей части, молчали, ни шуток, ни песен, ничего, глухая, немая и вязкая тишина. Вдруг, неизвестно на какой день этого долгого и изнуряющего пути, мы наткнулись на неширокую, но бурную речку. В темноте она казалась чёрной, хотя, может, так оно и было? Помня предостережение Бьёрна, мы не стали пить её воду, хоть жажда была невероятная, проблема была в другом - мы не знали, как через неё перебраться. - Я вижу лодку! - голос Бильбо прозвучал очень неожиданно и жутковато. - Где? - Торин подошёл ближе к краю воды. - Там! - хоббит указал на противоположный берег. - Я тоже вижу! - хором сказали Кили и Фили. - Возьмите верёвку и попробуйте её поймать, - скомандовал Торин. Они привязали к длинному тонкому канату небольшой крюк, и откуда он только взялся? Первый бросок - недолёт, второй бросок - перелёт, но когда Фили потянул верёвку назад, Бильбо заверещал: - Поймал! В смысле, зацепил! Теперь осторожно прибей её к берегу! Вместе с Кили и Двалином они протянули её к нам. К сожалению, вёсел внутри не оказалось. Все задумались, но тут ко мне в голову пришла идея: - А давайте, - голос показался мне чужим, я даже осеклась, - Один из вас, кто пометче, закинет верёвку на тот берег, может она зацепится за что-нибудь и тогда мы сможем перетягивать её из стороны в сторону! - Хорошая идея! - хмыкнул Торин. Сказано - сделано. Вскоре, верёвка натянулась между нашим и тем берегом. - Я поплыву первый, со мной - Селеан и Фили, потом - Кили, Анур и Бофур, дальше - Бифур, Дори и Нори, Ойн, Глойн и Ори, Балин с Бильбо, и Двалин поедет с Бомбуром. Торин прыгнул в лодку, помог спуститься в неё моей подруге, почему-то у меня это вызвало столько умиления, что я чуть не пискнула; вслед за ними туда залез и Фили. Они отплыли. Через десять минут лодка пришла обратно. Первым в неё залез Бофур и протянул мне руку, ухватившись за него, я соскочила в деревянное судёнышко. Пришлось поднапрячься. Течение усердно пыталось снести лодку с её траектории, поэтому мы изо всех сих тянули её за верёвку. Наконец-то, её нос с глухим шуршанием, врезался в песчаный берег. Торин помог мне выбраться из неё, но, вот досада! Я стёрла руки в кровь из-за того, что верёвка была мокрой, поэтому, когда его рука схватила меня за ладонь, я невольно вскрикнула от боли. - Что с тобой? - послышался тихий шёпот Кили из-за моей спины, впервые, за несколько недель. Я соскучилась по его голосу, вообще, по нему, в этой темноте я практически не видела лиц своих друзей, и это удручало больше всего. Но какая-то слепая гордость не давала мне пойти на попятную и помириться с гномом, поэтому я лишь глухо ответила: - Руки до крови стёрла, - и отошла от берега, предоставив мужчинам перетягивать лодку. Пока остальные гномы занимались через-речку-плаванием, я нашла у себя в мешке, сильно исхудавшем с начала дороги, какие-то тряпки и обвязала ими изрезанные руки в кровь. Естественно, не обошлось без происшествий! Прямо на нас из темноты выскочил большой чёрный олень! Он промчался через нас и, взвившись на дыбы, ударил лодку копытом. Затем он стремглав перелетел через реку и умчался обратно в темноту. Гномы, поваленные на землю, внезапным появлением лесного жителя, ворча, начали подниматься, но тут тишину нарушил истошный крик Бильбо: - Бомбур тонет! Милый толстяк как раз выбирался из лодки в тот момент, когда оленю приспичило покрасоваться перед нами. Удар копыт и само его внезапное появление, сыграли злую шутку с добряком. Покачнувшись, он рухнул в чёрные воды реки, а лодка немедленно решила ретироваться с места преступления. Кили швырнул Бомбуру верёвку, и все вместе мы вытянули его. По счастью, он был жив, но спал крепким сном. Вновь потянулись унылые и мрачные дни. Гномы попеременно несли спящего товарища, а запасы неумолимо кончались. На седьмой день после переправы, мы съели последнюю еду. В дополнение ко всему, пошёл дождь, единственным солнечным лучом в этот день было внезапное пробуждение Бомбура, который первым делом, естественно заявил, что голоден. Правда, и этому мы обрадоваться не успели, оказалось, что он не помнит ничего, с того дня, как пришёл к Бильбо в Нору и мы целый день ему рассказывали о нашем путешествии. Мы шли дальше, порой нам мерещились голоса и песни, устрашающие, хотя всё в этом лесу заставляло содрогаться. Пару раз мы посылали Бильбо на разведку, но, спускаясь с деревьев, он не сообщал нам ничего хорошего, и мы брели дальше. На второй день (или ночь? А второй после чего?), когда я плелась в конце процессии, Кили, который оказывается, шёл рядом со мной, взял меня за руку и сказал: - Анур, я понимаю, что ты... Что я оскорбил тебя, но, если нам суждено сгинуть здесь, я хотел бы, чтобы ты знала: мне искренне жаль, я был неправ. - Кили, помнишь, я просила тебя никогда не говорить о своей смерти? - Но, Анур... - И, если ты посмеешь сгинуть тут, я собственными руками переверну этот лес вверх дном и найду тебя, и тогда, тебе уж точно не поздоровиться! - я сильно сжала его руку. О, Махал, насколько же мне лучше стало! Даже голод, жажда и изнурение ушли на второй план. Но тут Балин закричал: - Огни! Там огни! - Подождите! Вы помните, что сказал нам Гендальф, - но меня никто не слушал, все, сломя голову, побежали к мнимому костру, я почувствовала, как Кили отпускает мою руку. - Стой! - я покрепче вцепилась ему в рукав. - Но это же костёр! - А если это орки, гоблины или блуждающие огни? - Нет, Анур, это - костёр! - и гном исчез во мраке. - Селеан! - закричала я, - Селеан, где ты? - Здесь! - голос слышался со стороны костров. Будь, не ладны эти гномы! Я побежала за ними, но тут огонь погас и загорелся в другом месте, я двинулась туда. И так, то, загораясь, то, затухая, эти неизвестные источники света уводили нас всё дальше от тропы. Какая-то музыка играла всё громче и громче, огни мерцали всё ярче и ярче, всё кружилось перед глазами, но вдруг всё в раз утихло, и послышался другой звук. Более страшный, чем всё, что я когда бы то ни было слышала. Шипение и клацанье огромных челюстей, мягкий перестук восьми лап. Я врезалась во что-то липкое, больше всего напоминающее паутину, запуталась в ней и чем больше водила руками, тем меньше у меня оставалось шансов высвободиться. И тут, меня, с громким шипением, что-то ударило по голове, и я погрузилась во тьму, ещё более глубокую, чем ту, что окружала меня.