Когда прострекочет дрозд...

— Только я должна предупредить, — Лэта остановилась у калитки небольшого дома, — Кайл, он… Немного язвителен и… Несносен, и… Прямолинеен, и… — Да, ладно, Лэта, мы не твои родители, а он не твой парень. Что ты так переживаешь? — засмеялась я, но лицо подруги исказила какая-то странная гримаса. — Парень? — Эхехе, просто, расслабься. — Да, к тому же я ему нравлюсь, так что тебе переживать не стоит, —, но это замечание Иттан все проигнорировали.       Лэта замялась на пороге, никто, правда, не стал её торопить, а у меня сложилось впечатление, что она чего-то не договаривает.       Раздался громкий и твёрдый стук.       Наконец-то, решилась! — съязвила моя внутренняя я, — Замолкни! — я тряхнула головой.       Послышался гулкий звук шагов и громкий, кстати говоря, красивый голос. — Мартин, я же сказал, что лодку дам только в субботу! Хватит ходить и, — дверь раскрылась и говоривший замер на полуслове, — Лэта? И… кто-то ещё? Что? На пороге стоял довольно симпатичный парень, тёмные чёрные волосы были взлохмачены и создавалось впечатление, что это их естественное положение, голубые глаза только что выражавшие мысли «Отвали и забудь», заметив мою подругу сразу же изменили скуку на живейший интерес, и он с любопытством смотрел на нас. — Ой, Кайл, мы не вовремя? Мы можем попозже… — Здравствуй, Кайл! — лучезарно заулыбалась Иттан. — Эээ, здравствуй, И… — Ой, да не красней! — махнула она рукой. — А я и не собирался, — пожал плечами парень, я хихикнула, он посмотрел на меня, пронзительно так, оценивающе. — Так что ты хотела? С чего вдруг приходишь ко мне столь рано? — Кайл перевёл взгляд на Лэту. — Кайл, я же… — Стой, давайте, проходите, только там не прибрано после последней вылазки.       Вслед за Лэтой мы вошли в просторный, но небольшой домик. Прихожая была мала, на полу валялись различные рыболовные и охотничьи снасти, которые хозяин застенчиво пнул носком сапога, пытаясь загнать их подальше в угол. На кухне было на удивление чисто, пахло травяным чаем, жареным хлебом и собакой. Под окном, свернувшись калачиком, лежал небольшой чёрный пёс, странно, что он не разразился лаем, когда мы стучали. Кайл пригласил нас за стол и, поставив перед нами кружки с дымящимся напитком, сам уселся во главе стола и посмотрел на нас.       Немного помолчали. Иттан строила глазки Кайлу, тот же в свою очередь, смотрел только на почему-то сконфуженную Лэту. — А почему Лураил здесь? — неловко начала она. — Лу? Его ранили немного, но ты не беспокойся — он идёт на поправку, — поспешно добавил парень, — Я ему снотворного дал, чтобы спал покрепче. Ты же знаешь его: чуть что, сразу лай. — Да… Кайл, мы как раз по поводу той шахты… — Шахты? Я же сказал, что там орки. — Ну и что? Нам надо попасть туда. — Зачем? — Я потеряла там книгу. — Книгу? — он расхохотался, — Я ни на секунду не поверю в это, не ври, ты знаешь, я этого не люблю. — Я… Не могу сказать… Это слишком сложно… — Тогда и я ничего не сделаю и никуда вас не повезу. Риск — дело благородное, особенно ради близких, но я не знаю зачем мне снова подвергать опасности своего пса. — Кайл, просто поверь мне! Ты же… — Сделай это ради меня! — встряла Иттан. — Эээ, я не ослышался, Имман? — усмехнулся он, — Я должен рисковать своей и вашими жизнями, ради тебя? И что мне потом ваши парни скажут, если Лирна, Анур и Селеан не вернуться домой?        Повисла пауза. Иттан судорожно соображала обижаться ей или нет на то, что Кайл исковеркал её имя, а я сидела и не понимала откуда он знает наши имена. — Простите девушки, Лэта рассказала кое-что, правда, я по-прежнему не знаю кто из вас кто, но, надеюсь, мы скоро исправим эту ошибку. — Ладно, можно я? — обратилась я к Лэте, она кивнула, — Кайл, дело в том, — я зависла: «что мы не из этого мира»? Гениально, следующий кадр — Кайл хохочет и выставляет нас во двор, — Что нам необходимы особые ингредиенты для сильнейшего заклинания. Кукушкино горе — цветок такой… — Я знаю, — нетерпеливо перебил Кайл, от его взгляда становилось не по себе… Как поначалу во время разговора с Торином! Точно! Вот, почему он кажется таким знакомым! — Эээ… Ладно, только грубить не надо, — ровным тоном ответила я, вот ещё, будет он мне тут выпендриваться! Да я и без него смогу всё достать! Анур, это не так! Ну, и что? — Так вот, вода, чище кристалла и золото дракона, всё. — Дракона? Ты и в Эребор тоже собралась? — он посмотрел на Лэту. — Тебя это не касается. — Ещё как касается! — громыхнул он, но решил отложить разговор на потом, — Ладно, Анур, я не ошибаюсь? — я кивнула, — Анур, я помогу вам только при одном условии, единственная плата за мою экскурсию — правда, — он твёрдо посмотрел мне в глаза. — Ты не поверишь, — начала Лэта. — Постараюсь, — он откинулся на стуле. — Хорошо, — по голосу было слышно, что терпение моей подруги заканчивается, — Мы из другого мира, мира, где все ходят в удобной одежде, есть канализация — вода сама поступает в кран и уборную, где вместо телег — железные и автоматизированные механизмы. Заклинание нужно, чтобы открыть портал, чтобы вернуться домой, теперь доволен? — с вызовом спросила она. — Вполне, — внешне спокойно ответил он, но взгляд его выражал живейшее любопытство и заинтересованность в рассказе, — Я помогу вам. Завтра встретимся у моего дома на рассвете. Анур, вы берёте кого-нибудь с собой? — Только нашу храбрость, — ничего умнее не придумала? Но Кайл усмехнулся. — Ладно, я не ваш парень, чтобы противиться этому, но в известность гномов поставить надо. Не хочу потом пасть жертвой мести твоего Кили, — да откуда он всё знает? — Если вы не обидитесь, я бы хотел закончить этот разговор — мне ещё надо привести в порядок Лу и подготовиться к завтрашнему выезду.        Он проводил нас до дверей, но в последний момент схватил Лэту за локоть и что-то горячо зашептал. Её щёки попеременно становились то розовыми, то ярко-пунцовыми, но непонятно — от негодования или от стеснения. На последок Кайл бросил нам «Не забудьте взять оружие» и закрыл дверь. — Лэта! — я подошла к ней и гневно посмотрела на неё снизу-вверх, — Ты почему не сказала, что он… Такой милый! — я заулыбалась, - Нет, правда, такой симпатяга! Как ты его прятала от нас так долго? — Лэта недоумённо смотрела на меня, - Он, конечно, грубоват, самодоволен, не знает как зовут Иттан, излишне прямолинеен, но… — неожиданно для самой себя заключила я, — … Прав. — Прав? — Ну, да, ведь он пытается отгородить от опасности нас, а не собственную шкуру, хоть совсем не ничего не знает о подругах Лэты, ну, почти ничего! — Да, и особенно стремиться защитить Лэту, что он тебе нашептал? — спросила Селеан. — Я не могу сказать. Это секрет, точнее, он просил не говорить. — Нуууу, Лэтааа! — протянула я. — Нет, Анур, ты как ребёнок! — неожиданно резко ответила она. -Э й! Ты чего это вдруг? — Да, ничего! Она всегда такая после встречи с ним: или потерянная, или злая! — Иттан кивнула головой. — Я не злая, просто… — она глубоко вздохнула. — Лэта, — я положила руку ей на плечо, — Кайл рассержен из-за нас? Из-за того, что мы попросили его разведать шахты? — Да нет же! — воскликнула она, — Он… Как вы не понимаете? Лу пострадал! — Он всего лишь собака… — Молчи, Иттан! Просто помолчи! Лу пострадал из-за неосторожности Кайла, так он считает, и так бы считали все мы на его месте! И он… Он не хочет, чтобы кто-то из нас тоже подвергся смертельной опасности! — Да-да, понятно, только ты скорость-то сбавь: Селеан, Иттан и Лирна уже отстали, — запыхавшись попросила я. — Анур… Ты просто не понимаешь… — Лэта, тут понимать нечего. Всё будет в порядке, а Кайл, как только мы вернёмся, успокоится и перестанет огрызаться на окружающих.        Она тяжело вздохнула, но больше ничего не сказала. Девочки догнали нас и обратно мы пошли в тишине. Особенно удивляла Иттан, видимо, она запоздало решила обидеться на своё исковерканное имя, но так как Кайла поблизости не было, она глушила своё раздражение молчанием. Селеан о чём-то напряжённо думала, а Лирна тихо напевала какую-то мелодию.       В дом мы вошли стремительно и без слов. Парни, хотели было что-то спросить, но Лэта так на них зыркнула, что слова так и не покинули их голов. Иттан отправилась по магазинам, Лирна тихонько бренчала какую-то мелодию на неизвестно откуда взявшейся «гитаре по-средиземски», Селеан ушла в свои чертоги разума, а я, прихватив с собой Кили, вышла на задний двор. На удивление, он был пуст. Торин с Балином и Двалином снова осаждали приёмный зал Бургомистра, Ори где-то строчил стихи (один раз мне на глаза попалась его тетрадь — «Эребор возвысился над нами, Он прекрасен, также как всегда…» — дальше мне не удалось прочесть).       Я подошла к стойке оружия и бесцельно провела рукой по рукояткам мечей. — И что мы будем делать? — Кили подошёл поближе. — Ммм, чему ты можешь меня научить? — Научить? — удивлённо воскликнул он, — Может, лучше Фили позвать? Из него учитель получше будет, к тому же, вы одинаковым оружием владеете. — Мне не нужен Фили, мне нужен ты, — слегка раздражённо ответила я, — Давай, ты дашь мне пару уроков стрельбы из лука? — Не знаю… — Кили, пожалуйста! — как-то истерично произнесла я и, схватив лук в одну руку и забросив за плечо колчан со стрелами, двинулась к манекену.       Ну, что, Анур? Теперь будем изображать неумёху? Ты же прекрасно умеешь стрелять! Замолкни! — прикрикнула я на свою внутреннюю Я, и она обиженно забилась в недра моего сознания.       Я прицелилась и выпустила стрелу. Мимо. Специально. Потом ещё раз, но сейчас она чуть коснулась оперением головы соломенного человека. Кили вздохнул. — Так, давай сначала. Клади стрелу на тетиву. Так. Берись за её конец. Ага, правильно, только локоть чуть выше, — он аккуратно приподнял его и, накрыв мою правую руку всей, оттянул тетиву, — И натягивай сильней, — шепнул он мне в ухо. На мгновение мною овладела та робость, которая сковывала меня раньше, до того, как мы с Кили объяснились друг другу. Сердце забилось быстрее и я вновь покраснела. — Отпускай, — стрела пробила голову насквозь ровно по центру, — Теперь, давай сама.       Ещё пару стрел я нарочно запускала мимо, но периодически сбивалась и они попадали ровно в яблочко. Тут Кили заговорил. — Анур, что произошло? — Ничего, — как мне показалось, ровным голосом ответила я. Ключевое слово «показалось». — Анур, это не так. Кайл отказал вам? — я запустила стрелу с такой силой, что она пробила манекен. — Кили, я же сказала, всё хорошо! — Анур, перестань, — он заставил меня опустить лук, — Что с тобой? — Всё хорошо. — Нет, — он улыбнулся, — Если бы всё было хорошо, то ты бы не неслась сломя голову на тренировочную площадку, прихватив с собой самого никчёмного тренера, а также не изображала бы из себя человека, который первый раз держит в руках лук — ты прекрасно стреляешь, но не умеешь этого скрывать. Так, что произошло? — Я… — я села на землю, опустив голову вниз, — Понимаешь, я не знаю, что со мной, просто… В общем, этот Кайл встретил нас отнюдь не любезно или гостеприимно, он заставил нас рассказать ему всю правду, чем вывел из себя Лэту, а потом она выплеснула своё раздражение на нас. — И что? — он сел напротив меня и нагнулся, чтобы заглянуть мне в глаза. — И ничего, просто, как-то гадко на душе, а ведь… — я подняла взгляд на него, — Ведь Кайл нравится Лэте, а она — ему… — Анур, — он мягко улыбнулся. — Что? — я слегка покраснела, — Надо же мне с тобой обсуждать что-то ещё кроме драк, схваток, оружия и того, как сильно я тебя люблю… — Ну, хорошо, — он рассмеялся, — И как же ты это поняла? — Глаза, они всегда всех выдают, и тебя, в том числе, я уже могу предсказывать твоё поведение или понять о чём ты думаешь, только, — я осеклась, вспомнив непонятные огоньки в его взгляде вчера. — Только что? — Да так, пустяки… Мы завтра рано утром уйдём и, возможно, не вернёмся несколько дней… — Что? — он вскочил. — Кили, прошу тебя, пойми! Мы должны найти ингредиенты, чтобы вернуть Иттан домой! — Но почему ты обязательно должна ехать с ней? — Она моя подруга… — А она бы сделала для тебя… — Тсссс, — я приложила палец к его губам, — Не хочу ничего такого слышать! Мне уже до смерти надоели все подобные «а она», «а он, ради тебя», «а они«… Он взял мою руку в свою и уже наклонился, чтобы поцеловать меня, но… Громкий голос Бофура известил нас о том, что Торин вернулся. Так что, нам пришлось прервать наше уединение и поспешить в гостиную. Король не принёс никаких новых вестей, а Лэта по-прежнему не выходила из комнаты. Остаток дня прошёл сумрачно, Кили вдруг чем-то озаботился, а я пыталась собраться к завтрашней дороге, но ничего не выходило. — Селеан, ты не видела мой плащ? Селеан, Селеан! Выйди из своих чертогов! Селеан! — Нет, — эльфийка открыла глаза, — Не видела, не надо так шуметь, ладно? Кстати, знаешь, что я вспомнила? — Откуда? — я пыталась запихнуть запасные штаны в сумку, где уже лежали расчёска, две рубашки, полотенце, фляга для искомой воды и верёвка. — Мы так и не обсудили твои сны… — А чего их обсуждать? В последнем, мне удалось добежать до парней и погибнуть вместо них, ты осталась жива и Лирна тоже… — Подожди, подожди, Лирна? — Ну, теперь и она там есть. А ты затеяла этот разговор потому что… — Потому что вспомнила.       Где была — там и села. Селеан напоминала мне сейчас индийского гуру, не хватало только тюрбана на голове. Она сидела в позе лотоса и задумчиво смотрела своими пронзительными серо-зелёными глазами в окно. — Что ты вспомнила? — дрожащим голосом спросила я. — Знаешь, есть множество историй о том, когда люди мысленно пытаются поместить себя в определённые места. Кто-то переносит себя в Африку и живёт с различными племенами, а кто-то отправляется в путешествие вместе с Гарри или помогает Скарлетт в её нелёгкой жизни. — Да… Мы и сами не раз с тобой так делали, но как это относится к нам? — Я вспомнила это только потому, что я эльф. Интересно, хорошо это или плохо? — Но что? Скажи уже, а то я тут умру от ожидания! — Селеан резко повернулась ко мне и посмотрела на меня в упор. — Мы в выдуманном мире. — Это шутка? Хочешь сказать, что всё нереально? Или мы в чьей-то голове? Как это возможно? — На счёт головы не знаю, но, Анур, посмотри, мы в Средиземье, так? — я кивнула, — В нашем мире существует несколько книг об этом месте, одна из них — «Хоббит, или туда и обратно», в ней повествуется о всех наших приключениях в мельчайших подробностях от лица Бильбо, то есть о приключениях парней — нас там нет. И в конце — Торин, — её голос дрогнул, — Кили и Фили умирают. Также существует и фильм… Вот почему ты видишь такие сны, вот почему ты так уверена, что гномы умрут, вот почему… — Я знаю будущее, — чуть слышно продолжила я за неё. — Да, и в тот день мы с тобой смотрели последнюю часть этого фильма. Это было невозможно. Это… Это… В это было также трудно поверить, как и в то, что мы вообще из другого мира. Я была готова открывать порталы, сражаться с драконом, убить орка и полюбить гнома, но понять, не принять на веру, а ПОНЯТЬ, что ты попал в книгу… Это было выше моих возможностей… — Анур? Ты жива? — Селеан помахала у меня перед глазами рукой. — А насколько может быть живым персонаж книги? Может я скоро начну слышать звук печатающих клавиш? — Анур, практически ничего не изменилось… — Но, — я чуть понизила голос и с горькой усмешкой прибавила, — приготовься, сейчас будет пафосная фразочка, так вот, написанного пером — не вырубишь топором. Теперь шанс на то, что кто-то выживет равен нулю в бесконечной степени! — Когда ты стала пессимисткой? — Тогда же, когда ты вспомнила. А имена наши, нет? — она отрицательно качнула головой, - Ну, ладно… Знаешь, может не стоит больше никому говорить? — Как хочешь. Мне всё равно. — Ты стала какой-то другой… — Это всё эльфийская сущность, — улыбнулась она, — Но ты не переживай, я никогда не забуду про своего гнома! — она потрепала меня по голове, — Ладно, что там у нас? Полотенца, штаны и расчёски? — Ага, — я выдавила улыбку, но от весёлого тона Селеан стало полегче.       Вечер прошёл за досборами. За ужином мы посвятили всех ребят в наши планы. Как того и следовало ожидать, Фили, Торин и Кили были категорически против нашей поездки. Их абсолютно не устраивал тот факт, что сопровождать нас будет один единственный парень. Потом Бофур заявил, что отправляется с нами и через пять минут ехали уже все гномы. Лишь наши продолжительные уговоры, основывающиеся на том, что Селеан - маг, Лирна — хороший лучник, а я, в принципе, умею неплохо сражаться с манекенами, смогли хоть немного смягчить их. Спустя час разговоров наши упрямые защитники сломались, и мы отправились спать. Во взгляде Кили вновь плясали пугающие меня огоньки. Засыпала я с тяжёлым сердцем.       Проснулась я рано, даже для нашего выхода. Небо ещё только-только просыпалось, а соловей уже пел вовсю. Немного полежав и удостоверившись, что сон ко мне не вернётся, я встала, застелила кровать и, прихватив с собой рюкзак, тихонько вышла в коридор. Сумку я оставила у двери, а сама отправилась на балкон. Он находился, можно сказать, в другой части дома, ближе к спальням Нори, Фили или Торина. Чтобы пройти к нему, надо было осторожно пробраться мимо их дверей, свернуть направо, подняться на три ступеньки и вот — ты любуешься видом на Эребор во всей его красе. Это было хорошее место, сюда редко, кто забредал, я даже подозревала, что практически никто о нём не знает, но здесь было безумно уютно и тихо. Даже если внизу наши милые гномы пировали — то здесь царил покой. А ещё, сюда постоянно прилетал чёрный дрозд, я даже прикормила его и окрестила Каэль — «вера» по-эльфийски (это меня Селеан научила).       Я облокотилась на перила и смотрела, как пробуждается долина и тот кусок города, который был виден отсюда. Небо из нежно-фиолетового потихоньку становилось розовым, а потом разливалось персиковым с голубым и бирюзовым. В воздухе пахло листвой и ещё выжившие листья шуршали свою последнюю песнь. Я была готова раствориться в этих звуках и ароматах, но тут послышались шаги и слух меня не обманул. — Почему не спишь? — бодро спросила я, обернувшись на встречу Кили. — А ты? — улыбнулся он. — Не знаю… Волнуюсь, наверное… — я перевела взгляд на Одинокую Гору. — Я тоже, — он подошёл вплотную ко мне и обнял. — Как думаешь, нам удастся найти всё, что нужно? — спустя какое-то время, пробубнила я ему в рубашку. — Я думаю, что многое изменится уже когда вы вернётесь, — неожиданно серьёзно ответил он, я подняла взгляд на него — в его глазах снова плясали эти огни! Как же они мне надоели! — О чём ты сейчас думаешь? — Я же сказал… — Нет, на самом деле? — Я не понимаю тебя. — Твои глаза… Помнишь, я говорила, что они всегда выдают человека? Так вот, с недавних пор в твоих завелись какие-то искры, ранее никогда не появлявшиеся, меня они пугают, потому что я не понимаю, что они скрывают, — Кили озадаченно смотрел на меня, огоньки исчезли и его взгляд из решительно-холодного, снова стал мягким и тёплым. — Я не знаю, что тебе ответить, слишком много мыслей мечутся у меня сейчас в голове, но одна кричит и будто бы бьёт в колокол, — он улыбнулся. — Какая же? — Я люблю тебя, Анур, безумно, я никогда так ни к кому не привязывался, помни об этом, что бы ни случилось, — мне вдруг стало грустно и тоскливо. Отчего? Анур, ты что, с ума сошла? Парень говорит тебе ТАКИЕ слова, какие тебе и не снились никогда! А ты в грусть впадаешь! Но почему сейчас? Какая разница? Главное, что он их говорит! — И я не знаю, что я могу сделать, чтобы доказать тебе это. — Ты сам говоришь больше, чем могут передать слова, — он прижал меня к себе ещё сильней и поцеловал — горячо и жадно, как будто в последний раз… Меня с ног до головы окатило драконьим жаром и… Стоп! Мысль пришла внезапно, но, придя, оказалась кристально чистой и ясной. Вся эта сцена — восход, слова о вечной любви, поцелуи — классическая сцена расставания! — Ты будто прощаешься! — выдала я свою идею, спустя пять минут обдумывания её. — В каком-то смысле - да. — В каком таком? Я, вообще-то, вернуться собираюсь! Только посмей мне тут девушек заводить или без меня в гости к Смаугу идти! — засмеялась я, из-под прикрытых глаз, внимательно следя за его реакцией.       Лицо Кили приобрело непонятное выражение. Будто он хотел что-то сказать, но заставлял себя молчать. — Уж на счёт девушек можешь быть спокойна, — усмехнулся он, — Я уже нашёл свою Звезду.       Я вспомнила рассказ Фили у костра о Камнях и Звёздах, вспомнила разговор в Мглистых Горах, где всё тот же гном выпытывал у меня информацию о моём семейном положении, вспомнила о бессонных ночах, когда различные мечты разного содержания не давали мне уснуть и, улыбнувшись воспоминаниям, ответила: — Ты не представляешь, как давно я мечтала об этих словах, мой милый Камень!       Солнце уже окончательно встало и, стряхивая с себя дремоту в виде небольших облачков, светило всё ярче и ярче. Внизу люди, словно муравьи, повыползали из своих домов и рассыпались по улицам. Где-то уже кричал зеленщик, пытаясь обогнать своего соперника по торговле, ржали кони в конюшнях, и мир погрузился в ежедневную возню. Только Гора продолжала стоять непоколебимо и торжественно, возвышалась маяком спокойствия, но только внешнего — все знали, что внутри спит дракон.       Громко застрекотав, прилетела Каэль и, усевшись мне на плечо, недоверчиво покосилась на Кили. — А это кто? — улыбнулся он, протягивая руку птице, дроздиха прыгнула мне на голову, а оттуда на другое плечо, не сводя взгляда своих маленьких глазок-бисеринок с гнома. — Познакомься, это Каэль. Она моя новая подруга, вот, возьми — я протянула Кили горстку зерна, — Ты тоже должен подружиться с ней. — Ну, хорошо. Каэль, — он протянул ей ладонь, — Иди сюда.       Птица посмотрела на меня, потом на парня, снова на меня и неуверенно поставила одну лапку на палец Кили. Попробовала зерно, гном беззвучно засмеялся, Каэли это не понравилось, и она клюнула его, а может, просто промахнулась. Осторожно поглядывая на него и периодически оборачиваясь на меня, она перескочила на раскрытую перед ней ладонь и начала есть, уже позабыв об «опасности» в лице незнакомого для неё человека. Кили осмелился прервать молчание: — Быстро ты друзей находишь. — Это они находят меня, — ответила я, осторожно поглаживая чёрное оперение птицы, — Знаешь, Каэль может нам помочь — мне кажется она справиться с переносной небольших записок. — Письма? Почтовый дрозд? Анур, никто никогда не использовал… Ой! — дроздиха переместилась к нему на плечо и благодарно тюкнула клювом в щёку. — Ты ей нравишься, — улыбнулась я, — Кили, можно хотя бы попробовать. — Ладно, но если она заклюёт меня… — То виновата буду я, я поняла, записки ты будешь привязывать к левой лапе, а я — к правой, на всякий случай. Вдруг, кому-то захочется их прочитать! — Ты же максимум на неделю уезжаешь. — Я день без тебя прожить не могу, а тут неделя! — якобы обиженно произнесла я, уловив мой недовольный тон, Каэль клюнула Кили в плечо. — Ой, а вот в Лихолесье прекрасно со мной не разговаривала, — усмехнулся он. — Там было другое — там ты со мной поссорился, но я же видела тебя! — Ойойой! — Кили пересадил Каэль на перила и обнял меня, — Возвращайся скорее, ладно? — Угу.       В доме послышался топот ног и хлопанье дверей, что могло означать только то, что девочки встали, и наступил час конечных сборов. Высыпав в специальное углубление остатки зерна для птицы и легко поцеловав Кили, я побежала вниз, прихватив по дороге рюкзак. На кухне (она же — гостиная, столовая и какая-нибудь ещё другая комната) Лирна металась между ящиками с фруктами и кухонными шкафами, Иттан сидела на столе и, позёвывая, лениво покачивала ногой, Селеан разливала воду по флягам, а Лэта пребывала в возбуждённом состоянии и носилась вместе с Лирной и мешком. — Всем не хворать! — я помахала рукой. Возня прекратилась и все посмотрели на меня. Гномка и эльфийка загадочно улыбнулись, А Иттан, зевнув, спросила: — Ты чего светишься, как таз начищенный? — Ничего я не свечусь, — смутившись, ответила я и, пожелав перейти на другую тему, продолжила, — Как сборы? — Ужжасс! — выдохнула Лирна, — Нет ни одного продукта, которого хватило бы точно на всех! Яблок только десять, буханок хлеба — тоже, и… — Лир, нас всего пять, я думаю, Кайл сам соберётся… — Ой, верно, я снова обсчиталась, - эх, наш вечный завхоз! — Ладно, тогда всё нормально, разбирайте тогда продукты по рюкзакам. — Я должна всё это тащить? — возмущённо спросила Иттан, увидев количество продуктов. — Нет, если хочешь сесть на сильнейшую диету, — холодно отозвалась Лирна, — Анур, я подумала, что будет лучше, если каждый сам понесёт свой паёк, или можно разделить продукты по весу… — Давай остановимся на первом варианте, — предложила я, запихивая хлеб по бокам рюкзака. — Ладненько, — она отошла к своей куче продуктов.       Спустя пол часа, все гномы высыпали нас провожать. На лицах наших дорогих друзей королевских кровей откровенно читалась тревога. Фили всё никак не мог отпустить Лирну. Ведь она снова покидала его, снова… Торин пытаясь совладать со своим беспокойством, что-то тихо говорил Селеан, Иттан старательно пыталась привлечь к себе внимание, а Лэта ждала нас у дверей. — Глупо просить, чтобы ты передумала? — Кили сжал мои руки. — Глупо беспокоиться за зря, — улыбнулась я, честно говоря, мне хотелось уже поскорей уйти, слишком тяжело было расставание, гораздо тяжелей, чем я ожидала, — Значит так, никаких чрезмерных пьянок, девушек, экспериментов с оружием, выпивкой, походов на орков и драконов, — Кили стоял и грустно улыбался. — Ой, дружище, приручили тебя! — засмеялся Бофур, стоящий рядом, — Анур, ты смотри тоже там поосторожней, не хочу потерять такого классного товарища! — я вспомнила разговор в Ривенделле — «Если бы я не был женат, я бы положил на тебя глаз!» — Я постараюсь! — обняла я Бофура и, улыбнувшись Кили, заставила себя пойти к двери.       Мы вышли на давно проснувшуюся улицу и направились к дому Кайла. Шли, снова молча, вообще это стало какой-то нашей неотъемлемой частью — молчание. Это было странно и непривычно, но зато снижался шанс ссор и скандалов. Послышался громкий лай, и нам навстречу выбежал чёрный пёс, он заскакал вокруг Лэты, всё норовя вылизать её с ног до головы. — Он полностью оправился, как видишь, — лучезарно улыбнулся нам Кайл, от вчерашнего озлобленного парня не осталось и следа, — Лэта, я бы хотел извиниться перед вами за вчерашнее, мне даже стыдно… — Ничего страшного! Я бы тоже огрызалась бы на незнакомых мне людей, требующих от меня невозможного риска! — соврала я. — Нет, ты бы так делать не стала, — улыбнувшись, ответил он, - Ну, ладно… Пойдёмте, лодка уже готова.       Мы спустились на причал. На волнах тихонько покачивалось наше судёнышко, кстати говоря, довольно большое. Устроившись внутри, Кайл отчалил. Лу возбуждённо носился по лодке в предвкушении приключения, в конце концов, он устал и, положив голову ко мне на колени, задремал. Я гладила мягкую чёрную шерсть и думала о том, как много мы уже прошли. Перед глазами всплывали мирные холмы Шира, прекрасные долины Ривенделла и величественные вершины Мглистых гор. Ностальгия, - да, именно ностальгия овладела мной. А потом я неожиданно для самой себя вспомнила недавний разговор с Селеан и снова поймала себя на мысли, что не могу поверить в то, что нахожусь в напечатанном мире. Желая отвлечься от нежеланных раздумий, я перевела взгляд на своих сопутешественников. Иттан дремала, прислонившись к мачте (ну или как там называется палка посреди лодки с парусом), на ней было походное платье, но оно прямо дышало модой, какие-то популярные среди человеческих женщин завитушки украшали его подол, рукава три четверти, тёмно-бардовый цвет. Её длинные золотистые волосы водопадом спускались по плечам, создавая яркий контраст с тёмной одеждой. Да, Иттан безусловно была красива, как и все мои подруги, но она ближе всех стояла к стандартному эталону красоты. Я перевела взгляд на Лэту — она тихо о чём-то беседовала с Кайлом. Очевидно, что разговор её чрезвычайно интересовал, иногда, правда, она покрывалась лёгким румянцем, а по широкой улыбке Кайла можно было строить просто вагон предположений на тему их рассуждений. Она также была одета в походное платье, только благородного коричневого цвета и без всяких там модных украшений. Оно очень ей шло и придавало какое-то романтичное обаяние. Прекрасные русые волосы были заплетены в толстенную косу, - ах, как завидовала я её гриве! Такие длинные, густые, а она от всех комплиментов всегда отмахивалась, такая она была — никогда комплименты не принимала. Взгляд её, в данный момент, голубо-серых глаз, отражавших цвет водной глади озера, внимательно следил за любым движением Кайла. Её собеседник, кстати говоря, тоже был очень хорош собой. Даже я не могла не заметить этого. Сейчас он казался гораздо милее, чем вчера, может, потому что улыбался больше, а может из-за весёлых искорок, пляшущих во взгляде его голубых глаз. Чёрные волосы вновь были взлохмачены, и лёгкий ветерок нежно перебирал их, и я окончательно пришла к выводу, что такое их положение — это их естественная конфигурация. Я перевела взгляд на ещё одного голубоглазого человека в нашей компании — на Лирну. Она задумчиво смотрела на берег, где мимо нас проплывали деревья, кусты, редкие дома. В отличие от Лэты, её глаза не отражали водной глади, они оставались кристально-голубыми и будто светились изнутри. Короткие каштановые волосы чуть доставали ей до плеча и непослушно вылезали из-за уха, куда она их периодически отправляла. В отличие от двух моих подруг, она была одета в серые штаны, красную рубашку с коричневой жилеткой и высокие сапоги, рядом с ней стоял её лук и валялся колчан, полностью забитый стрелами. По её лицу было видно, что она полностью ушла в себя, как она это называла «часы молчания», которые были ей жизненно необходимы. Для неё всегда было испытанием долгое нахождение среди большого количества народу, и, хоть она легко шла на контакт, если ей не удавалось уединиться, она становилось невыносимой — тогда можно было запросто нарваться на чёрный юмор и грубости, несмотря на это она была прекрасным и незаменимым человеком. Селеан лежала возле меня на скамье и смотрела в небо, где над нами парили чайки, истошно вопя и пытаясь что-то нам рассказать. Её русые волосы отливали рыжиной и кольцами разлились по дереву. Серо-зелёные глаза мечтательно наблюдали за облаками, изредка, она нарушала сложившуюся тишину и, указывая в небо, говорила «Заяц», или «Дракон», «Большой кит» и я кивала, потому что тоже видела их. Зелёный цвет одежды только и выгодно подчёркивал её внешность — рубашка и кожаная куртка, а также штаны различались на тон, а серые сапоги были украшены эльфийским узором. Меч в ножнах лениво свесился и упирался своим концом в днище лодки. В том мире она всегда напоминала мне эльфа, своими тонкими чертами лица и высоким ростом, а в наших фантазиях я всегда была гномом. Как удивительно сложен мир! Ведь говорят же, что если сильно чего-то хотеть, то это обязательно сбудется, а я дурёха, не верила. Сейчас передо мной сидели мои подруги, но ощущение было не такое, будто они стали абсолютно другими, а будто их сущность, их реальный внутренний мир наконец-то вырвался наружу и завладел их телами, изменяя их внешность и делая её более правдивой. Интересно, сильно ли поменялась я? Зеркало-то с недавних пор я стала видеть каждый день, но по-настоящему я не смотрела в него очень давно. Может, спросить кого-нибудь? Но так не хочется нарушать царившую атмосферу, да и что я спрошу, — «Как я выгляжу?», что ли? В поисках ответа я посмотрела на своё отражение в воде. Лёгкая рябь не давала мне хорошенько рассмотреть себя, но, в любом случае, ничего особенно сильно не изменилось. Всё те же тёмно-карие глаза, тёмные каштановые, почти чёрные волосы, которые безумно отрасли за время похода (в начале они были по плечо, сейчас же они опускались ниже груди), смуглое лицо, загоревшее на солнце, всё по-прежнему. Только, может, взгляд стал другим — в нём теперь столько всего, что и не описать: и осколки всего пережитого, и следы оставшиеся в душе из-за битв и убийств, и из-за принятых решений, из-за любви… Я будто повзрослела и нет одновременно, но копаться в себе можно сколько угодно, а то, что лежит на поверхности может так и остаться незамеченным…       Лу что-то услышал и навострил уши, Лирна опустила руку к луку, я посмотрела на берег и чуть слышно произнесла: «Орки!»