Демон-хранитель

Он осмотрел меня ехидным взглядом и насмешливо сказал: — Ну, можно и в таком виде. И только тогда я заметил, что весь стол заставлен наполненными водой с краской презервативами. Черт же надорвал очередную упаковку, капнул туда краски и открыл кран, наполняя водой презик. — И что это будет? — я повертел в руках красный шар. Связка гелиевых теперь болталась под потолком кухни и расползалась в сторону коридора. — Увидишь, — черт ухмыльнулся. — Ты точно в таком виде на крышу пойдешь? Мне, в принципе, все равно, просто любопытно. И да, трахаться с тобой я не буду, в отличие от тебя я не бисексуал. — Да я по девкам бегаю, как только понял, как еще член использовать можно! — громко возмущаюсь и иду переодеваться. Джинсы, теплый свитер — так и без тонкого плаща можно. Кроссовки беговые и готово. — Угу! А тот рыженький с кем ты целоваться «учился», Саша который, у тебя же на него не вставал, ты же не дрочил, представляя ваши поцелуйчики? — собирая в сумку наполненные презервативы спрашивал черт. — А Влад, тот блондин, в очочках, однокурсник.... — Цыц! Такие вещи тебе знать не положено, — я хмыкнул, по-новому смотря на черта. Забавный он. — Положено! — уверенно сказал он, и мы вышли в подъезд, затем сели в лифт. — Надеюсь, ты не будешь отрицать того, что любил в своей жизни только Влада. Но ты трусливо не решился. Так что ты би. А я — нет. — Не надо Влада, — я невольно скривился. Лучший друг, светлая голова, расчетлив и спокоен как удав. Женился после института на самой завидной невесте потока — красотке Жанне. Приятное лицо, ладная фигура, папа банкир. — Би так би. Лифт приехал на верхний этаж, и мы подошли к двери на лестницу. Я подергал навесной замок и вопросительно уставился на черта. Тот фыркнул и прикоснулся к нему, затем легко открыл дверь и пропустил меня вперед. — Ну вот, признал. Я не собираюсь тебя трахать, даже не уговаривай. Я, конечно, дьявольски красивое существо, но это не повод, — сообщил мне черт и достал из сумки мел, начал чертить два квадрата где-то четыре на четыре метра или немного больше. — Ладно, недоразумение, так что за игра будет? — Один квадрат мой, один — твой. Моя цель попасть в тебя и не дать попасть в себя. У тебя обратное, — сообщил черт, деля между нами «боеприпасы». — Это как пейнтбол, только с презервативами? А выступать нельзя за пределы квадрата или как? — не понял я. — Угу, за пределы квадрата не выходим, — сообщил мне черт и ушел на свое поле. Едва я вступил в свой квадрат, как он кинул в меня сразу три презика — два руками и один хвостом. Попал всеми. — Хвостом нечестно, — возмутился я, кидая в него ближайший шар. Тот просвистел над рогами, причем уклоняться черту даже не пришлось. Учтя ошибку, я послал следующий снаряд. Рогатый пригнулся и кинул в меня свой опять хвостом. — Ты тоже можешь кидать хвостом! — заверил черт. — Ага, тока сначала нарастить надо. Ого! Смотри! — я указал вверх, и когда черт отвлекся, метнул с двух рук. Один презик попал. — А вот это точно нечестно! — рассмеялся черт и продолжил игру. Через двадцать минут мы были мокрыми, довольными, а презики закончились. — Ты в душе уже был, так что я первый! — сообщил черт. Рогатый плескался с полчаса, за это время я согрел нам молока с медом. Не хватало еще заболеть, пусть ночи еще довольно теплые, даром что конец сентября. Хотя, черт вряд ли болеть может. Я выпил половину, когда он появился в одном полотенце, напоминая мне гаремного мальчишку из восточных фильмов. Жаль не в каких-нибудь ярких и прозрачных шароварах, замечательно оттеняющих цвет его кожи. Проследив мой взгляд, он понял его по-своему. — Они просто не растут! У таких, как я всегда так! Он принюхался к молоку и, скривившись, пить не стал, а принялся вынимать из холодильника нужные ему продукты. Тут я заметил на его плече татуировку — перечеркнутые крылья. Пальцы сами потянулись к ней, тронули самыми кончиками. — Кто не растет? — растерянно спросил я. — Не сиськи же. — Волосы на теле, — фыркнул черт. — Хотя, сиськи тоже не выросли. Он протянул мне руку, демонстрируя отсутствие даже маленьких волосков. — А тату — ошибка молодости. Крылатых я не люблю, конечно, но она все же перебор. — Ничего, это даже прикольно, — провожу по руке. — Я и сам не слишком шерстяной. — Ну, для меня это привычно, а вот люди почему-то ждут от таких как я повышенной волосатости, — заверил черт. — Ну так как, придумал мне имя? Он принялся за готовку. — Селемом будешь? — вспомнил я черного кота из сериала про ведьму. — Да мне все равно! Хоть Воландом, хоть Селемом, — черт взял свой телефон и включил на нем тихую музыку. Пританцовывая, вернулся к готовке, сознавшись: — Я не был поваром во Франции. Забрал, конечно, десяток душ тамошних поваров, а готовлю впервые... Но ты обязан есть то, что получится. — Давай лучше помогу, тогда у нас точно выйдет что-то приличное. Но сначала в душ. Вернувшись, я нашел разросшийся беспорядок на кухне, так что начал собирать мусор. — Что получиться должно? — Не вздумай мне помогать! Я сам! Утиная грудка с вишневым соусом и пюре из тыквы, — весело отозвался Селем. — Грудка — хорошо, вишню — люблю, тыква... Ну, съедобна. Я встал к раковине мыть посуду. Обычно мы готовили с братом. — Вот и не возмущайся, — тяжело вздохнул Селем и принялся жарить утку. — Лучше скачай пару комедий. — Ладно, хозяюшка, не спали хату. Одно не пойму, если ты знаешь про мои юные фантазии, то чего заранее не выбрал любимые мной блюда? Ты же для меня стараешься, странный черт? — Дима, солнышко мое лесное, я по-твоему здесь, чтобы удовлетворять твои прихоти? В контракте указано, что наоборот. Я готовлю потому, что хочу готовить. Ты — возможность пожить на земле и не более, не зарывайся. Похоже, хорошее обращение ты не понимаешь, — тяжело вздохнул черт. — Я к тому, что странно как-то. Секса не надо, души не надо, ты играешь и кормишь, а в конце — награда для меня. Не для тебя. Странно как-то. Выйдя с кухни, я быстро вернулся с ноутбуком и лег на диванчик на кухне. — Поживи триста лет там... Там нет вкусов, запахов, музыки. И там холодно, очень-очень холодно, — Селем говорил спокойно, устало. — Но во плоти тут я могу быть, лишь выполняя договор. Ты — мой отпуск. А секс с тобой... Пока ты мне неинтересен в этом плане. Я просто хочу пожить. Побыть живым. — Странный ты, — заключил я и открыл сайт с фильмами. Нажал на комедии и зачитал список лидеров. — С кого начнем, поваренок? — От умерших я слышал про «Один дома» и «Убойные каникулы», — сообщил Селем. Губы расплылись в улыбке. — Последний мой любимый, тогда с него и начнем, как будешь готов. Вина налить? — Налей. Начнем с чего хочешь, но после ужина. Хочу свой первый фильм смотреть как положено, с попкорном, — черт по-детски открыто улыбнулся. — В каком плане первый? В этом году? — я припомнил, где у меня кабель лежит, а пока за вином полез, наполнил бокалы и кинул пакет с попкорном в микроволновку. Оставалось только включить. — Вообще первый. Я кино никогда не видел, — Селем подмигнул. — Как ты умудрился? — Эм... Дима, там теликов нет, — черт рассмеялся, накладывая нам еду. — Приятного аппетита! Он поставил тарелки на стол. — Так ты новичок на земле... Чего еще хочешь? Кроме телека. Приятного аппетита, кстати, — я ткнул в утку вилкой. — Ты все узнаешь, тебе предстоит составить мне компанию, — заверил Селем и откусил от грудки кусочек. — А ничего так! Говорил он искренне, а вот утка была сильно пересолена. — На первый раз сойдет, будешь чаще тренироваться, и все получится, — а вот тыква удалась, хоть и немного странная. Напоминает сладковатый картофель. — Сойдет? — возмутился черт. — Ну все! Я хотел с тобой по-хорошему... Он глотнул вина и скривился. — Гадость какая! — Селем отставил бокал. — Зачем люди это пьют? — Вкусно, мне нравится, — улыбнувшись, я пригубил вина и проглотил кусочек утки. — Суховата утка. Про соль говорить не буду, думаю, и сам почувствовал, что с ней перебор. Черт прищурился, как-то не хорошо на меня посмотрел: — Ты же понимаешь, что я обязан постоять за свою честь? — Готовить вновь? Тогда без кино останемся, — я сделал еще глоток, оставляя вина лишь чуть-чуть на дне. — Нет. Я сейчас объясню тебе, как остановить время, а затем, когда ты впервые будешь работать со временем, впервые к нему прикоснешься, я буду тебя критиковать, — Селем ухмыльнулся. — Какой ты вспыльчивый. Не буянь, малой, — хмыкнув, я растрепал волосы черту. — Молодец, хорошо постарался, куплю тебе книгу с рецептами или свою дам. Договорились? Селем прищурился, как-то недобро на меня посмотрел. — Вот к чему твое снисхождение? Как ты вообще до своих тридцати дожил? Мне уже хочется тебя чем-то тяжелым приложить. — Случайно дожил, — стиснув зубы, я принялся ковырять в утке. Я тут веселюсь, а Никитка в трубках лежит, ему еще жить и жить надо. — Вот это ближе к правде. Ты не уважаешь никого, — черт пожал плечами и, весело рассказывая мне о моих недостатках, продолжил есть. — Я оказываю тебе услугу, сам знаешь, что я старше тебя, сильнее, могущественнее. Ты сейчас полностью в моей власти, а называешь меня малышом! Никогда не пойму людей. Ты пятый, кому я предложил договор. Этот договор. И ты единственный согласился. Мать, чей сын умирает, отказалась, побоялась, что мне понадобится секс. Явно решила, что может родить другого. — Ну, я не рожу, и Никитка — это Никитка, он один такой, его никто не заменит. Да и секс... Не важно, если ты вернешь брата, то все неважно. Зная обо мне столько всего, ты в курсе, как мы с ним росли. Пьющие родители, рукоприкладство со стороны отца. Если бы бабушка не оставила мне свою квартиру, да еще и четырехкомнатную, которую я продал, купив эту двушку, а остальные деньги вложил в свое образование, оставив и Никите, неизвестно, где бы мы с ним сейчас были. Жаль бабушку, конечно, она доброй была, но все сложилось тогда как надо. Я доел пюре из тыквы и отставил тарелку, наполняя бокал вином.. Черт немного помолчал, а затем ответил: — Обычно дети повторяют судьбу родителей. Ты вырвался и вытащил брата, это достойно уважения. Но прошлое в прошлом, без него жить можно. А в будущем советую не называть меня малышом. Я тебя старше. — Но мельче, — хитро улыбнулся я. — Не обижайся, я не в обиду назвал. Для черта ты добрый, пока что, по крайне мере. Если такие черти бывают, то какой тогда пернатый брат?.. Да и чем они вообще занимаются... Про покупающих души демонов рассказов полно, гораздо больше, чем про ангелов-спасителей. Выпив половину бокала разом, я налил себе еще, а черту достал сока. Селем рассмеялся и долго не мог успокоиться, он вытирал выступившие слезы. — Спасибо! Давно так не смеялся! — черт выпил полстакана и сказал: — Делай попкорн, будем фильм смотреть! Включив таймер, я поочередно сварганил три пакета и достал черту большую миску. — Топай в зал, ща все подключу и начнем. Закончив с подготовкой, я приглушил свет, и мы сели на диван. Черт устроил голову у меня на плече, закутался в плед и неспешно принялся поедать попкорн, с любопытством смотря титры. Миску он держал хвостом. Хмыкнув, я обнял его за плечи и беззлобно буркнул: — Чудо рогатое. Селем фыркнул и слегка боднул меня в бок. — Не мешай, кино началось! — черт весь влился в фильм. Так мы и сидели: я пускал фильм за фильмом и готовил попкорн, пока черт в итоге не уснул у меня на плече. Забрав опустевшую миску, я укутал его в сползший плед и уложил на диван. Принес еще одеяло на случай, если он замерзнет, и пошел к себе в спальню. Отрубился мгновенно. Впервые за долгое время.