Я прошу тебя...

***

На следующее утро сумрачный и неразговорчивый Рикки поднял сестру спозаранку, стремясь позавтракать как можно раньше, чтобы лишний раз не сталкиваться с Максилиллианом. — Может, объяснишь, какая муха тебя укусила? – Не выспавшаяся Аника хмуро ковырялась в тарелке с салатом, принесенной расторопным трактирным слугой, — почему ты вчера сбежал из-за стола, как будто за тобой демоны гнались? И с какого перепугу поднял меня ни свет, ни заря? Что происходит, Рикки? Почему ты так ничего и не объяснил мне вчера? И почему молчишь сейчас? Ну, давай, выкладывай! – Аника потормошила брата за рукав. Необычайная молчаливость и угрюмость Рикки беспокоила девушку, и она с новой силой принялась за расспросы, стараясь понять причину такого поведения. Наконец, Рикки не выдержал. — Ты спрашиваешь, что случилось, сестренка? – Юноша почти шипел от сдерживаемой ярости. — Этот мерзавец лапал меня вчера прямо во время ужина. Меня до сих просто трясет при воспоминании об этом. Я полночи не мог заснуть, придумывая достойное наказание для него, но так ничего и не надумал. — Лапал? – Аника недоуменно воззрилась на брата. Девушка не могла поверить своим ушам. Неужели дворянин мог опуститься до подобной низости, чтобы прилюдно приставать к ее брату? Это просто невообразимая мерзость. «Как он посмел тронуть моего брата? Бедный Рикки. Он всегда болезненно воспринимал подобные вещи, хотя пытается это скрыть. Братик до сих пор не может понять повального увлечения однополыми связями – это слишком смущает его. Бедняга! Представляю его состояние…». — Аника пододвинулась поближе к Рикки и положила ему голову на плечо, стараясь успокоить брата, но юноша уже не мог сдерживаться. Его ярость требовала выхода. — Да! Вчера твой ненаглядный женишок, клявшийся тебе в верности, беспардонно тискал меня прямо у тебя под носом, хватал за коленки и чуть не полез в штаны! И что я должен делать? – Рикки изо всех сил старался не закричать. — О, Боже, братик! – Аника ужасе прижала руку ко рту, огромными глазами глядя на разозленного Рикки. Она была в шоке от услышанного. Даже в страшном сне Аника не могла бы вообразить, что граф зашел настолько далеко. — Да как он посмел прикоснуться к тебе! Это же… это… у меня нет слов. Ты должен был вызвать его на дуэль, — звенящим от негодования голосом произнесла девушка. — Ага. И выставить себя идиотом, — невесело хмыкнул ее брат, — он бы отказался от всего. — Да… — Аника задумалась, — скорее всего, так бы и случилось. Если уж этот тип посмел тебя тронуть, то ему не сложно было бы опорочить тебя перед всеми. Рикки понуро кивнул, снова погружаясь в невеселые мысли. — Не переживай, братик, — Аника сильней прижалась к юноше, заглядывая ему в глаза, — мы отомстим графу. За все. Риккард приподнял голову и злорадно улыбнулся. «Аника права. Нечего расклеиваться. У нас еще будет время для мести. А сейчас важно не допустить повторения подобных сцен. И, кажется, я знаю, что предпринять». Увидев улыбку брата, Аника повеселела. Ее любимый братишка не умел долго предаваться грусти и отчаянию. И судя по его злорадной ухмылке, он уже кончил жалеть себя и придумывает очередную пакость для этого несносного графа. О чем девушка и решила спросить Рикки: — А что ты намерен делать сейчас, братец? Судя по твоей ухмылке, ты уже придумал достойный ответ. Или ты решил продолжать прятаться от графа, — девушка лукаво улыбнулась, вызывая брата на откровенность. — Нет, — Рикки решительно тряхнул головой, — это будет выглядеть по меньшей мере глупо и только даст повод к насмешкам, на которые граф большой мастак. — Да уж, – согласилась Аника, — тут уж он своего не упустит. Но, все-таки, чего ты придумал? — Все очень просто, сестренка, — усмехнулся юноша, — я решил подставить графа под дуэль с моим другом. Я уже говорил тебе о нем. — Тот самый маркиз Ромуальди, о котором ты говорил вчера? – поинтересовалась Аника. — Да, он. Он прекрасный фехтовальщик. Да и вообще, просто с ума сходит по различным типам вооружения, в том числе не стандартным. У него дома великолепная коллекция оружия. Даже я, с моей нелюбовью к подобным вещам, нахожу ее превосходной. Если кто и сможет победить на дуэли графа – так только он. Я попрошу не убивать, а только немного потрепать твоего женишка, чтобы потом мы с чистой совестью могли насмешничать над его неуклюжестью. — А он согласился? И его не удивила такая странная просьба? — Нисколько. Наш милашка-граф успел насолить Вито, и он просто жаждет расправиться с ним. Кстати, Виторио – детектив и именно ему я поручил поискать компромат на графа. — Я все думаю, — медленно произнесла Аника, отпивая душистый чай из изящной фарфоровой чашечки, — почему граф решился на эту свадьбу? Ну вот никак не понимаю я его мотивов. — Я тоже долго думал над этим, — Рикки по примеру сестры налил себе чая из чайничка, стоявшего рядом на специальном чайном столике, который подкатил к их столу все тот же трактирный слуга. — Знаешь, единственная здравая мысль, которая пришла мне в голову – графу зачем-то нужно попасть в наш замок. Причем, на достаточно продолжительное время и на законных основаниях. — Но зачем? – Удивленно переспросила девушка. — Хммм, — задумчиво протянул Риккард, — есть у меня одна идея… — И какая же, братик? — Я размышлял следующим образом: граф играет по-крупному, это по всему видно. Так что могло понадобиться столичному искателю приключений от захудалого графского рода, у которого единственная ценность – славное прошлое? — И что? – Аника непонимающе смотрела на брата. — Да подумай же, сестренка! Какое историческое событие прославило нашу семью на все королевство? — Спасение короля Валентира I, — пробормотала Аника, — ты считаешь, что… — Да! Это единственное, что могло заинтересовать такого авантюриста, как граф. — Но ведь это всего лишь семейная легенда, — девушка недоуменно воззрилась на брата, — в ней нет ни крупицы правды. — Я бы не говорил это так категорично, — не согласился Рикки, — что-то в этом есть. — Братик! Эту вещь искали четыре поколения наших родичей! И ничего не нашли. — А может этот граф знает что-то, чего не знаем мы? В любом случае это надо выяснить. И я этим уже занимаюсь.

***

— Доброе утро, господа, я безумно рад вас видеть, — раздался жизнерадостный голос графа над самым ухом Риккарда. Юноша вздрогнул и неприязненно посмотрел на подошедшего Макса. — Ну, виконт, зачем так хмуриться? – Расплылся в ослепительной улыбке граф, как будто невзначай проведя кончиками пальцев по щеке юноши. — Сегодня чудесное утро. Грех портить его плохим настроением. – Макс плюхнулся на стул рядом с Рикки. — Как вам спалось, милый виконт? – прошептал граф, наклонившись к юноше. — Неплохо, граф, — Рикки отодвинулся от прижимающегося к нему мужчины. — Надеюсь, вам снились сладкие сны? А я в них был? – Макс снова пододвинулся к Риккарду и легонько приобнял юношу за плечи. — Увы, я вынужден разочаровать вас, граф, — Рикки едва сдерживался, чтобы не нагрубить, — но вы не герой моих снов. — Жаль, очень жаль, — Максимиллиан притворно огорчился, — но я думаю, это – вопрос времени. Не так ли, милый виконт? – Мужчина снова провел кончиком пальцев по щеке смущенного юноши. Рикки искоса глянул на графа, придумывая ответную реплику. Внезапно его осенило. — Граф, я могу попросить вас о небольшом одолжении? — Об одолжении? – Промурлыкал Максимиллиан прямо на ухо юноше, — хм… это становится забавным. Что же это за одолжение? – Будто нехотя протянул он, не желая признавать себе, что его заинтриговало изменившееся поведение мальчишки. Но его мнимая невозмутимость не обманула Рикки. Юноша твердо встретил взгляд графа, в котором сквозила тщательно замаскированная заинтересованность. — Я хотел бы попросить вас не виснуть так откровенно на мне. Я понимаю, что взрослому мужчине с бурными сексуальными аппетитами тяжело держать себя в руках, но позволю себе напомнить, что вы поклялись в верности моей сестре и дали слово дворянина. Пытаясь флиртовать со мной, вы предаете доверие сестры и причиняете ей боль. Я не уверен, что ее хрупкая душевная организация выдержит подобное зрелище, и сестра не захочет уйти в монастырь, разочаровавшись в браке и в мужчинах. Вы же не хотите для нее такой судьбы? – и Рикки испытывающе поглядел на Макса, ожидая ответного хода. Максимиллиан выругался про себя. Мальчишка переиграл его на его же поле. «Демоны, но как изящно он посадил меня в лужу», — Макс не мог не восхищаться достойным соперником. – «Какая изворотливость и какой изощренный ум. Мальчишка – прирожденный интриган. Ну, ничего, малыш. Я не собираюсь сдаваться. Ты все равно проиграешь – поверь, я справлялся и с более сильными соперниками. А пока можешь наслаждаться победой. Ты ее заслужил, признаю. А я отступлю. Пока. Но это лишь тактическое отступление перед контратакой, мой мальчик. Мы еще схлестнемся с тобой. Я обещаю. И я уже жажду новой встречи и нового боя. А напоследок – я нанесу маленький укол, мой милый виконт, чтобы ты не слишком расслаблялся». Макс улыбнулся. Встав из-за стола, он поклонился Анике и поцеловал ей ручку. — Прошу прощения, милая леди, если мои невинные действия смутили или оскорбили вас, — чопорно произнес Максимиллиан, снова усаживаясь на стул. – Я нисколько не хотел обидеть вас, и я просто не представлял, что дружеские чувства, которые я испытываю к вашему брату, могут быть восприняты как-то иначе. И, поверьте, я очень сожалею, что, несмотря на все усилия, предпринятые мною, ваш брат до сих пор не смог изменить своего негативного мнения обо мне. Мне горько осознавать, что братская ревность настолько сильна, что заставляет этого славного юношу быть таким необъективным ко мне. Я боюсь, что это может помешать нашему счастью, и намерен предотвратить подобное развитие событий. Но я буду надеяться на лучшее. Ведь, в конце концов, мы скоро станем одной семьей. И мне хотелось бы завоевать доверие вашего брата. – Макс лукаво улыбнувшись, посмотрел на Рикки, откровенно наслаждаясь его выражением лица. «Я вижу, тебе понравилось, малыш», — мысленно усмехнулся граф, — «не у одного тебя хорошо подвешен язык. Я тоже кое-что могу. А теперь – опустим занавес. Пускай малыш соберется с мыслями – так будет интереснее». Макс снова усмехнулся и, взмахом руки подозвав трактирного слугу, заказал себе завтрак. — Надеюсь, вы не будете против, если я присоединюсь к вашей трапезе? – Спросил он у Аники, старательно игнорируя хмурого Рикки. — Увы, граф, но мы уже позавтракали, — девушка состроила виноватое выражение на лице, — Риккард, идем, ты поможешь собрать мои вещи, — обратилась она к брату. — Как будет угодно, сестренка. – Рикки встал из-за стола и помог подняться Анике. Откланявшись, парочка поднялась наверх. Максимиллиан удовлетворенно улыбнулся, развалившись на стуле. Утро было действительно прекрасным, а словесные баталии с виконтом лишь придали остроту его ощущениям.

***

Остаток пути до столицы прошел без происшествий. Солдаты во главе с Милилиндой проводили почтовую карету до Северных ворот столицы и отправились в обратный путь. С ними исчез и граф Фонтебье, чему Рикки несказанно обрадовался. «Наконец-то этот наглец оставил нас в покое. Жаль, что ненадолго, но даже эта передышка очень кстати. Запас моего терпения и благоразумия практически иссяк, и я не знаю, смог бы я и дальше сохранять манеры, приличествующие благородному дворянину». Заплатив небольшую въездную пошлину, путешественники въехали в город и, поплутав по шумным бестолковым улочкам Торгового Квартала, прибыли на Главную Почтовую Станцию столицы. Высадившись из экипажа, они оставили слуг выгружать багаж, а сами отправились на поиски свободной наемной кареты. Аника с беспокойством оглядывалась по сторонам – ей было не по себе на шумной почтовой станции, и девушка жалась поближе к брату, который ловко лавировал между спешащими людьми, направляясь на стоянку городских наемных экипажей. — Устала, сестренка? – заботливо поинтересовался Рикки, увидев нервозность сестры, — потерпи еще немного. Сейчас наймем карету и отправимся в мой особняк – там и отдохнем. — У тебя есть особняк в столице? – изумленно воскликнула Аника. — Да, — кивнул головой юноша, — правда, не в центре, а на окраине, но тебе там понравится. Приличный, тихий район, приятные соседи. — А почему ты никогда об этом не говорил? – подозрительно поинтересовалась Аника, в упор разглядывая брата, — я всегда считала, что ты снимаешь мебелированные комнаты или арендуешь маленький домик. А тут целый особняк – и весь твой. Это же безумно дорого! Откуда у тебя такие деньги? — Я не думаю, что об этом следует распространяться, — нехотя протянул Рикки, — я не готов открыть папеньке свои источники доходов. И тебе не советую болтать, сестренка. – В голосе Риккарда послышались металлические нотки. Юноша сузив глаза, посмотрел на сестру. Аника невольно поежилась. Ее любимый братишка выглядел каким-то чужим – чересчур взрослым и сосредоточенным. Девушка с ужасом обнаружила, что она, оказывается, совсем не знает этого молодого мужчину, и что ее представления о Рикки, как о чудаковатом неуклюжем мальчишке, занимающемся «всякими глупостями», совсем не соответствуют действительности. «Оказывается, я совсем тебя не знаю, братик. Когда ты успел так измениться? Или ты всегда был таким, а тихий, милый мальчик – лишь маска, призванная обмануть окружающих? А знают ли родители о том, каков ты, когда не притворяешься тихоней? Ну, папаша – понятно, он ничего не замечает вокруг, а вот маменька… смог ли ты обмануть ее? Знает ли она о твоей жизни, или тоже обманывается, как и все вокруг?» Не выдержав неизвестности, девушка задала мучающий ее вопрос: — А маменька знает о твоих…делах? – голос подвел девушку, прозвучав жалко и испуганно. — Знает, Аника, — кивнул головой Рикки, — не бойся, я не вор и не злодей, — юноша остановился и прижал взволнованную девушку к груди, успокаивающе поглаживая по голове, — я всего лишь занимаюсь коммерцией, а маменька, заложив свои фамильные драгоценности, помогла мне набрать стартовый капитал для открытия своего дела. Разбогатев, я выкупил их и вернул обратно маменьке. Вот и весь секрет. – Юноша невесело усмехнулся, — но ведь ты понимаешь, что наш папенька ни за что не примет тот факт, что потомок рыцарей стал коммерсантом. Это же унижает достоинство дворянина, — Рикки досадливо прикусил губу, — вот и приходится изворачиваться. — Я понимаю, братишка, — прошептала Аника, — прости, что испугалась. — Ничего, сестренка. Я все понимаю, — тепло улыбнулся юноша, — идем, нам пора отправляться. – Он снова потянул Анику к площади перед почтовой станцией, где обычно стояли наемные экипажи, дожидающиеся своих пассажиров. Подойдя поближе, Риккард окликнул одного из извозчиков и сговорился об оплате за проезд. Потом приказал подскочившим к нему носильщикам перенести вещи и загрузить в нанятую карету, а сам, подхватив Анику под ручку, подошел к лоточнику, продающему сладости. — Угощайся, сестренка, — юноша протянул Анике засахаренные фрукты в маленькой плетеной корзиночке, — попробуй это лакомство – оно просто восхитительно. — Мммм, как вкусно, — девушка вытащила из корзинки засахаренную вишенку и положила в рот, — у нас дома тоже делают такие фрукты, но они не так вкусны. Почему? Рикки только пожал плечами. — Идем, сестренка, я думаю, уже все погрузили. Нам пора ехать. – Молодые люди отправились обратно к карете. Но не успели они пройти и пары шагов, как перед ними выросла высокая фигура Макса. — Ах, мой милый виконт, неужели вы решили уехать, так и не попрощавшись со мной? – картинно всплеснув руками, проворковал граф. — Леди Аника, я так рад вновь лицезреть ваш прекрасный облик, — обратился мужчина к оторопевшей от неожиданности девушке. — Мы думали, вы отбыли вместе с солдатами, — холодно ответил Рикки, мысленно скривившись. Юноша уже успел понадеяться, что не увидит графа, по крайней мере, несколько дней, но его надеждам не суждено было сбыться, что несказанно нервировало Рикки. — Вы ошиблись, виконт, — ослепительно улыбнулся Максимиллиан, заметивший раздражение юноши, — я просто попрощался с боевыми товарищами и сразу поспешил сюда. Как я мог бросить моих будущих родственников на произвол судьбы. Неужели я мог допустить, чтобы вы остались совсем одни в этом большом городе. Я непременно должен проводить вас до гостиницы. Идемте же, я найму нам экипаж и покажу прекрасную гостиницу, которая достойна для проживания высокородных господ. – Граф попытался увлечь молодых людей за собой. — Не стоит беспокойства, граф, — Рикки не сдвинулся с места и придержал за локоть свою сестру, — мы уже наняли карету и нам есть, где остановиться. Так что мы благодарны вам, но нам уже пора. До встречи граф. — У вас есть родственники в столице? – Максимиллиан был неприятно удивлен. Мужчине не хотелось признавать, но идея стать благодетелем и покровителем графских детенышей грела его душу. — Что-то вроде этого, — уклончиво ответил Рикки, не желая откровенничать с графом. — Тогда, надеюсь, ваши родственники не будут против, если я навещу вас как-нибудь, — Макс не желал так просто сдаваться. — Не будут, — нехотя ответил Рикки, кляня себя за вежливость. – Вы окажете нам честь, нанеся визит в особняк Вестчер, на Парковой улице. Мы будем ждать вас к обеду. Юноше очень не хотелось видеть графа в своем особняке, но достойно отказать он не смог. Единственное, что оставалось – напроситься на ответный визит. И Рикки не преминул это сделать. — Надеюсь, что мы с сестрой сможем нанести вам ответный визит, дорогой граф? — Почту за честь, — граф склонился в изящном поклоне. — Я буду рад видеть вас у себя. Мой дом находится на Митфилд-лейн шесть. А теперь позвольте откланяться. С нетерпением жду завтрашней встречи. – И Макс удалился, весьма довольный собой. Рикки досадливо сплюнул. — Мерзавец. Он все-таки напросился на обед. – Прошипел разозленный юноша. — Не злись, — Аника успокаивающе погладила брата по руке, — у тебя не было выхода. Граф все очень ловко провернул. Отказ в такой ситуации задел бы твою честь. Но ведь все еще можно повернуть в свою сторону. — Да? – скептически пробормотал Рикки, — и как ты себе это представляешь? — А что нам мешает немного пошалить? – лукаво поинтересовалась Аника, разглядывая расстроенного брата. — Ничего, — Рикки неуверенно улыбнулся. — Вот и повеселимся, — Аника подмигнула брату, — поехали Рикки, а по дороге продумаем план завтрашнего обеда. Согласно кивнув, юноша подхватил сестру под руку и пошел к карете.

***

Особняк Вестчер находился на южной оконечности Тироны – столицы Инакийского королевства. Изящное двухэтажное здание с тончайшей резной балюстрадой утопало в цветах. Дорожка к парадному входу усыпана разноцветным гравием, по ее сторонам разбиты великолепные клумбы. Карета остановилась у кованой ограды, и высокий худой старик-привратник распахнул ворота. — Вы наконец-то приехали, молодой господин, — проговорил старик густым басом, открывая дверцы и помогая Анике выйти из кареты, — мы все так скучали. А это ведь ваша сестра? Добро пожаловать, леди. — Я тоже рад тебя видеть, Берен, — улыбнулся Рикки привратнику, — как вы тут поживаете? Как Луиза? Еще не родила? — Молодой господин! Вы приехали! Как я рада снова вас видеть! – пухленькая румяная старушка в белоснежном передничке и накрахмаленном кружевном чепце, растворив настежь высокие двери, украшенные лепниной, сбежала по ступеням парадного входа в особняк и с удивительной для ее комплекции скоростью промчавшись по посыпанной гравием тропинке, подбежала к Рикки, разговаривающему с привратником. — Ах, Иоганна, я тоже рад тебя видеть, дорогая моя! – Рикки обнял старушку и звонко чмокнул ее в пухлую щечку, — я так скучал по твоей стряпне. Старушка расцвела от удовольствия. — Познакомься, Аника, — обратился Рикки к сестре, — это моя кухарка, Иоганна. Знала бы ты, какой она печет вишневый пирог. Мммм, пальчики оближешь. Надеюсь, ты испекла его сегодня? — повернулся юноша к старушке. — Ну, конечно же, молодой господин. Вишневый пирог уже ждет вас. И юной леди тоже достанется — я испекла двойную порцию. — Эта юная леди – моя сестра, Аника, — улыбнулся Рикки. — Я так и подумала – вы очень похожи. Добро пожаловать, леди Аника, я очень рада познакомиться с такой очаровательной девушкой. Надеюсь, вы любите пироги? Аника рассмеялась. Ее охватило беспричинное счастье при виде этой потрясающей картины. Здесь все так искренне радуются приезду ее брата. В замке все было не так. — Конечно, я очень люблю пироги, Иоганна, — с улыбкой ответила она старушке, — и с удовольствием попробую ваш. — Ну, тогда идемте в дом. Все уже заждались, — и кухарка поспешила обратно в особняк. — Идем, Аника, я познакомлю тебя с остальными обитателями особняка, Рикки, взяв за руку сестру, потянул ее за собой. Войдя в особняк, Аника огляделась. — А у тебя красиво. Мне нравится. Тут так светло и повсюду цветы. И на улице, и в доме. — О, у меня замечательный садовник! – улыбнулся Рикки, — пока он еще очень юн, но когда подрастет, он станет непревзойденным профессионалом. У него просто талант… а, вот и он сам. Кай, подойди-ка сюда. Моя сестра высоко оценила твою работу. — Здравствуйте, господин, — невысокий пепельноволосый юноша нерешительно подошел к Риккарду. Остановившись около виконта, юный садовник робко посмотрел на Анику и тут же отвел взор. Его щеки окрасились нежным румянцем. Рикки хмыкнул. Похоже, Кайрена заинтересовала его сестра. — Здравствуйте, леди, — дрожащий голос Кая был едва слышен, — я…рад… да… я очень… — юноша окончательно смутился и умолк, закусив губу и уставившись в пол. — Ладно, Кай, не станем тебя мучить, — сжалился над юношей Рикки, — ты можешь идти. — Как прикажете, господин, — Кайрен не смог сдержать облегченный вздох и быстро выскочил из особняка на улицу. — Забавный мальчишка, — рассмеялась Аника, — так очаровательно краснеет. Он всегда такой? — Ну, он достаточно скромный юноша, но сегодня он был в ударе. Похоже, ты ему понравилась, сестренка, — усмехнулся Рикки. — Не говори глупости, — отрезала девушка, — он меня всего пару минут видел, — да и как может слуга влюбиться в дворянку? Это же неприлично. — А ты считаешь, любовь подчиняется приличиям? – Рикки остро глянул на сестру. – И почему ты отказываешь слугам в праве на любовь? Юноше не понравилось то, что он услышал. «Когда ты стала такой высокомерной, сестренка? Неужели обостренная гордыня нашего папеньки стала передаваться и тебе?» — Нет, я не… отказываю, — Аника замялась, немного покраснев, — я не то хотела сказать. Просто…это же неправильно, так? — Почему? — Ну… — Аника окончательно смутилась. – Так же все считают. И папенька постоянно об этом твердит. — А ты решила, что если все твердят, то значит это – правильно. И, значит, можно оскорблять других только потому, что им не повезло родиться в нужной семье? – Риккард не стал сдерживать своего раздражения. — Братик, я… — девушка вздрогнула от жесткого тона брата. Она снова подумала, что, оказывается, плохо знает своего брата. — А как бы ты поступил в этом случае? — Аника взглянула на Рикки, пытаясь заранее угадать ответ. — Если бы я по настоящему влюбился, то сословная принадлежность моей возлюбленной не стала бы для меня проблемой, — твердо ответил юноша, глядя пряма в глаза сестре. — Но ведь папенька тут же лишил бы тебя наследства, — прошептала девушка, неотрывно глядя на брата. Рикки только безразлично пожал плечами. Его давно уже не пугала эта перспектива. Да, было бы очень неприятно, а еще больше – унизительно услышать этот приговор от отца. Да, он очень любит замок Роккорс, и ему было бы обидно видеть в родовом поместье других хозяев. Но все это не стало бы неодолимым препятствием. Несмотря на свой юный возраст, Риккард твердо стоял на ногах и также твердо знал, чего он хочет добиться. Аника заворожено и с каким-то восхищенным трепетом смотрела на непривычно серьезного брата. Как много она узнала о нем за время их поездки. Гораздо больше, чем за все предыдущие годы. Новый Рикки пугал девушку. И одновременно – она восхищалась его мужеством и твердым характером. — А ты храбрый, братик, – прошептала она, — я бы не смогла… так. — А тебе и не надо, сестренка, — Рикки улыбнулся сестре, — ты у меня еще маленькая. И тебе рано думать о замужестве. — Да? – фыркнула, Аника, — ты прав. Мне не стоит думать – уже все продумано за меня, — в голосе девушки послышались устало-раздраженные нотки. — Ну, это уж вряд ли, — безапелляционно отрезал Рикки, — ты не выйдешь замуж за этого мерзавца. Это я тебе обещаю. — Спасибо, братик, — Аника прижалась к груди юноши, — я очень хочу верить тебе. — Верь мне, сестренка, верь, — Риккард погладил девушку по волосам, — у нас все получится. Вот увидишь.