«Кухня 5»

— Прощение — лучшее лекарство от боли. — Вот попинаю его хладный труп и тут же прощу. От всей души прощу, честно. Светлана Жданова. Невеста Демона

— Алло, Леночка? - по-детские радостно поздоровался Виктор, когда абонент на том конце провода взял трубку. — Да, Вить! - в ответ ему раздалась стандартная фраза, произнесённая настолько сухим голосом, что было даже страшно, а есть ли у этого разговора хоть какое-то продолжение, или это начало и конец!? — Я хотел… я хотел… — что-то мямлил себе под нос Виктор. — Хотел что? - также твердо и безэмоционально поторопила его Елена. — Пригласить тебя на ужин! — наконец, набрав смелости, произнес он. — Во сколько? - всем своим видом Соколова показывала, что данный разговор ей в тягость и она уже считала минуты до того, как сможет уйти по своим делам. — В 19.00 в Викто'ре. — Хорошо, я подъеду. — Жду! — по ту сторону послышалось неприятное пиканье телефонной трубки. *** Елена зачаровывала всех своих красотой! Все оборачивались на нее. Легкая улыбка украшала ее, как никого другого! Ее небесно-голубые глаза сверкали счастьем! Соколова подошла к Ангелине и попросила позвать шеф-повара, а сама направилась к свободному столику. Из кухни появился Виктор в рабочей форме и по взгляду немного уставший от работы. — Здравствуй, Лен! — Шеф привстала и одарила любимого поцелуем в щеку. — Здравствуй! — Лен, я хотел с тобой поговорить. — Ну так говори. — А не попробовать ли нам все сначала? — с долей надежды сказал он. — Во-первых, мы все это уже проходили, во-вторых, ты все равно не изменишься. — Ну, дай мне шанс. — Виктор взял Елену за руку. - Ну, хотя бы шанс пригласить тебя на свидание. Ты, правда, нужна мне. — Он посмотрел на нее с любовью. Больше всего ему сейчас хотелось услышать от нее это долгожданное «Давай попробуем!» или «Я согласна!» — А хочешь, я тебе десерт принесу? — Хочу! — немного стеснительно произнесла самая прекрасная женщина на Земле! — Я щас. — Виктор встал и направился на кухню, к рабочему месту Луи. В это время к столику, где сидела Елена, подошла Ева и начала играть свою зловестную роль. — Зря Вы, Елена Павловна, поверили ему. Зря! — Это почему же? — с неким интересом спросила она. — Изменял Вам ваш благоверный, изменял. — Что Вы себе позволяете? — А то! Помотросил и бросил меня! — Ева развернулась и ушла по-английски, не попрощавшись. «Вот, Лена, вот! Ты этого добивалась? Дура! Жизнь ничему не учит!» — думала Елена, собираясь уходить. Соколова покинула зал, который с каждым ее приходом становился все родней и родней. Следом из кухни вышел Шеф, держа в руках десерт. Подойдя к нужному столику, он не обнаружил свое маленькое счастье, которое согревало его своей улыбкой. Он оглянулся по сторонам и обнаружил лишь шарф, который обронила Елена. Он наклонился чтобы поднять вещь, пропитанную до боли знакомым запахом. Он преподнес его к своему лицу и вдохнул такой родной аромат. «Куда? Куда она могла деться? Может, ее срочно вызвали в ресторан? Может, случилось что?» — Виктор даже не догадывался причину, по которой Елена покинула его детище. Он изменил ей! Предал! Разве можно простить предательство? Многие скажут «Нет!», а я скажу Вам: «Когда любишь, простишь все, что угодно!» *** В который раз он набирает номер, который знал наизусть. По ту сторону, как бы он не хотел услышать голос любимой, слышались гудки, которые прерывались. Он не мог вот так вот сидеть и ждать. Ждать непонятно чего. Виктор сел в черный джип и надавил на газ. Через полчаса, объезжая дворами дорогу, на которой стояла пробка, он добрался до знакомого подъезда. Поднявшись на нужный этаж, он нажал на дверной звонок. За дверью послышались легкие шаги. Было очевидно любому — там Лена. Соколова взглянула в дверной глазок. Она увидела человека, которого любила больше жизни и одновременно ненавидела больше всех! — Что тебе нужно? — послышалось из-за двери. — Я к тебе приехал. Ты трубку не берешь и пропала куда-то. Что-то случилось? Елена резко открыла дверь. — Он еще спрашивает! Будто бы я тебе изменила! — Вот сука! — в полуголос сказал Виктор. - Ева, да? — Да! — Пойми, это было совершенно случайно и это большая ошибка! Но я люблю же тебя! — Виктор приблизился к Елене. Он взял в руки ее лицо, большим пальцем провел по щеке, вытирая слезу. — Я же люблю тебя! — повторил он. — Уходи! — тихо произнесла Лена. Как бы она не хотела его простить, разум оказался сильнее. Ее сердце разрывалось, крича: «Я тебя тоже». Но она понимала, что, сказав это, совершит очередную ошибку. — Я, знаешь, почти поверила, что ты изменился. Уходи. — Она посмотрела на него глазами, в которых уже не было счастья, только боль. Дверь захлопнулась. По хлопку, она словно актриса, сменила роль сильной женщины на слабую. Слезы сами начали катиться по ее щекам. Эти соленые слезы, были насквозь пропитаны болью и отчаяньем. Виктор потерял последнюю надежду на прощенье. Потерял всякий смысл жизни. Он сидел сейчас за дверью и умывался слезами. Он потерял веру в любовь. Он потерял ее.

Скажи как мне жить, если нет стимула, И как творить, если муза покинула. Как сердцу бить, если вновь обессилено Скажи как мне жить, если нет стимула? Но таем, мечтаем мы об одном Друг друга теряем мы день за днем И мы словно камнем на дно идём Скажи, что простишь, мы все вернём.