Глава 2
2 сентября 2015 г., 20:39
Не думаю, что у меня получится сражаться. Так что нужно развязать войну, в которой только я смогу выиграть.
(с)Орихара Изая. Дюрарара.
Плотные шторы кремового цвета надёжно защищали небольшую спальню от утренних солнечных лучей, храня сон двух её обитательниц. Но вот, непослушный маленький лучик пробрался сквозь узкую щель и пополз по ковру, по одеялу, руке и остановился на сомкнутых веках. Инрин поморщилась во сне и повернулась на бок лицом к стене. Луч обиженно сполз на спину и остановился там, упорно пытаясь пробудить девушку своим теплом. Но у звука это получилось лучше - негромкая спокойная мелодия зажурчала из телефонного динамика прямо рядом с подушкой Оосавы. Вновь раздалось недовольное мычание, и взгляд чёрно-карих глаз уткнулся в яркий цветастый экран. Музыка замолкла, а Инрин всё продолжала смотреть на телефон, решительно чего-то не понимая. Часы жестоко показывали шесть тридцать, а темноглазая упорно не могла вспомнить, зачем же она завела будильник так рано, ведь она вроде собиралась проспать всё утро на одной токийской крыше. Стоп, но ведь сейчас она далеко не на крыше! "Ох, мать..." - события вчерашнего дня ринулись в голову, словно стайка маленьких голосистых шустрых птичек и заняли всё пространство, грузя только что проснувшуюся Инрин массой приятных и не очень воспоминаний. Оосава, наконец, вспомнила, зачем завела будильник - сегодня она идёт в академию для богов. - А-а-а, я ненавижу этот мир, - провыла Инрин в подушку, но всё же поднялась. Сначала посидела минутку на кровати, бесцельно похлопав глазами, потом подошла к окну и резко раздёрнула шторы, зажмурившись от яркого солнечного света. Где-то справа промычала что-то во сне Рейко. - Вставай, нас ждут великие дела! - с этими словами Инрин сдёрнула с Курамори одеяло и откинула его в угол кровати. - В гробу выспимся, вставай! - На работу пора?.. - русоволосая отчётливо помнила, что сейчас у неё в школе каникулы, а значит, в такую рань её может будить только старшая сестра. И то, только затем, чтобы девушка не проспала на работу. Глаза так и норовили захлопнуться обратно, во всём теле ощущалась страшная слабость, скорее всего она проспала не больше пары часов. Под веки кто-то не особо дружелюбный кинул пару килограммов песка. С трудом заставив себя сесть на кровати, Курамори с трудом разлепила глаза и уставилась на Инрин, пытаясь сообразить, откуда взялась эта девушка в её спальне. - О! - Сон в один миг как рукой сняло, и Рейко мигом вспомнила все события прошедшего дня, который больше всего был похож на ненормальный сон фаната мифологии. - Доброе утро, Инрин-сан... Я уже встаю... Да... Заставить себя вылезти из-под одеяла оказалось не так просто. Ко всему остальному в зеркале, висевшем как назло напротив постели, отразилась самая настоящая ведьма. Волосы взлохмачены как взрыв на макаронной фабрике, ибо нефига было вчера мыть голову и ложиться с мокрыми волосами. Кожа казалась ещё бледнее, а кругам под глазами позавидовал бы любой геймер. - Давай! Давай! Не спи на ходу! - во рту у Инрин уже была зубная щётка, одной рукой девушка натягивала юбку, а другой пыталась расчесать гнездо на голове. Взлохмаченная Оосава напоминала сейчас взволнованного маленького галчонка, который впервые выбрался из родительского гнезда. Инрин вернулась в ванную, затем шмыгнула на кухню и в спальню вернулась с наспех сделанным кривым бутербродом. - Мы фолфны пофорофиться, - пробубнила с набитым ртом тёмноглазая, застёгивая блузку, а затем вновь убежала в сторону кухни. - Ааа, язык обожгла! - взвизгнула Инрин и опять убежала в ванную, потрясая чашкой чая. - Инрин-сан, спокойнее. Времени у нас достаточно. - Курамори одевалась неспешно, а в сравнении с темноволосой и вовсе напоминала черепашку. Девушка всегда и во всем любила точность и по её мнению, на сборы с головой хватало часа, а у них было на целых полчаса больше. Зайдя на кухню, где Оосава допивала свой чай, Рейко вытащила из холодильника тарелку со сваренной заранее овсяной кашей. В её семье кашу ели каждое утро, мотивируя это тем, что полезно для здоровья и так принято на родине отца. Хотя порой мама баловала их японскими завтраками. Который спустя пару минут оказался напротив Инрин. - Приятного аппетита, - пожелала кареглазая, взяв в руки ложку. - Э-э-э? - ошалевшими глазами Оосава разглядывала еду перед собой, а затем мягко улыбнулась, подперев ладонью щёку. - Спасибо. Инрин уже давно нормально не ела - девушка специально переехала от бабушки и дедушки, чтобы не волновать их ночными прогулками. И хотя бабушка часто приносила что-то вкусное, готовила Оосава обычно себе сама, а получалось у неё, мягко говоря, не очень - у Инрин талант сжигать даже то, что и жарить-то не надо. Одним словом, отвыкла девушка от заботы, и поступок Рейко чрезвычайно растрогал Инрин, она словно опять завтракала с родителями. У мамы всегда была самая вкусная еда. От воспоминаний Оосава шмыгнула носом, продолжая грустно улыбаться и проморгала, чтобы не разреветься. - Очень вкусно. - Спасибо. Хотя моя старшая сестра готовит намного вкуснее. У них с мужем небольшой пансионат и сейчас подрастает дочка. - Рейко заулыбалась, ведь свою семью девушка любила до беспамятства. Быстро приговорив кашу, русоволосая принялась мыть посуду, на которую вчера попросту не хватило сил. - Кстати, Инрин-сан, думаю, сначала насчёт моей идеи надо будет с Зевсом побеседовать, а потом уже ребятам сообщать. - Согласна, - девушка кивнула, одновременно зевнув. - Чёрт его знает, что на уме у этого старого хрыча, надо сначала с ним поболтать. Одним словом, уважения к Зевсу Оосава явно не испытывала, потому что только полоумному богу могут приходить в голову странные идеи вроде академии по изучению людей. И говорить с богом молний Инрин не хотела, но что поделать - ведь он здесь главный. А главных, хочешь или нет, приходится слушаться. Слушаться - да, а язвить Оосаве в жизни никто и никогда не запретит. Темноглазая усмехнулась своим мыслям, отпив чая из кружки. Рейко в то время спешно сложила чистую посуду в сушилку и снова влезла в холодильник, вытащив из него три разных коробочки для обеда: чёрная с цветущей сакурой, белая с играющим котёнком и тёмно-синяя с видом ночного города. - Так, это твоё, - девушка повязала одну из коробочек платком и передала её Инрин, оставшиеся две постигла та же участь. - Я пойду пока причешусь, а ты не забудь положить обед в сумку. - Ла-а-дно. - Бенто незамедлительно отправилось в сумку, Инрин положила его рядом с остальными вещами так аккуратно, будто коробочка была стеклянной. - Жду тебя, - Оосава закинула сумку на плечо и опёрлась плечом на косяк входной двери. За дверью уже были слышны шаги учениц-духов и их разговоры, редкие визги и вскрики вроде: "Сегодня я увижу Бальдера-сама!" Инрин только усмехнулась, но уха от двери не убрала - интересные у духов разговоры, хотя и слишком типичные - обычные такие девушки, без всяких запоминающихся деталей. - Я готова, - Курамори показалась через пару минут. Форма опять состояла только из юбки, блузки и галстука. Ни пиджака, ни чулок. Полное нарушение правил. Да и верхняя часть одежды едва не рвется в районе груди, кажется, ещё чуть-чуть и отлетят пуговицы. Волосы скрывают карий цвет глаз. В общем, Рейко саму можно было принять за безликого духа. - Отлично, вперёд покорять Зевсовы угодья! - Инрин, ухмыльнувшись, указала вперёд пальцем и обутая в ярко-зелёный кед нога, пнула дубовую дверь. Та резко распахнулась, и запищавшие испуганные духи кинулись врассыпную под весёлое фырканье Оосавы. Темноглазая завязала потуже повязанный на поясе пиджак, поправила расстёгнутую жилетку и с готовностью пошагала к выходу из общежития, потрясая браслетом на запястье. Рейко в ответ почти неслышно засмеялась и, выцепив взглядом Кусанаги, тут же побежала к ней, грозя как минимум запнуться о ковровую дорожку и повторить каждодневный рацион Хрингхорни - т.е. растянуться на полу. - Юи-и-са-ан! До-оброе утро-о! - кричала кареглазая, словно девушка была её лучшей подругой, и они тысячу лет не виделись. - О, доброе утро, Рейко-тян! - Юи заметила Курамори и улыбнулась, помахав рукой. Инрин позади Рейко только фыркнула и лениво махнула рукой. - Как дела, как спалось? Выглядите... - Кусанаги на секунду осеклась, поймав на себе недовольный взгляд Оосавы. - Довольными... - Ну, я не особо выспалась... - Рейко вытащила из своей сумки бенто, сделанное специально для Юи. От старой привычки избавиться сложно, в частности от готовки на троих человек. Поэтому девушка просто увлеклась и приготовила намного больше запланированного. - Держи, я тебе бенто приготовила! - Ох... Спасибо огромное! - Юи буквально расцвела и засияла, становясь похожей на Бальдера или Аполлона. Как говорится, с кем поведешься... - Я надеюсь, мы сможем вместе пообедать! - улыбка стала ещё шире и предназначалась она явно Оосаве, которая выглядела не очень довольной - она Кусанаги всё ещё не доверяла, а увидев улыбку, только фыркнула, пробурчав под нос что-то вроде: "Ага, всенепременно". Юи хихикнула. – Рейко-тян, ты же не против? - Я обычно ем одна... - девушка немного замялась. Ела она за пять минут, а потом садилась рисовать. А в этом месте было столько простора для фантазии, столько всего можно было запечатлеть на бумаге. А потом девушка обязательно собиралась взяться за рисовку картин и утроить выставку - самая заветная мечта! - Ладно, не будем об этом. Юи, мы вчера с Инрин пораскинули мозгами и пришли к выводу, что здесь нужно создать полноценный город. - А... Зачем? - медовые глаза удивлённо округлились, а Инрин цыкнула, закатив глаза. - Если тебе нравится быть птичкой в золотой клетке, то нам нет. А ещё в более человеческой обстановке, с работой и прочим понять людей несколько проще, чем в интернате с халявой. – Звучало, может и грубовато, но зато хорошо передавало суть. Разглагольствовать Инрин не любила; она была человеком дела, а не слова. - Вот именно! Юи-сан, ну, сама подумай, наш мир одной школой не ограничивается! А сколько мест ребята смогут своими глазами увидеть! А как их заманить на работу я уже знаю! - Рейко буквально сияла, точно майское солнышко, показавшееся из-за туч. На губах улыбка, движения плавные и лёгкие, кареглазая шла чуть вприпрыжку, держа руки за спиной. - Ведь они Боги и среди них явно будут те, кому новая идея не понравится. Но кому из них захочется быть паразитирующим трутнем? - Ну-у, Локи-кун, например... Он вообще не любит ничего делать... - Кусанаги немного смутилась и опустила взгляд. - Он состоит даже в клубе прогульщиков... - Локи-сан? Это который из балбесов? – тут же поинтересовалась Оосава. - У него волосы красные... - Ах, этот... - Инрин нахмурилась и хмыкнула. Другого она и не ждала - этот бог ей сразу не понравился. Другое дело, как отреагирует сейчас Рейко? Оосава украдкой взглянула на Курамори, чтобы определить, какого мнения она на этот счёт, ведь Локи явно её невзлюбил с самой первой встречи, как и Инрин, скорее всего - она же ему нагрубила. Но на губах русоволосой сияла загадочная улыбка. Девушка не обладала физической силой, совершенно. Зато отец её работал в полиции, и девушка часто приходила к нему на работу, даже несколько раз была в комнате допроса. Поэтому составить психологический портрет ребят труда не составило. Особенно если судить по вчерашнему разговору. Лаватейн - прогульщик, это было видно сразу. Значит, он любит развлечения и согласно классике жанра должен многое уметь. "Я справлюсь, не будь я дочерью своего отца!" - в карих глазах мелькнули огоньки задора. - Этого прогульщика я возьму на себя! На вас остальные! - Серьёзно? - теперь была очередь Инрин удивляться. Она ждала от Рейко чего угодно, но не этого - думала, девушка испугается или, что-то в этом роде, а не наоборот. Удивление прошло быстро, и Оосава усмехнулась, обогнав Юи и Рейко и повернувшись к ним лицом. - А ты не промах! - шагая спиной вперёд, Инрин показала Курамори поднятый вверх большой палец и хихикнула. - Мой отец был полицейским, и многому научил меня и сестер с братом. - На лицо на миг набежала тень, но тут же исчезла, словно её и не было. - И запомните, девочки, самый страшный человек - это тот, кто слушает и молчит! - Курамори засмеялась, увидев несколько вытянувшиеся лица собеседниц. - Пока вы вчера уплетали вкусности и общались, я сидела и слушала всё. Поэтому теперь имею психологический портрет почти всех. - Я в людях плохо разбираюсь, - Инрин вздохнула и пожала плечами. Девушка могла бы наблюдать за всеми, копаться в их нутрах, но она когда-то занималась этим от одиночества и больше не хотела разбираться в том, что у других на уме. - Просветишь меня? - Оосава загадочно подмигнула Рейко, чуть не свалившись от того, что шла спиной назад и глянула через плечо, чтобы не упасть во второй раз. - Попробую... Смотри, насколько я поняла, с радостью возьмутся за что-то новое... Хм... Эм... - Рейко покраснела, ведь имена она не запомнила. - Я имена не помню, но объясню. Тот парень, что упал на меня, ещё один блондин. Ну, который поцеловал тебя, Инрин-сан. И молчаливый паренек с бледно-фиолетовыми волосами. Ещё можно будет уговорить его брата. Сказав что-то вроде: "Ты ведь не захочешь, чтобы твой братик работал, а ты сидел у него на шее?". Красноволосый хорошо дружит с зеленоволосым и падающим. Так что если удастся уговорить зелененького, то и его удастся переманить на нашу сторону. Ну и темноволосого тоже думаю получится, не такой уж он и крепкий орешек. А ещё одного, ну, у которого самый сложноопределимый цвет волос, тоже не так сложно. У него на лице написано во-от такими буквами, - девушка широко развела руки в стороны, - "Люблю веселье". Услышав подобное описание уговаривания богов, Инрин не выдержала - расхохоталась в голос, распугивая учеников-духов, и чуть не врезалась в одного из них, идущего впереди, которого Оосава не заметила, потому что шла спиной вперёд. Лишь только после этого девушка, наконец, начала идти нормально, рядом с Рейко, всё ещё посмеиваясь. - Такеру-куна и правда, легко уговорить. На слабо взять его даже проще, чем меня, - а Инрин очень легко взять на "слабо". Однажды она так уже наелась червей и чуть не засунула в рот лампочку. Благо, девушку успели остановить до того, как это произошло, но даже такие случаи ничему Оосаву не научили - она берёт любой брошенный ей вызов и в лепёшку расшибётся, но выполнит всё, лишь бы победить в споре или доказать, что она реально круче, чем о ней думают. Юи тоже невольно засмеялась, приобщаясь к общему веселью. Погода стояла солнечная, в академии теперь есть ещё две девушки. Скоро грядут большие перемены, и это не могло не радовать Кусанаги. Рейко тоже решила не заморачиваться и просто плыть по течению. В конце концов ей всегда твердили, что надо просто наслаждаться жизнью и жить хоть иногда для себя. - Мы успеем перед уроками к Зевсу-сама заглянуть? - русоволосая постоянно трясла головой, поскольку по-весеннему прохладный ветер раздувал волосы, открывая на обозрение глаза. Которые девушка ненавидела ещё с детского садика. - Должны успеть по идее, а, Кусанаги? - Инрин вопросительно глянула на Юи, и та на секунду задумалась, приложив к губам указательный палец. - Ну... Если поторопимся, то можем успеть. Если мы очень-очень поторопимся. - Тогда побежали! - Оосава схватила девушек за руки и побежала в сторону академии, даже не пытаясь оббегать идущих людей - духи в панике отскакивали сами, Инрин не приходилось даже кричать. Так что до знакомых больших дверей Курамори, Кусанаги и Оосава добежали быстро. Только подбежав вплотную к массивным ручкам темноглазая отпустила подруг и тихо выдохнула - отдышки не было, даже сердце не очень сильно ускорило свой темп. Бежать - это не целоваться, натренированное сердце билось спокойно и ровно, хотя после кросса прошло не так уж и много времени. Юи тоже перенесла пробежку легко. Каждодневные тренировки с богом Моря позволяли сохранить физическую подготовку и способность лучше драться на мечах. Дыхание было ровным, даже не сбилось, тело не вспотело. Выглядело так, словно темноволосая просто совершила небольшую прогулку до магазина. А вот Рейко обессилено сползла по стеночке и опустилась прямо на пол, жадно хватая ртом воздух. Лёгкие жгло, каждый вздох отдавался болезненной резью и кашлем. Голова кружилась, каждая клеточка тела протестовала, перед глазами скакал хоровод цветных пятен. "Не-е, всё-таки я и физкультура - вещи несовместимые" - О боже, Рейко-тян, ты как? - Юи бросилась к Курамори, взволнованно оглядывая её. - Посиди немного, и полегчает. Инрин удивлённо посмотрела в сторону Рейко, не понимая поначалу, что же такое с ней произошло. А когда всё же дошло, что это у неё из-за пробежки, Оосава выдохнула и плюхнулась на пол рядом с Курамори, неловко почёсывая затылок и глядя куда-то в пол. - Это... Прости меня, - большего выдавить Инрин из себя попросту не смогла и запустила пятерню в чёрно-зелёные волосы, смущённо сопя и рассматривая золотистый узор на бордовой ковровой дорожке. - Н-ни-че-го... - По слогам и постоянно срываясь на кашель, пробормотала Курамори, тщетно пытаясь выровнять дыхание. - Ты главное дыши медленно, вдыхай через нос, выдыхай через рот. - Юи была несколько взволнована. Она не ожидала, что человеку может быть настолько плохо из-за короткого забега. Кареглазая в то время с трудом вернула дыхание в норму и кривовато улыбнулась. - Не переживайте, просто я на физкультуру в жизни не ходила. Вот и физической подготовки никакой... Проблемы со здоровьем и всё такое. - Сказала бы что ли... - Инрин скривилась и нервно выдохнула. У Оосавы всегда была недремлющая совесть и давящее чувство вины, поэтому при любом промахе она чувствовала себя отвратно. У девушки немного подрагивали колени, но она всё же встала и медленно направилась к дверям, намереваясь поговорить с Зевсом в одиночку. Инрин подошла к дверям и приложила к ним ладони, чтобы толкнуть створки со всей силы. - Инрин-сан, не расстраивайся ты так! - Рейко подошла к подруге и положила ладошку ей на плечо, не давая открыть дверь. Вот и за неё тоже совесть взялась. Вроде никто ни в чём не виноват, а эта сволочь вгрызлась в них мёртвой хваткой и без кетчупа. - Я просто не ожидала, что мы побежим. Да и случая рассказать не было. - Я должна была спросить, прежде чем начинать нестись как полоумная, - возразила Инрин, но затем вздохнула и прикрыла ладонью глаза. - Ладно, забудь. Надо поговорить с Зевсом-сама, - и, хотя Оосава так сказала, она знала, что совесть до конца дня не даст ей покоя, просто нужно это скрыть, как она обычно это делает. Раньше никто не догадался, не догадаются и сейчас. Инрин, глядя на Юи, мотнула головой в сторону дверей и наконец, открыла их, толкнув. Зевс действительно был там - со скучающим видом сидел на своём троне и будто давно уже ждал их троих. У Инрин создалось впечатление, что бог вообще ничего не делает, а только сидит да предаётся размышлениям. "Хоть бы книжку читал - умным казался..." - девушка фыркнула. - Доброе утро, Повелитель Молний-сама или Громовержец Зевс-сама. - Рейко тут же переключилась на официальный тон, ведь в отличие от остальных охламонов этот мужчина реально божеством хоть выглядел. А вот тем, слоило только открыть рот, как девушка тут же видела перед собой избалованных заносчивых и совершенно невоспитанных детишек. - Мы к Вам по делу. - Знаю, слышал уже и ваша идея мне нравится, - на губах блондина появилась немного заносчивая улыбка. Стукнув стоим посохом об пол, он материализовал большой деревянный стол, на котором лежало несколько листов бумаги. - Сыграем в лотерею? На этих листах написаны профессии и боги по их пантеонам. Каждая из вас будет заниматься своим родом деятельности, и город я воссоздам сегодня же. - Лотерея? Вы шутите что ли? - Инрин прищурилась. - Я в игрушки не собираюсь тут играть, нельзя ли как-то более адекватно это решить? - Чтобы ты в итоге работала одна? Нет, так не пойдёт, - Зевс снисходительно улыбнулся, на что Оосава рыкнула и отвернулась, не желая видеть такого нахального и уверенного взгляда. Выбора-то всё равно не было - играть придётся по его правилам, неповиновение могло вылиться во что-то опасное для жизни. Инрин послушно плюхнулась на ближайший к ней стул, остальные девушки поступили также. Ладони Зевса прижимали белые листы к столу, чтобы никто специально их не утянул, а загадочная улыбка нервировала до трясучки. - Сыграем? - Сыграем, - угрюмо буркнула себе под нос Инрин, сложив руки на груди и злобно прищурившись. - Тяните. - Громовержец убрал ладони. Оосаве до трясучки хотелось съездить ему по морде и дать понять, что она не одна из его марионеток и плясать под его дудку не намерена. Резким движением притянув к себе один из листков бумаги, темноволосая дождалась пока тоже самое сделают остальные. Юи и Рейко незамедлительно вытянули свои листки и взглянули на их обратную сторону, исписанную рядами чёрных буковок. Юи перевернула самой первой и удивлённо смотрела то на Зевса, то на листок. - Такеру Тоцука, Цукито Тоцука, кинотеатр... Что это значит? - Бальдер Хрингхорни, Локи Лаватейн, Тор Мегингёрд. Кафе... - По мере чтения до девушки доходило быстрее, а как только Инрин прочла имена богов Греции и здание цветочного магазина, всё окончательно встало на свои места. - Вы решили поделить нас? - От одной мысли, что она будет работать вместе с красноволосым богом, всё тело покрылось липким как смола потом. Руки задрожали, и лист полетел вниз под ноги. - Возражаю! - кулак Инрин оглушительно громко стукнул по поверхности стола, и девушка вскочила, разъярённо глядя на Зевса. – Ладно, я с этими тремя полудурками, но Рейко-тян поставить работать с этими... этими... - В голове Оосавы не было ни одного приличного слова, которое смогло бы передать всю её злость достаточно красочно и понятно, так, чтобы сразу было ясно, с кем хотят поставить работать Курамори. - Не позволю! - Это не обсуждается, - улыбка Зевса исчезла так же внезапно, как и появилась, в его глазах плескались холод, недовольство и... власть. От этого взгляда у Инрин подкосились ноги, стало тяжелее дышать, она упала обратно на стул и опустила глаза, стараясь не смотреть на бога, избежать этого взгляда, от которого всё внутри сворачивалось в крепкий болезненный гордиев узел. - Я всё равно в обиду Рейко-тян не дам... - процедила сквозь плотно сжатые зубы Инрин, сжимая в руках листок, а Зевс лишь усмехнулся, прекрасно услышав слова темноглазой. - А этого я тебе не запрещаю, - эта фраза немного ослабила гадкий узел внутри и Оосава выдохнула, но всё равно не решилась взглянуть на Зевса снова. Эти глаза подчинили её, также на неё смотрели несколько лет назад те, кого Инрин была вынуждена из-за слабости слушаться, и от подобного взгляда иммунитета у девушки так и не появилось. Она понимала, что теперь будет слушаться каждого его слова, только чтобы эта власть не сверкнула в золотом омуте глаз снова. - Инрин-тян, всё будет хорошо. - Юи положила ладошку на плечо темноволосой. Кусанаги была уверена, что девушку никто в обиду не даст, особенно Бальдер. Он и Тор в случае чего смогут её защитить. - Я уверена, что всё будет хорошо. - Инрин-сан, я справлюсь! - В карих глазах был страх, какой-то первобытный ужас, но на самом дне плескалась решимость. В конце концов судьба выбрала такой расклад событий и значит девушка просто обязана его пройти. Да и с работой в кафе она была знакома - подрабатывала пару месяцев пока не нашла вакансию в книжный магазин. - Я тебе верю, - ладонь Инрин потрепала светлую макушку Курамори, но тёмные глаза даже не взглянули в сторону Рейко. Оосава молча встала из-за стола и медленно направилась в сторону выхода из большой залы, так и не осмелившись поднять глаза и посмотреть на Зевса или хотя бы на подруг. - Идём, мы должны сказать остальным об их новых обязанностях. - Да, - голос Курамори был излишне звонким, каким-то наигранным, неестественным. Хрупкая ладонь вцепилась в рукав пиджака Оосавы, заметно дрожа. Было видно невооруженным глазом, что девушке страшно, что она не хочет разделяться с подругами, не хочет работать с Лаватейном, но выбора ей попросту не дали. Бросили как щенка в воду, даже не удосужившись проверить - выплыла она или нет. И Инрин была не в силах спасти её от этого, потому что не имела сил для этого, потому что их всех застали врасплох.* * *
В класс девушки зашли точно со звонком, и Оосава с гулким вздохом оглядела учеников. Боги посреди духов выглядели как девочка в кружевном платье в компании суровых байкеров - внешность богов была ровно настолько странной, насколько у духов абсолютно незапоминающейся, как и поведение. Локи откровенно скучал, качаясь на стуле и глядя в потолок, Дионис вообще спал, а Цукито строчил в тетрадях, хотя Тот ещё не сказал ни слова. Единственными нормальными учениками выглядели только Бальдер с Аполлоном, хотя Инрин подозревала, что это впечатление исчезнет, стоит только уроку по-человечески начаться. Юи обвела взглядом кабинет и выдохнула, прижав руки к груди. - Учитель Тот, позвольте нам сказать объявление... - робко начала девушка, и Кадуцей лишь махнул рукой, не смотря на Кусанаги и листая классный журнал. - Валяй. Они всё равно меня не слушают. - Ребята... - Юи повернулась лицом к классу. - У нас для вас очень важные новости! - Если это не интересное школьное мероприятие, я - пас, - Локи только улыбнулся во все тридцать два зуба, и продолжил пускать самолётики в Такеру. Тот никак не отреагировал на слова Кусанаги и продолжил отбиваться от бумажных снарядов. Аполлон кинулся разнимать богов, Бальдер побежал следом и упал, Аид только печально изрёк, что во всём виновато его невезение. Юи устало вздохнула, Рейко просто с пустым от удивления взглядом созерцала создавшуюся в мгновение ока вакханалию. У Инрин от наблюдения за подобным нервно задёргался глаз, и она недовольно цыкнула, наконец, сдвинувшись с места. Схваченная с учительского стола указка хлестанула по первой парте с оглушительным звоном, привлекая всеобщее внимание (дух на этой парте однозначно заработал инфаркт). Оосава выдохнула, наслаждаясь мгновением тишины и наконец заговорила. - Слушайте сюда, оболтусы! Мы вам не няньки, чтобы подтирать за вами слюни и сопли! Если вы боги - так ведите себя как боги, а не как младенцы и слушайте, что вам скажут! - все в классе притихли под злобным взглядом Инрин. Пожалуй, если бы сейчас кто-нибудь заговорил - девушка бы его тут же загрызла насмерть, без соли и перца. - Юи, объяснишь им доступным языком? А то я не знаю, как с этими разговаривать. - С-спасибо... - Кусанаги благодарно улыбнулась и повернулась обратно лицом к классу. Ей, к сожалению, ещё ни разу не удавалось навести такую тишину. Только в том случае, если в классе не было Локи или ей помогали Аполлон и Бальдер. Выдохнув с заметным облегчением, темноволосая улыбнулась и продолжила. - Ребята, с сегодняшнего дня мы будем жить не просто как учащиеся, а как настоящие люди. Здесь построят целый город, и мы будем ходить на работу... - Что? Работа? Звучит напряжно. - Бог Огня недовольно поморщился и запустил очередной самолетик. Его это известие ни капли не обрадовало. Парень вообще не любил ничего делать. Рейко, заметив вполне ожидаемую реакцию, спешно взяла себя в руки и подошла к кафедре. - Так, кто согласен, поднимают руки! - Дождавшись пока вверху окажется ладонь Аполлона, Бальдера и Цукито, Курамори нахмурилась и сверкнула резко похолодевшими глазами на остальных богов. - В таком случае с остальными я бы хотела побеседовать с глазу на глаз. В соседней комнате. Заходите по одному, и не дай бог кто-то сбежит. Мало не покажется. После этих слов впервые за всё время в классе на лице у Оосавы расплылась улыбка, нет, ухмылка, которая словно говорила: "Ну, всё, доигрались, мальчики". И "мальчики" это явно поняли - немного занервничали, пока Инрин чуть ли не злорадно хохотала в голос, едва удерживая себя от победного танца. Пожалуй, темноглазая сейчас бы много чего ехидного могла сказать, с трудом ей удалось удержать себя. - А с чего это я должен с ней разговаривать, а? - с вызовом цыкнул Такеру, фыркая и складывая руки на груди. - Никуда я не пойду. - Боишься? - не выдержала наконец Инрин, прыснув в ладошку и оскалившись, закусив нижнюю губу чтобы не рассмеяться. Тоцука рыкнул, отводя взгляд от Оосавы и в голове у неё прозвучала фраза из одной игрушки: "готов". "Это нокаут", - усмехнулась Инрин, представляя, что ждёт всех остальных. - Мальчики, уж если вы настолько боитесь меня, - Рейко едва не смеялась, всё-таки уроки отца даром не прошли и прочувствовать ситуацию и создать нужный психологический настрой девушка была способна, - то можете беседовать с Инрин. Так что, кто хочет общаться с ней, пусть заходят в кабинет напротив, со мной в кабинет с левой стороны. А Юи и остальные будут ждать в классной комнате. Холодно и довольно жестко сказав эти слова, девушка вышла из кабинета, тут же сбросив себя маску сильного человека. Ведь сердце стучало так глухо, что русоволосая едва слышала собственные слова, колени заметно дрожали, а руки тряслись как у наркоманки в период ломки. "Ничего, Рейко. Ничего. Ты справишься". Инрин взглянула вслед подруге, едва заметно вздохнув. Никто, пожалуй, кроме Оосавы не заметил, как тяжело Курамори выглядеть сильной. Инрин просто привыкла носить эту маску, а Рейко пока ещё нет, именно поэтому ей так тяжело. - Жду вас. Правда, беседой дело не кончится, обещаю. - Мило улыбнувшись, Инрин хрустнула костяшками пальцев и, резко развернувшись на пятках, вышла из кабинета. Может она и девушка, но грязно драться никто не запрещал. К тому же, Оосава давно уяснила, что пока боги по силе равны любому среднестатистическому парню, а значит, их легко уложить на лопатки. Беседовать Инрин отродясь не умела, а правильные слова и мысли лишь вдалбливала людям в голову, причём в буквальном смысле. Зайдя в кабинет напротив, темноглазая ухнулась на стул за первой партой, прижимая ладони к глазам. Впервые о себе дала знать усталость от бытия "крутой девочкой", которой Инрин была едва ли. Не успела девушка как следует прийти в себя, как дверь распахнулась, а в кабинет шагнул Такеру Тоцука, насупившись и потирая рукой шею. - Всё же не слабо... - вынесла вердикт Инрин, глядя на бога морей. - А ты думала, я слабак? - прищурил глаза Сусано, на что Инрин только устало махнула рукой. - Я в тебе не сомневалась. - Ну, и почему мы должны работать? Я не хочу следовать новой игре этого идиота Зевса. Хватает и школы! - Такеру сел напротив девушки, сведя брови к переносице и злобно зыркая на темноглазую. - Будто мне этого так хочется! - хохотнула Инрин, взъерошивая чёлку, чтобы прийти в себя. - Но люди всю свою жизнь работают, порой даже там, где тяжело или где им не нравится. Знаешь, что дерьмовее всего? Что это была идея не Зевса-сама, а наша. Типа, чтобы вы почувствовали реалии человеческого мира и всё такое... Но хей, если это под силу простому человеку, то ты-то уж точно справишься? Инрин было сложно подобрать правильные слова. Она нутром чувствовала, что она и Такеру похожи, но как уговорить его - она не знала. Объяснение вышло странным, спонтанным и натянутым, но искренним - Оосава сказала что думала, исключив только ругательства из своего монолога. - А Зевс-сама и правда идиот... - под конец усмехнулась темноглазая, устало фыркая. Синеволосый заливисто засмеялся и, встав со своего места, потрепал девушку по волосам, хорошенько их разлохматив. - А ты занятная! - Тоцука понимал, что девушка взяла его на простое слабо, но ничего не мог с этим поделать. - Ладно, я в игре, но если не понравится - я брошу все! Помахав на прощанье ладонью, парень вышел из комнаты, собираясь получить дальнейшие инструкции. Инрин только фыркнула, как брошенная в воду кошка, приглаживая взлохмаченные волосы, а потом улыбнулась, вновь фыркнув, но уже куда веселее. Подперев рукой голову, Оосава широко зевнула, ожидая следующего смельчака, если, конечно, таковые найдутся. "Интересно, как там дела у Рейко-тян?.." - темноглазая прикрыла глаза, наслаждаясь драгоценными секундами тишины, пока очередной бог не успел их разрушить.
