В мире, где нет места для тебя

      Было пять утра, когда древний бесшумно перешагнул порог дома О’Конелл, также тихо притворил за собой дверь и зашел в комнату. Камилла спала, как обычно повернувшись на бок и подложив руку под голову. Гибрид присел на краешек кровати, несколько минут пристально смотрел ей в лицо, то ли любуясь ее красотой, то ли не осмеливаясь тревожить ее мирный и спокойный сон. Наконец, неспешно протянул руку к подушке, погладил тыльной стороной ладони по щеке, как проделывал уже много раз, но сегодня дотронулся до нее с какой-то особой нежностью, словно Ками была хрустальной и могла рассыпаться от его прикосновений. — Ты все-таки украл мои ключи, Клаус, — пробормотала девушка, улыбаясь сквозь сон и медленно открывая глаза. — Я должен был подстраховаться на тот случай, если ты снова решишь спрятаться от меня под семью замками. А каждый раз заново ставить сломанную дверь — слишком много хлопот, — в тон ей ответил Майклсон, тоже улыбаясь краешком рта, — Пусть это будет мой самый невинный из грехов. Камилла тряхнула распущенными волосами, потянулась, окончательно сбрасывая остатки сна, перевела взгляд на висящие на противоположной стене часы: — Надеюсь, у тебя была веская причина разбудить меня в такую рань? Улыбка сошла с лица древнего, он тут же стал серьезнее: — Причина есть, Ками. Боюсь, я не смог тебя уберечь, и сейчас ты в большой опасности. По моей вине. — Уберечь меня? – она, кажется, совершенно не понимала о чем идет речь, — Кто мне может угрожать? — Мои враги. За тысячу лет они не особенно изменились. Пока Клаус рассказывал ей о воскресшей матери и брате, занявшем тело Гриффита и выдававшем себя за ее руководителя, на лице Камиллы отражались самые разные эмоции от удивления и испуга до искреннего возмущения: — Какого черта, — пробормотала она, когда первородный закончил говорить, — Значит, твой брат просто хотел залезть в мои мысли? И я не смогла ни о чем догадаться. — Именно так, милая, поэтому вспомни, что ты успела ему рассказать. — О тебе ничего. Но теперь мне понятно, чего именно он добивался, выспрашивая о моих клиентах, об их проблемах, о том, что я к ним чувствую, как я пытаюсь им помочь, — девушка просто кипела от негодования, — Сукин сын, он меня использовал. Ну ладно, раз твой брат хочет поиграть, я с удовольствием приму этот вызов. Если он думает, что ему удастся обвести меня вокруг пальца, то он ошибается. — Нет, Ками, — Клаус решительно остановил ее порыв вступить в неравную схватку, — Ты не будешь с ним больше встречаться. Финн опасен и мы пока не знаем, что у него на уме в отношении тебя. Ты должна немедленно уехать из города. Сегодня же отправляйся в университет, как ты и хотела, сдавай экзамены, занимайся лицензией. А когда здесь все закончится, я приеду и заберу тебя. О’Конелл в притворном удивлении вскинула бровь: — Какой чудесный план, Клаус. Ты, конечно, все уже решил и рассчитал, только есть одна маленькая деталь — ты забыл спросить меня, что я думаю по этому поводу. — Сейчас не тот случай, когда я спрашиваю твое мнение. — Это моя жизнь! — продолжала возмущенно кипеть Камилла, — Ко мне в голову пытался забраться какой-то сумасшедший ведьмак, норовил мной манипулировать, а я должна просто оставить все как есть? Теперь когда правда раскрылась, я еще больше хочу понять, что ему было нужно, хочу рассчитаться с ним в конце концов. — Я сам с ним рассчитаюсь, — произнес древний со скрытой угрозой в голосе, — И поверь, ему будет больно. Запомни, милая, я убью каждого, кто посмеет хотя бы в мыслях причинить тебе вред. — Спасибо за заботу, Клаус, но не в моих правилах убегать от проблем. Ее упрямство начало действовать на нервы, скрипнул зубами, все еще сдерживаясь, глянул на нее исподлобья: — Значит, мы не договорились? — спросил первородный, растягивая каждое слово, затем резко сжал ладонью ее подбородок, заставляя смотреть себе в глаза, — Ну что ж, тогда мне видимо придется прибегнуть к старому проверенному способу. Очень кстати, что ты не пьешь вербену. Камилла испуганно дернулась, попыталась вырваться из его стальной хватки, отлично понимая, к чему он ведет: — Только посмей… — Ты не оставляешь мне выбора. — Тогда представь, как сильно я разозлюсь, если ты применишь внушение. Я не прощу тебя и никогда больше не пущу на порог своего дома. — Эту угрозу я тоже заставлю тебя забыть, — Майклсон неожиданно разжал пальцы, переместив ладонь ей на шею, затем на затылок, привлекая к себе еще ближе, — Я мог бы так сделать. Наверное, это было бы правильно — заставить тебя все забыть, внушить бежать отсюда как можно дальше и никогда меня не видеть. Мой мир полон насилия, крови, предательств. Он жесток и безжалостен и в этом мире нет места для тебя. Мне стоило бы тебя отпустить, но я не могу, — голос древнего едва уловимо дрогнул, тягучим воском проникая ей под кожу, — Я терял сотни раз в своей жизни и я не хочу потерять еще и тебя, Камилл. Поэтому, пожалуйста, сделай, как я говорю. Ради меня, — помолчал секунду, добавил почти безразличным тоном, — Кстати, это была последняя попытка договориться по-хорошему. Ками чуть прикрыла глаза, потерлась щекой о его руку. Его прикосновения всегда пробуждали в ней странный, необъяснимый трепет: — Ладно, я уеду из Нового Орлеана, — глубоко вздохнула, — я сделаю, как ты скажешь. — В этом есть свои положительные стороны, — Клаус все так же продолжал бережно поглаживать ее шею, — Хоть какое-то время поживешь как обычный человек и сможешь, наконец, осуществить давнюю мечту. — Неужели ты думаешь, я буду жить спокойно, зная, что ты снова ввязался в войну со своей сумасшедшей семейкой? — положила ладонь поверх его, прошептала еле слышно, — Ты будешь мне звонить? — Конечно, — кивнул головой древний, — И никогда не отключай телефон. Если ты хотя бы раз мне не ответишь… — Знаю, примчишься меня спасать. Майклсон ничего не сказал, только притянул ее к себе, так что они соприкоснулись лбами, поцеловал в губы быстро и невесомо, затем выпустил из своих объятий. Вытащил из кармана куртки билет на самолет и положил на стол рядом с кроватью. Камилла проследила за его действиями, покачала головой: — То есть вариант, что я откажусь, ты вообще не рассматривал? — Я надеялся на твое благоразумие. Девушка потерянно закрыла лицо руками — стремительность, с которой развивались последние события, страшили ее, но еще больше пугала собственная покорность, заставляющая подчиняться воле гибрида, даже без всякого гипноза: — Во сколько самолет? — Еще есть время, я отвезу тебя в аэропорт. А сейчас самое лучшее как следует отдохнуть, — Клаус положил руку ей на плечо, — Тебе нужно выспаться. — Снова придумаешь для меня красивый сон про моего брата? — спросила Ками, опускаясь на подушку. — Нет, я не люблю повторяться. Ты просто заснешь, — встретился с ней взглядом, прибавил полушепотом, - Спи, Камилл… Перед глазами вмиг поплыло, убаюканная то ли внушением, то ли его мягким голосом, проваливаясь в сон, она все же успела пробормотать: — Положи ключи на место, Клаус. — Черта с два, дорогуша, — отозвался древний, зная, что она его уже не слышит. Просидел рядом со спящей девушкой несколько минут, затем заговорил очень тихо, обращаясь не столько к ней, сколько к самому себе:  — Скоро все закончится, милая, и ты ко мне вернешься. Наверное, многое изменится во мне, может, тебе придется даже добавить к моим прежним диагнозам парочку новых, но ты с этим справишься. Я наконец-то познакомлю тебя с Хоуп, ты узнаешь, что она жива и невредима, ты ей понравишься, и вы быстро найдете общий язык. Мы сходим в какое-нибудь уютное кафе на Бурбон-стрит, отправимся гулять вечерами по улицам Французского квартала, я покажу тебе самые потаенные уголки города, которых ты еще не видела. Я буду слушать твой голос, смотреть в твои глаза, держать тебя за руку и никуда больше не отпущу, — протянул к ней ладонь, откидывая с лица упавшую прядь волос, — Ничто и никогда не нарушит твой покой, обещаю.       Тем же вечером, Майклсон сидел в машине напротив входа в теперь опустевший без нее бар Руссо. Облокотившись на руль, разглядывал проходящие мимо толпы людей: возвращающиеся с работы служащие, бесконечные туристы, влюбленные парочки, сливающиеся в бесконечное цветное полотно из лиц, которое заполняет улицы вечно бодрствующего, ни на миг не утихающего города. На соседнем кресле пискнул телефон, Клаус отвлекся от созерцания ночной жизни Нового Орлеана, взял его в руки и, прочитав сообщение, слегка улыбнулся: на дисплее всплыло ее фото, запечатленное на ступеньках университета, и короткая приписка: «Со мной все в порядке. Ками». Забросив мобильный в бардачок, древний завел мотор. Сегодня его ждала встреча с Марселем, а завтра продолжение войны, в которой он как обычно планировал выйти победителем.