Привидения

История персонажей: юные принц Фобос и его слуга Седрик - Почему у Охотника такое лицо? Седрику двенадцать, и принц задал ему вопрос, на который он не сможет ответить. - Он жуткий. Может быть, проклят? - Я подумаю над этим. Мальчишка отвернулся от оборотня к стеллажу с книгами и снова начал там рыться. Принц выглядит недовольным. - Знаешь, тоже склоняюсь к тому, что это проклятие. Но, - он вытаскивает книгу и вслед за ней падает ещё несколько. Седрик вздрагивает. - Я ничего не могу найти об этом. - Мой принц, я приложу все силы, чтобы удовлетворить любопытство. - Не глупи! Я хочу узнать как сделать таких воинов. Ты видел его силу? Нет... Слуга покачал головой. Об Охотнике ходило много слухов, но всё-таки он был "тайным подчинённым" Зейдана, поэтому в деле Седрик и видеть его не мог. Да и не уверен, что кто-либо вообще видел. - Да что от тебя вообще проку. - Мой принц, неужели Вы ничего не сумели найти? Вы умны и проворны. Фобос беззлобно усмехается. - Всё тот же подхалим. Седрик смущённо мнёт ладони и отводит взгляд в потолок. Он ещё несколько лет пронесёт с собой эту глупую привычку, но даже её забудет быстрей, чем разговор этим вечером. Принц сжимает в руках фиолетовый фолиант и внимательно смотрит на надписи. Князь задумчиво кивает и спускается вниз по лестнице. Изнываюший от волнения и любопытства оборотень осторожно спрашивает о книге. - Возможно, она та самая, что приведёт меня к истине. - Отвечает Фобос. - Какой истине? - Недоумевает Седрик. - Которая правит. Седрик заходит в покои к князю Фобосу, что редкость. Тот сидит за и что-то увлечённо пишет, чёрное перо двигается быстро вслед за словами. С того разговора прошло пять лет, но молодой Лорд нутром чует, что дело связано именно с ним. Он мнёт ладони и затем проводит по узору на его длинной новой робе - и это ужасно ему нравится. Красивая, зелёная с белой и чёрной скромной вышивкой. Будто чешуя дракона. Принц заметил его присутствие, но никак не отреагировал. Седрик не мог ничем подтвердить, но знал, что это так. Хотя, возможно, на секунду приостановившееся перо было знаком. - Мой князь, Вы хотели меня видеть? Тот неторопливо останавливается, и оборачивается, не вставая со стула, легко встряхнув листы перед собой. Отвечает: - Да, хотел. Иди сюда и посмотри. Он послушно подходит, но принц не даёт ему взглянуть и начинает объяснять, бегая взглядом по близко приставленному тексту. - Это магия крови. Тут описано несколько ритуалов, довольно интересных, на мой взгляд. Скорее всего, что один из них как-то связан с созданием подобных Охотнику. Но только связан - он разве что отдалённо похож. Не знаю стоит ли возиться с ним, рискованный он, да, боюсь, зазря этот риск уйдёт. - Вы не маг крови. - Внезапно выплёвывает Седрик, и в ту же секунду жалеет, выпрямившись как струна. Эсканор недовольно покосился на него, сжав губы, и змей поймал себя на отдалённой мысли, что князь пользуется популярностью у девушек. Неудивительно, учитывая что он пошёл в отца. Змееоборотень не имел нетрадиционных склонностей, но всё-таки всегда признавал, что мужчины прекрасней Зейдана он не встречал. Статный, широкоплечий, с удивительно красивым мужским лицом и волосами, которые, как говорят, обожала расчёсывать Вейра, и те, ровно обрезанные и заправленные за уши, серебром стекали по спине. Фобос перенял многие его черты, но только внешние. Зейдан светился благородством, а принц... Восемнадцатилетний потенциальный маг крови, любитель жертвоприношений, высокий, с бледным красивым лицом, скверным характером и жаждой власти. Что ещё женщинам нужно, чёрт их возьми? Седрик понимал, что он и сам та ещё сука, но порой князь его выводил. Но это не выплёскивалось наружу, конечно. - Значит, ты мало обо мне знаешь. Разочаровывает даже. Плохо для моей правой руки. - Прощу прощения, мой князь. Что за ритуалы? - Их три. Для первого необходим младенец. Он становится сосудом для демона, и тот деформирует его. Но демонов сложно подчинить, поэтому необходимо потом изгнать его, принеся в жертву другого человека, чья душа поместится в выращенное демоном тело. В результате получается воин чудовищной внешности и с тёмной силой внутри Но я этот ритуал не хочу - долго. Я выбрал второй. Юноша побледнел и на фоне лица его золотистые волосы показались темней. Он младше принца и только учится быть циничным. Фобос едва заметно облизывает губы, заворожённо глядя на исписанные рунами листы. Седрик готовит всё к ритуалу и ему кажется, что за спиной что-то нависает и трогает его за плечи. Но оборачивается - и никого не видит. Темнота. Он встряхивает головой и проходит, расставляя по кругу лампы. Четыре лампы для четырёхгранной звезды сущего. В глазах слегка мутнеет, когда он ставит последнюю, опуская тонкую цепь. Посреди лежит свежая мёртвая свинья и его передёргивает, когда князь полоснул по той ножом. Фобос одет также, как и прежде, и Седрик уверен - если повезёт не заляпаться кровью, то в этой же одежде князь пойдёт к своей любовнице, и та будет раболепно прижиматься к груди и целовать руки, даже не подозревая, что они делали часом ранее. Принц отступает на шаг назад и велит встать рядом с ним. Его голос красиво читает непонятные слова и взывает к Демонам. Из рук идёт тьма, что окутывает комнату, проходит по лампам, гася их, и впитывается через кровь струёй в свинью. Это последнее, что можно было заметить до того как последняя свеча лампы потухла. В темноте раздался поросячий визг. Громкий, длительный, бесконечный. Седрик опешил и, собираясь отступиться на шаг, споткнулся и упал, тут же почувствовав под собой тёплую липкую жидкость. Он хотел закричать, но почему-то не смог. Голос Фобоса снова поднялся и терялся в поросячем визге. И всё затихло. Послышался щёлчок пальцев, и все свечи, стоящие на столах, полках и в лампах, загорелись. Их окружала кровь, и весь пол был залит ей, как свежей вязкой краской. Только это не краска. Краска не пахнет металлически и кисло, краска не имеет мелких остатков мяса и она не стекает по стене так быстро, ибо она гуще. Всё то была кровь. Седрику не хотелось кричать или плакать, его вмиг поразила какая-то странная тоска и апатия. Впереди, на ритуальном кругу, лежала свинья без кожи и крови. - Что-то многовато для одной свиньи. - Задумчиво ответил он. Князь кивнул. Его руки были красными. Возможно, по локоть или даже до груди - на чёрном не видно, но вот белые ладони алели и блестели в свете подрагивающего огня. - Это ведь магия. Седрик поднялся, едва не поскользнувшись. Молчание длилось мучительно долго, и даже не знаешь, чем можно было его разбавить. Ну не разговорами ли о чае или политике? Тут он вспомнил самое главное. - Получилось? Фобос, стоящий к нему спиной, жестом показал обернуться назад, и тот это сделал. Снова почувствовав раздражающую волну страха, он приготовился к худшему. Но сзади была пустота. В углу лежала кукла в человеческий рост с начерченными на ней рунами, про которую змей забыл, но которая должна была стать преемником демона, которому в награду нужна была кожа. - Но... - Ничего не вышло! Не понимаю, я ведь всё сделал правильно! Что не так?! Невольный друг усмехнулся. В этом весь Фобос - почти никогда не сомневается в своей правоте. Быть может, это даже главное его достоинство, пусть он и несколько растеряет его с годами. Принц обернулся, и на его лице были брызги крови, а от проведённой по белоснежным волосам рукой на них остался красный след. Из глаз лились слёзы. Наверное, он и сам про них не знал. - Сомневаюсь, что этот ритуал одобрят. Прислуга не будет судачить? - Нет. - Ответил он, когда они направились на выход, чуть раскатываясь по мокрому полу. - Я позаботился об этом. Он открыл дверь и тут же их встретили. Девушка, явно обладающая исключительно глупым любопытством, смотрела на них стеклянным взглядом широко открытых глаз, покрытых белой пеленой. Кожа бела словно тальк, тёмные волосы не причёсаны, руки повисли вдоль бёдер - она была похожа на мертвеца, вернувшегося на этот свет. Эсканор не улыбнулся. Он задал странный вопрос. - Как ты себя чувствуешь? Ясное дело - всё сработало не так, как было необходимо. Внутри похолодело, и Лорд кинул на князя последний за этот вечер удивлённый взгляд. И не увидел того, чего ожидал. Худое женское тело слабо дёрнулось, хрустнув. Голос её был бесцветен и отрешённо спокоен. - Я чувствую себя прекрасно. Спасибо... За кожу. Седрик взволнованно мнёт ладони и отводит в потолок взгляд.