Моя красотка Мари

— Маааакс! — протянул шатен, хлопая друга по плечу. — Ты чего скис? Курить будешь? Кстати, маман сегодня испекла классный пирог — сливовый. Просто закачаешься! — Ну… Сколько можно объедать вас? Я у тебя дома чаще, чем у себя бываю… — Парень был немного скован, и глаза его всегда непонятно бегали. — Да ладно тебе, я вот не стесняюсь запираться к тебе домой…       Шатен всегда был уверен в себе, и об этом говорило практически всё: походка, улыбка, даже размер у парнишки был всегда больше, чем у друга хлюпика. От этого их называли смешной парочкой.       Ник достал сигарету и закурил, делая при этом мега-взрослое выражение, и так же смело ткнул пачкой в друга. Макс тихо вытянул одну, и теперь они вместе стояли возле гаражей и курили. Где-то неподалёку слышались звонкие голоса девчонок, и парни прислушались. В этой весёлой компании была девочка, которая очень нравилась Нику, и всякий раз, когда выпадала возможность, он украдкой наблюдал за ней. — Слушай, Макс, она такая прикольная… С ума сойти можно! Вот только так очково к ней подойти. У меня есть реальный шанс, и это дискач… — парень не сводил с неё глаз, выглядывая из-за угла. А друг Макс стоял рядом и тоже поглядывал на девчонок, но немного с другим восхищением. — Ага..красивая, я тоже хочу быть таким красивым… — тут он немного притих, так как встретился взглядом с другом. — Макс, ты чего? — Ник рассмеялся и хлопнул друга по плечу.       Они проводили эти летние каникулы вместе, как обычно: лазали по крышам, прятались от родителей и курили. Даже удивительно, что они были настолько дружны, хотя странного в этом тоже было мало. Их мамы были подругами, а они — не только соседями, но и одноклассниками.       Не столь давно отец Ника записал сына на вольную борьбу, и сам Ник, казалось, оценил эту затею. Парнишка постоянно с восхищением показывал захваты и мечтал о том, что получит КМС. А вот Макс был от этой идеи не в восторге. Ещё бы, ведь они являлись полной противоположностью друг друга. И худой Макс с вечно задумчивым взглядом, выглядел на фоне Ника очень хилым. В его серых туманных глазах вечно прыгали чёртики, когда он видел милые вещи, например: котят на улице или всякие брелочки. В это время время как раз был разгар Эмо культуры, что затянула его в свой водоворот. И внешний вид у пятнадцатилетнего мальчишки стал соответствующим: крашеный в смоль волос, кеды, розовые шмотки. Именно из-за этого начались первые проблемы, когда Ника не было рядом, его вечно старались смешать с грязью на районе, но вот его друга все действительно уважали.       Это лето было особенным, так как оно было нереально жарким, и Макс впервые начал задумываться о том, что в его жизни происходит что-то неладное. Он стоял перед зеркалом и разглядывал своё тело, оно казалось ему каким-то чужим, таким уродливым, что становилось ужасно противно от этого зрелища. Он отнюдь не хотел себе полноценное рельефное тело и вечно поглядывал на картинку полуобнажённой дамы над своей кроватью, рядом с постерами любимых роковых исполнителей. Вот и сейчас он подошёл ближе и начал проводить по рисунку пальцами, изучая изгибы тела красотки. Оно было идеальным, вот таким бы он хотел родится. Таким красивым. Он закрыл глаза и представил это. Последнее время он всё чаще видел сны, как он проходится по набережной в красивом коротком платье, и все восхищенно смотрят на него. Это чувство божественного превосходства, но всегда настает утро, и всё не так радужно.       Парнишка полез в шкаф матери и достал самое симпатичное платье. Он натянул его на свою раму и опять посмотрелся в зеркало. Увы, отражение не радовало. Но если подправить, то будет совсем ничего. Он заколол цветной заколкой отросшие волосы и ещё раз посмотрел. Его нельзя было назвать красивым: впалые щёки и глубоко посаженные глаза, нос с явным горбом и дикий мужской кадык. Парень судорожно ощупывал свое лицо, и от этого исследования ему становилось всё хуже. Максу никогда не нравились парни, он просто хотел совершенства, которого, увы, не было.       Тут в квартире послышались шаги, и дверь без стука открылась. В проходе оказался его друг с широко открытым ртом, который тут же закрыл дверь, а потом снова открыл, но картинка не поменялась. Его лицо исказилось гримасой отвращения… — Макс, ты из «этих» что ли? — В ответ на это парень опустил пристыжённо глаза. — Нет… Это не так. Ник… это… — парень протянул руку, но друг с отвращением выбежал из квартиры. Макс стоял посреди комнаты в глупом платье и понимал, что возможно это конец… Но он ничего не хотел… Всё было не так. Его не поняли. Он присел на корточки, закрыл лицо руками и начал выть… Было безумно стыдно и так мерзко, так было противно от себя, что в голову начали лезть дурные мысли…