Видения ночи

«… В учении Храма, одна древняя традиция считает, что, помимо своих прочих многочисленных преступлений, Молаг Бал, Отец Чудовищ, создал первого вампира из тела поверженного врага. Есть и несколько других версий этой истории, где поверженный враг определяется то как Лорд Даэдра, Святой Храма, или могучий зверь». Вампиры Вварденфелла, т. 2

Эй, грабитель недобитый, лапы прочь от эбонита! Агитационный плакат Шестого Дома (Ljuton)

***

      Доспехи из «нетчей» – насекомообразных существ, обитающих лишь на территории Вварденфелла, являются наиболее распространённой военной амуницией в Морровинде. Более лёгкие разновидности из дубленой кожи предпочитают кочевые торговцы и дикие племена эшлендеров, доспехи из хитиновых панцирей носят представители храмовых орденов, в частности Вечные стражи, наиболее крепкие доспехи из костного материала используют стражники крупных городов. Амуниция такого рода давно считается визитной карточкой Морровинда, они практичны, надёжны, достаточно легки и доступны.       Пепельная буря стихала. Нестройная группа воинов, облачённых в хитиновые доспехи, неспешно выходила из правой башни Призрачных врат. На большинстве были шлемы закрытого типа, специально приспособленные для путешествий в пепельную бурю, однако двое оставались без шлемов. Возглавлял отряд Реджис Телванни, он был экипирован в дорогие «стеклянные доспехи» зеленоватого оттенка, изготавливаемые из особого материала вулканического происхождения – «стекло-сырец». Право ношения такого типа снаряжения ему давал недавно присвоенный ранг «Последователь». Храмовая иерархия распространяется на все ордена Трибунала, так что над Реджисом стояли лишь высшие офицеры в ранге «Предвидящих», главы храмовых орденов в ранге «Мастеров», а также «Патриархи», коих на весь Морровинд было двое, Толер Сариони в Вивеке, и Гавас Дрин в Морнхолде. Второй же воин без шлема – Хариус Андрано был в обыкновенном хитине, за исключением левого наплечника, который являлся частью «индорильских доспехов» – особой брони, используемой исключительно орденом Ординаторов. Индорильские доспехи являлись священным облачением Храма, и если кто-либо не из членов ордена попадался на ношении таких доспехов, то ординатор, обнаруживший нарушение, имел право даже казнить преступника за оскорбление чувств последователей Храма. Хариус утверждал, что взял этот наплечник в честной драке, однако все с большим сомнением относились к его заявлениям, хотя само наличие прецедента свободного ношения не ординатором индорильского наплечника оставалось загадкой для большинства его сослуживцев.       – Ну вот какого даэдрота бабуля поменяла маршрут! – внезапно обратился Хариус к ответственному за проложенный путь картоведу, как только группа немного отдалилась от крепости. Бабулей он ласково называл Мастера Галдал Омейн, в общем-то, не старую данмерку, занимавшую пост главы Вечных стражей.       – А ты-то чем недоволен? – из-под шлема донёсся приглушённый голос картоведа. – Если говорить начистоту, так ты и есть этот самый даэдрот, Хариус. Это тебя мы будем провожать до Молаг Мара, как девчонку после свидания!       – Это кто тут девчонка?! – Хариус попёр на картоведа, слегка наклонившись вперёд, однако был остановлен предводителем отряда.       – Тихо! – твёрдо заявил Реджис. – Хариус здесь ни при чём, мастер Галдал лично приказала мне проверить местность тупика фояды Ашур-Дан. Эшлендеры рассказывают о странных существах, появившихся в том районе, а фермеры долины озера Амайя нашли там своих потерявшихся гуаров, животные были истерзаны в клочья.       В голосе Реджиса звучала сухая уверенность, хотя он был до крайности раздосадован приказом мастера. Новый маршрут предполагал задержку в два, а то и три дня пути, и срок этот представлялся ему утомительно долгим. Штатный маг Призрачных врат оказался в отъезде, поэтому Реджис не сумел передать сообщение о задержке невесте в Морнхолд. Почтовые голуби на территории Вварденфелла не использовались, они бы и лиги не пролетели в пепельной буре, не говоря уж о препятствии в виде Скальных наездников. Ко дню свадьбы он, конечно, успевал, однако не хотел заставлять Лагерту ждать, и потому рассчитывал в кратчайшие сроки справиться с поставленной задачей. Махнув рукой, предводитель отряда уверенно пошёл вперёд, увлекая группу Вечных стражей в глубину серого тумана.       Огромные борозды в ландшафте острова Вварденфел, оставленные потоками лавы при извержении Красной горы сотни лет назад, используются данмерами в качестве естественных дорог, и называются фоядами. Изначально предполагалось двигаться по фояде «Мамея», от крепости Призрачных врат, на юг, вплоть до озера Амайя. Обойти озеро по берегу и остановиться в Пелагиаде – небольшом городишке, основанном имперцами. Затем двинуться дальше и добраться до Вивека, откуда через неделю на континентальный Морровинд отплывал корабль Храма, на который так боялся опоздать Реджис.       Новый же маршрут предполагал смещение от Призрачных врат на восток к фояде Ашур-Дан, затем нужно было пройти по ней на юг, достигнув тупика, и провести там ночь, чтобы расследовать сообщения о загадочных тварях. После этого продолжить движение в южном направлении до озера Набия, а обогнув его, сместиться ещё глубже на восток, к горе Канд – священному месту, где лорд Вивек разгадал всё загадки даэдра, демонстрируя свою великую мудрость. Придерживаясь выбранного направления миновать святилище и достигнуть Молаг Мара, где квартировался гарнизон Хариуса Андрано. Прибыв на место, Хариуса нужно было передать командующему, после чего законный отпуск Реджиса вступал в силу, предоставляя ему свободу действий. Он планировал тут же нанять лодку до Вивека и уже через шесть часов прибыть на место. Ему оставалось лишь надеяться, что корабль на материк не отчалит раньше времени, и его ничего не задержит в дороге более чем на трое суток.

***

      Края фояды Ашур-Дан были ровными, словно лёд, хотя по цвету скорее напоминали уголь. Дно ложбины ещё хранило следы недавно утихнувшей пепельной бури в виде рыхлого слоя пепла, который подобно первому снегу прекрасно запечатлевал следы. Хариус и Реджис шли впереди группы. Не сказать, чтобы фояды были слишком уж глубокими, и все же, в случае засады, давали известное преимущество нападавшим. Поэтому из отряда выделялись два человека, которые шли не по гладкому дну борозды, а по двум её ухабистым краям, что было существенно тяжелее. Они следили за местностью и могли вовремя дать сигнал о возможной опасности. Раз в два часа патруль по краям фояды менялся на более свежих бойцов, чтобы не замедлять продвижение группы. За полдня отряд Реджиса прошёл более половины пути, и по-прежнему не сбавлял темп. Выйти к тупику фояды нужно было до наступления темноты, в запасе было ещё часа четыре.       – Повезло нам, – задумчиво сказал, кто-то из отряда за спиной командира, – во время пепельной бури вся живность попряталась в норы, и теперь не скоро ещё вылезет на поверхность. Хоть бы один тощенький кагути по дороге попался!       Хариус Андрано развернулся и хотел было что-то нелестное сказать заносчивому Стражу, поскольку был утомлен, вспотел и хотел пить. Однако резкий звук, донесшийся откуда-то сверху, заставил всю группу остановиться. Внезапный, высокий, немного дёрганный крик, искажаемый взмахами огромных крыльев.       – К оружию! – скомандовал Реджис и хотел встать спиной к Хариусу, однако, обернувшись, увидел, что толстый крепыш уже вскарабкивается на край фояды, а тонкий хвост Скального наездника – полуящера, которому и принадлежал этот крик, увенчанный костяным шипом, так и норовит пробить шлем замыкающему отряд мечнику. Соображать нужно было быстро. Одним движением Последователь Вечной стражи выхватил арбалет, называемый егерским, отточенным движением вставил болт, краем глаза отмечая, что скальный наездник уже сбил шлем с замыкающего и тот упал лицом в пепел. Натянув тетиву, он вскинул своё оружие, чтобы прицелится, захватил взглядом цель и…       Тяжёлый эбонитовый молот припечатал летающего полуящера к земле, в нескольких дюймах от головы мечника, самозабвенно отплёвывающегося от пепла. Существо мгновенно затихло, из-под туши показалась кровь. Хариус гордо поднял свой молот, выдернул перо из крыла наездника и деловито убрал в свой походный мешок.       – Мне казалось, – ухмыльнулся Реджис, разряжая арбалет, – что ты больше не берёшь уроков акробатики.       – Не беру! – ощерился в ответ Хариус тяжело дыша, – ибо освоил это искусство в совершенстве!       – Вот ведь гадина мерзкая! – пострадавший мечник вытряхивал из шлема пепел. – Сзади налетела внезапно, и ведь как тихо!       – Ты ранен? – спросил Реджис.       – Нет, сэра. Лёгкий ушиб, не более, – молодой данмер потупил взгляд. – Спасибо вам, сэра, – сказал он Хариусу, склонив голову.       – Без проблем, с тебя бутыль сиродильского бренди! – едва сдерживая смех, сказал ободрённый герой эпизода, наблюдая, как глаза юнца растерянно расплываются – бутыль сиродильского бренди стоила его месячного жалования.       – Видел бы ты свою рожу! – Хариус не выдержал и расхохотался во весь голос, к нему присоединились остальные члены отряда, даже Реджис слегка поддался заразительному смеху друга.       – Не боись, – гремел толстяк, обхватывая сконфуженного мечника за плечи, – я эту гадость имперскую не пью и тебе не советую. Единственное, что может порадовать твоего спасителя, это кружка холодного пенистого Мацта, выпитая в твоей компании! – спасённый мечник явно повеселел.       – Идём! – приказал Реджис. – Магнус ещё высоко!

***

      К тому времени как группа Вечных стражей достигла тупика фояды Ашур-Дан, дневное светило уже более чем на треть скрылось за горизонтом. Большей части отряда, шедшей по дну фояды, и вовсе не было видно заходящего диска. Тупик был не резким, дно плавно поднималось, его уровень сравнивался с краями, на этом фояда заканчивалась.       Реджис дал команду остановиться, и начал раздавать указания. Четверых он отправил на караул, определив очерёдность смен. Постовые дежурили по три часа, после чего их сменяла следующая четверка, и так три раза. В последнюю предутреннюю группу он вписал себя и Хариуса. Караульные разошлись по четырём сторонам от лагеря и заняли позиции.       – Ты, – обратился Реджис к пострадавшему мечнику, – займись ужином, – он улыбнулся, – отомсти своему обидчику, раскалёнными углями. Так, ты! – глава группы указал на картоведа. – Ещё раз проверь маршрут и правильность нашего месторасположения, затем доложишь. Далее, – Реджис перевёл взгляд на двух усевшихся на землю Стражей, – один помогает повару с костром, другой отвечает за боеготовность оружия группы.       Тут он резко обернулся и уставился на Хариуса Андрано, уже раскупорившего бутыль суджаммы, и жадно отхлёбывающего дешёвый ликёр из горла. От взгляда друга толстый данмер поперхнулся, и резко спрятал бутылку за спину делая невинные глаза, и всем своим видом показывая, что ничего предосудительного не совершал и совершать не намерен.       – Хари, братец, – обречённо проговорил Реджис, – постарайся не отсвечивать…       Ночь проходила тихо. Привычные звуки ночного Ввардефелла неторопливо сменяли друг друга. Где-то далеко на севере скальные наездники заклевывали какую-то животину, раздавались трели сверчков, изредка глухим эхом слышались далёкие голоса силт-страйдеров. Небо было безоблачным и звездным, одна из лун – Массер, наиболее крупная, была так близко, что казалось можно увидеть на ней караванщиков, если бы они путешествовали по её поверхности, ещё со времён Ремана II.       Сильно подвыпивший Хариус Андрано направился к спящему командиру, намереваясь его разбудить. Подойдя ближе, он наклонился, однако, не удержав равновесие, пошатнулся и упал на Реджиса всем весом, едва смягчив падение руками. Мгновенно пробудившись, глава отряда ловко вывернулся из-под неуклюжего тела и, резко выхватив пристёгнутый к голени серебряный кинжал, собирался уже прирезать напавшего на него Пепельного вампира, за которого он принял пьяного Хариуса, но в последний момент остановился, разглядев барахтающегося в пыли и грязно сквернословившего друга.       – Тьфу ты, краб ты грязевой! – выругался Реджис, сплюнув. Толстяк к тому времени уже успел подняться, его индорильский наплечник комично свисал с плеча, развернувшись вперёд.       – Чего это краб-то? Время нашей смены подошло! – театрально отчитался Хариус пьяным голосом, но не коверкая слов.       Не комментируя поведение друга, данмер жестом показал следовать за собой. Разбудив дополнительного бойца, он приказал ему пойти дежурить на место Хариуса, поскольку прекрасно понимал, что охмелевший вояка, проворонит любую опасность.       Реджис занял пост немного восточнее лагеря, на самом краю фояды. Хариус был рядом, и всем видом выказывал твёрдое намерение стоять на карауле до рассвета.       – Ты что, не ложился? – спросил Реджис, усаживаясь на растянутую по земле шкуру гуара, Хариус Андрано присел рядом.       – В гарнизоне отосплюсь, – ответил он, погрустневшим голосом.       – И как тебя Мастер гарнизона терпит? – задумчиво спросил отгоняющий остатки сна командир, – если бы ты не был из Индорил, выгнали бы тебя взашей, причём давно!       – Мастер и сам далеко не аскет, – ответил толстяк, надувшись, – а терпят меня, потому что эти сопляки из Молаг Мара полягут без меня в первом же рейде.       Помолчали. Реджиса по-прежнему одолевал сон, поэтому он решил продолжить разговор, переведя его в политическую плоскость.       – Что ты думаешь обо всё этом? – спросил он, потягиваясь.       – О чём ты? – не понял Хариус.       – Об имперцах, ясно дело. Они уже добрались до эбонитовых жил Вварденфелла, понастроили фортов за каждым холмом. Посадили на трон марионеточного короля, а храм смотрит на это сквозь пальцы! И где спрашивается знаменитая автономия Морровинда? Почему Альмсиви взирают на это безучастно?       Хариус задумчиво покачал головой.       – Может, ты ещё спросишь, существуют ли Альмсиви на самом деле?       – Этот вопрос пусть мучает имперских н’вахов, это их боги иллюзорны. Трибуны реальны, и непосредственно участвуют в нашей жизни.       – Ты их видел?       – Нет, но видели мастера и патриархи, говорят, данмеру в моём звании возможно даже добиться аудиенции у Вивека, если на то будет весомый повод.       – И какой же повод для этого нужен? – Хариус скептически скривился на друга. Реджис секунду помедлил…       – Ходатайствовать, чтобы тебя не засадили в «Министерство правды» за ересь по пьянке! Ибо для предотвращения подобной ситуации, потребуется как минимум вмешательство Альмсиви!

***

      Приближался рассвет. Далеко на востоке уже появились первые признаки надвигающейся зари, однако темнота всё ещё оставалась густой. Реджис и Хариус сидели молча уже около получаса, опершись друг на друга. Хариус трезвел и чувствовал, что надвигается лёгкое похмелье. Скользнула тень.       – Ты что-нибудь видел? – встревожено спросил друга Реджис.       – Что там? Голая бабуля Омейн? – толстяк ожидал дружеского смешка.       – Я видел тень, – сухо отрезал командир.       – Где?       – За скалой, там кто-то есть!       – Это просто скриб, иначе мы бы услышали…       В стороне скользнуло ещё две тени. Бесшумно.       – Поднимай бойцов! – яростно шепнул Реджис и толкнул друга в сторону лагеря.       Но ждать от Хариуса бесшумного манёвра было бесполезно. Он вскочил, грохоча доспехами, и бросился в сторону лагеря, голося во всё горло тяжелым густым басом.       – К оружию! Тревога!!! – в несколько полушагов-полупрыжков данмер достиг спящих товарищей и принялся в неистовстве мутузить их кулаками, полагая, что таким образом добьётся наилучшего эффекта за наименьшее время. Результат был обратным. Вечные стражи вскакивали, в неразберихе не понимали, что происходит и откуда исходит опасность, метались из стороны в сторону. С остальных постов прибежали дозорные, однако и они не смогли разобраться, в сложившемся переполохе. Со стороны, в которой оставался Реджис, послышался скрежет металла и тягучий звук заклинаний школы иллюзии. Плюнув на бессмысленные попытки собрать отряд, Хариус бросился обратно к другу, размахивая на бегу своим огромным молотом. Внезапно на него что-то налетело, однако соотношение масс было столь неравномерно, что призрачная фигура, столкнувшаяся с Хариусом, отскочила от его массивного тела, и, пролетев около метра, упала на землю. Фигура оказалась данмером в грязных кожаных доспехах и светящимися в темноте глазами. Если бы это был обычный данмер, он бы не успел увернуться от резкого удара молотом, однако этот ловко увернулся и скрылся в темноте.       – Вампиры! – заорал Хариус, – Это вампиры! Доставай серебро!       Стражи, наконец, сообразили, в чём дело, и бросились по направлению к Хариусу, с обнажёнными серебряными мечами. Но было поздно, толстяк видел, как группа напавших упырей убегает, волоча за собой скованное иллюзорным параличом тело Реджиса. Выкрикнув страшное ругательство, Хариус бросился вперёд. Путь ему и нагнавшему его отряду Вечных стражей преградила вторая группа вампиров. Глаза монстров горели, из приоткрытых в оскале ртов виднелись белые клыки со стекающей с них слюной, вооружены они были разнообразным ржавым оружием. Однако стражи были к этому готовы, блеснуло серебро. Нападавшие быстро потеряли позицию и рассыпались, хотя никто из них не получил даже малейшего повреждения. Быстро оценив, что ситуация складывается не в их пользу, вампиры бросились вслед за первой группой, уносившей парализованного предводителя Вечных стражей.       Похитители быстро отступали навстречу восходящему солнцу. Хариус очень долго бежал за ретирующимися монстрами семиметровыми шагами. Он кричал и ругался, пытался даже произносить какие-то заклинания, которым безрезультатно его пытались научить храмовые жрецы. Наконец он понял, что отстал безнадёжно, запыхался и не сможет продолжать преследование. В последнем отчаянном порыве он вскочил на какой-то валун, и, потрясая над головой своим молотом, протрубил маршальским тоном: "Поспешайте, ребятушки!!! Последователь Вечной стражи Реджис попался!!!" Хариус обернулся, рассчитывая увидеть приободренную группу воинов, которые должны были продолжать погоню, ведь через несколько минут рассвет, а значит логово не далеко, и вампиры окажутся загнанными в угол. Однако позади он никого не увидел. Отряд прекратил погоню задолго до тучного данмера. Вновь устремив взгляд на уносящих его друга упырей, Хариус понял, что потерял их из виду. Обескураженный, он отбросил молот и медленно опустился на валун.