Прочитай меня по обрывкам души

Увидеть море и дышать Разбиться о волны Твоя рука в моей - знаешь? Увидеть море и дышать Странные формы На песке. Дай мне Увидеть море и дышать Сейчас все так просто Мы можем остаться вечно Увидеть море и дышать Время бежит. Поздно. Нам больше бояться нечего. Orange House – Увидеть море

POV: Лиля. Пасмурно. Серо. Промозгло. Вот бы сейчас на берег. Мечтательно закрываю глаза, представляя запах наэлектризованного морского бриза. Холодные волны, лижущие ступни, достающие чуть ли не до бёдер. Острые микрокрупицы соли, вонзающиеся в кожу. И рёв прибоя. Но глаза вынуждены открыться, ибо Лиля сейчас должна через все свои "не хочу", "не буду", "лень" идти на литературные курсы. Первое занятие в этом учебном году. Может, удастся хоть немного освежить память и прекратить унижения со стороны учителя. В голове снова вскипает гнев. Как он мог так надо мной потешаться? Это немыслимо! От злости бью кулачком по стене и тут же шиплю от боли. Да уж... отомстила. Только не тому, кому надо. Покалечила сама себя. Но времени на размышления нет. Напяливаю старые джинсы, потёртые на коленках, рубашку в клетку, кеды. Секунду раздумываю брать ветровку или нет, и всё-таки сдёргиваю её с крючка, хватая попутно рюкзак с тетрадками. В уличном воздухе пахнет дождём. Наверное, надо было взять зонт. Слишком сумрачно и холодно для начала сентября. Однако всё ещё продолжаю надеяться, что непогода обойдёт меня стороной. К счастью, когда начал накрапывать мерзкий мелкий дождь, подошёл нужный автобус. И вот я уже еду на своё последнее первое занятие в этом году по литературным курсам. Опираюсь на вертикальный поручень, ловя на себе скучающие взоры сидящих пассажиров. В моих руках материализуется прямиком из недр рюкзака очередная книжная «доза». Сегодня было решено начать читать мсье Алигьери, ибо издёвка Вика меня сильно задела. Но, спустя две страницы бесконечного поэтического текста, суть истории растворилась где-то глубоко в голове, заменившись на какой-то идиотский туман непонимания. Нудятина страшная. Никогда не подумала, что скажу подобное о великом памятнике литературы, но… чёрт… теперь прочитать эту ужасную книгу – моя цель, чисто из принципа «смогу одолеть». Тяжело вздыхаю, утыкаясь взглядом в пыльное стекло автобуса, которое уже расписали косыми пунктирами ртутные капли дождя. А на улице ливень. Самый настоящий. Первый осенний. И так печально отчего-то на душе. Ощущаю себя птицей в неволе. Маленьким воробьём. Воробьи умирают в плену стен. Быстро. Они для этого не приспособлены. Свобода - их всё. Свобода - их мир. Их жизнь. Помню, однажды, когда мне было лет восемь, я нашла на улице воробушка со сломанным крылом. Я и до этого, бывало, подбирала птиц, но в основном это были голуби или вороны, а тут… птенец. Нахохлившийся. Напуганный. Жалость к несчастному существу пересилила в этот момент все остальные чувства. Решение выходить его было спонтанным. Поскольку было лето, я посадила его на лоджии, чтобы Дракула, на тот момент ещё совсем молодой кот, не решил испытать свои навыки доморощенного охотника на несчастной птахе. И всё вроде было хорошо. Тепло, много воздуха, света, открыто окно… а птенец умер спустя два часа. Только потом дядя объяснил мне, что воробьи в неволе не выживают. А почему… не сказал. Странные воспоминания. Тоскливые. А народу становится всё меньше и меньше. Мне до конечной. Вскоре я остаюсь в гордом одиночестве. Знаете, есть что-то атмосферное в пустоте. Так и хочется заполнить каждый уголок её гнетущего пространства своими мыслями, а получается распространить только эмоции. И то не всегда. Нет ничего полнее пустоты. Особенно, когда эта пустота рождается изнутри человека. В ней утонуть реальней, чем в горной реке. И захлебнуться ей тоже реально. Никогда раньше не задумывалась над этим… А когда это началось, даже не знаю. Автобус останавливается, двери распахиваются, внутрь пропахшего бензином помещения врывается смешанный с ветром и озоном воздух и ему-то как раз и удаётся поглотить уныние, царящее здесь. Выскакиваю на улицу, жадно глотая грозовые тучи, растворённые в эту секунду в воде, срывающейся вниз с неба. Обожаю вкус дождя. Торопливо бегу к зданию, чтобы не намокнуть. Ведь мне сидеть два часа на месте, а озябшей и простуженной писать будет не очень весело. Но не успеваю отойти на метр от пешеходного перехода, как вдруг мимо проносится чёрная иномарка и обрызгивает меня из самой большой лужи. А я даже крикнуть не могу. Слишком шокирована. Провожаю взглядом бесцеремонную машину, которая останавливается прямо у входа нужного мне корпуса. Через секунду оттуда высовывается чёрная коротко стриженная голова, а следом идёт нога в дорогом кроссовке. Высокая, я бы даже сказала долговязая, фигура. Это парень! Теперь меня охватывает дичайшая ярость. Сам одет с иголочки. Капли даже не коснулись его плеч, зато я… - Гадство! – Шиплю гневно так, словно меня услышат с такого расстояния и раскаются. Но нет. Парню плевать, как и его водителю. Нахал скрывается за дверью, оставляя меня снова в одиночестве остывать и ждать пока стечёт вся грязь с джинсов и ветровки. А машина тем временем заводится, разворачивается и направляется обратно. За тонированными стёклами разглядеть того, кто за рулём, просто невозможно, поэтому единственное, что я делаю – позорно сбегаю, чтобы не получить новую порцию водных процедур. Учебный год однозначно не заладился! *** Занятия уже начались, когда я, набравшись храбрости, рискнула постучать и войти внутрь. Агата Анатольевна приветливо улыбнулась и кивнула на третью парту, за которой осталось единственное свободное место. Ничего себе народу набилось! Я прошмыгнула по проходу и села на стул, быстро вынимая из рюкзака промокшие тетради. - Приветик, Маяковская. – Хрипло прошипели над ухом. Секунда и я цепенею. НЕТ! Медленно поворачиваю голову и встречаюсь с насмешливыми угольными глазами… - Райдер! – Рычу я, мгновенно узнавая во вредном однокласснике пассажира обрызгавшей меня иномарки. – Какого ху…дожника? Чуть было не сматерилась, но вовремя прикусила язык и исправилась. Как бы не хотелось, но своё лицо перед этим психом я ни за что не потеряю! Сева кривовато ухмыляется и пожимает плечами. - Поверь, это была не моя инициатива. Видеть тебя где-то помимо школы – сущее наказание. Я вспыхиваю, сжимая пальцы в кулаки. Врезать бы ему один разок. Так, чтобы навсегда запомнил. Но нет… слишком много чести. - Взаимно. – шиплю уже без каких-либо эмоций и отворачиваюсь на говорящую руководительницу кружка. И угораздило же меня сесть с этим идиотом. Этот год решили мне испоганить буквально все. Теперь мне ещё пересекаться со своим одноклассником на внеклассных занятиях. Ну, за что? Конец POV: Лиля. *** POV: Сева. Комната. Стены, сделанные под натуральное дерево. Потрескивающий камин. Мягкий полумрак из-за плотно задёрнутых портьер. И спокойная высокая девушка с модным каре, что стоит, облокотившись о стену и выжидательно смотрит прямо мне в глаза. А я делаю всё, чтобы не сорваться и не разбить что-нибудь. - Почему я должен идти на эти идиотские курсы?! Моему возмущению нет предела. Напоминаю себе хищника, загнанного в угол клетки. - Потому что ты хочешь выиграть олимпиаду, написать экзамены, поступить в ВУЗ. Сестра выразительно изогнула бровь, ни капли не напрягая совершенно бесстрастное лицо, а я чуть не подавился собственной яростью. И кто, интересно, сказал, что я этого хочу? Точно не я... - Инга, ты не моя мать! Ты не можешь мне указывать. Но взывать к её совести - пустое дело. - Ещё как могу. - Брюнетка одёрнула юбку и кинула на меня презрительный взгляд. Упрямей её разве что только отец. Но и я не привык уступать. Вот ещё! Это просто унизительно. Если я сейчас сдамся, то мне влетит, но зато я не потеряю уважения в семье. А это самое ценное, что у меня есть. Сестра несколько раздражённо выдыхает. - А ты мой брат, Всеволод! И ты не имеешь права быть хуже какой-то выскочки из пролетарской семьи! Это она о Маяковской, что ли? Достали! Этой рыжей стало слишком много в моей жизни. Но я не испытываю к ней неприязни. Маяковская фанатеет от литры, мне же просто от скуки нравится копаться в биографиях и читать книги. Я больше люблю точные науки. И мне отнюдь не хочется поступать на дипломата, как этого желает мой отец. Бесит, что после смерти матери, Инга пытается контролировать меня и учить. Я давно уже не ребёнок, и мне даром не нужна эта дурацкая гонка за престижем. А Маяковская... чёрт... да на неё мне настолько плевать, что это даже не стоит обсуждать. Хотя Лиля изменилась. Поднабралась дерзости. И куда это в ней вообще поместилось? Она же мелкая, как блоха. Мелкая, рыжая блоха. Не могу сдержать ехидного смешка от осознания сего непреложного факта. Однако это сразу же замечает Инга и сердито хмурится, поджимая губы и сощуривая свои голубые глаза. Льдистые, невероятно холодные, как у отца... Но всё-таки я довёл её. Безэмоциональная сучка. Мы с ней вообще не похожи. Не внешне, внутренне, что ли. Сестра не сделает ничего, если ей это не выгодно. А меня, в принципе, мало что интересует. Но что-то этот диалог довольно сильно затянулся. Резко поднимаюсь с софы. - Я никуда не пойду. Закрыли тему. Сказал, как можно пренебрежительней. - Ещё как пойдёшь. - Брюнетка язвительно улыбается, от чего её высокие скулы проступают сильнее. - Это приказ отца. Он хочет, чтобы ты был лучшим. - Да хоть самого дьявола! Теперь я взбешён не на шутку. - У тебя явные проблемы с самоконтролем, братишка. - Сестра приходит в движение, мгновенно оказывается около меня и похлопывает сочувствующе по плечу. Но, разумеется, это очередная насмешка. Эта девушка никогда не отличалась милосердием. - Мы живём в демократическом государстве! Последняя попытка решить всё мирно... Инга, которая уже подходила к выходу, внезапно останавливается и ядовито улыбается, бросая на меня полный снисхождения взор через плечо. - В государстве - да, но не в обществе. - Шепчет еле слышно она, практически замораживая своим ледяным тоном пространство вокруг. - Очень хорошо, что ты открывал Конституцию, но ты ведь сам прекрасно знаешь, что заставить тебя очень легко. И вообще, не дури, Всеволод, это всего лишь курсы. Порадуй папу. "Папу"?! С этим Инга отворачивается и быстрым шагом покидает комнату, оставляя меня наедине со своей яростью. Грёбанные жестокие ублюдки. И она, и отец.. "Папу"! Я сейчас блевану! Циничная стерва! Ненавижу их! Падаю обратно на софу, ероша бессильно свои волосы. Отец знает рычаги воздействия. И от этого мне не сбежать никогда! Никогда... *** И самое идиотское то, что уже спустя два часа, я сидел в машине сестры и ехал неведомо куда, затапливая своей ненавистью дорогую иномарку изнутри. Инга решила сама проконтролировать моё обязательное присутствие на курсах. Хорошо хоть за ручку не отвела, а только захотела подвезти. Ультиматум, который поставил мне отец, рушит все мои планы. Но и пойти против его решений я пока не могу. Не из страха, скорее, из-за глупой привязанности. Когда-то я вообще не знал отца. И это были золотые годы моего детства. Зато Инга всегда была папиной дочкой. Наверное, потому что она первенец. Отец не признавал никого, даже её, но она слишком корыстна, чтобы позволить лишить себя наследства из-за какой-нибудь ошибки. И отец ценит в ней именно эту хватку. А меня это бесит! Я просто хочу жить. И не зависеть от других. Никогда. Жить там, где никому нет до меня дела. И тогда я буду счастлив. И свободен. Слишком сильно на меня давит тот факт, что я не могу ничего сделать без ведома отца. На улице начался дождь. - Обратно доедешь на автобусе. - Буднично заявила Инга, вдавливая в пол педаль газа и обрызгивая какую-то девчонку, переходящую дорогу. Лишь угрюмо молчу. Уже утешает, что домой вернуться можно, когда заблагорассудится. Но, кажется, домой я как раз-таки сегодня и не поеду. Хочу побыть один. Сестра тормозит у входа какого-то здания, в совершенно неизвестном мне районе. Никогда здесь не был. Отлично. И сколько отсюда пилить до первого знакомого переулка хотя бы? Разумеется, спрашивать я ничего не собираюсь. Молча вытаскиваю из бардачка чёрный зонт Инги, на что она лишь хмыкает. - Удачи. - Бросает на прощание она, но отвечать не собираюсь. Вылезаю из машины, нарочито громко хлопая дверью. Жаль, что ни одно стекло не треснуло. Забегаю под навес и тяну на себя деревянную ручку. В лицо ударяет запах пыли и дерева. Тепло. Но это вызывает очередной приступ агрессии. Ничего... они ещё об этом пожалеют! *** Уже десять минут худощавая крашеная в белый училка пытается доносить до недалёких лиц какие-то организационные вопросы. Народу много. Единственное свободное место только рядом со мной. Хоть что-то радует. От этих зубрилок с большими надеждами, так и веет обречённостью. Вряд ли хоть один из них добьётся успеха, если нет денег и влияния. Взгляд бесцельно гуляет по стенам аудитории. Абсолютно не за что зацепиться. Люди однообразны. Голос преподши скучен и пропитан излишним энтузиазмом. Хочется вскрыться. Вдруг раздаётся осторожный стук, дверь приоткрывается... Да, ладно! Губы непроизвольно растягиваются в саркастичной улыбке. Хоть какое-то веселье. Маяковская. Девушка быстро проскальзывает в проход и падает на соседнее со мной место, даже не поднимая глаз на меня. Вот это её сейчас ждёт сюрприз. Она взъерошена. Вся мокрая, точно попала под брандспойт. И тем не менее, рыжие волосы довольно неплохо облепили её бледное лицо. Она кажется жалкой. И... милой?! Чуть ли не давлюсь собственной слюной. О, Боже. Я действительно только что подумал про эту заучку подобным образом? Неужели её поступок тогда в курилке немного поубавил градус моего презрения к ней? Очень интересно... Делаю глубокий вдох, чувствуя лёгкий медовый запах. Так пахнут цветы. Неуловимо, невесомо... даже, я бы сказал, красиво. А Лиля-то выросла. И уже не тянет на невзрачную мышь. Даже стала женственной. Правда до нормальной девушки ей как до Луны пешком, но... - Приветик, Маяковская. - Быстро наклоняюсь вперёд, почти касаясь губами её уха. Девушка вздрагивает, невольно покрываясь мурашками. Секунду она медлит, а потом резко вскидывает глаза, переполненные бешенством. Ого. -Райдер! - Рычит, будто сейчас сорвётся и вцепится мне в лицо. Забавно. - Какого ху...дожника?! Да, ну?! Она серьёзно только что чуть не сматерилась? Хочется заржать и одновременно съехать под стол от настоящего шока. Это же просто невероятно! Я практически восхищён. Восторг! Чёрт возьми! - Поверь, это была не моя инициатива. Видеть тебя где-то помимо школы – сущее наказание. - Что бы с ней не произошло этим летом, менять свою манеру общения я не собираюсь. - Взаимно. - Шипит она, полыхая синим взором и отворачивается. А я продолжаю, как идиот, пялиться на её затылок, оставаясь в неком замешательстве. Может, это вспышки на солнце? Или наш новый препод её так раздражает, что она не в состоянии сдерживаться? Тем не менее, эта перепалка успокоила. Я прекратил думать о том, как отпиливаю собственной сестрёнке голову, и даже начал вслушиваться в уже начавшуюся лекцию. Лиля всё старательно записывала, то и дело что-то вставляя в монолог преподавателя или задавая какой-то свой вопрос. И это меня не раздражало, как в школе. Даже наоборот, умиляло, что ли. Сосредоточенная Маяковская выглядит практически взрослой. Практически... И совершенно ничего не замечает вокруг, точно переносится в другую Вселенную. Теперь видеть её мне придётся гораздо чаще, если не удастся откосить от этих курсов, но судя по словам сестры, мне подписали почти смертный приговор. Ладно, это можно пережить. Особенно с Маяковской. Насколько я знаю, она не суёт свой нос в чужие дела, ей просто плевать, а мне это только на руку. Конец POV: Сева. *** POV: Лиля. Странно, но впервые за всё время обучения с Райдером, я совсем не замечала его присутствия. Точно его и рядом не было. Конечно, если бы он ещё не сопел, как паровоз рядом, вообще идеально. Один из его немногих плюсов - молчаливость. Он много думает. Очень много. И это мне нравится. Ведь тогда он совсем не существует. Какая-то утопия - мир без Райдера. Совсем идеально. Если бы ещё не было мыслей о Вике в голове, то вообще шикарно. А мысли есть. И ещё какие... Я хочу видеть в глазах Филатова восхищение. Почему? Понятия не имею. Просто хочу. Хочу, чтобы он осознал, что я не такая, какой он меня считает, что я гораздо глубже. Гораздо!!! Это так злит! Но и мотивирует. Пишу каждое слово за Агатой Анатольевной. Как одержимая. И плевать, что я всё это знаю. Просто так надо. Так я могу не думать о литераторе. Хотя бы немного отвлекаюсь. И лекция пролетает совсем незаметно. Спустя два часа сбрасываю ослабевшими от долгого письма пальцами тетради в рюкзак. Следующее занятие через два дня. Отлично. Как раз успею дочитать Данте. Прощаюсь с облепленной учениками преподавательницей и выскальзываю в коридор. По пути натягиваю ветровку, надеясь, что дождь уже прекратился, но, как только открываю входную дверь, вижу рыдающую, буквально плывущую улицу. Хочется нецензурно выругаться, как мама, но делаю это лишь мысленно. Холодно. Сыро. Делаю несмелый шаг из-под навеса и сразу же захлёбываюсь порывом ветра и каплями. Кажется, вода бьёт во всех направлениях. И почему я выперлась без зонта??? Чёртова самонадеянность. Я рванула в сторону остановки, молясь, чтобы автобус приехал сразу же. В кедах уже хлюпало так, что можно было затопить Гавайи. Но на остановке было пусто, а транспорта даже не наблюдалось. Я посмотрела на дисплей мобильника. Кажется идти пешком разумней, чем ждать неведомо сколько долбанный автобус. Под крышей ларька, где я приютилась, прячась от дождя, было нифига не суше. Всё. Надоело! Я пошла прямиком по лужам, шмыгая простужено носом. А день-то всё лучше и лучше. И уже начало темнеть. Волосы превратились в сосульки. Всё лицо было залито водой. Дебильные занятия, в дебильном районе, ненавижу всё это... - Маяковская! Эй, Маяковская!!! – Раздались позади шлёпающие шаги и знакомый голос. Этого ещё не хватало! Ускоряю шаг, но даже бегом мне не удалось отделаться от назойливого тяжёлого дыхания. Конечно, окончательно испортить всё может лишь ОН! Я обозлилась и, поправив лямку рюкзака, развернулась на пятках, столкнувшись нос к носу с Райдером. - Что?! – Чуть ли не кричу, гневно сверля одноклассника ненавидящим взглядом. Но получается как всегда не слишком громко. Не убедительно. - Не слишком вежливо. – Повёл плечом он, но вдруг неожиданно протянул вперёд руку с раскрытым зонтом и накрыл меня. Моя нижняя челюсть выпала из сустава. Чего-о? Парень лишь хмыкнул. - Пошли. Тебя уже можно выжимать. Простынешь ещё. Сказано небрежно, но такое странное чувство, что я что-то упускаю. Однако я послушно взялась за предложенный локоть, оторопев от всего происходящего. Сева задумчиво умолк и уверенным шагом направился в нужную мне сторону. Он молчал, а я всё ещё пребывала в ступоре. Какого хрена?