Когда, однажды, ты проснешься

      «Ох, ёлки… развидеть бы все это, чувак…» - Монро уселся на землю, уперев спину с небольшим рюкзаком в широкий ствол старой секвойи. Ветерок легко шевелил заросли папоротника вокруг и разносил новые волны бензиновой вони, которая начисто перебивала все остальные запахи. Он наблюдал за дорогой перед домом и слушал. Лес был спокоен и тих. Потрошитель попытался представить произошедшее. Но увиденного, для построения картины, явно не хватало. Тела Ника в поле зрения не было - уже хорошо. Взвесив все «за» и «против», Эдди все-таки решился покинуть свой наблюдательный пост и подойти ближе. Несмотря на изрешеченную пулями машину, крови он не обнаружил. Хрупкая надежда затеплилась в душе. Он обошел её и тут же наткнулся на телефон Ника. Вернее то, что от него осталось. «Зачем шустролап столь тщательно разделался с мобильным? Не иначе затем, чтобы этот самый мобильный не смогли отследить. Видимо, тебе нужно время, котик». – Монро ухмыльнулся, достал телефон и, сделав несколько снимков, отправил их Хэнку. Сам же он увидел достаточно и поспешил убраться обратно, под защиту леса. Написав напарнику Ника короткое сообщение, выключил телефон. Звонок не вовремя мог выдать его местоположение шустролапу.       «Шустролапы. Знавал я одного вашего. И твой соплеменник хреново закончил. И ты тоже не жилец, если его тронул. Уж поверь». – Если бы Ник мог сейчас наблюдать за своим другом, он бы немало удивился. То мягкое и спокойное выражение, которое знал Гримм, постепенно изглаживалось с лица Монро. Еще человеческие черты его заострились, открытый взгляд сменился на отрешенно-ледяной. Эдди отпускал свою истинную сущность неспеша, будто смакуя каждый шаг назад, к той части себя, которую столько лет непрестанно сдерживал. «Настала пора посетить «старую церковь».* О, время охоты, на которой я столь долго не был» - потрошитель схлынул. Лес перед ним теперь заиграл совсем иными красками, которые не могли уловить глаза его человеческой формы. Воздух наполнился многократно усиленными звуками и запахами. Чтобы учуять стойкий бензиновый след, не нужно было даже напрягаться. Но Монро не спешил открыто повторить маршрут Ника. Сейчас другой запах интересовал его куда больше. Он бесшумно скользил в подлеске, то и дело бросая взгляды в кроны деревьев и вынюхивая «верхний след»** . Эдди хорошо знал, что как и все кошки, шустролапы чудесно лазят по деревьям и не брезгуют подлостью - спрыгнуть своей жертве на спину. Нарваться на пулю потрошитель тоже желанием не горел.       Он проследил его путь уже достаточно далеко от заброшенного дома, когда внезапно след оборвался. Запах кота утонул в более сильном запахе машины. Эдди непонимающе покрутил головой – здесь не было никакой дороги, пригодной для проезда авто. Разгадка нашлась в молодых зарослях падуба. Теперь Монро был более чем уверен, что шустролап прятал здесь мопед или мотоцикл. И, видимо, давно уже покинул это место. Нехорошие соображения вновь полезли в голову. Если везен уехал, а Гримма он до сих пор не видел, то означать это могло только одно. Ник проиграл схватку. Потрошитель бросился обратно к дому, встал на второй, «бензиновый» след и двинулся вперед, теперь повторяя уже путь Беркхарта. Запах вывел его сначала к полуразрушенной стене. Монро протянул руку и отломал веточку, листья которой украшало несколько подсохших бурых пятен. Поднес к лицу. «О, нет, чувак… скажи, что ты просто зацепился тут за что-то…» - Эдди, задумавшись, сунул веточку в карман. Осмотрелся по сторонам и заметил свежую выбоину в старой кладке. Теперь, картина произошедшего представилась ему более-менее отчетливо. Шустролап играл с Ником, как кот играет с пойманной мышью или птицей. То, что крови было совсем мало, немного успокаивало. Монро двинулся дальше, и наконец, оказался перед кучей какого-то хлама. Он стоял у края толстого, сплошь покрытого ржавчиной листа железа, поверх которого был навален всяческий увесистый строительный мусор. И тут он понял, что потерял след. Все следы и запах Гримма исчезали на этом самом месте, будто Беркхарт вдруг обрел способность летать и воспарил в ясное небо.       Монро обошел свалку, старательно оглядывая землю под ногами и непрестанно пытаясь уловить хотя бы намек на нужный ему запах. Но, увы – здесь был только след оставленный шустролапом. Эдди вернулся к исходной точке у листа железа. «Сейчас бы мне не помещал полицейский» - с досадой подумал Монро. Размышляя, он прошелся несколько раз взад-вперед. Странно – железо под ногами издавало несколько неожиданный звук. Потрошитель встал на колено и стал всматриваться в злополучный лист под кучей хлама, так привлекший его внимание, не понимая – что же он конкретно хочет найти здесь или понять. Лег на землю. «Господи, хорошо, что никто не видит этого со стороны. Я выгляжу полным идиотом» – он хотел уж было встать, но знакомый запах вновь потянулся неведомо откуда. На сей раз к нему стойко примешивался дух свежей крови. «Что ж за чертовщина такая?» - не в силах больше сдерживаться, Эдди огласил лес протяжным воем.

***

      Шустролап похоронил его надежно. Внутрь не пробивались ни звуки, ни свет. Чуть-чуть придя в себя, как мог, ощупал рану, попробовал пошевелить ногой. Застонал и откинулся на спину, силясь отстраниться от боли, вновь пронзившей тело. «Кость, похоже, цела. Кровотечение вроде не опасное…» – по крайней мере, так ему сейчас казалось. Кем бы ни был этот парень, он явно был мастером своего дела. Пуля, прошив бедро навылет, лишала детектива шанса не только выбраться обратно наверх, но и нормально передвигаться даже здесь, внизу. И при всем при этом не уложила его на месте. Ник снял оружейную перевязь, откинул бесполезные пустые ножны и перетянул ногу. Его мутило, руки подрагивали, и все тело слушалось едва-едва. Он обшарил карманы и с облегчением нащупал небольшой складной нож. Скорее безделушка, чем предмет, который можно было назвать оружием. Но большего ему сейчас и не требовалось. Беркхарт стянул куртку, затем рубашку. Холод немного взбодрил и помог собраться. Нащупав швы на рубахе, и стараясь не порезаться - отрезал оба рукава. Натянул обратно получившуюся жилетку и быстро, насколько мог – куртку. Холодно. Чертовски холодно. Теперь предстояло заняться непосредственно самой раной. Ник мучительно вспоминал все познания на эту тему, которые он вынес из академии. «Лучше б ты курил, была б сейчас в кармане зажигалка. Проклятая темнота». – Он вытащил ремень из джинсов. Сложив каждый рукав в несколько раз, закрыл оба отверстия раны и закрепил всю конструкцию, затянув поверху повязок ремень. Теперь можно немного перевести дух. Через несколько минут Нику вдруг захотелось спать. Даже боль отступила куда-то на задворки сознания, перед этим всепоглощающим желанием. «Нельзя. Не вздумай! Возьми себя в руки, ты же Гримм. И полицейский, черт бы тебя побрал. Вспомни, чему тебя учили... заснешь на холодной земле – не проснешься». – Уже почти в голос твердил сам себе Ник.       Он стал обшаривать в темноте пространство вокруг того места, где лежал. На удивление, под руками оказалась не земля. Поверхность была явно рукотворной. «Я свалился в какой-то подвал. Возможно, здесь осталось что-то полезное, с тех времен, когда над этим местом стоял дом или цех». Он перевернулся на живот и пополз, периодически останавливаясь и выбрасывая руку вперед, ощупывая перед собой пол и проверяя пространство впереди. Наконец его рука уткнулась в стену. Что-то шершавое под пальцами точно не была землей. Значит, он не ошибся насчет происхождения его ловушки. «Я провалился в люк, который был внутри здания. В полу… если это так, значит должен быть еще один, технический лаз, где-то тут, в стене». – Он двинулся дальше, преодолел еще метров двадцать - как ему показалось, когда под руки стали попадаться обрезки чего-то похожего на куски досок. По крайней мере, на ощупь и запах Беркхарту показалось, что это именно сильно лежалые, ощетинившиеся заусенцами доски. Ник продвинулся совсем немного, когда уперся в целую стену таких досок. Нехорошее предчувствие подсказало - это и есть технический лаз и он завален. «Неужто шустролап действительно мог так все просчитать? И заманил в хорошо подготовленную ловушку» – в такую вероятность Гримму верить совсем не хотелось. Скорее всего, доски свалены тут еще с тех времен, когда лесопилка была жива. А последние слова везена были просто мастерски подстроены под ситуацию. «И вообще, Беркхарт, хватит ползать» - снова заговорил Ник сам с собой. - «Что там сказано в книжках? Гриммы быстро справляются с последствиями сражений. Вот и будет отличная возможность проверить, насколько хороши твои гриммовские способности». Он снова поправил импровизированную повязку - держалась она не лучшим образом. Цепляясь за невидимый в темноте штабель досок, Ник смог наконец-то встать. Стараясь не нагружать простреленную ногу -двинулся вдоль преграды. Увы, но истратив массу сил на этот очередной «переход», он снова уткнулся в стену. «Доски. А ведь их здесь чертовски много». - Спасительная идея, пробившаяся из-за пелены боли и усталости, вдруг придала силы. «Если я перетащу часть досок под провал в полу, то возможно смогу соорудить возвышение и дотянутся до верха. Или хотя бы более продуктивно звать на помощь». Следующие несколько часов Беркхарт провел за тасканием досок. Двадцать метров туда и столько же обратно. Сейчас ему это расстояние казалось двумя милями, и с каждой новой доской требовалось все больше усилий, чтобы повторить поход. Вернувшись в очередной раз, Ник без сил свалился на тот небольшой настил, который смог собрать к этому моменту. Чтобы выбраться из подвала, высоты этого сооружения явно не хватало, зато в качестве лежанки оно подходило куда больше, чем голый цементный пол. Он лежал полностью вымотанный, снова пытаясь разглядеть наверху хотя бы проблеск света. Но, увы… везен поработал на совесть. Боль в ноге теперь притупилась и больше не пронзала при каждом движении, лишь монотонно заполняла собой все тело. В довершении имеющихся бед пришла жажда. Усталость и кровопотеря делали свое черное дело медленно, но неотвратимо верно. Тётя Мари шагнула из темноты и развеяла ее прочь. Ник лежал на кровати в своей детской - такой уютной, залитой ярким летним солнцем. Он поднял руку и потянулся к ней, силясь приподняться и попросить воды. Но язык будто прилип к пересохшему нёбу. -Как же ты так неосторожно, Никки? Тетя присела рядом на край кровати. -Отец очень расстроился. «Отец? Но он же умер…» - Нику показалось, что он прокричал эту фразу, но почему же тогда он не слышит свой крик? -Зачем ты полез на это дерево, сынок? «Кошка…» Он вдруг вспомнил тот случай. Соседская кошка, заприметившая гнездо в ветвях большого дерева, что росло рядом с их домом. Он пытался отогнать ее криками, но маленький хищник лишь на секунду отвлекся на человека внизу. Тогда Ник стал карабкаться вверх. Он уже не раз залазил на это дерево. Почему злополучная ветка обломилась именно в тот раз? Он не помнил ни падения, ни приземления. Следующее, что он увидел после кошки крадущейся к птенцам – было сильно встревоженное лицо тёти. Но тогда Ника увезли в больницу, почему же он сейчас дома? «Разве мы не должны быть в больнице, тётя Мари?» - Ник по-прежнему не слышал своего голоса. Он зажмурился, силясь то ли проснуться, то ли прогнать галлюцинацию. Голос тети ответил на не озвученный вопрос. -Мы в больнице, Никки. Разве ты не видишь? Скоро тебе станет легче. Она ласково провела по его волосам. Ник открыл глаза. Он стоял один, посреди пустынного поля, уходящего за горизонт. Низкое предзимнее небо не пропускало ни единого солнечного луча, и лишь висело серой вязкой массой над головой. Но холода Гримм не чувствовал. Он шагнул вперед и с удивлением опустил глаза, разглядывая ногу. Боли больше не было. Рана исчезла и лишь только джинсы, густо пропитавшиеся уже высохшей кровью, напоминали о произошедшем. Ветер трепал одинокие пожухлые стебли кукурузы, торчавшие среди густого ковра иссушенной пепельной травы. Ник протянул руку к одному из них, но едва коснулся побуревшего початка – как тот рассыпался в пыль. Ветер усиливался. Новые порывы играли среди мертвых растений, заставляя поле переливаться охровыми волнами. Зрелище гипнотизировало и затягивало. Ощущение покоя исподволь обволакивало, отгоняя все тревоги. И даже события последних часов вдруг стали нечеткими, какими-то чужими и далекими. Гримм медленно опустился на землю – трава под ладонями отозвалась мягкостью и почему-то теплом. Минут пять он так и сидел, машинально поглаживая сухие стебли и глядя куда-то вдаль. Ему было здесь хорошо. Ник вдруг почувствовал себя частью этого мертвого пейзажа, который больше не пугал и не давил. Он откинулся навзничь, подложил под голову ладони и уставился в медленно плывущие, почти лишенные кромок тучи. Ветер выл теперь совсем близко, отдаваясь эхом в голове. И вдруг затих, чтобы спустя несколько минут вернуться, но теперь уже с раскатами далекого грома. Совсем уж яростный порыв поднял с земли листья и крупицы земли. Ник едва успел зажмуриться, когда его обдало этим мелким крошевом. Солнечный луч прорезал небо неожиданной, яркой стрелой. Свет бил точно ему в лицо, он хотел было закрыться ладонью, но руки больше не желали подчиняться. -Ник! Да что ж это такое… очнись уже! До боли знакомый голос звал откуда-то издалека. Но кому этот голос принадлежал, он не мог вспомнить. Большой волк возник из неоткуда, ткнулся ледяным носом в ладонь, встал передними лапами на грудь, склонил голову, силясь заглянуть человеку в глаза. Гримм вдруг почувствовал себя провалившимся в диснеевский мультик. «Ты говорящий волк?» - ответ пришел совсем не в стиле сказочных персонажей. -Ну, чувак… ну ты вообще уже! Вроде у тебя нога простреляна, а не голова. Как ты только исхитрился сюда залезть? Что-то обжигающее разлилось по деснам, Ник закашлялся и тут же сильные, но аккуратные руки помогли ему усесться. -Может, откроешь уже глаза? Ты не похож на спящую красавицу. Да и я не принц, знаешь ли. Иллюзия окончательно развеялась - поле исчезло, сменившись полутемным интерьером подвала. Рассеянный свет пробивался сквозь дыру в потолке, играя тенями на глубоко озабоченном лице потрошителя. -Монро… - только и смог выдавить из себя Ник. -Ну славатеоспади! - потрошитель схлынул и вперился горящими глазами в лицо Беркхарта. - Если уж совсем с головой беда - могу и поцеловать. - Клыки лязгнули у самого носа Гримма, но спустя пару секунд перед ним опять появилась человеческая, весьма расстроенная, ипостась Монро. -Шустролап. Здесь опасно. - Прошептал Беркхарт. Эдди положил Ника обратно на настил, подсунув под голову свой рюкзак. -Не волнуйся за него. Он смылся. И твои нерасторопные друзья – копы надеюсь уже на подходе сами, а не позвонили очередному деревенскому шерифу, который не сможет кролика в собственном дворе поймать. Зачем только здесь вчера толклась эта прорва людей… Монро был слишком взволнован, и потому - непривычно словоохотлив. Когда он снова очутился в поле зрения, Ник увидел аптечку в его руках. Потрошитель, уловив его взгляд, тут же разразился новой тирадой. -Как знал! Свяжешься с Гриммом – проблем не оберешься. Я ее вообще – то для себя купил. На всякий случай. -Эдди... дай еще флягу, или что у тебя там… - простонал Беркхарт. Потрошитель навис над ним и отрицательно мотнул головой. -Ну уж нет! Ты и так контуженный. Я не имею желания сидеть в одной яме с бухим и контуженным Гриммом. Рюкзак под головой Ника зашевелился, и перед его носом оказалась пластиковая бутылка воды. -Вот, хватит с тебя этого. – Эдди помог ему приподняться. После того как Ник напился и был снова водворен в лежачее положение, Монро деловито разложил содержимое аптечки перед собой и занялся раной Ника с таким видом, будто всю жизнь только этим и занимался. Беркхарт сопровождал его действия со своей ногой в крайне не приличных, даже для полицейского, выражениях, переходящих иногда то в глухой стон, то в некое подобие рыка. -Монро. Я там тёткин меч оставил… у машины. Если Хэнк с Ву приедут и увидят его, будет сложно объяснить, что я тут делал с этой вещью. Потрошитель ответил, не оборачиваясь, продолжая свои манипуляции. -Не было там ничего. Только твой раздолбаный в хлам телефон. Шустролап на нем джигу станцевал не иначе. Ну, или танец с саблями. Ник приподнялся на локтях и уставился на клетчатую фигуру друга, только сейчас осознав, что Эдди сидит в одной рубахе, а ему самому вдруг стало значительно теплее. Когда Монро успел напялить на него свой стеганый жилет-пуховик, Беркхарт совершенно не помнил. -Что-то твои друзья не торопятся. Монро достал телефон, и хотел было вызвать Хэнка. -Вот засада. Здесь приема нет. Слушай, Ник. Надо как-то маякнуть твоим. Наверняка они уже битый час лазят по лесу. Если что - я попросил их не тащить сюда все полицейское управление. -И как нам это сделать? - Беркхарт заинтересованно поглядел на Эдди. -Монро, ты сиганул в подвал, не подумав – как будешь отсюда выбираться? -И тебе, пожалуйста, Ник. – Буркнул в ответ потрошитель. -Я когда оттащил ту железку и увидел тебя внизу всего в крови – вообще мало о чем думал. Разве что о том, что надоедливый Гримм наконец-то свернул себе шею и от меня отстанет. Так захотелось потыкать тебя палочкой, убедиться... – съязвил Эдди. -Не сердись. Я благодарен тебе. Как ты вообще меня нашел? Монро исчез в дальнем углу подвала, откуда раздался грохот падающих досок. -Мы чуем оленя за три мили. Думаешь, найти раненного Гримма в бензиновой подливке было очень сложно? – долетел из темноты ехидный голос. -Гораздо сложнее было понять, куда ты провалился посреди пустой поляны. Потрошитель вышел на свет, волоча за собой штук пять длинных досок. Бросив их на пол, он подхватил Беркхарта и без видимых усилий перенес его в сторону, усадив у стены. -Я хотел построить из них что-то вроде «колодца» и выбраться отсюда. Ник поерзал, пытаясь устроить ногу поудобнее. Монро, меж тем, примеривался одной из досок к краю провала. -Вот так. Хорошо! – Эдди скорее разговаривал сам с собой, чем с Гриммом. Приладил рядом еще одну доску. Остальными подпер основание всей конструкции. Поразмыслив, притащил еще пару десятков и свалил туда же. -Я полез. Скоро вернусь. Долезть Монро смог аккуратно до середины, когда лежалые доски захрустели и надломились под его тяжестью. -Если не везет, то это надолго. – Философски заметил потрошитель, перед тем, как плюхнуться вниз. -Монро! – Ник собрал все оставшиеся силы и попытался встать. -Я в порядке. Черт. Надо попробовать больше досок. Я не древогрыз, в конце - концов. Не разбираюсь на глаз в пиломатериалах. Он уж было собрался уйти за новой порцией досок, когда кто-то мелькнул над краем дыры и исчез. Одна и та же нехорошая мысль пронеслась в головах друзей. Монро схлынул, задрал морду и потянул ноздрями воздух, силясь распознать в нем запах того, кто прошелся поверху. «Я их нашел». Раздался знакомый голос и шум рации. Из светлого пятна провалившегося люка, едва ли не с отеческой печалью в глазах, на них взирал капитан Ренард.