Голодный принц

В четвертый раз Зейн встретил его там, где абсолютно не рассчитывал увидеть – в супермаркете, расположенном буквально в нескольких шагах от его дома. Малик мог бы что-то заподозрить, но он жил на Энделл-стрит, а незнакомец давно ошивался в этом районе. Больше Зейна удивило то, что парень зашел в достаточно дорогой магазин. Теперь он растерянно бродил и рассматривал полки, при этом постоянно шевеля губами, будто что-то подсчитывал. Зейн заметил его, когда сам стоял в бакалейном отделе, выбирая сорт пасты себе на воскресный ужин. Едва заметив красную толстовку, он еле подавил в себе непонятное желание спрятаться за стеллаж. Но незнакомец (хотя можно ли было в четвертую их встречу его так называть?) не обращал ни на что внимание, он растерянно хлопал глазами и считал, считал… Зейн, сам не понимая, зачем, следовал за ним по пятам, впрочем, как и охранник, старающийся быть неприметным. Парень в потрепанной одежде, с неаккуратной прической и бородой явно не соответствовал обычному контингенту супермаркета. В итоге к кассе он подошел с большой бутылкой воды, батоном хлеба и упаковкой вяленого мяса. Зейн, многочисленные покупки которого уже проходили через приветливо улыбающегося кассира, тянул шею, чтобы рассмотреть, как парень отсчитывает груду монет. Другой кассир, женщина средних лет, терпеливо пересчитала деньги и холодно сказала: - Не хватает тридцати пенсов. - Да, сейчас, -парень зашарил по карманам. Не найдя нужной суммы, он сконфуженно пробормотал: - Тогда вычтите хлеб. - Сэр, я уже пробила чек. - Но… - Откат займет время. - У меня его много. Кассир выразительно глянула на охранника, который все время следовал за нежеланным посетителем. Тот успел сделать лишь пару шагов в сторону кассы, а парень в толстовке испуганно подобраться, будто был готов бежать… Но ничего не произошло, потому что Зейн быстрее их всех шагнул вперед и положил монету в 50 пенсов на прилавок. - Вот, сдачи не надо. Парень от изумления приоткрыл рот, светлые глаза почти вылезли из орбит. - Ты… Ты меня преследуешь или что? - Может, это ты меня преследуешь? – в свою очередь спросил Зейн и вернулся к кассе. Незнакомец чуть покраснел, сгреб покупки в рюкзак и вылетел из магазина. Зейну потребовалось еще несколько минут на расчет. Когда он, навьюченный тремя тяжеленными пакетами, вышел на улицу, его там поджидали. Эта красная толстовка уже, наверное, была выжжена на его сетчатке. - Эй… Спасибо, - тихо сказал парень, натягивая капюшон на лоб. По мостовой застучали дождевые капли. - Не стоит. - Я узнал тебя… Ты упал на набережной. И до этого я видел тебя на поле Линкольна. Так ведь? -Да, наверное, - буркнул Зейн, стараясь казаться равнодушным. Не мог же он признаться, что с первой встречи запомнил этого парня и проводил существенную часть своих дней, думая о нем. Это было удивительно, ведь в одном районе Ковент-Гарден проживали десятки тысяч людей, сюда ежедневно приезжали толпы туристов… И среди их всех он постоянно встречал лишь его, уже четвертый раз за одну неделю. - Удивительно, да? – спросил парень и вдруг улыбнулся, застенчиво и одновременно открыто. – Я… Черт, я не знал, что это место такое дорогое. - Тут весь район дорогой. - Да… Я Луи. - Зейн. Пожал бы тебе руку, но..., - Малик многозначительно потряс пакетами, о чем тут же пожалел. Луи мазнул по ним потухшим взглядом и снова улыбнулся – как-то наигранно и коряво. - Еще раз – спасибо… Пока. Луи почти сбежал от него, не дождавшись ответа. Зейн проводил взглядом быстро скрывшуюся во дворах фигуру и, чувствуя, как дождь набирает силу и бьет его по бритой макушке, поспешил домой. Всю дорогу он думал о том, что, наверное, Луи околел в этой толстовке. И что хлеба и мяса ему хватит только на одну трапезу. *** Прошло четыре дня, за которые успел наступить октябрь и установиться «классическая» лондонская погода – на город опустился туман и его регулярно поливали мелкие, но ощутимые дожди. Доставая из шкафа очередную кожаную куртку, Зейн старательно гнал от себя мысли о наверняка мерзнущем где-то в своей толстовке Луи. Безрезультатно. Душераздирающие картины так и лезли ему в голову. Зейн пытался успокоиться, убеждая себя, что зря мучается, что он все равно ничего не мог сделать в их последнюю встречу. Или мог? Может, он должен был отдать Луи купленную еду? Поинтересоваться, если ли у него теплая одежда и место, где заночевать? Или, может, Зейн просто почувствовал себя чем-то обязанным этому нищенствующему парню, ведь он-то ни в чем не нуждался? В любом случае, Малик вплоть до пятницы жил своей обычной жизнью, пока один поздний вечер все не перевернул. Возвращаясь домой по темным безлюдным улицам, он остановился у самого входа в свой дом и закурил, привалившись в фонарному столбу. И ему стоило огромных усилий не завизжать от неожиданности, как перепуганная школьница, когда от покрытой тенью стены отделилась чья-то фигура и двинулась к нему. - Зейн? Малик едва не проглотил сигарету, но вовремя сообразил, что бояться, скорее всего, нечего. Свет фонаря осветил позвавшего его по имени человека, и это был не кто иной, как Луи. Зейн быстро оглядел парня – тот так и не сменил одежды, оброс, осунулся и, кажется, его сильно потряхивало от озноба. Но самое неприятное – у Луи была разбита губа, а левую щеку «украшали» лиловые синяки. Парень точно перехватил прокатившийся по всей его наружности взгляд Зейна и заметно смутился, не решаясь заговорить. А вот у Малика был один вопрос, требующий немедленного ответа: - Как ты узнал, где я живу? Луи затеребил шнуровку у горла и тихо, виновато пробормотал: - Я проследил за тобой после последней встречи… После супермаркета, помнишь? Зейн коротко кивнул. - Извини… Даже не знаю, зачем я это сделал. Но ты был добр и… Парень, смутившись, неуклюже взмахнул руками, будто это что-то объясняло. Зейн все не мог перестать разглядывать его, стараясь впитать все крупицы информации и одновременно осознать, что вообще сейчас происходит. Это было просто дико – стоять посреди ночной улицы, разговаривая с, по факту, беспризорником, который еще и умудрился ввязаться в драку с кем-то. Уж точно не занятие для сына посла! Но одновременно Зейн ощущал, что как раз таки оказался в правильном месте и в правильное время. Оставалось только понять, какие действия он должен предпринять. - Ты ждал меня здесь? И что с тобой случилось? – Зейн указал на собственную щеку. - Это? Да ерунда. Я просто… На, держи, - Луи подошел к нему, остановившись на расстоянии шага и протянул что-то в зажатом кулаке. Зейн, не думая, раскрыл ладонь, на которую упала монетка в пятьдесят пенсов. Решив не обижать Луи отказом, он принял возвращенный долг. Они помолчали несколько мгновений, пока сам Зейн не спросил: - Слушай, а где ты живешь? Луи уставился в асфальт и не ответил. - Эй. Тебе есть, где переночевать? Хотя бы сегодня? Парень вскинул на него полное надежды лицо и открывал-закрывал рот, как рыба, пока из него не начали доноситься неуверенные звуки. - Я хотел… Попросить… Я…, - Луи закусил губу и вдруг резко мотнул головой. - Извини, я не знаю, чего я хотел. Я пойду, извини, я не должен был тебя беспокоить. Парень сделал буквально пару шагов и уже сорвался на бег. Хорошо, что Зейн так упорно тренировался, будто для марафона. Он быстро догнал Луи и, не слушая его вялые отнекивания, пригласил парня к себе. *** Оказавшись в квартире Малика, Луи открыл рот от изумления, а его усталые, сонные глаза заблестели, пока он, неуклюже сбрасывая кроссовки, рассматривал интерьер. По мнению Зейна, здесь не было ничего особенного – обычная квартира, каких в Лондоне были тысячи. Но, видимо, Луи в своей жизни не видел подобной обстановки – стильная, лаконичная мебель, высокие потолки и окна, современная система освещения и техника. Беспризорник замер на пороге, не решаясь из холла шагнуть дальше. Зейн сам подтолкнул его в спину. При электрическом освещении Луи выглядел еще хуже – бледный, сонный и, похоже, у него была температура. Быстро оценив ситуацию, Зейн отобрал у парня рюкзак и, снабдив чистой одеждой, отправил в гостевой душ, несмотря на вялые протесты и бормотание о том, что он может и так поспать, вот прямо тут, на ковре в коридоре. Пока Зейн орудовал на кухне, готовя кофе и разогревая пасту, его взгляд пару раз цеплялся за оставленный здесь рюкзак, но шарить по чужим вещам он не стал. Почему-то ему казалось, что Луи не представляет опасности. Он выглядел слабым, напуганным, даже его пристальный, пронзительный взгляд потух. А когда свежевымытый беспризорник вошел на кухню, одетый в светлые штаны и футболку, обтягивающую его торс, с всклоченными влажными волосами и раскрасневшимися щеками, он был просто квинтэссенцией невинности. Луи благодарно, но очень слабо улыбнулся хозяину, когда Малик кивком указал ему на один из стульев, что окружали «остров» посередине кухни. Парень осторожно присел на самый край и уставился на дымящиеся тарелку и чашку, когда Зейн поставил перед ним еду. Он поднял на молодого человека глаза и одними губами прошептал: - Я даже не знаю, что сказать… спасибо. Губы Зейна тронула легкая улыбка, но он лишь бросил: - Ешь давай. Луи, вопреки ожиданиям, не набросился на еду жадным волком. Он осторожно насаживал каждую ригатони на вилку и медленно отправлял пасту в рот, тщательно пережевывая. Съев едва ли половину и выпив залпом кофе, он прикрыл глаза и покачнулся. Зейн еле успел подхватить Луи и поднять его на ноги, пока тот неразборчиво бормотал извинения. Похоже, горячий душ и еда его совсем разморили, после голода и холода это точно был изматывающий опыт. Малик отвел парня в гостевую спальню, уложил его на кровать, накрыл одеялом и потрогал оказавшийся горячим лоб. Луи еще лепетал про то, что он должен забрать свою одежду из ванной, но усталость его быстро одолела, и парень провалился в сон за считанные секунды. Зейн сам собрал его одежду и закинул в стиральную машину, перенес еще не просохший после последнего дождя рюкзак в гостевую спальню. Он бросил на мирно сопящего парня взгляд, когда прикрывал за собой дверь, и на мгновение задумался о том, что, возможно, его стоило бы запереть. Конечно, у него не было дома крупных денежных сумм, однако украшения, техника и просто предметы интерьера стоили немало. Но почему-то Зейн быстро отмел все эти мысли и, нисколько не поражаясь своей беспечности, просто удалился спать. ***