Чудеса на виражах

- Вам кого? Вольфрам осмотрел людей за решеткой. Нашел взглядом белые волосы и кивнул в его сторону: - Мне вот это тело. Залог как обычно или ему предъявлены какие-то особые обвинения? - Нет, как обычно. Драка, приставания к занятому омеге, погром в баре, - с усмешкой отчитался служитель закона. – Двое альф попытались доказать, что он их чуть не убил и нанес серьезные повреждения как физические, так и моральные – сделано это было при омегах. Но им не поверили – они крупнее вашего тела в полтора-два раза. Вольфрам хохотнул и покачал головой. - Ну да, ну да. Хорошо, что только двоих. Чертов альфа-терминатор. Вольфрам отсчитал уже привычную сумму, а полицейский понятливо и привычно открыл камеру, отгоняя оживившихся альф в сторону от омеги. Хотя Вольфи вполне мог постоять за себя. Подойдя к грязной провонявшей койке, Грант с размаху ударил валяющееся тело под ребра. Илиан на автомате ответил рычанием и скатился со своей почти родной уже лежанки, окончательно гробя рубашку за четыре штуки баксов. Ну кто надевает такую рубашку, зная, где закончит вечер?! Сонно проморгавшись, Илиан наконец сфокусировал взгляд на Вольфраме и расплылся в пьяной улыбочке: - О, детка, ты все-таки приехал. А говорил, что в четыре утра я могу ждать спасения только от дьявола. Сбоку захихикал полицейский, уже не в первый раз становящийся свидетелем таких спектаклей. - Считай, что сейчас я – он самый. Ухватив проснувшегося, а значит и более безопасного сейчас альфу за шкирку, Грант поволок его к выходу, на прощание кивнув полицейскому. Отпустил только на крыльце, милостиво не пересчитывая тушкой Стелио ступеньки. - Ну и? – закуривая, поинтересовался Вольфрам. Илиан потянулся за сигареткой, желая затянуться, но Ди, покачав головой, не дал. Не заслужил Илиан, хотя и был одним из немногих альф, которые не кривили носы, видя, что «нежный омежка» курит, хотя ещё не рожал. - Что? - Расскажешь свои причины на этот раз? – поглядывая, на вольготно разлегшегося на ступеньках Стелио, спросил Вольфрам. - Все те же. Мне надо отдохнуть после работы, спустить пар, выпустить свои альфьи инстинкты, - и Илиан, задрав голову к небу, довольно таки сносно провыл, даже более чем сносно. - Так свои альфьи инстинкты проявляли веков шесть-семь назад, придурок, - пнув его легонько в плечо, скривился Грант. – Господи, Илиан, второй раз за месяц, а ведь до окончания ещё полторы недели. И что, как он? - Кто он? Месяц? – нахмурился Стелио. - Омега, ради которого ты нанес двум альфам тяжелые повреждения, устроив естественный отбор в обычном баре? – усмехнулся Ди, хотя, конечно, ситуация была дикой… но забавной. - Ничего особенно. Каштановые волосы, а глаза… глаза, кажется, карие… или черные? – задумчиво спросил Илиан у подбородка Вольфрама. - Придурок, - констатировал Вольфрам, выкинул сигарету прямо на крыльцо и затушил ботинком. - Просто у него резко началась течка, а я без подавителей... - Ты отлично себя контролируешь, Стелио, не надо ебать мне мозги, - скривился Вольфрам, вспоминая, что первые пару раз даже велся на подобные отмазки. - О, я бы тебе выебал кое-что… и это не мозги, - облизнулся Илиан. Вольфрам опустил на него взгляд и утонул в зеленых голодных глазах. Жадный взгляд альфы, желающего омегу. - Нет. Я тебе уже говорил…. - О, Красавчик, заткнись,- Илиан скривился и поднялся, поворачиваясь к Вольфраму спиной. – Я знаю весь этот твой пиздеж про свободного омегу наизусть. - Я тебе говорил, - с нажимом повторил Грант,- что я свободный омега. И против секса с тобой был бы не против. Но ты же, пещерный человек, точно поставишь мне метку, устроишь сцепку и, несмотря на все противозачаточные, наградишь беременностью. А после этого тебе останется только запереть меня дома и нацепить ошейник. - Запирать дома я бы не стал, - хмыкнув, уточнил Илиан. – Это же так важно показать всем, кто твой альфа, кто тебя обрюхатил. - Фе, Илиан, ты даже произнести этого цивилизованно не можешь, - скривился Вольфрам. – Так что можешь и не мечтать. Они спустились с крыльца и пошли по улице туда, где Вольфрам оставлял свою машину. - Вот поэтому-то мне придется и дальше спускать пар в забегаловках. - Да сколько угодно. Только будь добр, ночуй в камере тогда, а не дергай меня… - «из постелей любовников» было не произнесено, но для понимания друг друга им не так уж и требовались слова. Илиан остановился, залез в карман рубашки и достал чековую книжку, вырвал уже подписанный лист и сунул в руки Вольфрама. - Впишешь сумму залога и морального ущерба. Ди хмыкнул и сунул бумажку в карман брюк. - Когда-нибудь я тебя так ограблю, Илиан. - Наплевать. Вписывай любую сумму. Вольфрам подавил злое рычание. Илиан постоянно демонстрировал, что на деньги ему плевать, на зарплату, которую ему вообще-то платил последние восемь месяцев Грант, тоже плевать. Каждое действие этого альфы просто кричало о том, что он полностью независим и не приручаем. Но вот за Вольфи покорно таскается. Тем временем Илиан, развернувшись, пошел в обратную сторону. - Эй, ты куда? – озадаченно спросил Вольфрам, для которого это было чем-то новеньким в их повторяющемся сценарии. - Выпускать пар и инстинкты, - не оглядываясь, ответил Илиан. - Ты блядь издеваешься, что ли? Я не буду тебя вытаскивать в очередной раз уже через пару часов. И вообще завтра у тебя так-то рабочий день, - Вольфрам оторопел и рассвирепел одновременно, чертов Илиан всегда умудрялся вызывать в нем противоречивые эмоции. - Я уже понял, что ты меня больше вызволять не будешь. Не бойся, детка, есть омежки, которые с удовольствием меня спасут и утешат. Вольфрам не видел, но был уверен, что поганец Илиан ухмыляется. - Ну так, в следующий раз, напившись до отсидки, вспомни их номера, а не мой, мудак! – разъяренно рявкнул Ди. Вот тут Илиан обернулся и даже улыбочкой одарил. - Не строй такое хмурое лицо, Красавчик, это же ты меня отшил. И вновь повернувшись к Вольфраму спиной, прогулочным шагом пошел по улице, ещё и подвывая тихонечко. Зло выдохнув, Вольфрам в какую-то минуту оказался за рулем своей машины. Сжав кулаки, он сидел и пытался медленно дышать. Поймал свой взгляд в боковом зеркале и, все-таки психанув, ударил по приборной панели. Гребанный Илиан. Гребанный патлатый мудак. Да Вольфрам… Вольфрам убьет любого омегу, который только попытается захомутать Илиана больше чем на пару ночей. Просто блядь перегрызет глотку и закопает в саду вместо удобрения для яблонь. Неожиданно дверца со стороны пассажирского места открылась – и на сидение опустился Илиан. - Красавчик, не подкинешь бедного одинокого несчастного альфу до дома? И Гранта резко отпустило. Вот он, Илиан, не пошел за утешением ни к каким омегам. - Если будешь хорошим мальчиком и пристегнешься. Не хочу ещё раз пережить тот момент, когда ты протаранил собой лобовое стекло. Я до сих пор удивляюсь, что ты отделался парой царапин, а не свернутой шеей. - Ну, я же альфа, - своим самым раздражающим тоном пропел Илиан, но пристегнулся. Когда они остановились у двухэтажного особнячка, в котором проживал Илиан, Вольфрам решительно к нему повернулся: - Сегодня важная программа. Так что отмазки, что ты ночью буянил, сидел в каталажке и вообще оставил машину у того бара, меня не волнуют. Понял меня, Стелио? - Хорошо, босс, - откозырял Илиан, второй рукой отстегивая ремень. Вольфрам искреннее понадеялся, что Илиан запомнит свое обещание и не придется гнать за ним за час до эфира. - Проваливай тогда, если все понял. - Какой ты злой, - лицо альфы вдруг оказалось совсем близко. – Красавчик, - прошептал Илиан и поцеловал Вольфрама. Мир Вольфрама уже знакомо качнулся, нос был забит запахом сильного альфы, легким парфюмом Илиана, запахом его кожи, табаком и алкоголем. Голову повело. Илиан отстранился, поглядел на поплывшего Вольфрама и покачал головой. - Однажды кому-то придется сдаться, Вольфи. Либо тебе, либо мне. Мое терпение уже на исходе, детка. И не дожидаясь ответа, Стелио вылез из машины и пошел к дому. Оставшийся возвращать себе утраченное спокойствие Вольфрам проводил его фигуру взглядом. Он знал. Он знал, что Илиан уже на пределе. Но дать себя связать узами на всю жизнь был не готов. Навсегда. Никакого секса на стороне. Особняк и дети на лужайке. Ни вечеринок, ни оргий. Только Илиан. Не то чтобы это плохо звучало, но Вольфрам не был послушненьким текущим от любого слова альфы омегой. Он был не готов. Когда-нибудь… А пока только редкие украденные поцелуи. Вольфрам завел машину и резко стартанул с места, заменяя гуляющее в крови возбуждение адреналином.