Чудеса на виражах

На самом деле это должно было случиться. Вольфрам только и делал, что предрекал такой исход. После того вызова в морг что-то такое обязано было произойти. Сначала Илиан не явился утром к нему, чтобы привычно оценить внешний вид, пожелать доброго утра и чмокнуть в щеку, ухо, нос, уголок губ – куда попадет, но при этом не в губы. Стелио поддавался правилам игры Вольфрама, который не хотел показывать кому-то с канала, как страстно они с Илианом иногда увлекаются «ни к чему необязывающими» поцелуями. Затем его не оказалось на съемке, хотя окружающие были подготовлены – кто-то над ними поработал. Зажав Жана, Вольфрам поинтересовался, где его партнер и по факту непосредственный начальник. Мышка что-то пробормотала, что вот буквально только что был здесь, но убежал по просьбе кого-то из ведущих. Ладно, решил Вольфрам, это имеет право быть. Возможно, Илиан с утра встал не с той ноги, поэтому сейчас дулся на Гранта и не казал глаз. Но когда примерно таким же ответом его награждали часа два абсолютно разные люди, Ди не выдержал. Они правда принимают его за идиота?! - Илиан позвонил и попросил заменить его на пару дней. Прикрыть перед вами, - прошептал Жан, которого Вольфрам вполне реально припер к стенке. Вот это уже было более чем странным. Илиана не нужно было прикрывать перед Ди. Он уходил в загулы, когда у него левая пятка зачешется, и объявлялся тогда же. Стелио на звонок ответил и радостно защебетал в трубку. Рассказал, что срочные семейные дела вынудили его уехать из города. Вольфрам поугукал, согласился с тем, что будет скучать и плакать в темных углах студии украдкой, а завершив звонок, связался с начальником безопасности и потребовал узнать, в какой больнице сейчас находится его драгоценный придурок-стилист. Ладно остальные, но Илиан что, правда думал, что Вольфрам не заметит характерного шума на заднем фоне? Поездка до больницы, конечно, не напоминала тот раз, до морга, но тоже была не из приятных. Обычно чем веселее и радостнее был Илиан в таких ситуациях, тем хуже обстояли дела. Не удивительно, что Ди успел навоображать себе все от переломов до отрезанных конечностей. Появление любимого начальника в собственной палате сначала альфу удивило, а затем явно смутило. - Ты такой паникер, - пробормотал он. На лице не было никаких повреждений, так что Вольфрам просто взял карту, висевшую в изножье койки Илиана. Прочитал несколько раз, прицепил ту на место, а затем бесцеремонно перевернул Илиана на живот. Через бок и лопатку шла замотанная бинтом полоса. Но красный характерный след в половину шеи никто не скрыл. Вообще спина Илиана была в довольно свежих шрамах от плети и метках альфы. Хорошо, что эта штука не действует на других альфах, хотя это не отменило и даже не уменьшило бешенства Вольфрама. Он вернул Илиана в исходное положение и зло уставился в зеленые глаза. - Это Амодей? – требовательно поинтересовался он, хотя ответ был очевиден. - Это случайная травма, детка, ничего страшного. - Рассеченную до костей кожу, трещину в ребре и удар кнута по шее ты называешь нестрашным? – ядовито уточнил Вольфрам, которого почти колотило от ярости. - Сорвалась рука, я дернулся от боли – и поэтому второй удар пришелся на шею. Ди ещё раз глянул туда, где был виден край этого «полуошейника» и передернул плечами. - Кое-кто требует от меня каких-то клятв, уверяет в верности, а сам? – криво усмехнулся Ди. – Не похоже это на верность, Илиан. Тот помолчал, пряча глаза, но все-таки тихо заговорил: - Сильному альфе, особенно тому, кто не может получить желаемое, иногда надо напоминать о морали и правилах. Я очень сильный альфа, детка. И если не хочу, оказаться в ситуации, когда никакой залог меня не вытащит из застенок, то должен помнить об ограничениях и заботиться о контроле. Амодей… помогает. Вольфрам зло выдохнул и принялся мерить палату от стенки до стенки. На глаза попался стоящий в огромной вазе букет темно-красных роз. Явно от Амодея. Пошло, грубо, совсем неподходяще Илиану, по мнению Гранта. - Он больше не должен тебя трогать. Вообще. Хочешь, чтоб тебя пороли до крови? Отлично! Я обеспечу. Обязательно надо, чтобы это был не я, а альфа – найдем профессионала, и он будет это делать под моим присмотром. Никакого блядского Амодея рядом, Илиан. - Не помню, чтобы давал тебе право решать, что мне делать со своей интимной жизнью, - вновь встречая взгляд Вольфрама, отметил Стелио. - Ой, давай не будем сейчас играть в это. Мы оба прекрасно знаем реальное положение вещей, - раздраженно отмахнулся от своего альфы Вольфи. - Кое-кто всячески пытается притвориться, что этого положения вещей вообще не существует. Вольфрам остановился, затем присел на койку Илиана к нему спиной, уперся локтями в свои колени и замолчал на несколько минут. - Не хочешь сам об этом сообщить Амодею, хорошо, - наконец выдал итог своим размышлениям омега. - Я позабочусь об этом для тебя, лапочка. Он только хотел подняться, но Илиан ухватил его за локоть. - Не лезь в это, Вольфи. Амодей тебя прибьет. - Мне казалось, что ты обещал перегрызть ему горло, если тот меня тронет, - напомнил Вольфрам. - Для этого мне надо быть поблизости, когда ты выведешь его из себя. Вольфрам резко припечатал Илиана обратно к кровати, уперся ладонями по обе стороны от его головы, а затем навис над лицом альфы, удерживая того на месте взглядом. Они будто поменялись местами, словно это Вольфрам альфа, давящий на партнера своей силой и уверенностью. - Я могу защитить себя, Илиан. И я могу защитить тебя. Если потребуется, я закопаю Амодея в самой глубокой и темной яме, которую только смогу отыскать, чтобы этот ублюдок точно не вылез обратно, - губы сами сложились в недобрый предвкушающий оскал. Взгляд Илиана скакал между глазами своего омеги и его губами. - Не сомневаюсь, что ты можешь… - наконец хрипло произнес он. Вольфрам удовлетворенно кивнул, провел носом по щеке Илиана и отстранился. - Вечером приду, принесу твои любимые пироженки, - пообещал он и пошел на выход. Но в самых дверях пришлось остановиться. - Знаешь, Красавчик, боль от ударов нетрудно перенести, когда есть хоть какой-то опыт в порке. Твои же слова и поступки наносят раны куда более болезненные и глубокие, чем эти удары. - Но не смертельные, - заметил Вольфрам, справившись с комом в горле. - Да, пока не смертельные, - согласился тихо Илиан. Вольфрам направился в офис. Илиан сколько угодно мог оправдывать ублюдка и строить из себя жертву Вольфрама. Но Грант не собирался больше терпеть Амодея. Он в кровавую кашу сотрет мерзавца, посмевшего навредить его альфе. Собирать компромат на Амодея он стал ещё после той, первой встречи. Кто-то подумал бы, что это было предусмотрительным шагом. Вольфрам же знал, что в нем говорили злость, ревность и желание любым способом удержать Илиана. Даже если придется грубо удалить Амодея из игры. Пришлось задействовать старые связи, не всегда легальные и чистенькие, где-то платить за информацию, где-то делиться собственными данными. В итоге получилась приличная пухлая папка бумаг и фотографий. Именно с копией такой папки Грант и перехватил Амодея в центре города, у одного из его ресторанов. Просто молча сунул ту в руки Амодею, а тот также молча изучал её минут десять, после чего поднял взгляд на Ди. - И что теперь? - А теперь ты забудешь о существовании Илиана Стелио. Чтоб я тебя рядом с ним больше не видел. Вообще не приближайся к нему. Иначе информация из этой папки окажется на всех экранах страны. Тебе хватит на десяток пожизненных. - Не думаешь, что я утяну за собой Илиана? - В этой папке нет и слова об Илиане, - нахмурился Вольфрам. - Это не помешает мне утянуть его на дно. В тюрьме легко подкупить охранников, одиночные камеры превращаются в любовные гнездышки на двоих. Буду драть его сутки напролет, пока ты задираешь нос в своем красивом кабинетике. - Ты такой идиот, Амодей. Я все-таки журналист и всегда записываю важные разговоры на диктофон. Вернусь домой, оформлю саундтрек с твоим голосом. Дам послушать другу, - Вольфрам расплылся в мерзкой улыбочке, полной превосходства. – Пусть узнает о твоих планах на ваше совместное будущее. Хотя… - улыбка исчезла, оставляя на своем месте ледяную маску, - может мне стоит просто снять с тебя скальп, ублюдок. И тогда ты никого уже никуда не утянешь. - Кишка не тонка? – задрал брови Амодей. - Вот и проверишь. На своей шкуре, – не повелся на провокацию Вольфрам. – Ты больше и пальцем не коснешься моего альфы, уясни это. - Твоего альфы? А-а-а… ты видел мои отметины. То-то так взвился, _детка_, - протянул Амодей. – Я-то не трону. А вот Илиан придет ко мне и попросит этого сам. Потому что я точно знаю, что он пока не твой альфа. - Мы разберемся в наших отношениях без посторонних ублюдков-садистов. И я найду, чем занять Илиана, не беспокойся о нем, - хмыкнул Вольфрам и, посчитав разговор законченным, отвернулся от Амодея. - Я все-таки побеспокоюсь, - сказал ему в спину Амодей. Ди только пожал плечами. Было бы наивно считать, что этот урод просто так отстанет. Вольфрама он, конечно, убивать не станет, но какую-нибудь пакость обязательно подстроит. Но Амодей заблуждался, если думал, что Гранта расслабит сегодняшняя победа. Вольфрам любит Илиана. Он подвесит за яйца десяток таких, как Амодей, если на того посмеют покуситься. - Вы должны это видеть! С этими словами помощник Вольфрама утянул его в одну из операторских, где был включен обычный телевизор. Чужой канал, чужие ведущие. И передача с названием то ли «Давай сцепимся», то ли «Давай пометимся». В общем, сопливая хрень для омег. В другой раз бы Ди только скривился презрительно, но сейчас главным героем, которому подбирали омегу, был никто иной как Илиан-чертов-мудак-Стелио. Уверенный красивый альфа улыбался с экрана всем подряд. Тяжело вздыхая, рассказывал о том, что ужасно одинок, а последняя любовь его была безответной. За «была» Вольфрам потом отдельно ему выпишет штрафов. Оказалось, что Стелио просто мечтает о маленьком тихом семейном счастье с кучей детишек и покладистым нежным омегой, которого он будет носить на руках и баловать каждую свободную минуту. Выяснилось, что Илиан фанат чистоты в доме и домашней готовки. Ну, и конечно любит похулиганить во время секса. Последнее откровение было принято с большим энтузиазмом, как ведущими и зрителями на экране, так и окружившими Вольфрама подчиненными. Те, кстати, разрывались между просмотром программы и отслеживанием реакций на лице своего начальника. - На прошлой неделе явно записано, - проговорил кто-то. И Вольфрам заскрежетал зубами. Значит, у Илиана нашлось достаточно времени, чтобы искать себе омегу на телевиденье, между звонками находящемуся в очередной течке Вольфраму. В это время на экране пришел черед первому омеге очаровывать альфу своей мечты. Определенно приватный танец такого уровня не должен был выпускаться в дневное время на канале, который смотрят дети. Грант почувствовал, что ещё чуть-чуть и у него не хуже, чем у Илиана, получится взвыть. Он мужественно досмотрел программу до конца. Стойко пережил эротическую вариацию тайского массажа от второго омеги и закармливания пирогом с рук от третьего. Не пережили этого несколько кружек, которые Вольфрам запустил в стену, даже не спросив, кому они принадлежат. Ди не смотрел такие передачи, но общую концепцию знать был обязан. Он ожидал, что Илиан откажется ото всех вариантов. Илиан выбрал второго омегу – и тот даже не был блондином! Дверь Вольфрам открыл аккуратно и спокойно. Также спокойно вошел, тщательно следя за дыханием. Он не собирался скандалить. Лишь немного прояснить ситуацию. Он точно сможет удержать себя в рамках. - О, детка, только минуту назад тебя обсуждали, - радостно поприветствовал его Илиан, отрываясь от просматривания каких-то модных журналов, которые они изучали с Жаном. Жан, кстати, имел наглость читать через плечо своего напарника, то есть прижавшись к нему практически всем телом. - И о чем же вы говорили? – все ещё улыбаясь, поинтересовался Вольфрам. - Ну как же, о твоем высоком чувстве стиля и что над тобой и работать-то особо не надо, - стилист тепло улыбнулся своему любимому боссу. - Да? А я уж думал, что ты обсуждал того омегу, которого выбрал для сцепки, - Вольфрам состроил невинное, чуть удивленное выражение лица, но Илиан легко прочитал по нему совсем иные эмоции. - Жан, малыш, сходи до четвертой студии, проверь, как там жертвы эксперимента. Вольфрам ничего не знал об эксперименте, да и не помнил, что сейчас по плану в четвертой, зато отметил, как понятливо побыстрее смылся визажист. - Красавчик, это всего лишь шоу. Актерская игра, - поднял руки, сдаваясь, Илиан. - И про твою безответную любовь игра? И про покладистого омежку? – Вольфрам медленно наступал на сидящего Стелио. - Ну, не мог же я соврать во всем. Все-таки вдруг наткнусь на какого-нибудь зрителя, тот задаст вопрос, а я даже не вспомню, что именно врал на передаче. Это несколько непрофессионально. А про покладистого омежку… ну что ты, это так… в рамках политики шоу. Разве я давал повод усомниться в своем выборе самого свободного и строптивого омеги в Америке? - Вот оно как. Ясно… - впрочем, грозно наступать Вольфрам не прекратил. – Значит, и выбрал ты омегу чисто из политики шоу. И на свидание с ним пойдешь, которое обещали показать в следующей части, тоже чисто из-за шоу, да? Потом и целоваться начнешь из-за этого, метить, сексом заниматься… - Вольфрам сжал пальцы на горле Илиана. - Всего лишь дружественная помощь каналу, где работают несколько приятелей твоих режиссеров. Наши ведь так же делают, когда не могут участников найти. А я свежее мясо, нигде не мелькал, вот и подошел. Ну, кто же знал, что мне ещё и свидание навяжут? Отказываться-то уже нехорошо. Да и омега этот в принципе ничего, нормальный, - смазанно пожал плечами Илиан, запрокинув голову и глядя в голубые глаза своей личной Немезиды. - Я точно тебя в эту комнату под замок посажу! – зло рявкнул Вольфрам. - Ну что ж, придется снимать свидание здесь. Диван есть – для второго сеанса тайского массажа вполне подойдет. Вольфрам зарычал и накинулся на Илиана, почти серьезно сжимая ладони на его шее и тыкаясь коленями под ребра. Тот в ответ успевал оглаживать бока и спину Вольфи, нагло засунув руки под рубашку. Видимо, это было поважнее попыток глотнуть воздуха. Чуть успокоившись, Грант поудобнее устроился на коленях своего стилиста. - Поговорю я с этими режиссерами и их дружками. Будет тебе свидание, - угрожающе пообещал Вольфрам. – В десять минут при фотографах, операторах и осветителях, у меня даже декорации подходящие есть. - Мне все равно, - с улыбкой ответил Илиан, поглаживая круговыми движениями поясницу омеги. – Но на курсы тайского массажа сходи. Мне понравилось. Возбуждает. Только успокоившийся Вольфрам принялся душить Илиана по второму кругу.