Чудеса на виражах

Вольфраму все-таки позвонили из морга. Ладно, стоило начать с другого. С того, что Вольфрам сглупил. А как иначе назвать то, что он решил потрахаться на рабочем месте с одним из ведущих? И не закрыл дверь. Это было не глупостью, полным идиотизмом, по крайней мере, теперь, когда в компании работал Илиан, который не стучал из принципа. Они находились в середине процесса, когда дверь распахнулась и со словами: - Вольфрам, ты знаешь… - залетел Илиан, сразу замолкнув. Вольфрам открыл глаза и тут же уперся взглядом в своего лучшего стилиста, ведь стол, на котором его разложили, был как раз напротив двери. Пристальный взгляд _правильного_ альфы сначала опалил, почти толкая к оргазму, тем более чужой член не перестал таранить задницу. А затем взгляд стал ледяным… и даже презрительным. - А-а-а… ты занят. Зайду позже, - Илиан говорил спокойно и так же спокойно закрыл за собой дверь, уходя. Возбуждение схлынуло разом, оставляя досаду и вину. Вольфрам так и не кончил. А Илиан опять исчез на несколько дней. Грант все ждал звонка из полиции, спал вполглаза, но того все не было. Ему хотелось увидеть Илиана, даже мертвецки пьяного и пропахшего кровью и другими омегами. Хотелось наорать на него, заглушая собственную вину. Или извиниться… хотя последнее, наверное, было лишним с его попытками выстроить барьер между собой и альфой. Звонок раздался через неделю: Илиан был силен на запои и гулянки. Однажды Вольфраму позвонили из полиции Канады. - Доброй ночи… хотя, нет, это звучит как издевательство. В общем, здравствуйте. Извиняюсь за поздний звонок, но вопрос вроде как срочный и важный. Встрепенувшись, Вольфрам поднялся и пошел к шкафу, уже предчувствуя очередное вызволение Илиана. Внутри таял ледяной ком, а дышать становилось определенно легче. - Здравствуйте. Ничего, я уже привык, - хмыкнул Ди, втискивая себя в джинсы и прижимая трубку к уху плечом. - Эм… ну, тогда я вам сочувствую. Это звонок из окружного морга. Ваш номер был забит на единицу в телефоне, найденном на трупе. Не могли бы вы приехать на опознание? Грант осел на пол. В ушах зашумело, а мир расплылся перед глазами. Господи боже, этого не могло быть. Это кошмар. Но привычная, точная до мелочей обстановка и голос на том конце трубки убеждали в обратном. Он знал, у кого забит на единицу. Потому что у него этот человек был забит на двойку чисто из вредности. - Я сейчас подъеду. Диктуйте адрес, - кое-как просипел в трубку Грант. Кое-как одевшись и уняв дрожь в руках, Вольфрам отправился в морг. Он ехал медленно, оттягивая неизбежное, придумывая причины, почему это не Илиан. И одновременно с тем внутри крутилась мысль, что это его вина. Что это он спровоцировал. Что вместо того, чтобы начать искать Илиана ещё три или четыре дня назад, он словно королевич ждал, пока придут на поклон к нему. Картинка мира перед глазами то и дело скакала, кровь громко била в ушах, хотя казалось, что биение в груди наоборот прекратилось. Боже, что ему делать, если там, на прозекторском столе, и правда сейчас лежит Илиан? Как он с этим будет жить? Может сразу лечь рядом с телом своего альфы и попросить патологоанатома себя вскрыть? По отношению к Илиану это будет честно. По отношению к Вольфраму… это решит проблему. Патологоанатом, увидев его на пороге морга, сочувственно предложил стопку спирта, но Вольфрам отказался, все равно не поможет. Те пару метров до стола он шел так, будто ступал голыми ногами по битому стеклу. Патологоанатом взялся за край простыни, накрывающей тело, и вопросительно глянул на Вольфрама: - Готовы? Может вам присесть? - Нет. Давайте, я готов, - несколько раз дернул головой, будто в припадке, Ди. И когда ткань была содрана с лица, то опустился на колени, вцепившись в край стола. - Не он. Господи, спасибо, это не он. Не он, - бормотал Вольфрам, чувствуя, как вновь начинают нормально работать сердце и легкие. Мужчина на столе не мог быть Илианом. Совершенно не был похож. - Я все понимаю, такое тяжело принять, - начал успокаивающе патологоанатом, который явно не разобрал бормотание Вольфрама. – Все уходят, вот и… - Заткнитесь, - резко обрубил его Вольфрам, поднимаясь наконец и возвращая самообладание. – Это не мой друг. Покажите, пожалуйста, телефон, который вы нашли. Телефон был Илиана, с красивой блестящей наклейкой белой анимешной лисы на черном корпусе. - Телефон моего друга. Где нашли тело? Успокаиваться было рано, но, по крайней мере, Илиан не лежал бездыханный под белой тканью. У Вольфрама было две версии: либо Илиан дал позвонить парню и тут того прибили, либо телефон украли и вора вдруг прибили. С придурком Илианом могло случиться, что угодно, проверено. Проведя ночь за общением с полицейскими, разыскивая потерявшегося альфу, Вольфрам нашел его под утро. Тот попал в участок в другом районе, где буянил уже три дня, обыгрывая бывалых аферистов и шулеров в карты, философствуя за жизнь с убийцами разных мастей, да так, что полицейские заслушивались. В общем, Вольфраму его даже под залог отдавать не хотели, так пришелся по душе местным Стелио. Лишь когда уставший, перенесший жуткий стресс Грант устроил безобразную истерику на весь участок, Илиана отпустили. И то, судя по всему, из-за того, что тот услышал и стал сам орать, чтоб его выпустили успокоить его омегу. Вольфрам был согласен и на его омегу и на успокоить. Увидев живого и довольного жизнью Илиана, Вольфрама сорвало. Наплевав на то, что вокруг полно служителей закона, Грант от души заехал Стелио по морде, а затем ещё добавил пинком под ребра. - Сука! Какая же ты сука, Стелио! Убью тебя просто! Я тут его ищу… я его, понимаешь, похоро… - «похоронил» Вольфрам так и не договорил, вылетев пулей из участка. Илиан появился под дверью квартиры Гранта через час, с уже налившимся синяком он был удивительно мужественен и серьезен. - Что произошло, Красавчик? Вольфрам молча пропустил его в квартиру, усадил на диван, сунул в руки кружку кофе, прилично разбавленного коньяком, и также молча устроился под его боком с такой же кружкой. Илиан тоже молчал, и Вольфи был ему за это безмерно благодарен, просто вдыхая его запах – живого человека! – слушая дыхание. И он не заметил, как заснул. Проснулся утром, лежа на коленях Илиана и укрытый пледом. Обе кружки исчезли. - У тебя седой волос. Два, - помолчав, сообщил Илиан. - С тобой я скоро полностью поседею, - не удивившись, прокомментировал печальную новость Вольфрам, а затем принялся рассказывать Илиану про звонок из морга. Происшествие в кабинете Вольфрама было забыто по негласному соглашению. Хотя Ди уволил бы того любовника, если это успокоило бы Стелио. Но тот не попросил. Студия возбужденно гудела. И такое положение было уже в третьей по счету студии канала. Нет, обычно рабочий процесс сопровождался шумом, шушуканьем и прочим… но в этот день все как-то делали это ненормально. Вольфрам не выдержал этой атмосферы известной всем кроме него тайны и прижал к стене одного из помощников. - Илиану предложили вести передачу на Кей-Эл-Плюс. Обещали нереальный гонорар. Окей… такой новости Грант не ожидал. Это была не новость, а просто кошмар наяву. Ворвавшись во владения Илиана, Вольфрам сходу наехал: - Ты издеваешься? К конкурентам! Ты что, правда, прикалываешься? - А что в этом плохого? Буду показывать, как превратить сереньких мышек в настоящих альф, омег и даже сексуальных бет, - пожал плечами, не отвлекаясь от стрижки какого-то парня, Илиан. - Илиан, Кей-Эл-Плюс? Серьезно?! Ты думаешь, я тебе позволю? – Вольфрам спокойно взял со стола ножницы, которыми в обычное время Илиан резал ткань. – Я тебе пальцы скорее отрежу, чем это позволю. Илиан наконец обернулся на Вольфрама с веселой улыбкой. - Серьезно, детка? Ты меня покалечишь, чтоб я не достался конкурентам? Какой ты опасный, Красавчик, - этот гад ещё и облизнулся, и что хуже – возбудился, оповещая об этом окружающих своим запахом. - Не помню в нашем контракте запрета на работу с другими телеканалами. На самом деле Вольфрам должен был быть благодарен судьбе и за малые милости. Он знал, что Илиан Стелио – это его личный джекпот. Ну, в профессиональном плане. Тот мог бы трахать моделей в каком-нибудь Милане или Париже, предварительно их накрасив, и получал бы за это гонорар, который бы никогда не потянул Вольфрам. Вместо этого он крутился на не самом рейтингом канале, помогая его раскручивать за чуть выше стандартного оклад. Ещё одно напоминание, что особого рабочего влияния Ди на него не имел. - Собственная передача, Вольфи. Вечернее время. Час, - привел аргументы Илиан, отпуская парнишку кивком головы, чему тот был явно рад. Ну, на самом деле Грант тоже мог дать это Илиану, просто не додумался. Других дел было много. И такие передачи сейчас начали терять популярность… Хорошо, он лукавил. Кое-кто даже подготовил идею такой передачи, но проект был убран в стол и тщательно забыт. Потому что никогда в жизни Вольфрам не дал бы этому лису вести передачу, так как не собирался давать повод всему миру открыть охоту на одинокого, богатого и чертовски горячего альфу. Даже если это взвинтит рейтинги канала до небес. - Какого черта, Илиан, ты же знал, что меня это разозлит? Или тебе так славы захотелось? - И то и другое. А ещё Амодей один из спонсоров канала и попросил меня. Вольфрам редко выходил из себя. И все последние разы были связаны с чертовым Илианом. Он почти не осознавал, что творит, действуя на инстинктах, поддаваясь своим желаниям. Раз, и Илиан сидит на столе, прижатый Вольфрамом к зеркалу. Два, и ножницы втыкаются в опасной близости от его правой руки. - Я не буду отрезать тебе пальцы, лапочка. Просто посажу на цепь, а посещать тебя будут исключительно по пропускам, подписанным мною. Установим кровать, ванную и поселишься здесь. Никакого гребанного Амодея и его блядского канала, уяснил, Илиан? – он вцепился рукой в волосы альфы, царапая своими короткими ногтями его затылок. – Только через мой труп. Как думаешь, Амодей устроит для твоего спасения это? - Устроит… - медленно проговорил Илиан, следя за Вольфрамом расширенными в возбуждении зрачками. – Только если я ему позволю. Но я скорее ему горло перегрызу, чем дам до тебя дотронуться. Вольфрам довольно улыбнулся и поцеловал Илиана, навязывая кусачий с привкусом железа поцелуй. Отстранился и пошел к выходу. - Сегодня же откажешь Амодею и разорвешь контракт, - приказным, чуть капризным тоном велел Грант. Илиан все ещё сидел на столе, рубашку перекосило, верхняя пуговица расстегнулась, волосы были в беспорядке. Он выглядел так, будто его трахали, а не целовали. Вольфраму нравилось. - А я ни на что ещё и не соглашался, детка. Хотел поглядеть на твою реакцию, - улыбаясь искусанными манящими губами, ответил тягуче Илиан. Вольфрам даже остановился от такой наглости. - Ну ты и сучка, Стелио. Тот довольно рассмеялся. В этот раз течка загнала Вольфрама домой. Гребанные подавители не справлялись, когда рядом находился выбранный альфа. Гормонам было плевать, что Вольфрам Илиану отказывает раз за разом. Организму нужен был конкретный результат, конкретный альфа – организм его получил. Так что Вольфрам три дня провел дома, крутясь на простынях, постанывая и балуясь вибраторами разных мастей. Может, все бы прошло легче, но чертов Илиан звонил каждый день и устраивал сеансы секса по телефону. Мудак. С охуенным, самым сексуальным голосом. - Детка, я бы вылизал тебя всего: от точеного подбородка до пальчиков на ногах. - Мммм… Красавчик, включи второй режим вибрации. Чувствуешь, да? Трахай себя, давай. И представь, что это я. Это я сжимаю в руке вибратор. Это я загоняю его глубоко в твою дырку раз за разом. Это я смотрю на тебя. Красивый, сладкий омега. Я бы не давал тебе кончить часами. - Не трогай себя. Просто слушай меня, Вольфи. Слушай и представляй. Как я покусываю твой правый сосок. Тебе больно. Но это сладкая, желанная боль. Очередная моя отметина на твоем теле. Когда я до тебя доберусь, на тебе живого места не будет, Красавчик. Ноги, руки, грудь, шея – я искусаю тебя всего. Больше ни для кого места не будет. И Грант кончал. Иногда от одного голоса. Иногда с игрушками в заднице. Бесшумно плача от невозможности утолить желания тела – почувствовать по-настоящему. Но остатки разума твердили, что он пожалеет, если поддастся. И что если Илиан услышит хотя бы намек на его слезы, то недолго Вольфраму переживать течку одному. Течка закончилась быстро: таблетки, запутавшийся от противоположных сигналов организм. Спасибо Илиану, он ни словом не намекал на то, что было. Ни словом, но взгляды оставляли на коже Вольфрама, казалось бы, ощутимые горящие следы. Вообще Вольфрам шел к Илиану, чтоб немного поругаться. Тот опять довел до срыва парочку ведущих, а отрываться от по-настоящему важных дел на эти сопли чувствительных омежек приходилось Вольфраму. Вот только буквально в полуметре от двери он столкнулся с визажистом, которого Илиан взял в пару. Признаться честно, Вольфрам даже имени его не знал. Посмотрел, что это совсем бледный омежка – явно не конкурент – и что хорошо знает свое дело, и успокоился. Он не всех ведущих-то по именам помнил! Но сейчас яркая все ещё кровоточащая метка на шее серенькой мышки заставила Вольфрама не только мгновенно вспомнить имя, но и забыть, что ему прям срочно надо было поругаться с Илианом. В голове осталась только мысль про удобрения для яблонь. А что, даже из этого мелкого омеги выйдет неплохой прикорм. Особенно, если правильно его разделать. - Ох, Жан, это же свежая метка? Тебя можно поздравить? – улыбаясь исключительно акульей улыбкой, с преувеличенным энтузиазмом поинтересовался Вольфрам. - Да, метка, - робкая мышка явно застеснялась от такого пристального внимания главного директора и потерла метку. - О! Это важное событие для любого омеги. И кто твой альфа? Может, я смогу и его поздравить. Мышка что-то неразборчиво пробормотала, Вольфраму послышалось знакомое имя, отчего перед глазами на миг все окрасилось красным. - Прости, Жан, не расслышал. - Дилан, - повторил омега. – Оператор. Что ж, яблони поживут ещё немного без удобрений. Вольфрам потрепал мальчишку по плечу и вошел к Илиану. Ему надо было увидеть своего альфу. Просто посмотреть, как тот двигается. Вдохнуть его аромат, убеждаясь, что ни один наглый омега не покусился на собственность Вольфрама. Илиан отпаривал какой-то костюм, что-то напевая под нос, и пах как всегда: сигаретами, кожей, жимолостью – это парфюм у него такой был – и химией от косметики и лака. Вольфрама окончательно отпустило. Прижавшись спиной к двери, чтобы никто не вошел, он дал знать о своем присутствии: - Привет! На самом деле Илиан бы почувствовал его раньше, всегда чувствовал, но сейчас в комнате стоял стойкий запах краски для волос – значит, кто-то щеголяет теперь новой расцветкой. Оторвавшись от своего занятия, Стелио нашел взглядом своего босса и радостно улыбнулся. - Привет. Он выключил и отставил в сторону утюжок, а затем приблизился к Вольфраму почти вплотную. - Не думаю, Красавчик, что ты забежал, чтобы лишить меня повода ворваться к тебе и заменить эту цепочку на другую, - альфа поддел пальцем упомянутую цепочку, чиркнув при этом ногтем по горлу Вольфрама. - Не думал, что тебе нужен повод, чтобы забежать ко мне, - усмехнулся Ди, у которого от такого близкого контакта сердце начало биться где-то в горле… или в паху. – Что тебе вообще нужен повод для чего-то. - С тобой мне нужен повод для любого действия, - лицо Илиана, только что украшенное нежной улыбкой, ожесточилось, и тот отступил. – Например, чтобы просто пообедать вместе. Напомни мне, ты хоть раз согласился? Вольфрам открыл рот, чтобы возразить, и закрыл. Он много раз отказывал Илиану в совместных обедах и ужинах, если только к ним не присоединялось ещё человек пять с канала. Все пять не сбегут под благовидными предлогами. А все почему? Совместные обеды стали бы постоянными. И напоминали бы свидания. Сначала одно, затем другое. Потом поход в кино на задний ряд. А там и до официальных отношений рукой подать. Вольфрам не верил в свою выдержку, он верил в Илиана. Вольфи бы точно понравилось на их неофициальных свиданиях, и он бы позволил утащить себя на дно этого болота. Ещё раз открыв рот, чтобы начать обычный треп, слабо походящий на объяснения причин и правильно расцениваемый Стелио, как отказ, Грант так ничего и не сказал. Потому что не дали. - Молчи. Я знаю все, что ты скажешь. Про занятость и недопустимость привилегированного отношения к простому стилисту, - Илиан криво усмехнулся. – И про то, что обедаешь ты чаще со всякими партнерами и спонсорами, я тоже слышал. Если нет ничего нового, то можешь не напрягаться. Илиан сел в кресло, куда обычно усаживал своих жертв. Покрутился вокруг своей оси, вздохнул тяжело и вновь глянул на все ещё подпирающего дверь Гранта. - Может мне стоит подарить тебе песочные часы. Хоть так ты поймешь неумолимость ускользающего времени, а, детка? Вольфрам неопределенно дернул головой: ни да, ни нет. Разговор начинал его нервировать, Илиан словно запустил свои длинные коготки в душу и теперь тянул. - Уходи, Вольфрам. Беги по своим сверхсрочным делам, к своим сверхважным партнерам. А я займусь своей работой. Пока я могу ей заниматься здесь, - альфа отвернулся от своего омеги и уставился в зеркало, будто пытаясь разглядеть в своем отражении что-то. – Вроде не урод, - хмыкнул. – Песчинки просыплются, а я уйду. Существует огромное количество мест, где омеги слыхом не слыхивали о грозном Вольфраме Ди Гранте. Они не побоятся составить ему конкуренцию и залезть в мою постель. А я к тому времени сдамся уже любому. Илиан замолчал. Вольфрам прождал минуту, три, пять… Но в комнате было слышно только лишь их дыхание, в унисон… А затем Ди сорвало с места: оказался рядом с Илианом, за спинкой его кресла. Глядя в глаза отражения альфы, Вольфрам опустил руки на его плечи и крепко сжал, медленно наклонил голову, утыкаясь губами в затылок и зарываясь носом в белые, пахнущие чем-то сладким пряди. - Если надо, я разобью любые часы к черту, Илиан, - прошептал он. – Я тебя не отпущу, лапочка, не надейся. Скорее пущу на удобрения для яблонь. Остальные омеги могут обломиться. Илиан некоторое время смотрел в глаза его отражению, а затем опустил веки. - Не мучай меня слишком долго, детка. Я всего лишь альфа, знаешь ли. Оставшиеся полчаса до возвращения визажиста они провели в интимной ласковой тишине.