Двойная жизнь +35

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Доктор Хаус

Основные персонажи:
Грегори Хаус, Лиза Кадди
Пэйринг:
Хаус/Кадди
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Романтика, Ангст, Драма, Детектив
Размер:
Макси, 360 страниц, 48 частей
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
«Прекрасная работа!Спасибо Вам!» от viktoriya_vel
«Отличная работа!» от Не Корректор
«Шикарный фанфик!» от Kristix.
Описание:
Не желая смириться с тем, что его «поезд давно ушел», Хаус решает заманить Кадди в ловушку. Кадди догадывается об очередном хитроумном обмане и предпринимает ответные меры, которые способствуют полной победе Хауса.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Дисклаймер: Права на персонажей сериала «House M.D.» принадлежат законным правообладателям. Все прочие персонажи созданы автором.
Время действия: после серии 3х16 до серии 6х14
От автора: первые 5 сезонов «Хауса» я посмотрела на одном дыхании примерно за месяц (октябрь 2009-го). К середине 1-го сезона мне пришла в голову мысль о том, что Хаус и Кадди живут вместе, только об этом до поры предпочитают умалчивать, и всё глубоко личное в их отношениях происходит за кадром. Их взаимная любовь с самого начала представлялась мне настолько очевидной, что невозможно было не подозревать существования неких бонусных серий, объясняющих всё-всё вполне откровенно. Поскольку таких серий нет, возникло желание самостоятельно написать историю, дополняющую основную сюжетную канву сериала.

Можно считать обложкой: http://www.pichome.ru/image/uu7

3-3

31 августа 2015, 19:01
Студенты вернулись через три часа, сияющие и уверенные в успешном завершении задания.

- Давайте хвалитесь, - поощрил их Хаус. – Докладывать будет Русалочка.

- Пациент двадцати пяти лет, Роджер Дэвис, - сказала рыжеволосая девушка.

- Его имя, - оборвал едва начавшуюся речь Хаус, - имеет значение только в том случае, если вы нашли у него болезнь, ранее не известную науке и желаете назвать в его честь. Право доклада переходит к Золушке.

- У пациента закрытый перелом левой руки, - сказала блондинка. – Он упал со стула, когда полез за подарком для своей девушки, который спрятал за коробками на шкафу. У его девушки…

- Я знаю, что благодаря влюбленным идиотам у врачей никогда не будет ни одной свободной минуты, - прокомментировал очередную неудачную часть доклада Хаус. – Сколько прибыли ежегодно приносят одни только венерические болячки, цепляемые по глупости! Я просил вас найти необъяснимый симптом, а не объяснять то, что объяснений не требует. Рука сломана, хирург исправит, она срастется. Нам здесь даже делать нечего, не то что диагностировать. Аладдин, расскажи покороче, что интересного в этом пациенте?

- Пока мы осматривали его руку, - вступил в разговор парень, - чтобы определить, вывих это или перелом, у пациента случился анафилактический шок.

- За минуту до этого я спросила, есть ли у него какая-нибудь аллергия, - сообщила Золушка, - и он сказал, что нет.

- Ты спросила, есть ли у него аллергия на лекарственные препараты, - сделала уточнение Русалочка.

Хаус задумчиво потер переносицу и превратился в самого внимательного слушателя.

- Когда произошел анафилактический шок, - продолжал Аладдин, - Золушка вколола ему преднизол, после чего пациент пришел в себя и сказал, что у него вообще нет никакой аллергии.

- А кто диагностировал анафилактический шок? – поинтересовался Хаус.

- Я, - с гордостью ответила Золушка. – Собираюсь стать аллергологом, поэтому знаю, как выглядит анафилаксия и чем ее лечить.

- И необъяснимым вы трое находите то, что есть анафилаксия, но якобы нет аллергии, - констатировал Хаус.

- В его карте есть запись о том, что в детстве его проверяли на всевозможные виды аллергенов, но реакции на них не было, - сказала Русалочка.

- На все виды аллергенов проверить невозможно в принципе, - возразил Хаус.

- Пациент сказал, что аллергии нет не только у него, но и у всех его родственников вплоть до четвертого колена, - добавила сведений Золушка.

- А еще он сказал, - дополнил информацию Аладдин, - что его мать развелась с его отцом, когда ему было два года. И об отце и родственниках отца ему ничего неизвестно, следовательно, невозможно утверждать, что у него нет аллергии.

- Насколько тяжелым был шок? – спросил Хаус.

- Мгновенная потеря сознания, - ответила Золушка, - остановка сердца и дыхания. Какой бы аллерген ни вызывал подобные тяжелые последствия, очевидно, что чувствительность пациента к нему очень высока.

- Что же вы сразу не сказали, что вам пришлось заниматься реанимацией пациента, поступившего со сломанной рукой? – возмутился Хаус.

- Вы просили покороче, - напомнил Аладдин. – Так что, мы будем заниматься этим случаем или нужно идти искать что-то другое, труднее объяснимое?

- Здесь практически нечего объяснять, - сказал Хаус. – Аллергия есть, унаследована, вероятнее всего, от отца. Вопрос лишь в том, на что аллергия и почему она до сих пор не обнаружена. Займемся этим, чтобы влюбленный болван не умер от следующего анафилактического шока, когда он произойдет вдали от больницы.

- Ну, до сих пор он же не умер, - беспечно заметила Русалочка.

- Если не нравится это дело, иди ищи другое, - потребовал Хаус. – Только учти, за каждый новый поиск оценка снижается на один балл. Сейчас у вас у всех есть шанс заработать по четверке. Нужна тройка или неуд – вперед, никого не держу.

- А пятерки вы не ставите принципиально или плохо то, что мы нашли недостаточно интересный случай? – спросил Аладдин.

- Принципиально. А случай мне нравится. На море шторм, но ветра нет. И наша задача – найти, где притаился ветер. Постойте, вы сказали, что на всевозможные аллергены его проверяли в детстве? То есть давно?

- Да, - подтвердила Золушка. – У пациента очень хорошее здоровье, и до сегодняшнего дня он был в больнице только однажды – в детстве из-за сильного гриппа. Тогда с ним тоже случился сильный анафилактический шок прямо в приемном покое.

- Вкололи преднизол, сделали аллергопробы, результата нет, - завершил экскурс в историю болезни Хаус. Он помолчал, ненадолго уставившись на пластиковый бэйджик Русалочки. Трое студентов, внимательно глядя на него, видели, как в холодных голубых глазах появляется азартный блеск, а подвижная мимика ясно заявляет о внезапно совершенном открытии.

- Вы все трое стояли рядом с ним, когда он упал под натиском анафилаксии? – задал уточняющий вопрос Хаус, возвращаясь к беседе после короткого путешествия в заоблачные выси.

- Да, но мы ничем не вредили ему, - ответила Золушка.

- Всё ясно, - сказал Хаус. – Итак, что вы собираетесь предпринять, чтобы выяснить, от чего у влюбленного болвана столь бурная реакция, способная привести к смерти?

- Нужно сделать аллергопробы, - предложила Русалочка.

- Минус один балл за идею зря потратить время.

Студенты испуганно переглянулись.

- Но за прошедшие годы у него могла развиться аллергия к чему-то, к чему ее не было в детстве, - возразила Золушка.

- Проверку «на всякий случай» проведете с согласия пациента после того, как решите задачу, - заявил Хаус. – В настоящий момент у вас есть все данные для решения. Аллергопробу для подтверждения разрешу сделать, когда услышу верную версию.

- Если вы знаете ответ, вы не имеете права его скрывать, - возмущенно проговорил Аладдин. – Ваше молчание может навредить пациенту.

- Пока наш Роджер на преднизоле, ему ничто не грозит, - возразил Хаус. – Вот что, дети, идемте на первый этаж, я собираюсь посадить вас под замок, чтобы вы не могли ни к пациенту подойти, ни спросить совета у других врачей.

- Мы можем и здесь побыть, и никуда не пойдем, пока не решим задачу, - сказала Русалочка.

- Идем, идем, - поддерживая больную ногу рукой и поднимаясь с кресла, повторил Хаус. – Тюремная камера со всеми удобствами, вам понравится.

Хаус вышел из своего кабинета. Студенты с видом приговоренных к смертной казни поплелись за ним. Проходя мимо сестринского поста, Хаус велел своим сопровождающим остановиться. Сам прошел вперед, поближе к дверям приемной главврача, чтобы посмотреть, на месте ли Кадди. Лизы в кабинете не было, ассистент в приемной увлеченно перебирал бумажки. Удовлетворенный результатами разведки, Хаус обернулся в сторону студентов и сделал приглашающий жест рукой. Студенты подошли к нему, и вся команда во главе с Хаусом проследовала в приемную руководителя больницы.

- Туда нельзя! - вскочив со стула, воскликнул ассистент главврача, когда Хаус уже открыл незапертую дверь кабинета и одной ногой стоял на пороге.

- Не волнуйся, - успокоил Хаус ассистента, - если мамочка рассердится, без подарка к Рождеству останусь только я.

И все студенты вслед за Хаусом прошли внутрь кабинета Кадди. Подойдя к столу, Хаус первым делом выдернул провод из телефонного аппарата, потом проверил, включен ли компьютер. Хранитель экрана запросил пароль, Хаус довольно улыбнулся. Едва ли студенты сообразят, что пароль к системе и на все действия внутри нее у Кадди один: «ночное солнце Хауса», печатать без пробелов.

- Теперь отдайте ваши сотовые телефоны, - потребовал Хаус от студентов. – Для чистоты эксперимента у вас не должно быть возможности поговорить даже с вашими матерями. – Студенты покорно выложили телефоны на стол. Хаус позвал из приемной ассистента и, показав тростью на стационарный телефон и мобильники, потребовал: - Спрячь это в своем столе. Я вернусь через два часа, эти трое по-прежнему должны быть здесь. Тогда вернешь им телефоны, а доктору Кадди можешь не возвращать, пока не спросит.

Ассистент забрал все четыре телефона и ушел, мельком бросив на Хауса неодобрительный взгляд.

- А если мы не решим задачу за два часа? – спросила Русалочка.

- Неуд за практическое занятие и необходимость подумать о другой профессии, - ответил Хаус. – Часто бывает так, что у врача нет двух часов на размышления, пациент умирает намного быстрее. Даже если вы аллерголог, - Хаус с ухмылкой поглядел на Золушку, - вы все равно можете столкнуться с этим. Купируете аллергию преднизолом, а пациент начинает умирать от чего-то другого. Поэтому сейчас вы будете делать то, что не сделали врачи вашего пациента много лет назад. Вы будете думать.

С этими словами Хаус вышел из кабинета и под пристальным осуждающим взглядом молодого ассистента запер дверь на ключ. Теперь следовало узнать, чем занята хозяйка кабинета.

- Где доктор Кадди? – спросил Хаус у медсестры на посту. – Мне нужна срочная консультация.

- Около часа назад ее вызвали на консультацию в гинекологическое отделение, - ответила медсестра. – Могу сбросить ей сообщение на пейджер.

- Да, сбросьте, я буду в третьей смотровой.

В третьей смотровой ждал пациент с непрекращающейся икотой, которая донимала второй день подряд.

- Вы пробовали посмотреть фильм «Техасская резня бензопилой»? – спросил Хаус.

- Нет, - икая, сказал мужчина около сорока пяти лет.

- Возьмите в прокате и посмотрите. Такой ужас! – Хаус сделал насмерть испуганный вид. - Если не поможет, приходите завтра, спросите доктора Кэмерон. Она лучший местный укротитель икоты.

Пациент ушел, Хаус плотно закрыл все жалюзи и устроился в смотровом кресле. Самое время для предобеденного отдыха, решил он. Кадди пришла минут через десять, когда Хаус действительно начал засыпать.

- Хаус! – позвала его Кадди, подходя к креслу и подождав, когда небесная синева в его глазах распахнется перед ней во всю ширь. – У нас аврал! Произошла драка на политическом митинге, пострадавших везут сюда. Поэтому тебе тоже нужно идти в отделение скорой помощи.

- Если ты тоже пойдешь туда и будешь накладывать швы на порезы и ссадины бок о бок со мной.

- У меня важная встреча через пятнадцать минут. Зачем ты вызвал меня? Не затем же, чтобы я тебя разбудила?

- Нужно обсудить кое-что, - ответил Хаус, перемещаясь в сидячее положение и плотоядным раздевающим взглядом рассматривая Кадди. – Но можем заодно поцеловаться.

- Ты опять забыл, где мы находимся.

- Нет, я помню, но у нас не было договоренности, что на работе нам нельзя даже наедине разговаривать о поцелуях.

- Так что ты хотел обсудить со мной? – улыбнувшись, спросила Кадди.

- Я запер своих студентов в твоем кабинете, и в ближайшие два часа тебе туда нельзя.

- У тебя очередной приступ игромании?

- Всё серьезно. Им необходимо подумать над медицинской проблемой.

- А в твоем кабинете они не могут думать?

- Там не та атмосфера. Воздух буквально наэлектризован моими гениальными идеями, и простые смертные не могут сосредоточиться.

- Хаус, - ослепительно улыбаясь, произнесла Кадди, - вообще-то гениальность столь высокого уровня, о которой ты говоришь, должна вдохновлять и в считанные секунды приводить к озарению. Но ладно, я проведу встречу в твоем кабинете. А ты иди в скорую. И еще…

- Мы все-таки поцелуемся? – вставая на ноги и оказываясь стоящим почти вплотную к Кадди, мечтательно спросил Хаус.

- Я давно знаю, что у тебя есть дубликат ключа от моего кабинета, - отступая от Хауса на шаг, сказала Кадди. – Но не мог бы ты пользоваться им хотя бы не каждый день?

- А ты не пробовала просто сменить замок?

- Хаус, это же трата времени и денег, - усмехнувшись, ответила Кадди. – Я сменю замок, ты сделаешь новый дубликат ключа. Так что давай договоримся – если нужен мой кабинет запереть кого-нибудь, телевизор посмотреть, в стрелялки поиграть, можешь пользоваться раз в неделю не более часа.

- Два раза по два часа, - выдвинул свое условие Хаус.

- Один раз полтора часа, - согласилась Кадди.

- О`кей, - сказал Хаус, выходя следом за ней из смотровой. – Теперь мой пациент точно не умрет от загадочных проблем с эндокринной системой! – крикнул Хаус на весь приемный покой в оправдание длительной беседы с Кадди.

Два часа спустя Хаус и Кадди подошли к дверям кабинета главврача, Кадди открыла дверь своим ключом.

- Доктор Кадди, - сказал начальнице ее ассистент, - я пытался запретить…

- Я сама разрешила, - ответила Кадди, - так было нужно для лучшего усвоения урока.

- Есть версия? – спросил Хаус, входя в кабинет.

Студенты переглянулись, кивнули, но говорить никто не решился.

- Не надо делать тайну из того, что перестало ею быть, - заявил Хаус. – Давайте, не важно кто скажет. У всех были одинаковые условия, решение наверняка было общим.

- И у всех будут четверки? – уточнила Золушка.

- Именно, - кивнул Хаус. – Говорите же, пока наш пациент не выписался из хирургии.

- Аллергия на отбеливатель для наших белых халатов, - сказала Русалочка.

- А поскольку раньше, во времена детства Роджера применяли другие отбеливатели, то у него аллергия на все отбеливающие средства, - дополнила ответ коллеги Золушка.

- Так что вне стен больницы ему ничего не грозит, особенно с учетом того, что сам он белый цвет по неизвестной причине не любит и работает в автомастерской, - завершил рассказ Аладдин.

- Я всегда говорил, что белый халат опасен для здоровья пациентов, - торжествующим тоном подвел итог окончательному диагнозу Хаус, обращаясь к Кадди.

- Это один случай на миллион, если не на миллиард, - покоряюще улыбнувшись, заметила Кадди.

- Если у него будет хотя бы двое детей, велика вероятность, что будет уже три случая на миллион, - возразил Хаус. – Но, конечно, это уже не наша забота. Идите, делайте аллергическую пробу для подтверждения, - обратился он к студентам. – Умеете?

- Я умею, - улыбнулась Золушка. – Могу научить остальных.

И студенты ушли, лишь ненадолго задержавшись возле стола ассистента доктора Кадди, чтобы забрать свои телефоны.

- Почему четверки? – спросила Кадди Хауса. – По-моему, они отлично справились.

- Я им сказал, что пятерок не ставлю принципиально. Хотя да, они молодцы. Но они все же пока не врачи, и первой их подлинной пятеркой должен стать диплом врача.

Диагностический тест подтвердил аллергию, Роджер Дэвис получил рекомендацию принимать преднизол предварительно всякий раз, когда ему потребуется врачебная помощь.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.