Ненужные

Айзек просыпается от того, что ему слишком холодно — вторая часть кровати непривычно пустует. Парню не нужно смотреть в календарь, чтобы понять, какой сегодня день недели. Последнее воскресение месяца. Гребаное воскресение. И значит, сегодня завтрак придется готовить только на одну персону. Пальцы сами набирают телефонный номер (Айзеку кажется он быстрее забудет свое имя, чем семь цифр, стоящих в одном ряду). Абонент временно не доступен. Айзек знает, что это временно. Но каждое утро, просыпаясь в гордом одиночестве, он начинает в этом сомневаться. Воскресение по-прежнему вытягивает все эмоции, скручивая, перерабатывая и выписывая направление в ближайший дурдом. Чертово воскресение бесконечно. Айзек успевает прибраться в квартире, приготовить ужин, дочитать книгу, наткнуться на собрание выпусков Marvel. Лейхи проводит пальцами по тонким переплетам, аккуратно стирая пыль. Вспоминает их единственную ссору с Джексоном. Айзек тогда неудачно пошутил про коллекцию комиксов и чуть не выбросил эту макулатуру. Уиитмор тогда орал, так что охрип и потерял голос на два дня. Айзек — безупречный парень, а также абсолютно неконфликтный человек. Поэтому Айзек и Джексон никогда не ссорятся (за исключением нервных срывов Джексона). Айзек милый, спокойный, добрый. И все их общие друзья в один голос орут, как повезло Джексону. Вот только Айзек знает, что Джексону не повезло. Совсем не повезло. У Джексона ядовитый характер, и Айзек учится с ним мириться (потому влюблен). Джексон учится впускать в свой мир другого человека (потому что обещал). И все идеально, если бы не одно но. Джексону Айзек не нужен. Айзеку Джексон необходим, как кислород (то есть на физиологическом уровне). Айзек умеет рисовать портреты, знает Шекспира, вкусно готовит и преданно ждет, когда Джексон задерживается на работе. Он успевает учиться, присматривать за домом, и все просто чудесно. Все чудесно, когда Джексон, приходя с работы благодарно целует Лейхи в самый край губ. Все прекрасно, когда Уиитмор улыбается (без привычного сарказма), отвечая на шутку своего парня. Их отношения люди со стороны называют идеальными. Непосвященные. Вот только Айзек видит, как Джексон покупает апельсиновый сок, который никто не пьет. Замечает, как курит дешевые сигареты, когда думает, что его никто не видит. Преданно стирает пыль с нелепого не вписывающегося в интерьер папоротника. Айзек все знает и молчит, сжимает зубы до зубного скрежета, осознавая, что их отношения из той же серии, что комиксы, папоротник и проклятые воскресения. Понимая, что проиграл без борьбы, потому что с мертвых не переиграешь. Когда становится совсем темно, Айзек набирает номер. Слышит в ответ: Абонент временно не доступен. Не то чтобы Айзек жаловался, просто Джексон для него не доступен. Ключевое слово для него. Дорога до кладбища занимает около получаса. Джексона найти несложно, Айзек при всем желании не может забыть путь до чужой могилы. Джексон сидит на холодной земле, уткнувшись лицом в колени, рядом валятся бутылка Дэниэлса (его любимый напиток, его - не Уиитмора). Всегда высокомерный, пафосный, сильный Джексон проводит последнее воскресение месяца на кладбище, равномерно напиваясь и пачкая о землю дорогое пальто. Голос Айзека звучит хрипло и неуверенно: — Уже около одиннадцати. Джексон кивает, встает без привычной изящности (сегодня то самое воскресение, когда ему можно все и немного больше), проводит пальцами по гравировке на могильной плите, повторяя контур каждой буквы, что складываются в «Дженим Стилински». Тихо произносит: — Уже одиннадцать. Джексон поправляет пальто, натягивает на лицо самодовольную маску, и Айзек думает, что Уиитмиру нужно было идти в театральный. Они садятся в машину, Джексон прячет покусанные губы за высоким воротником. — Сегодня холодно, — голос Джексона нарушает тишину. Айзек по инерции кивает, забывая, что сегодня реплики обращены не ему. Джексон трясется от холода (по крайней мере, так говорит сам Уиитмор) в салоне машины, и успокаивается (точнее согревается) лишь по привычки набрав уже не существующий номер. Слушая всю дорогу до дорогу: Абонент временно не доступен. Айзек, молча, ведет машину. Надеясь где-то в глубине души, что когда-нибудь его последние воскресения месяца они будут проводить по-другому. Джексон всматривается в череду мелькающих деревьев за окном, и впервые за долгое время его мысли совпадают с мыслями Айзека. Он тоже надеется, что когда-то в другой жизни воскресения он будет проводить по-другому. Рядом с другим человеком. Абонент по-прежнему недоступен.