Leap that makes the fall

Утром Кас выглядел подавленно. Складывая свои пожитки в багажник, Сэм наклонился к брату и прошептал: – Выглядит он паршиво. С явной неохотой Дин бросил взгляд в сторону Кастиэля, стоявшего у входа в мотель. Многочисленные слои одежды придавали ему своеобразный бродяжий шик, но Сэм имел в виду другое: Кас был изможден, под глазами залегли темные круги. – Он вообще спал? – Не думаю, – Дин постарался, чтобы слова прозвучали безразлично. – Смотрел рекламу по телеку, когда я уснул. Проснулся – застал его за тем же занятием. Дин решил не смотреть в сторону брата, лицо которого, он был уверен, сейчас выглядело огорченным. Вместо этого он захлопнул багажник и позвал Кастиэля садиться в машину. Видеть ангела, устало тащившегося к Импале, было неприятно: они привыкли к его могуществу, к тому, как он без особых усилий расправлялся с демонами. Прежде чем Дин успел возразить, Сэм быстренько нырнул на заднее сиденье, оставляя место рядом с водителем Касу. Садясь за руль, Дин сердито посмотрел на брата – это в его планы не входило. – Итак, первая остановка – магазин. Каса нужно одеть. Тот бросил вопросительный взгляд. – На тебе сейчас надета половина моих вещей, – язвительно заметил Винчестер. – Не говоря уже о том, что у нас разная комплекция. Поверь, будет лучше, если ты обзаведешься собственными вещами. Тот не ответил, и Дин собирался уже врубить музыку, как вдруг Сэм, наклонившись вперед, спросил: – Ты в порядке, Кас? Иногда трудно было поверить, что совсем недавно Сэм разгуливал без души. – Сегодня я помню чуть больше, чем вчера, – кратко ответил он. Кастиэль вжался в дверь, пытаясь сделать так, чтобы на него падало как можно больше солнечного света. – Что именно? – голос Сэма звучал мягко, он явно хотел поднять ангелу настроение. – Я помню, как это прекрасно – летать, – он поднял одну руку и провел пальцами по стеклу, глядя на небо. Тоскуя. Было довольно трудно злиться на парня, который выглядел настолько несчастно. Но, если Дин не будет осторожен, Кас с легкостью сможет манипулировать им так же, как Сэмом. Взгляд в зеркало заднего вида лишь подтвердил мысль: выражение лица Сэма – само сочувствие. Дин развернул машину более резко, чем собирался. Нельзя доверять Касу, если он не хочет быть сломленным. Однажды это почти произошло. Сэм тоже не раз подводил его, но тот – его брат, этого не изменить. Последнее, что нужно Дину, – это еще один человек, способный покалечить душу. Он не должен подпускать Каса близко к себе. Возможно, не все потеряно. Самое отвратительное во всем этом было то, что в прошлом их с Касом запутанные отношения успели достичь критической точки, и теперь борьба Дина своей бесполезностью напоминала плевки против ветра. Черт возьми, залезть к нему в душу оказалось так просто! Мысль об этом ухудшала и без того плохое настроение Дина. А виноват во всем Кас. Они уже почти покинули парковку, когда Кастиэль включил музыку. *** Дин знал, что на самом деле между адом и торговым центром нет ничего общего. В конце концов, он был в аду. Но это… это вполне могло стать остановочным пунктом на пути к преисподней. Они стояли посреди магазина мужской одежды и у Дина появилось нехорошее предчувствие, что поступить как с Сэмом в отделе книг – а именно оставить полки на безжалостное растерзание – тут не прокатит. Ошеломленный Кас совершенно не знал, что делать с таким огромным количеством тряпок. С убийственным выражением лица Сэм стоял рядом с братом – возможно, даже пытался пнуть его под зад усилием мысли. – Мог бы помочь ему, – прошептал он. – Он не ребенок, Сэм, – Дин и не думал понижать голос. Кастиэль взглянул в сторону Дина. Выражение его лица было нечитаемым, но Дин все равно почувствовал себя дерьмом. Сэм посмотрел на брата в высшей степени осуждающе: – Но и взрослым его назвать нельзя. Да что с тобой такое? Я бы мог понять, если бы он был полноценным ангелом и мог наподдать тебе в ответ… но это… – его разочарование было почти осязаемым. – Никогда бы не подумал, что ты способен отказаться помочь другу в беде. Про Кастиэля Дин тоже никогда бы не подумал такого. Но Сэму этого говорить не стал. Поэтому (и во избежание нотаций Сэма) он подошел к ангелу. – Приятель, давай помогу. – Я не ребенок, – резко ответил Кас. Ярость и смущение на его лице заставили Дина вздрогнуть. Возможно, Сэм прав. – Знаю. Я не должен был говорить это, извини. Слушай, давай я сейчас покажу тебе, что тут к чему, чтобы в следующий раз ты знал, как это делается? Кастиэль вздернул подбородок, но не отказался. Помощь ему действительно была необходима. Дин на глаз определил нужный им размер футболок и джинс и, так как он ненавидел примерочные так же, как черную магию, сразу взял с собой целый ворох вещей (если они что-то забыли, то, Дин был уверен, Кас обойдется без этого). Чтобы они вместе могли поместиться, Дин потащил Каса в примерочную для инвалидов (по его мнению, падший ангел подходил под определение «инвалид»). Сначала он подумал о том, мог ли кто-нибудь заметить двух здоровых мужиков, заходящих в примерочную, но потом решил, что ему насрать. Раздевшись, Кастиэль стал копаться в груде принесенных вещей, сваленных на полу. Дин вначале решил предоставить ангелу свободу выбора, но потом заметил, что тот берет исключительно тёплые рубашки. – Кас… Тебе нужны будут и футболки. С короткими рукавами. – Но мне холодно. – Ты стоишь голый в примерочной. Разумеется, тебе сейчас холодно. Но мы можем поехать куда-нибудь южнее, или наступит лето, и тебе будет жарко во всем этом. – Не будет. Мне никогда не будет жарко. Это смахивало на разговор с маленьким ребенком, который не хотел есть овощи вместо конфет. – Кас… Когда тот молча достал еще одну рубашку (чисто из-за упрямства, подумал Дин), он не выдержал: – Черт побери, Кас! Ты вообще слушаешь? – Я просто хочу, чтобы мне снова стало тепло! Эта вспышка заставила Дина присмотреться к нему: Кас действительно выглядел съежившимся в попытке согреться. – Что происходит? Почему тебе все время холодно? Кастиэль опустил взгляд на устрашающую своими размерами груду вещей: – Я был таким ярким, Дин…Я пылал так ярко, так сильно, что люди слепли, посмев взглянуть на мой лик. Теперь я стал таким, – его руки безвольно повисли. – Не ожидал, что смертность – это так холодно. Переварив услышанное, Дин молча вышел из примерочной. Несколько минут спустя он вернулся: – Это я, Кас. Открой. Тот стоял в джинсах, но без рубашки. Быстро проскользнув внутрь, Дин запер дверь изнутри. В руках он держал пакет белых рубашек. Поймав растерянный взгляд Кастиэля, Дин пояснил: – Термические. Носи их под одеждой, и тебе будет тепло. Тот секунду смотрел на вещи. – Спасибо, Дин. – Да ладно, – парень взглянул на Каса: тот выглядел совершенно несчастным. – Думаю, это действительно дерьмово. В смысле, это как если бы я проснулся утром и обнаружил, что стал свиньей. Кастиэль слабо улыбнулся: – Могло быть и хуже. – Да неужели? – он ухмыльнулся. – И каким же это образом? – Я мог бы не найти тебя. Лицо Дина моментально посерьезнело. Он уже готовился пошутить, но вовремя остановился. Ситуация угрожала перерасти в сопливо-слезливую, от чего он бежал, как от чумы. Подняв футболку с пола, Дин пробормотал: – Ты гораздо костлявей, чем я думал. Он припомнил свою мысль: «Черт, какой тощий», – когда одевал дрожащего от холода ангела. Казалось, с тех пор прошла вечность. Он подошел к Кастиэлю, накидывая тому футболку на голую грудь, чтобы понять, подойдет размер или нет. Тот опустил голову, вновь вторгаясь в личное пространство. Казалось, он сейчас упадет на него. Отпустив один рукав футболки, Дин рефлекторно схватился за плечо Каса: – Эй, ты в порядке? – Не знаю, как мне с этим справиться, – застенчиво признался Кастиэль. Дин перевел его слова: «Не думаю, что смогу с этим справиться». – С нашей помощью. Кастиэль посмотрел вверх – голубые глаза встретились с зелеными. – После того, что ты сказал прошлым вечером… – казалось, надежда его пугала. Дин опустил руку, но не отодвинулся. – Послушай… Многое изменилось, но я не забыл того, что ты сделал для меня. Для всех нас. И за это я тебе должен. Просто… ты не имеешь права просить от меня большего. Слышать подобное было больно, но ангел кивнул: – Понимаю. – Действительно? – Дин задал вопрос прежде, чем смог себя остановить. Ангел выглядел погруженным в себя: – Я не помню, но знаю, что предал твое доверие. Если бы я мог вспомнить, я бы сильно жалел о том, что сделал. Может, и так. А может, и нет. – В этом была и моя вина, – Дин будто со стороны слышал свое признание. – В смысле я ожидал слишком многого. Забыл, кто ты. – Ангел… Но я перестал им быть. Они подошли слишком близко к тому, о чем Дин пока что не хотел даже думать. Он отошел на противоположный конец примерочной. Кас уязвленно смотрел на бегство Винчестера, но не пытался остановить. – Ну, если повезет, ты снова им станешь, – сказал Дин. Как это ни странно, но Кастиэль встревожился. – Мы найдем способ все исправить. Тот издал неясный звук, похожий на смех. Дин впервые слышал подобное от него (чокнутый хиппи из будущего не считается). – Я забыл, какие вы, люди, наивные. Дин приподнял бровь: – Наивные, да? Думаешь, мы не сможем справиться? Это звучит как вызов, Кас. Уныло покачав головой, тот нагнулся за очередной футболкой. На этот раз, с короткими рукавами.