Страшилки по Наруто (рабочее)

       – Фу, какая нелепая смерть для бессмертного. Досмеяться до смерти, – фыркнул Осаму, поёрзав на месте и проследив за рукой опустившего свечу Масаси.        – Демон смеха, – вздохнул Микио, потерев виски. – Брр!       Кадзиса кивнул, поднял свечу и, не дав обсудить предыдущую историю, начал: – Душа для марионетки.

~

      Можно сказать, что тот холодный ноябрьский вечер ничем не отличался от других тоскливых вечеров старой Суны, когда поднявшийся ветер, промозглый от принесённой циклоном влаги, ожесточенно лупя по стеклам окон и деревянным дверям песчаной крупой, вынуждал местных детишек сидеть по домам. Но всё-таки, именно тот вечер был не похож на другие. В маленькой уютной детской, тускловато освещённой настенными светильниками, на расстеленном ковре сидели Сасори, Комуши и две девочки-куноичи – Нарико и Юми.       Ребята готовились к предстоящему маленькому празднику: через неделю на дне рождения бабули Чиё они хотели показать кукольное представление. Деревянные фигурки получились на загляденье хорошими: почти без щелчков двигавшиеся суставы, ровные точёные тельца, устойчивые основания. А с талантливо нарисованными Комуши лицами марионетки смотрелись просто живыми. Девочки тоже постарались. Их ловкие пальчики сотворили настоящие произведения искусства – одежда куколок сидела идеально, восхищая взгляд.        – Вот, посмотрите! Она замечательна! – Нарико расправила тонкую ткань на первой марионетке и поставила её на стол. Кукла чем-то напоминала саму юную куноичи: ровная волна угольно-чёрных волос, тёмно-медовые вспышки застывших капелек смолы в искусственных глазах, даже цвета кимоно перекликались с материей одежды гиперактивной девочки. Только тёмно-зелёное и белое.       Скромная Юми, сидящая рядом с ней, поспешила согласиться и смущённо прикрыла рот пухленькой ладошкой.        – Удивительно, как хорошо они стоят! – синеокая шатенка нежно порозовела и протянула подруге следующую куколку и одежду к ней. Эта марионетка казалась мальчиком – короткие красные волосы, зеленовато-серые глаза, она была немного больше размером. Для неё девчонки сшили чёрное с белым поясом одеяние. Кукла отправилась к своей товарке на стол.        – Ага! Возьми, Юмико-тян, – Комуши закончил отрисовку лица третьей марионетки и посмотрел на возившегося с последней фигуркой Сасори. Тому оставалось закрепить последнюю нить на ноге игрушки, поэтому юный художник временно остался без работы и начал трепать языком: – А вы знаете старинное поверье – если кукла устойчиво стоит на ногах, то она рано или поздно оживёт.        – Ой, да ты что! – Юми чуть не выронила марионетку из рук в ворох разноцветных лент, рассыпанных на столе перед ней. – Неужели это правда?       – Да, да! – важно кивнула головой Нарико, стискивая кулачки перед собой. – Я тоже это знала! А ещё слышала – мастера-марионеточники вдыхают в куклу душу. Без неё кукла двигаться не будет!        – Это как? – Юми недоверчиво посмотрела на подругу, а потом перевела взгляд на закончившего работу Сасори. Мальчик пожал плечами и передал куклу Комуши.        – Набираешь воздух и выдыхаешь кукле в рот, – закатив глаза, будто в сотый раз объясняет прописную истину, недовольно произнесла Норико. – Можешь потренироваться на той кукле, что сейчас у тебя в руках!       Юми закрепила шов на зелёной жилеточке беловолосой фигурки и с сомнением посмотрела на губы игрушки.        – Нет, я не буду! Я боюсь! – синеглазка завела тёмно-русую прядь за ухо и поставила куколку перед Сасори. Тот, заинтересованный разговором, поднял игрушку и поднёс её к своим губам.        – Не надо! – Испуганно вскрикнула Юми, одновременно с презрительным фырканьем отвернувшейся Норико, считавшую подругу трусихой.       Сасори набрал воздуха в рот, выдохнул, и… ткань на марионетке затрепетала как от порыва ветра.        – Вы видели? – пискнула Юми, прижав руки к груди. – Кукла шевельнулась! Она шевельнулась!       Взгляды ребят сошлись на игрушке и никто не обратил внимание на полившиеся из глаз Сасори слезы, как и на последующее его странно холодное прощание с друзьями.       Через несколько дней после кукольного спектакля родители Сасори ушли на последнюю в их жизни миссию, где их убил беловолосый мужчина в зелёном жилете – Хатаке Сакумо, джонин из союзной Конохи. Бабуля Чиё пообещала лично уничтожить обидчика. Она не знала, что тот уже мёртв, покончил жизнь самоубийством ещё две недели тому назад.       Сасори, создавая марионетки-убийцы, больше не вдыхал в них душу. У него самого её уже не было.

~

Осаму задул свечу и положил её на подставку, и в тот же момент по спинам присутствующих пронёсся сквознячок, заставивший всех содрогнуться.