Страшилки по Наруто (рабочее)

       – Ох, Кадзиса-кун, ну, затейник, – покачал головой серьёзный Кавахара. – Откуда ты такую идею-то взял?       Осаму довольно взъерошил волосы и широко улыбнулся, смотря при этом на Такахаси. Мол, сделал его. Старший ассистент принял независимый вид – не знаю ничего, и это Осаму расстроило, но не сильно.        – Я же говорил, что история про озеро – это наше, местечковое. Просто немного его переделал, чтобы звучало интереснее. А ещё там богиня правды не ищет, она просто разлучает влюблённых. Говорят, много пар уже расстались после прогулки на лодке.        – Понятно, – задумчиво протянул Масаси. – Интересно.       Икемото просто кивнул, и спросив разрешения начать, поднял свечу: – Другой мир.

~

      Он лежал в куче собранной травы и глядел в небо. Странный, потерянный и всеми покинутый. На вид лет семи. Пепельно-серые волосы и чёрные пронзительные глаза. Большая шишка на лбу.        – Тётушка, смотрите, кого мы нашли! – пытаясь перекричать друг друга, звали малыши. Ребята постарше теребили находку за светло-серую одежду незнакомого покроя с серебристыми вставками.       Подоспевшие работницы детского приюта, всплёскивая руками от нахлынувших чувств, повели мальчика в дом. Там выяснилось, что он не понимает речь, хотя что-то говорит на непонятном языке, и, оказав первую помощь, решили пока оставить этого ребёнка жить здесь.       Через пару месяцев Кабуто, так назвала найденыша мать-настоятельница, начал понемногу говорить на их языке. Как его зовут, мальчик не помнил, но каждый вечер залезал на чердак и что-то там искал. Ребята посмеивались над Кабуто, и поэтому он тяжело сходился с ними.       Но однажды, когда он уже хорошо научился говорить, мальчишки вечером принялись рассказывать страшные истории, и, не выдержав, найдёныш расплакался и признался, что помнит, как здесь очутился.        – Это случилось примерно полгода тому назад, за месяц до того, как я сюда дошёл. Был вечер, и кроме меня дома никого не было. Родители в тот день задержались на работе. Няня, всегда приводившая меня со школы, торопилась на свидание, и сбежала, попросив прикрыть её перед родителями. Я пообещал и спокойно уселся играть в свои игрушки. Шло время. Игры и игрушки надоели, а родители никак не приходили. И вдруг мне показалось, что наверху кто-то ходит. Я взял фонарик и поднялся на второй этаж, где обнаружил, что родители забыли запереть дверь на чердак.       Кабуто поправил подушку и уселся в кровати поудобнее.        – На чердак ходить категорически запрещали. Сколько я себя помню, та дверь всегда была закрыта не только на ключ, ещё и на подвесной замок, но в тот день там было открыто. Ну, как открыто – небольшая щель. У меня был фонарик, а отсутствие родителей только подстёгивало любопытство.        – И? – заинтересовавшись, перебили мальчишки. Часть из них уже перебралась к рассказчику на кровать.        – Я пошёл туда, в темноту. Тот фонарик был маломощный. По крайней мере, сколько не водил им в разные стороны, никак не мог увидеть ни стен, ни ската крыши, и скоро отошёл от двери настолько, что и её уже не различал. Только сплошная темнота. То ли батарейки были старые, то ли я так долго ходил, что они разрядились, но спустя какое-то время фонарик потускнел, затем замигал и погас. Тогда я осторожно пошёл, не выбирая направления. Шёл и шёл, раздумывая, где же моя дверь, почему не видно света, что за странные звуки слышатся из темноты. – Кабуто всхлипнул. – Я увидел свет и побежал туда, думая, что нашёл свою дверь, и вышел к ночному городу. Город, который был у меня на чердаке. Я развернулся и побежал от него со всей мочи, стараясь, найти хоть кого-то кто сможет мне помочь! Кто спасёт меня и поможет вернуться обратно! Но вокруг были не известные мне города и деревни. Это незнакомый мне мир. Я так устал искать.        – Эй, не огорчайся! Ты же нашёлся! – закричали мальчишки, и в комнату вошла нянечка, разогнав всех по своим постелям. Когда женщина вышла, Кабуто помотал головой и сказал: – Я так и не вернулся назад. Я продолжаю блуждать в чужом мире. – Микио задул свечу.