Ты потерял меня

У Чонина дела идут лучше некуда. Хань все время опекает его, обнимает, целует, просто делает счастливым. — А если, — Хань кладет голову ему на колени, — сложить наши имена вместе, что получится? Лу... нин? Лунин, что ли? — Чонин закидывает голову назад, не в состоянии сдержать смех. — Чонхан, — теперь смеется и Лу Хань. Они более, чем счастливы. Оба отличники, оба гордость университета, оба влюблены. Чонину нравится, что кто-то заботится о нем, ведь прежде заботился только он. Хань стал глотком свежего воздуха, стал спасением, лекарством, которое помогло быстрее залечить все раны. Чонин больше не вспоминает о прошлом. Почти.

***

Кёнсу живет прошлым. На основе прошлого он строит будущее. — Прости, что так долго задержался, — молниеносно снимает новенькую пару обуви и бежит в гостиную. — Ты скучал? Я скучал, очень сильно, — он всматривается в фотографию на полке, которую уже который день принимает за настоящего Чонина. — Как учеба? - снимает тонкую куртку. — Остался месяц, ты веришь в это? — снова улыбается в пустоту.

***

Между Чонином и Ханем все становится гораздо серьезнее. С каждым днем Чонину открывается новая сторона этой ходячей улыбки. — Чонин, — он снова лежит у него на коленях, это его любимое место на Земле, если не во вселенной. — Что? — Чем мы займемся после универа? — Не знаю, — пожал плечами. — А что ты знаешь? — Хань перевернулся на спину, чтобы встретиться с ним глазами. — Что я буду так же бесконечно любить тебя. Они улыбаются друг другу, ничего больше не говоря, а вот Кёнсу продолжает с ним говорить. — Почему ты больше не обнимаешь меня по ночам? — смотрит в потолок, лежа на кровати. — Ты любишь кого-то другого, да, Чонин? — стукнул себя по лбу, рассмеявшись над прежде сказанными словами. — Нет, я знаю, что ты всегда будешь любить только меня. Кёнсу осознает, что это неправильно, что всё это неправильно, но не собирается принимать никаких мер. После работы он идет в супермаркет. Сегодня в его планах планирует приготовить любимое блюдо Чонина. В нескольких метрах от себя Кёнсу видит знакомое лицо. — Кёнсу? Это ты? — Сехун не мог пройти мимо. — Давно не виделись. — Да, точно, — ему хотелось сквозь землю провалиться. — Уже полгода прошло, да? — он положил руку ему на плечо. — Кстати, как там Чонин? Я с ним тоже давно не созванивался. Он ведь скоро заканчивает, да? Все время собираюсь ему позвонить, но... — Сехун вспомнил, что именно из-за отношений с Кёнсу они с Чонином перестали общаться. — Да, на следующей неделе. Чонин отлично сдал все экзамены, как и Хань. Обоим предложили сразу несколько приличных мест. Это хороший старт. Через несколько лет они наберутся опыта и смогут снять помещение в центре города, где будут принимать пациентов, но пока что ребята довольны и этому. — Неплохо выглядите, доктор Ким, — Лу Хань заглянул в комнату, как раз когда Чонин завязывал галстук. — Спасибо, доктор Лу. Сехун все-таки решился позвонить Чонину, чтобы поздравить его с окончанием университета и, возможно, возобновить былую дружбу. — Ну, ладно, ты-то как? — они уже успели обсудить учебу и новую работу Чонина. — Да вот... Знаешь, недавно столкнулся с твоим Кёнсу в супермаркете. Поверить не могу, что вы все еще... — Сехун. — ... вместе. Да? — Мы с ним расстались четыре месяца назад.

***

Дни идут, не щадя абсолютно никого. Кёнсу все глубже погружается в игру своего воображения. — А вот и я, — с улыбкой открывает дверь гостиной. — Скучал по мне? — ждет немого ответа, который звучит только в его воображении. — Не ври, я знаю, что скучал. Кстати, я наконец-то взял отпуск. Можем на недельку съездить в то место, что ты хотел, — молчит, просто молчит. Подходит к полке, берет в руки рамку и всматривается в счастливое лицо Чонина. — Я так жалок, правда? Тебя ведь нет. Ты даже не настоящий. Настоящего тебя сейчас целует другой, правда? Надеюсь, тот ублюдок обращается с тобой лучше, чем я, — в очередной раз улыбается в пустоту. — А, знаешь... я не зря тебя бил. Это тебе за то, что ты со мной сделал, авансом. Ты хуже, чем я. В миллион раз хуже. И... я перестану в тебе нуждаться. Когда-нибудь... Если бы я верил в Бога, то молился бы, чтобы это произошло как можно скорее. Но его нет. Если бы он существовал, то не отнял бы тебя у меня. Можно мне надеяться на то, что однажды ты откроешь входную дверь своим ключом? Можно? Ты ведь так и не вернул его мне, а может, и не вернешь. Лучше не возвращай. Когда он успел стать настолько зависимым от этого парня? Когда они успели поменяться местами? Хотя, нет, они не поменялись местами. У Чонина был Кёнсу, а вот у Кёнсу есть только фотография. Ему становится смешно и страшно одновременно, когда вспоминает свою прошлую жизнь. Иногда хочется выкурить сигарету, сходить в тот злосчастный бар и напиться до потери памяти. Но он не делает этого. Не делает, потому что не хочет снова пугать бумажного Чонина. И так проходят его будни. Утром он просыпается, здоровается с Чонином, идет на работу, возвращается, снова здоровается с Чонином, они смотрят фильм вместе, Чонин говорит ему, что любит, Кёнсу отвечает тем же. Жаль, что это все происходит у него в голове.

***

— Кёнсу! — он в очередной раз встретился с Сехуном в супермаркете после работы. — Привет, — сегодня он встречает его с улыбкой, а не как в прошлый раз. — Слушай, ну и зачем ты меня так подставил? — Сехун стукнул его по плечу. — Как подставил? — Кёнсу совсем ничего из его слов не улавливает. — Ну, ты не сказал, что вы с Чонином расстались, а я ему звоню и говорю: «Недавно видел твоего Кёнсу»… — он не продолжил, рассмеялся над незавершенной фразой. — О чем ты? — сделал вид, что не понял шутки. — Ну, Чонин ведь теперь с Ханем. Давно я не видел его таким счаст… — Но мы с Чонином все еще вместе, ты что-то путаешь, — Кёнсу махнул головой из стороны в сторону. — Кёнсу, да хватит уже, — в очередной раз нелепо стукнул его, смеясь, — я же все знаю. — Нет, мы с Чонином встречаемся, вчера ночью он уснул рядом со мной, а сегодня утром проснулся на том же месте. Прекрати нести ерунду. Сехун понял, что что-то в этом парне перемкнуло, серьезно перемкнуло. Он говорит так, будто и правда верит в свои слова. Кёнсу действительно верит. Он уже перестал воображать, он начал видеть. Больше нет бумажного Чонина, теперь он настоящий. Теперь он разговаривает с ним, целует его, обнимает, говорит, что любит. И Кёнсу видит все это, слышит, ощущает. — Сегодня снова столкнулся с этим Сехуном, — поставил не такие уж тяжелые пакеты на пол. — Представляешь, он говорит, что мы расстались, — разувшись, несет пакеты на кухню. — Это так смешно выглядело. «Да, Сехун всегда ведет себя так странно», — этот голос звучит для него одного. Когда он успел окончательно свихнуться? Недели две назад. Кёнсу больше не различает реальность и выдумку, все границы стерты. Он хватает Чонина за невидимую руку, когда они смотрят фильмы ужасов, целует воздух, смотря в определенную точку. Его дела совсем плохи. Вчера, к примеру, он случайно порезался. Кёнсу не обработал рану и даже не вытер кровь. Это сделал Чонин. Позавчера Чонин должен был помыть посуду, но не сделал этого, после чего Кёнсу ругался с ним из-за забитой раковины. Еще он постоянно жалуется на то, что Чонин ничего не ест, даже свое любимое. Никакие сладости, гадости и солёности, ничего. Кёнсу обеспокоен этим и продолжает каждый раз готовить на двоих в надежде, что Чонин проголодается и ему не придется и сегодня угощать мусорное ведро ужином. — Опять? Ну, почему ты не ешь? — нервно швыряет вилку на стол. "Не хочу, хён, не чувствую голода. Ничего не чувствую, кроме любви к тебе", — и этими словами он каждый раз успокаивает разволновавшегося Кёнсу. Почему никто не поможет ему? Потому что никого нет. Его жизнь уподобилась прежней жизни Чонина — дом и работа, работа и дом. Не осталось тех, с кем он выпивал, потому что он больше не появляется в том привычном месте. Нет семьи, потому что они живут в другом городе и Кёнсу уже давно потерял желание связываться с ними. Нет настоящего Чонина, потому что его "украли".

***

Сехун стал первым, кто заметил странное поведение этого парня. Он не знает, звонить врачам или Чонину. С одной стороны, доктора помогут, с другой, ему не хочется влезать не в свое дело. Вполне возможен тот вариант, что Ким играет на два фронта, правда? Конечно же, нет. — Кстати, — Сехун позвал друга прогуляться, но все никак не мог перейти от темы работы к теме личной жизни, — недавно снова столкнулся с Кёнсу, — при упоминании этого имени внутри что-то сжимается, но Чонин не подает виду. — Может, не будем? — отвечает ничего не значащей улыбкой. — Но он... — Мне все равно, что с ним. Где-то в глубине души, где царит тьма непроглядная, он понимает, что врет. Из-за той тьмы, которую До Кёнсу сам сотворил и оставил, эта незначительная ложь становится совсем ничтожной. Чонин старается как можно реже вспоминать о прошлом, но это самое прошлое колошматит дверь его памяти с невероятной силой и злобой. Он часто просыпается от ощущения, что проваливается. И конца тому провалу нет. — Нет! — Чонин вздрагивает, впиваясь ногтями в одеяло, которое, к счастью, не чувствует боли, в отличие от него самого. — Опять кошмар? — Лу Хань тоже просыпается от его криков, так часто бывает. Чонин, вытирая слегка трясущейся рукой холодный пот со лба, кивает. — Это скоро прекратится, — Хань заботливо укладывает голову напуганного парня себе на грудь и пальцами зарывается в волосы Чонина. Он ощущает дрожь, а Чонин — ускоренное сердцебиение. — Когда, хён, когда? — закрывает глаза, в попытках думать о лучшем, о самом лучшем. — Скоро. Но ничего не прекратилось. Чонин все так же падал, просыпался, кричал, а Хань все так же успокаивал, гладил по голове и обещал, что скоро наступит... скоро. Чонин теряет всякую веру в его слова.

***

Сехуну не дает покоя та мысль, что, возможно, Кёнсу нуждается в его помощи. Если он спустя это время всё еще считает Чонина своим — это не нормально. Для начала — разведка. Он вспоминает дорогу к квартире, в которой был всего-то два раза. Да, это та самая дверь, которую перед его носом однажды захлопнул Кёнсу, сказав, что Чонин не сможет составить ему компанию сегодня, потому что слишком завален учёбой. На самом деле, Чонин в тот день был в отключке из-за невыносимой боли, с которой даже болеутоляющее плохо справлялось. Была ещё одна причина. Кёнсу ночью толкнул его со всей дури, и тот, при падении, разбил голову о край стола. Виновник не сделал ничего, кроме как положил его на кровать, а после еще и нашел в себе смелость жаловаться на кровь на подушке. Это было первое сотрясение мозга в жизни Чонина. — Сехун? Ты чего здесь? — в голосе Кёнсу нет недовольства или любых других отрицательных эмоций. У него хорошее настроение, потому что Чонин сегодня весь день повторяет одну и ту же фразу: "Я люблю тебя, хён". — Я это... пришел проведать... — Чонина? — он закончил вместо Сехуна. Не совсем верно, но закончил. - Д-да, — парень начал заикаться, слушая, как Кёнсу несёт чистейший бред. Не хочется его огорчать, но это лишь начало. — Проходи, он в гостиной, — он звучит таким уверенным в своих словах, что Сехун и сам на секунду поверил, что Чонин здесь. Войдя в гостиную, Сехун не увидел никого, в отличие от Кёнсу, в реальности которого на диване сидел Чонин. Его волосы были растрепаны, чему посодействовал сам Кёнсу, но при виде Сехуна он неловко поправил это подобие прически. — К тебе пришел, — Кёнсу кивнул на Сехуна, устремив взгляд на смятый плед, видя вместо него Кима. Больше нет сомнений — этому парню нужна помощь. — Привет, Чонин, — Сехун неловко помахал рукой пледу на диване, стараясь подыграть сказке, в которой живет этот парень. Он чувствовал себя соучастником преступления под названием "Моральное уничтожение До Кёнсу". Сехун не узнает его, совсем не узнает. Из того тирана, которым он был несколько месяцев назад, Кёнсу превратился в подобиеЧонина, готового терпеть любые выходки человека, которого любит. Нет, все обстоит гораздо хуже. — Так, что ты хотел? Просто мы немного заняты, — Кёнсу кивнул на включенный телевизор. Ему не терпелось снова прыгнуть в воображаемые крепкие объятия Чонина. "Вытащить тебя из этого сумасшествия", — пронеслось в голове у Сехуна. — Я просто... был неподалеку, решил наведаться к вам. Ему больше не хотелось наблюдать за безумством этого убитого человека. Он попрощался с Чонином в виде пледа и чересчур радостным Кёнсу. Сехун свято убежден, что развеять эту длительную иллюзию под силу только настоящему Чонину, реальному. Но ведь этот сумасшедший ему совершенно не нужен. Он влюблен в того вечно улыбающегося парнишку, который отвечает ему взаимностью. Стоит ли вообще начинать с ним разговор о Кёнсу? А если он снова закроет еще даже не открывшуюся тему? Сехун отложит этот вопрос. Ненадолго, но отложит. За все время подобия отношений с Чонином Кёнсу ни разу не задумывался о том, как отреагирует на его уход. Он с самого начала твердо решил, что никак. Его не очень волновали длительные отношения, он просто позволил Чонину крутиться вокруг него. Возможно, после пяти месяцев совместной жизни он бы совершенно никак не отреагировал на то, что его бросили, но после двух лет навязчивость Чонина и его постоянное присутствие вошло в привычку.

***

— Хён, у тебя ведь завтра выходной? — они сидят на диванчике в уютном кафе неподалеку от дома, в последнее время эти двое часто заглядывают сюда перед работой, чтобы выпить по чашке кофе. — Ага, — Лу Хань кивает, перелистывая страницу блокнота. — Сехун позвал меня на вечеринку по случаю его дня рождения, пойдешь со мной? — Конечно, — перелистывает еще одну скучную страницу с записями. С момента визита Сехуна прошло немного больше, чем две недели. Он всё еще ничего не рассказал Чонину, но решительно настроен сделать это сегодня. Плохо то, что его друг притащил с собой Ханя, хотя этого и стоило ожидать. Спустя некоторое время он замечает Чонина в компании двух парней, без Лу Ханя. Вот она, его возможность. Сехун вежливо просит ребят оставить их наедине, даже не объясняя причины. Разговор о футболе и любимых командах не так уж и важен, поэтому они уходят, кидая на прощание громкое "увидимся". — Так... о чем ты хотел поговорить? — парни нашли место без лишних глаз и ушей. — Хотел задать тебе вопрос, как психологу, — он начинает издалека, чтобы сразу не попасть под обстрел всяких "не хочу о нём говорить, мне вместе равно, это его жизнь". — Валяй, — Чонин прислонился спиной к стене, скрестив руки на груди. — У меня есть знакомый и... у него не все в порядке с головой. Ну, это еще мягко сказано... — Давай без всяких "мягко"? — Чонин улыбается, не осознавая о ком идет речь. — Он... видит человека, которого нет на самом деле. — Умершего человека, да? — Нет, он живее всех живых. Видишь ли, недавно я заходил к нему и... честное слово, он разговаривал с пледом, видя в нём того человека. — Думаю, его стоит убедить встретиться с психатром, — парень сразу смекнул, что этот случай не в его компетенции. — А вот... если бы можно было обойтись без этого? — понемногу подбирается к истине. — Если бы тот человек снова появился в его жизни? Понимаешь, он сильно изменился после его ухода, парня напрочь переклинило. Он слышит его голос, смотрит с ним фильмы, наверняка обходится не только этим. — Не знаю, каждый случай индивидуален и к каждому пациенту нужен свой подход, — Чонин доволен своим ответом. — Но ты согласен, что можно попытаться? — Сехун выглядит гораздо более заинтересованным в этом разговоре. — Я... Им не дали закончить. Два парня, которые были слишком увлечены друг другом, ворвались в комнату, чуть ли не срывая с себя одежду. Все четверо замирают, когда Сехун покашливает, обращая внимание этих двоих на себя. Чонину снова больно. Невероятно больно оттого, что перед ним сейчас стоит Хань, который несколько секунд назад срывал поцелуи с губ другого парня. Он ведь обещал ему... Обещал, что скоро голову Чонина перестанут посещать ненавистные ему воспоминания. И, наверное, это самое скоро уже не за горами. Больше нет. У них ведь было столько планов. Чонин думал, что эта любовь продлится дольше. Вечно. Он снова ошибся в выборе любимого человека. Хань пытается оправдаться перед ним, говоря, что всему виной алкоголь. Снова алкоголь. От этих слов еще больнее, потому что алкоголь — это то, что Чонин ненавидит больше лжи и измен. Именно алкоголь превращал Кёнсу в монстра, как думает Чонин. На самом деле, виноват был скверный характер, но спиртные напитки лишь доливали злости в уже переполненного ею парня. Чонин не плачет, не сейчас. Он не покажет обидчику своих слез. Больше не покажет. Лу Хань идёт позади него, ударяя по стенкам черепа ненужными оправданиями и фальшивыми признаниями в любви. Он охладел к Чонину, все стало монотонным и скучным, ему хотелось разнообразия, наверное Почему же он извиняется? Потому что так всегда происходит в подобных ситуациях. Чонин не обращает внимания на его слова и действия. Когда он достает большой чемодан и кладет его на кровать, Лу Хань всячески пытается ему помешать. Снова перекладывает вещи в шкаф, загораживает путь, пытается поцеловать, уже расплакавшись. Чонину плевать на всё происходящее. Он клянется себе, что не проведет больше ни единой ночи в этом доме, что больше ни разу не улыбнется этому человеку,ни разу не поцелует его. Спустя несколько минут Хань бросает все попытки остановить Чонина. Он забивается в угол, закрыв лицо руками. Ему стыдно, невероятно стыдно за свой поступок. Он знает, что пришлось пережить человеку, который опустошает шкаф, он миллион раз проклинал До Кёнсу за все содеянное, но осознает, что ничуть не лучше него. Сегодня жизнь Ким Чонина ломается во второй раз, но он не собирается усложнять перелом снова. Да, тот прежний Чонин все бы простил и забыл, но этот... нет. Услышав звук закрывающейся молнии, Хань снова вскочил и кинулся к Чонину. — Чонин... Чонин, сейчас ведь ночь, куда ты пойдешь? — ответа не следует. — Останься хотя бы до утра, я ведь с ума сойду, — очередная волна слез. — Чонин, мне так жаль, — пытается выхватить тяжелый чемодан у него из рук. — Я не знаю, о чем думал тогда, — наша песня хороша... — Ты ведь не уйдешь из-за такой мелочи, Чонин! Ты обещал, помнишь? Обещал вечно любить меня, помнишь?! — Ты тоже обещал, — это стало последним, что Лу Хань услышал от него. — Но я люблю! Люблю, слышишь?! Чонин! Чонин... Я просто ошибся! — в конечном итоге он падает на колени, пытаясь схватить ноги Чонина. Это не помогает. Уже ничего не поможет. На этот раз смелость и решение пришли гораздо раньше, чем в прошлый. Просто у него уже есть горький опыт. Рубить надо на корню, а не по одной веточке. Хань был прав, говоря, что ему некуда идти. Сегодняшним местом ночлега стал отель. Уже завтра Чонин будет забивать себе голову такими ненужными вещами, как поиск квартиры. Сегодня же ему хочется уткнуться лицом в подушку, чтобы его рыдания не были так слышны. Он снова плачет, снова возвращается обратно в прошлое. Парень на все сто убежден, что длительное счастье — не его конек. Наверное, так и есть. Их отношения продлились всего каких-то шесть месяцев. Полгода. Ничего.