Перерождение

      Арья была крохотной. Почти не мучив Сансу, когда она появлялась на свет, девочка давала мало поводов для беспокойства и позже. Она почти не плакала. Она лишь куксилась и коротко всхлипывала. Словно со своим молоком, Санса передала дочери простую истину, которую, к несчастью, не донесли в свое время до нее: от этого мира не стоит ждать многого. Лучше вообще от него ничего не ждать.       Не плакав раньше из-за мокрых пеленок, позже, когда она пошла, она не плакала из-за разбитых о каменный пол коленок, из-за обожженных об очаг пальцев, из-за оцарапанных котенком ладошек. Цепкие серые глаза смотрели на мир из-под смоляной челки с жаждой исследователя. Ее, как и ее тезку, не интересовали куклы, зато, когда Клиган чистил меч, глаза-бусины не отпускали его ни на минуту, ловили каждое его движение.       Как-то, когда Санса с Зои сидели у камина и болтали. Разъяренный Клиган принес девочку за шкирку, словно щенка. Почти бросил Сансе на колени, сказав, что не может выносить, когда она на него пялится. — Ты вовсе ума лишился?! — вскрикнула Санса в ужасе и прижала испуганную дочь к себе, но Клиган не удостоил ее ответом. Он вышел, даже не обернувшись. — Порой мне кажется, что он ее ненавидит, — Санса подняла глаза на Зои, — он не был рад, когда узнал, что я жду ребенка. Я все думала, если бы я родила ему сына… Санса замолчала не договорив. — Он любит ее, просто не знает, как сказать, — произнесла кухарка, не отрываясь от шитья. — Откуда ты знаешь? — изумилась девушка. — Я вижу, — ответила Зои, пожав плечами, словно это было очевидно всем, у кого есть глаза. — Жаль, что я не вижу, — произнесла все еще испуганная Санса. Арья же, уже забыв, что произошло, сидела и с интересом рассматривала вышивку у матери на платье.       Клиган хотел бы видеть в дочери больше черт Сансы, но всякий раз видел лишь свои волосы, свои темные глаза, широкие скулы. Крепкое семя Клиганов вытравило все черты и Старков и Талли.       Бесспорно, она ему дорога. Дорога, как все, что связывает его с Сансой. Если придется, он убьет любого, кто посмеет ее обидеть, но вот любит ли он ее? Он любил свою пташку. В этом он был уверен, как и в том, что он Сандор Клиган. Но, что он должен чувствовать к дочери?       Спустя неделю, в скалистых островах произошел случай, расставивший, наконец, все по своим местам, давший ответ, на вопрос, так долго изводивший Пса.       Тогда дочь впервые заставила их с пташкой всерьез поволноваться. Арья исчезла прямо у Сансы из-под носа, пока та заправляла кровать и пыталась взбить перину. Девушка отвернулась всего на минуту. Сансе казалось, если Арью сейчас же не найдут, то сердце ее остановится. Она металась по двору, подхватив юбки и то и дело окрикивая дочь. К мужу она пошла лишь, когда совсем выбилась из сил. — Сандор, ее нигде нет! Арьи нет! — причитала Санса. — Я прошу тебя, найди ее! Прошу тебя, сделай что-нибудь… пожалуйста, Сандор…       Она теперь не могла даже говорить, лишь всхлипывала. Худые плечи вздрагивали, сотрясаемые рыданиями, волосы растрепались, по пунцовым щекам бежали слезы. Она уже придумала девочке не меньше дюжины возможных смертей. Её дочь либо затопчет конь, либо она упадет в колодец, скатится с крутых каменных ступеней, и Санса найдет ее в луже крови. Все эти ужасные картинки мелькали в сознании одна за другой и, с каждой секундой отсутствия девочки, становились все ярче. Вскоре Санса только и могла, что закрыть лицо руками и безутешно рыдать. — Отправляйся в дом, пташка, сейчас я приведу ее, — твердо сказал Сандор.       Подняв на ноги всех, Клиган обшарил каждый дюйм двора, заглянул за каждую дверь, влез в каждый темный угол. За это время его настроение сменилось трижды. Сперва, он, даже, не принял всерьез всю эту суматоху. Ну, куда она могла деться. Дальше ворот никуда не уйдет. Позже, после двух часов безуспешных розысков, Пес начал раздражаться, ему казалось, найди он ребенка сейчас, он убил бы девчонку собственными руками. Ближе к вечеру, когда мест для поиска не осталось, раздражение сменилось глухим отчаянием.       Устало бредя по двору от кузни к двери кладовой, Сандор вдруг совершенно ясно представил, что больше не увидит глаз-бусин, выглядывающих из-под вороной челки. Он только теперь вспомнил, что Арья никогда не отводила от него взгляда, никогда его не боялась. Она всегда смотрела не него с трогательным детским восхищением. Теперь Псу сделалось стыдно за то, что услышав о произошедшем, он испугался не за двухлетнюю пропавшую девочку, а за жену. Боялся за нее и теперь. Что он скажет пташке, когда вернется? Бездна ее ледяных глаз вновь разверзлась перед ним, снова охватило это едкое чувство собственной беспомощности. Клиган спрятал их в скалах, за каменными стенами и все равно не уберег. Где сейчас его дочь? Пес впервые мысленно называл девочку дочерью. Казалось, одно это слово делает его слабым.       Так или иначе, нужно было возвращаться. По пути к дому, Клиган от отчаяния еще раз заглянул в кладовую. Сначала он подумал, что ему показалось, но потом совершенно ясно услышал какую-то возню за мешками с углем. Боясь спугнуть призрачную надежду, Клиган отодвинул один из мешков.       Сперва он увидел смоляную макушку, потом, перемазанные черным, щеки, лиловое платье, покрытое отпечатками маленьких ладошек. Девочка, казалось, даже не испугалась. Арья сосредоточенно раскладывала на полу угольные камни в какой-то лишь ей понятной последовательности. Она сидела здесь все это время? Это было невероятно. Пес готов был клясться чем угодно, что заходил сюда, по меньшей мере, трижды.       Некоторое время он просто смотрел на ребенка, чувствуя, как ледяная бездна медленно отступает, потом подхватил девочку на руки и прижал к себе. — Папа, — вдруг услышал растерянный Клиган. Для одного вечера событий было, пожалуй, многовато. Он приподнял над собой Арью на вытянутых руках. — Папа, — повторил ребенок, пытаясь ухватить Сандора за прядь волос.       Слава Богам, никто не видит сейчас, как здоровенный мужичина семи футов ростом с вечно недовольным лицом расплывается в блаженной, совершенно глупой улыбке. — Как же ты сюда забралась? — спросил Клиган с облегчением. — Не дай Матерь, ты пойдешь в свою бестию тезку, тогда, пожалуй, нас с пташкой ждет веселая жизнь, а, малышка? — девочка засмеялась и протянула к нему перемазанные ладошки.       Он нашел жену в кухне, за дубовым столом. Санса уже не плакала, она закрыла лицо ладонями и опустила голову. Суетившаяся рядом Зои намешивала какой-то успокаивающий настой. — Смотри, какого щеночка я отыскал для тебя в кладовой, пташка, — улыбающийся Клиган протянул девочку Сансе, словно подарок.       Чумазая Арья, заливающаяся звонким смехом в сильных руках Пса, увидев заплаканную мать притихла. — Вы оба хотите, чтобы я покинула этот свет раньше срока? — вскрикнула Санса, выхватывая ребенка у него из рук. — Ты ведь не станешь на нас браниться, а? — Клиган сгреб жену в охапку своей огромной рукой.       Санса переводила взгляд с дочери на мужа и обратно, им обоим, как будто, было весело. Она же минуту назад думала, что жизнь ее закончилась. — Браниться? Взгреть бы вас обоих! — с чувством выпалила она. — Хорошенькое выраженьице для леди, — усмехнулся Пес.       А на следующий день Сандор нашел их обеих в небольшом палисаднике, рядом с розовой клумбой. Они сидели на широком стеганом покрывале. Санса расчесывала дочь, и не могла его видеть. -Арья, посиди спокойно хоть минуту, — причитала пташка. Она нарядила девочку в крохотное бордовое платье, отчего темные глаза-бусины сделались еще ярче. Прядь за прядью убирала Санса с ее личика, аккуратно закалывая их сзади маленькими заколками. — Ну вот, — заключила улыбающаяся девушка, развернув Арью к себе, явно довольная результатом своих стараний, — красавица!       Пес вышел из своего укрытия, подхватил их обеих на руки, словно они ничего не весили, и закружил. — Сандор… сумасшедший! — засмеялась Санса, обхватывая его за шею.       Впервые в жизни Клиган был совершенно счастлив.