Перемены.

— Не хочешь сходить куда-нибудь? — предложил Алекс, перестав гипнотизировать сахарницу на столе. Кэндис удивилась. Вроде как это она должна была вытаскивать писателя на улицу, его сестра уверяла, что придётся использовать хитрость. Девушка отставила кружку чая, заранее сожалея о потере тепла, спросила: — Чем обязана? Разве ты не хочешь узнать, кем я прихожусь твоей сестре, или что-то вроде этого? — А может, ты мне понравилась и я совсем не против такой компании? Да и вообще, это не моё дело, Крис взрослая, сама может выбирать себе компанию. Лоракс скептически приподняла бровь, но, взвесив все за и против, согласилась.

***

На улице похолодало. По улице шли двое. Алекс выглядел задумчивым и почему-то странно косился на спутницу. Лоракс притворялась, что не замечала взгляды парня, и улыбалась, разглядывая парк. Была поздняя осень, под ногами шуршали алые листья. Деревья давным-давно скинули свой наряд, исключением были только хвойные, которых было немного. Аллеи пустовали. В рабочее время там почти никого не было, изредка встречались молодые мамы и пожилые бабушки с колясками. Разговор не клеился. Но молчание не тяготило, а поддерживало нужную атмосферу. Вдруг Кэндис заметила белочку, которая прыгала с ветки на ветку между елями. — Смотри, белочка! — она с детским восторгом указала на рыжее пятно. Зверушка замерла, отыскав шишку. Писатель остановился и стал разглядывать животное. Почему-то ему вспомнилась Эмили, его школьная любовь. На первое свидание он повёл её в национальный парк, и они там кормили зверушек: белок, бурундуков, оленя. Одноклассница коротко вскрикивала, когда шершавый язычок рогатого проходился по её ладони. Воспоминания были настолько светлыми, что не улыбнуться Фокс не мог. Заметив перемены в настроении парня, девушка поняла, что выбрала правильное направление. «Нужно развивать тему. Уж тогда-то у депрессии не будет ни малейшего шанса!» — думала она. А Алекс в это время сравнивал в голове её и Эмили. Они, пожалуй, были во многом похожи. Кэндис, как и Эм, светлая, любит витать в облаках. Мечтательная улыбка не сходит с их лиц. Они обе излучают оптимизм. А ещё Алекс подумал, что именно эта солнечность и привлекла его тогда, в юности, и именно из-за неё он решился на первый шаг. — А пойдём в зоопарк! — неожиданно предложила Лоракс и потащила удивленного писателя за руку. Тот не сопротивлялся и послушно переставлял ноги. Он словно очнулся ото сна. Стефани вдруг показалась ему такой незначительной и грязной. Как можно было подпустить её к себе? Как можно было позволить себе настолько ослепнуть от яркой внешней красоты и не заметить чёрную дыру в сердце! Внутри всё трепетало от неожиданно простой истины. — Можно два билета? — Кэндис загрянула в окошко кассы. Писатель в удивлении оглядывался. Оказывается, совсем недалеко был зоопарк! А он и не знал, хотя прожил в этом городке всю свою сознательную жизнь. Уже здесь была слышна весёлая музыка. Они прошли в высокую арку, предварительно получив по клочку бумаги. Мимо пролетело облачко мыльных пузырей. Вслед на ним мчалась толпа ребятишек. Они кричали, размахивая руками. Парень и девушка бродили между клетками, заглядывали в павильоны, пока не остановились около вольера со львом. Царь зверей лежал на полу, рядом с ним стояла миска. В ней был большой кусок заветреного мяса. — Хорошо ему тут, не нужно даже шевелиться, чтобы добыть еду, — задумчиво произнёс Алекс. — Мне бы так. — Не скажи. Львам нужен простор, они должны бегать, а не сидеть в тесной стеклянной коробке. Только представь: он мчится навстречу ветру, пышная грива развевается, впереди — только километры просторов Африки. Как можно променять подобное на кусок несвежего мяса? Им всем наверняка жутко скучно. Это издевательство над животными! Да и людям бы в таких условиях было не очень весело. Ограничение свободы, как-никак. Фокс не смог ничего ответить. Эта барышня всё время ему перечит. И где Кристиан её только такую нашла?