И через время и смерть, но мы будем вместе

* * Химура Кеншин сидел в одном из баров третьего района Руконгая и неторопливо потягивал из простого глиняного стакана сок. В последнее время ему полюбился именно этот бар, и раза два - три в неделю Кеншин стабильно заходил именно сюда. В форме шинигами, при мече, но без капитанского хаори и своей излюбленной соломенной шляпы. Просто сидел и потягивал сок. К нему за столик подсел горожанин. Не голоногий, но и особым богатством одежды он не отличался. - Вы позволите? - поинтересовался горожанин. - Конечно, - согласился Химура. Горожанин устроился поудобнее и отпил из своего стакана. - Хороший сегодня день, не находите? - Да, - согласился Кеншин. - Погода нынче радует. - А вы ведь шинигами? Я прав? - Вы правы, - снова согласился Кеншин с мягкой улыбкой на губах. - И почему-то мне кажется, что не рядовой, - тоже улыбнулся горожанин. - Это настолько заметно? - приподнял бровь Химура. - Рядовые обычно шумные, - пояснил горожанин. - И редко ходят по-одиночке. Они так гордятся своей формой и причастностью к Готею, что всячески стараются подчеркивать это находясь вне стен Сейрейтея. Офицеры заметно сдержаннее. Да и цуба пробужденного Занпакто заметно отличается от цубы Асаучи. У вас за поясом Занпакто. А пробудившие его шинигами в рядовых не задерживаются. - А вы наблюдательны, - вновь улыбнулся Кеншин, отпивая из своего бокала. - И информированы. - Немного есть, - развел руками горожанин. - В Руконгае довольно скучно. Вся основная жизнь кипит за белыми стенами, вот и интересуюсь помаленьку. К тому же, вы защищаете нас от чудовищ, а про защитников лучше знать больше - это может когда-нибудь спасти жизнь. - В чем-то вы несомненно правы. Но, что в Руконгае скучно, пожалуй не смогу согласиться. - А что так? - Я бывал в семидесятых районах. Там скучной жизнь назвать трудно, - качнул головой Кеншин. - Пожалуй я не совсем верно выразился. Не столько скучно, сколько однообразно. Богатые богаты, бедные бедны, и это не меняется веками. Именно это так сильно разочаровывает новоприбывшие из Мира Живых души. - Да уж, "загробный мир" сильно отличается от религиозных представлений о нем. - Что есть, то есть, - вздохнул горожанин. - Только шинигами с их Академией стоят вне этого порядка. - Вне? - удивился Кеншин. - А разве нет? - переспросил горожанин. - Ведь поступить к вам может практически каждый. И сразу же выпадает из этой системы богатых - бедных, дворян - простолюдинов. Ведь из Академии не отчисляют. - Но и принимают туда не всех, - заметил Химура. - Шанс есть у любого жителя Руконгая. Просто необходимо желание и упорная работа над собой. Ведь духовная сила с течением времени повышается от тренировок, а жизнь в Обществе Душ не ограничена ничем. Если как следует поискать, то в Руконгае можно найти жителей старше даже Генрюсая. И самое интересное, что на них и не подумаешь даже... - Как интересно... Признаться, я считал, что только высокая духовная сила позволяет душам долго не стариться. - Душам! Все дело именно в том, что все мы тут души. Как таковых тел у нас нет. И наша внешность, также как и наши силы с возможностями зависят только от сознания. Если душа считает себя стариком, то стариком она и выглядит. Если ребенком - ребенком. - Вот оно как, - задумчиво проговорил Кеншин. - Вот Вы - шинигами. И видимо офицер достаточно высокого ранга. Вы защищаете наш мир от Пустых. Ежедневно рискуете своей жизнью. Даже не жизнью, а чем-то гораздо большим. Ведь съеденный Пустым, теряет возможность возродиться в Мире Живых. И при этом подчинены Совету Сорока Шести. А кто они? Кто в этом совете? - Дворяне, - пожал плечами Химура. - Наиболе могущественные Кланы. Их полномочные представители. - Вот именно! Дворяне! Они даже не шинигами! - откинулся на спинку стула горожанин. - Не самые сильные, ведь любой ранговый офицер гораздо сильнее. Не самые мудрые, ведь дворянство не гарантирует мудрости. Так почему же Готей подчиняется им, а не самому Королю Душ, ведь это было бы логично и правильно, раз уж Нулевой Отряд его охраняет, то они же могут и волю его передавать. Они же общаются с ним! - Интересная мысль, - поднял свой стакан Кеншин. - Как вы сказали вас зовут? - Я не говорил, - улыбнулся горожанин. - Приятного дня, господин шинигами! - сказал он и встал из-за стола Химуры. - Приятного дня, господин горожанин, - поднял свой стакан Кеншин. * * * - Ты последние дни напряжен, Кеншин, - заметила Рецу, обнимая за плечи, сидящего на кресле с книгой мужа. - Что-то случилось? - Не то, чтобы уже случилось, - сказал Химура, откладывая книгу и прижимаясь щекой к руке жены. - Просто предчувствия нехорошие. - "Предчувствия"? У тебя их отродясь не было. Ты был самым бесталантливым в Предсказаниях. Я бы даже сказала, что ты настолько толстокож, что ни одно предчувствие не способно к тебе пробиться. Так что оставь свои отговорки - что ты узнал такое, что заставляет тебя беспокоиться? - не удовольствовалась его ответом Рецу. Химура вздохнул. - Много мелких происшествий. Деталей, незначительных событий... Всего и не перескажешь... - Но? - не отступилась она от мужа. - В Сейрейтее зреет мятеж, - признался он. - Что за мятеж? - насторожилась Рецу. - Не знаю подробностей. Просто не вникал. Но что-то затевается... - И чем это беспокоит тебя? При чем тут ты? - повернула к себе голову мужа она и всмотрелась в его глаза. - Я уже видел один мятеж, - признался Кеншин. - И это страшные воспоминания. - Ты уверен? Уверен, что это именно мятеж? - В предчувствия ты мои не веришь, - пожал он плечами. - Но я верю в твой аналитический ум и наблюдательность. Ты их не однажды уже доказывал! - ответила она, не разрывая взгляда. - Вот и спрашиваю - ты уверен? - Более чем, - вздохнул Химура и отвернулся. - Последние сомнения развеялись сегодня. - Что произошло? - Пару дней назад в Руконгае со мной заговорил человек. Ничего серьезного. Так, общие мысли о несправедливости мироустройства. О Совете Сорока Шести... - Ты именно для этого две недели уже ходишь в бары Руконгая? Ты ждал подобной встречи? - Ждал. Слишком многое намекало на ее возможность. - И что? - поторопила она мужа. - Сегодня его нашли мертвым, - вздохнул Химура. - Может случайность? Мало ли людей в Руконгае умирает каждый день? - В третьем районе это не самое частое событие, - вздохнул Кеншин. - Я был там, когда нашли тело. Ему свернули шею. - И что? - Рецу, я вот уже десять лет учусь у Шихоуин Бенджиро, ты же знаешь. - Знаю, - кивнула она. - И шея у этого человека была сломана очень специфичным приемом. И выполнен этот прием был очень чисто. Работал специалист по... "тайным операциям". - Вот значит как, - отошла от спинки кресла она. - Думаешь второй отряд? - Все может быть, - пожал плечами Химура. - Но это не так уж важно, кто именно. "Специалисты" и в Омницукидо есть, и у Кланов, и у Совета Сорока Шести. Важно, что за идеи и разговоры начали убивать... - Что будешь делать? - напряженно спросила она. - Не знаю, Рецу, - вздохнул Химура. - Не знаю. Но войн и революций мне уже выше головы хватит. Слишком много я их успел увидеть. И поучаствовать. - Я могу это сделать за тебя, Любимый, - сказала она, усаживаясь на подлокотник кресла к мужу. - Я уже не та слабая девочка, какой была в Хогвартсе. Ты это знаешь. - Ты и в Хоге "слабой девочкой" не была, Рецу, - повалил жену себе на колени Кеншин. - Но окунать тебя в эту кровь я хочу еще меньше, чем лезть в нее самому... * * * - Слышь, Химура, - обратился Кенпачи к капитану седьмого отряда, когда они по устоявшейся традиции сидели развалившись на диванах в кабинете Кеншина. - А как ты к Совету Сорока Шести относишься? - Тебя на политику потянуло? - приоткрыл один глаз Химура. Спросил он вроде бы расслабленно, но взгляд его был серьезен и внимателен. Хорошо, что Ичиго не мог его видеть из своего положения. - Не то чтобы потянуло... - замялся тот. - Но? - Понимаешь, - вздохнул Кенпачи. - В моем времени Айзен собственноручно вырезал все это сборище старых пердунов... А после моей победы над ним, новое сборище под тем же названием засунуло его в самую глубокую и надежную тюрьму Общества Душ. Меня они хотели засунуть туда же... - То есть ты их не любишь... Мягко говоря, - сделал вывод Химура. Кенпачи вздохнул. - Мягко говоря... - Дай догадаюсь: с тобой завел разговор о "справедливости" политического строя в Сейрейтее некий человек...? - А ты откуда знаешь? - удивился тот. - Не сложно было догадаться, - вздохнул Химура. - Именно с таких разговоров все мятежи с революциями и начинаются... - Но сам-то ты как к Совету относишься? - Как к неизбежному злу. - Как это? - Пока общество стабильно, пусть даже на его вершине даже самый кровавый тиран, крови льется на порядок меньше, чем в процессе его свержения. Сейчас общество стабильно. Не идеально, нет. Но стабильно. - Но тиранию ты не отрицаешь? - уточнил Кенпачи. - Не отрицаю. Он ведь мертв, да? - Кто? - Тот, с кем ты говорил про Совет? - Кенпачи помрачнел и посмотрел в глаза Химуре, который все же снял свою шляпу. - Мертв, - жестко сказал Ичиго. - Его убили минут за пять до того, как мы должны были снова встретиться. - Что ж. Нас ждут неспокойные времена. Очень неспокойные... - За кого ты будешь, Кеншин? За Совет? Или против него? - Я буду рубиться с пустыми, Ичиго, - ответил он. - Когда мятеж все же вспыхнет, я уйду вместе со всем отрядом и с женой в Хуэко Мундо. Несколько научников давно планируют подобный эксперимент. Согласие Ямамото у меня уже почти есть. - Вот значит как, - проговорил Кенпачи. - Да, - серьезно ответил Химура, - Предпочту рубить монстров, а не людей. На моем мече и так крови столько, сколько тебе и не снилось Кенпачи-кун. - Прямо так и не снилось? - усмехнулся Ичиго. Но стоило ему чуть внимательнее всмотреться в глаза друга, и табун холодных мурашек пробежал по его спине. Вопросы как-то отпали сами собой.