И через время и смерть, но мы будем вместе

В одном из кабаков Киото сидел мужчина, пустым остановившимся взглядом уставясь в стакан саке, которую держал в руках. Он сидел тут уже второй час, но к выпивке до сих пор не притронулся. Даже глаза не изменили своего положения за это время. Шляпа лежала на столе рядом, и волосы рыжей волной рассыпались по плечам, что в сочетании с угольно черной одеждой самурая поверх которой покоилась накидка точь-в-точь как у Шинсенгуми, но только не бело-голубая, а бело-черная с большой цифрой семь посреди спины, вызывало нездоровое внимание к его персоне. Правда осанка и меч за поясом заставляли окружающих быстро отводить взгляды: время неспокойное, а от этого непонятного посетителя за версту смертью тянет. К его столу подошел высокий человек в точно такой же угольно черной одежде самурая, но без белой накидки и без меча за поясом. Зато в руках он держал трость. А еще он обладал ярко рыжими волосами длиной чуть ниже плеч, завязанными черной лентой в высокий самурайский хвост. Человек этот взял стул от пустующего стола и уселся на него ровно напротив обладателя белой накидки. Тот на его появление не отреагировал никак. - Химура, ты какого хрена творишь? - обратился высокий обладатель трости к нему. - Пропускаешь пятничное собрание Капитанов, на связь не выходишь, отчетов не присылаешь, в отряде не появляешься, тренировки Наоко забросил... Мы уж с Айзеном думать начали, что каким-то невероятным образом убили тебя. Хорошо Рецу-тайчо чувствует как-то тебя. Отругала нас... в своей манере... - высокий замолчал, заметив полное отсутствие реакции на свои слова. - Химура, если ты сейчас мне не ответишь, - угрожающе начал он, - Я тебе вмажу. Ответа, как и любой другой реакции не последовало. - Я предупредил, учти! - сделал еще одну попытку достучаться словами высокий. Реакции не последовало. Тогда он поежился, решительно выдохнул и нанес размашистый боковой удар в лицо сидящего перед ним человека. Вот только кулак до цели не долетел. Ровно на расстоянии готовности, когда рука его пересекла некую невидимую черту, ей на встречу метнулась рука обладателя белой накидки. Она хитрым образом встретила и перенаправила летящий кулак. Раздался вскрик, а затем шипение боли, и высокий оказался растянут на столе. Рука его была сломана в кисти и зафиксирована, а у горла прижат клинок катаны. - А, Ичиго... Это ты, - прояснился и сфокусировался взгляд того, кого называли Химурой. - Прости, задумался, - убрал он от шеи того, кого назвал Ичиго меч. Затем опустил глаза на руку высокого, сделал некий замысловатый пас своей свободной, скороговоркой протарабанил какую-то белиберду. Едва заметное сияние оторвалось от его руки, а кисть Ичиго с щелчком встала на место. Щелчком и еще одним вскриком боли. - Что б я еще раз к тебе пьяному полез! - в сердцах проговорил высокий. - Ты чего здесь? Как же Академия? - спросил Химура. - Я тебе уже битый час объясняю: Генрюсай послал выяснить, куда подевался Капитан Седьмого Отряда и какого хрена он пропускает собрание! - А какой сегодня день недели? - Пятница. Вечер. - Неудобно получилось. Ямамото-сан наверное сильно ругался? - уточнил Химура. - Нет, - помотал кистью, проверяя работоспособность, Ичиго. - Он молчал и хмурился. Тацуки рассказывала. Потом послал за мной. Вот я здесь - рассказывай! - велел высокий обладатель трости. - Понятно, - отрешенно проговорил Химура. - Передай, что все под контролем. Потерь личного состава нет. Остаюсь лично контролировать территорию, ожидая массового появления Пустых, в связи с началом гражданской войны. Задержек с отчетами больше не будет. Отряд в порядке? Зараки еще не разнес его? - Передам. В порядке твой Отряд, в порядке. В моем времени Зараки Капитаном Одиннадцатого был, так что справляется, задатки у него есть, - ответил Ичиго. Химура кивнул и вновь опустил взгляд на стакан, что чудом уцелел в инциденте. - Так-так-так! - пощелкал пальцами перед глазами рыжего обладателя белой накидки с семеркой рыжий обладатель вычурной трости. - Не отключаемся! Не отключаемся! Я не собираюсь снова треск своих костей слушать! - А? - поднял глаза Химура. - Ичиго? Ты чего тут? - Ты пьян что ли?!! - отпрянул высокий. - Я? - задумался Химура, посмотрел на стакан в своей руке и залпом опрокинул его содержимое себе в рот. - Теперь да, - ответил он, затем прислушался к себе и добавил, - Наверное. - Ебааать, Кеншин! Толком скажи, что случилось? - стукнул по столу кулаком Ичиго. Стол треснул, но устоял. - Ничего особенного, - пожал плечами Химура. - Обычный запой. Первый раз что ли? Вон Къераку-тайчо периодически так делает, - он поднял руку, подзывая разносчика. - Ты испытываешь мое терпение! - Да, чего ты раскипятился-то? Дело житейское - должен же Капитан расслабляться? - подошел разносчик, поставил кувшин саке и с поклоном ушел. - Химура, последний раз спрашиваю: что с тобой случилось? - Ничего, - долил себе в опустевший стакан из кувшина Химура. - Все. Я ухожу. Пусть с тобой жена разбирается, - встал со своего места высокий. Но уйти не успел, его за руку схватил Химура. Ичиго остановился и посмотрел на рыжего в белом. Тот продолжал смотреть в стакан. Ичиго дернулся продолжить путь, но Химура держал крепко. - Сядь, - не поднимая головы, сказал рыжий обладатель белой накидки. - Рассказ долгий будет. Ичиго вернулся на свое место. Химура двинул рукой и перед ним материализовался стакан. - И трудный, - добавил рыжий обладатель белой накидки и поднял кувшин, собираясь налить в материализованный стакан саке. Ичиго предупреждая это действие, накрыл стакан ладонью и покачал головой. - Мы не в Хуэко-Мундо. Киото пьяного Кенпачи не переживет, - добавил он. Химура скептически смерил высокого взглядом. - Тут пару дней назад пятого арранкара из фраксиона Ашидо на улице зарезали... Так что я бы на твоем месте не расслаблялся. - Не из Эспады же, - пожал плечами Ичиго. - Ты узнал, кто это сделал? - Узнал. Я. - То есть как - ты? - убрал ладонь от стакана Ичиго. - Говорю же - история долгая. На сухую пойдет плохо, - вздохнул Химура и начал как-то странно двигать руками. Спустя пару минут все посетители кабака дружно позабыли о странной парочке, которая словно бы растворилась в воздухе вместе со столом и частью пространства, как будто помещение сдвинулось внутрь себя, став немного меньше. * * * - Это ты? - тихо спросил Кенпачи стоящего рядом Кеншина. Тот лишь кивнул. В следующее мгновение в том месте, за которым они наблюдали стоя в воздухе на высоте в пару сотен метров, сверкнула сталь, раздался хлопок разрываемого воздуха и четыре тела брызнули кровавыми фонтанами из рубленных ран. Рыжеволосый мечник стряхнул с меча капли и спрятал его в ножны. А потом посмотрел прямо туда, где стояли шинигами. Точно в глаза Ичиго. Того насквозь пробрало морозом от этого взгляда четырнадцатилетнего пацана. В следующее мгновение, когда Кенпачи взял себя в руки, на улице уже никого не было. Подросток буквально растворился в ночи. Даже все напряжение сил шинигами не помогло Ректору Академии почувствовать его или отследить. - Впечатляет, - отвернулся от окровавленной мостовой и остывающих кусков мяса с вывалившимися внутренностями на ней побледневший и сдерживающий тошноту Кенпачи. - Он еще не в форме, - заметил Кеншин. - Не до конца восстановился после нашей встречи. Осторожничает. - Не приведи Ками мне с ним встречаться, - передернул плечами Ичиго. - Он же страшнее любого Пустого! Пустой удовольствие получает, глумится, охотится, эмоции испытывает... Этот же... - Он не охотится. Он казнит. Бесстрастно и расчетливо. Палач Революции. Тайный Меч Патриотов Ишшина, - закончил за друга фразу Кеншин. - И ты... Ты тоже... казнил? - сглотнул противный комок Ичиго. - Да. Бакумацу еще не один год продлится, - спокойно ответил Кеншин. - Мне надо выпить! - решил Ичиго. Кеншин пожал плечами. В следующее мгновенье они оба ушли в сюнпо. * * *