И через время и смерть, но мы будем вместе

- Мы на месте, Химура-сан, - заметил Хирако. Четыре капитана Готей тринадцать стояли на холме, с которого было видно поместье, очень похожее на то, в котором Кеншин нашёл предыдущую группу квинси. Только это было гораздо больше. И реацу квинси в нём было порядка тридцати пяти. На него они вышли по следу реацу от места нападения на дежурного шинигами. Квинси почти и не скрывались. И след был прямой и чёткий от этого их непонятного аналога поступи шинигами. - Позвольте мне попытаться поговорить с ними. Для начала, - попросил Кеншин. - Попробуй, Кеншин-кун, - ответил Къераку-тайчо.       Химура кивнул и неторопливо пошёл по дороге в направлении поместья, слегка приоткрыв своё давление реацу. Самое интересное, что с обретением шиккая, его меч не перестал быть «пересохшим колодцем». И Химура продолжал сливать в него излишки реацу. Он шёл по дороге и чувствовал внимание направленное на себя. И стрелу из духовных частиц легко пропустил мимо головы, чуть-чуть её сдвинув. «Вот это я понимаю – предупредительный выстрел в голову» - усмехнулся про себя Кеншин. Поняв произошедшее как предупреждение, Химура остановился. И принялся терпеливо ждать. Ожидание оправдалось. К нему навстречу вышли пятеро со светящимися луками в руках. За ними, в некотором отдалении, шли ещё человек десять-пятнадцать. Самыми сильными ощущались именно пятеро, идущих впереди. И ещё двое, оставшихся в самом поместье. - И что же целый капитан забыл в нашей глуши? - начал издевательским тоном идущий на полшага впереди остальных. - Пришёл поздороваться, - не стал обострять Химура. - Для этого потребовалась поддержка ещё троих капитанов? - Они тоже пришли поздороваться, - поправил свою шляпу Кеншин. - Так, чего же не подходят? - Стесняются, - улыбнулся Химура. Уроки Локхарта забыться ещё не успели. И улыбка была открытая, приятная и доброжелательная. А глаза были прикрыты краешком шляпы, и настоящего их выражения было не видно. - Вот как? - притворно удивился квинси. - Ты поздоровался. И что дальше? - Хотелось бы ещё узнать, зачем вы нас убиваете? - решил не ходить слишком долго вокруг да около Химура. - Потому что можем это делать! - расплылся в улыбке квинси. - Мы ведь тоже можем, - сказал Химура. Без улыбки. - Кроме младших офицеров и рядовых, в Готее есть и куда более сильные шинигами. Вы действительно хотите развязать эту войну? - А вы ещё не поняли? Мы уже её развязали. Наш император разрешил на вас охотиться. Вы теперь наша добыча! - расхохотался он. А остальные его поддержали улыбками. Химура вздохнул. Если войны хочет их главный, то с пешками говорить бесполезно. - А где бы мне найти вашего уважаемого Императора? - решил попытать счастья он. Может действительно скажут. Чем Магия не шутит? - Тебе уже нигде! - расплылся в пакостной ухмылке квинси. - Отсюда ты уже никуда не уйдёшь! Мы это тебе и твоим друзьям обеспечим! Убить его! - выкрикнул квинси и вскинул лук. Остальные сделали то же самое. Град стрел сорвался и полетел в шинигами. Кеншин вскинул руку и вызвал Протего. Весь град разбился о невидимый щит, словно о зонтик. - Может быть, вы проводите меня к нему? - сделал ещё одну попытку сохранить их жизни капитан седьмого отряда. Попытка провалилась. Квинси продолжали атаковать. Химура пустил с пальца Ступефай в самого шустрого, и тот свалился, как и положено, потеряв сознание. Ещё Ступефай. И ещё... Магия - не бокудо. Вытягиванием духовных частиц её не обойдёшь. А увернуться от луча сильного и хорошо тренированного боевого мага сложно. Он летит очень быстро и очень точно. Особенно, когда маг бьёт практически в упор, а вспышки разбивающихся о сферический щит стрел затрудняют видимость. Пройдясь Ступефаем по всем встречавшим его квинси, Химура не поленился и добавил каждому Петрификус Тоталус. Рядом вышли из сюнпо капитаны. - Чем это ты их так, Кеншин-кун? - поинтересовался Къераку-тайчо. - Это свойство моего Занпакто, - уклончиво ответил Химура. - Они живы? - уточнил Укитаке-тайчо. - Живы, - вздохнул Химура. - Но что делать с ними дальше? - А в чем ты видишь проблему? Кеншин-кун? - заинтересовался Къераку. - Их Император объявил на нас охоту, словно на диких зверей. И они это указание выполняют. Так что если их отпустить, они продолжат убивать шинигами. Но если их отправить в Сейрейтей, то ничего кроме смерти их там не ждёт. Одиннадцатый отряд ведь уже наверняка разнёс по всему Готею подробности убийства Этсу... - Они враги, Кеншин-сан, - взял слово Укитаке-тайчо. - Они сами развязали эту войну. - Но разве это означает, что мы должны уподобляться им? - спросил Кеншин.       Но тут их разговор был прерван. Со стороны поместья посыпался град стрел. Кеншин успел выставить Протего достаточной силы и защитить своих спутников. А вот квинси не повезло. Их буквально изрешетило белыми стрелами из духовных частиц, которые после попадания в цель сразу испарялись, словно их не было. Но вот раны оставались и испаряться даже и не думали. В дверях показался высокий квинси в белом плаще. Хотя они все были в белых плащах, этот чувствовался в реацу значительно более сильным, чем те, кого он тут только что убил. Но наглостью и самоуверенностью был похож на них точка в точку. - Ты так спокойно убил своих товарищей? - спросил Къераку- тайчо. - Слабаки, не способные убить шинигами такой толпой, не имеют ценности для Императора! - засмеялся он. - А ты такую ценность представляешь? - поинтересовался Укитаке-тайчо. - Я - штейнриттер элитной гвардии его величества! Не сравнивайте меня с этим мусором! - Вот значит как? - заметил Къераку-тайчо. Химура, ни слова не говоря, применил Левиоссу на квинси. Тот, неловко взмахнув руками, завис в воздухе. Всего на мгновение. В следующее он уже начал применять свою разновидность поступи. Но именно этого мгновения хватило Химуре для наведения Ступефая. Очень мощного и очень быстрого. Он отменил Левиоссу и тело квинси грохнулось на землю. Химура сделал быстрый шаг к лежащему и врезал тому по голове ногой, словно по футбольному мячу. Тело откинуло на несколько метров. Ещё в полете в него прилетел Петрификус Тоталус. Квинси прокатился по земле и замер. Вместо носа у него на лице было месиво. - Он решил эту проблему за нас, - сказал Химура, поднимая квинси за шиворот. - Хорошо, Химура-сан, - кивнул Укитаке-тайчо. - Ступайте с Хирако-тайчо вперёд. Мы с Шунсуем вас сейчас догоним. Надо собрать некоторые материалы для наших научников и второго отряда. Кеншин внимательно посмотрел в глаза беловолосого капитана и, ничего не сказав, ушёл в сюнпо с пленником в опущенной руке. Хирако ушёл вместе с ним. А за их спинами быстро начали гаснуть остававшиеся в поместье реацу квинси... Химура не осуждал капитанов тринадцатого и восьмого отрядов. Погибшие офицеры, те четверо, по следам от мест убийств которых они и нашли это поместье, были именно из их отрядов. Не осуждал. Но и не одобрял их. Лишних смертей он не любил. * * *       Неразлучные капитаны управились действительно быстро. Уже на середине пути они их нагнали. По прибытии в основной лагерь Къераку и Укитаке вместе с пленным убыли в Сейрейтей. Перед их отбытием Химура снял заклинания с квинси и откачал из него столько реацу, что тот свалился с истощением и был едва жив. Но теперь Кеншин мог быть уверен, что транспортировка пройдёт без эксцессов. До самого возвращения капитанов из Общества Душ он просидел с карандашом и бумагой. То, что жизни тех квинси оборвал не его меч, ещё не значило, что Химура сбрасывал с себя ответственность за их смерть. Ведь погибли они из-за его решений. И повторись эта ситуация вновь, он бы этих решений не изменил. Он сделал всё, что мог в тот момент, но этого оказалось недостаточно. Такое случается. Всех спасти невозможно. Но душу понимание этого совершенно не облегчало... - Ты решил создать галерею из этих лиц? - с неодобрением спросила Рецу, садясь рядом с ним. - Не знаю, милая, - ответил он, не откладывая карандаша в сторону. - Не думал никогда об этом. Ты считаешь, мне не следует рисовать их? - Не уверена. Но мне кажется, что тебе от этого становится только хуже... - Возможно, ты и права, - вздохнул он. - Вернулись Джуширо с Шунсуем. Командующий признал тактику эффективной. Но одиннадцатый отряд держать в Сейрейтее он не собирается. Завтра они прибудут на усиление охраны основного лагеря... - Вот значит как, - задумался Химура. - Командующий готовится к крупной битве. Не удивлюсь, если в ближайшие дни он прибудет лично. С остальными капитанами и лейтенантами в качестве поддержки. - Думаешь? - Да. И скорее всего он прав. Ещё две-три подобных сегодняшней вылазки, и Император явится лично. Насколько я понял из общения с этими, - Химура приподнял стопку листов с портретами и снова положил её. - У них царит культ личной силы. Слабые бойцы ими не ценятся. Ни как сила, ни как трофей. Императору плевать на потери слабых бойцов, что с его, что с нашей стороны. Вся эта история с «охотой» на шинигами, нужна ему только для того, чтобы развязать войну и раздразнить Готей. - Не совсем понимаю твою мысль, - призналась Рецу. - Поле боя. Всё дело в нём. Тащить свою армию в Сейрейтей долго трудно и хлопотно. К тому же пришлось бы преодолевать оборонительные укрепления самого Сейрейтея. А они очень даже не слабые. Даже такому монстру, как нынешний Кенпачи, они могут сильно осложнить жизнь. А так, Готей сам выдвигает свои силы, наиболее подготовленные и боеспособные в Мир Живых. На относительно нейтральную территорию. Соответственно тут уже можно подобрать наиболее удобное для квинси поле боя. Даже подготовить несколько сюрпризов на нём. Вот что я думаю. - А Генрюсай? По-твоему, он знает об этом? - спросила Рецу. - Если и не знает точно, догадывается однозначно. Просто Император не оставляет ему выбора. Если командующий не выдвинет отряды в Мир Живых, «охота» продолжится. Злоба и ненависть будет накапливаться, и он всё равно будет вынужден выдвинуть отряды. Либо отозвать всех шинигами в Сейрейтей, но на это Готей пойти не может... - Выглядит мрачно, - заметила Рецу. - Рационально, - поправил её Кеншин. - Этот план рационален и тактически верен. Просто тот, кто решился провести его в жизнь – моральный урод. И я не стану останавливать меч Кенпачи, когда тот будет лететь в сердце этой сволочи. - Я тоже, - серьёзно сказала Рецу. - Достаточно на сегодня, - решила она, вынимая карандаш из руки Химуры. – Я начинаю ревновать. В конце концов, уж лучше бы меня нарисовал! - Ты же знаешь, любимая, что тебя рисовать у меня не получается. Слишком мало таланта, чтобы передать всё совершенство твоей красоты, - ответил он, разворачиваясь к жене и откладывая лист в сторону. - Я лучше покажу свою любовь немного иначе, - обнял он её и поцеловал в губы. - Время у нас ещё есть...