Стеклом под кожу

– Заходи, – киваю я опешившему Игорю.       Я позвонил ему примерно полтора часа назад и оповестил его о том, что мне крайне необходима его помощь, участие и способности немой няньки в придачу. Вначале Гоша рискнул предположить, что я шучу, но после моих старательных и немного грубоватых разъяснений об отце, зверьке и неприятностях, произошедших в спальне, Игорь осознал всю нелепость и серьезность ситуации. И вот каких-то полтора часа и запыхавшийся Гоша на пороге моей квартиры. – Ты придурок! – начал он, не успев закрыть за собой дверь. – Ты понимаешь, что Матвей Алексеевич с тебя теперь не слезет! – практически рычит друг, при этом расстегивая пальто и нервно расшнуровывая обувь. – Да и вообще, я предупреждал тебя насчет этого больно… – буквально подавился словами он, когда снял обувь и, подняв голову, зацепился взглядом за притихшего зверька. – Знакомьтесь, – усмехаюсь я, смотря на то, как удивленно вытянулось лицо Игоря.       Еще бы, зверька к встрече со своим лучшим другом я заставил подготовиться. Одеться в одежду, которую купил ему уже давно, но он отказывался ее даже мерить, но когда я напрямую сказал, что познакомлю его с важным для меня человеком, он согласился достаточно быстро. Узкие черные брюки, которые оказались даже маловаты зверьку, ну, ошибся я немного в размерах, зато они очень сексуально обтягивают его зад и подчеркивают стройность ног. Серая футболка с треугольным воротником и огромная вязаная кофта, которую так и не вернулась забрать запуганная отцом сиделка. Зверек полюбил это вязаное недоразумение, сразу как она попала к нему в руки. Кофта черного цвета, крупной вязки и с широким горлом, пуговицы отсутствовали, а держалась она только благодаря широкому поясу на талии. Собрать волосы в хвост и открыть миловидное, хоть и очень худое лицо и в довершение собственноручно придать его виду небрежность.       На работе мне приходилось сталкиваться со стилистами, которые готовили моделей к съемкам. Это было редко, и только когда рекламщики очередного построенного нами объекта требовали моего участие в процессе лично. Да и самому мне не раз приходилось сталкиваться и лично общаться с самыми разнообразными дизайнерами и стилистами. В общем, азы этой профессии появились у меня сегодня вполне неожиданно.       Я, конечно, не был тем, кто так просто велся на смазливую внешность, но зверек был милым и хрупким до безобразия, а когда я думал о том, что мне придется доказать Игорю, что я действительно намерен бороться за зверька, мне сразу пришла в голову идея с его преображением. А вот доказывать другу сторону своего «не безумия» придется уже зверьку, но я почему-то не сомневался, что ему это удастся. Хотя может, просто мне хотелось так думать, ведь сейчас мне нужна поддержка Игоря как никогда. – Игорь, это Майк, – кивнул я на зверька, тот зарделся и смущенно отвел взгляд в сторону. – Майк, это Игорь, мой лучший друг и сообщник, – я снова посмотрел на Гошу и практически подавился воздухом, оттого как нелепо сейчас он смотрелся.       Друг вытянул шею, внимательно рассматривая зверька, и недоверчиво хмурил брови. – Вот это что, больной парень, что ли? – спустя пару минут напряженного разглядывания наконец выпалил друг. – Да, тот самый зверек, о котором я тебе говорил, – насмешливо ответил я. – И что, он прям совсем парень? Я даже кадыка там не вижу, может, транс? – Гоша посмотрел на меня недоверчиво. – Или может, ты девку какую привел с панели, и это такой прикол? Нет, нездоровая она - это видно: и круги вон под глазами, и не накрашена, но бля… Даже твой Ромка и тот помясистей был! – Я парень, – пискнул зверек, но Гоша на это даже внимания не обратил. – Гош, ты присмотрись, парень он. Мне что, штаны с него стянуть, чтобы ты поверил? – уже в наглую веселился я. – Нет, ну, штаны-то не надо, – выдохнул Гоша. – Ладно, давай рассказывай лучше, что стряслось, а то я после слов о Матвее Алексеевиче дальше уже не слушал. – Пойдем на кухню, всю информацию чаем запивать будем, а то «на сухую» не осилим, – и я пошел в сторону кухни первым, по пути взяв зверька за руку.       Стоило мне это сделать, как зверек напряженно выдохнул, новые знакомства для него были пыткой, теперь я это знал. Когда мы зашли на кухню, зверек поспешно принялся расставлять чашки и заваривать чай, а Гоша следить за ним, недоверчиво сощурив глаза. – Есть у него кадык, Гош, – видя, как он поглядывает на шею зверька, оповестил я мучавшегося любопытством друга. – У нас есть более важные вещи. – Я понял. Просто странно все это. Зная тебя и как ты относишься ко всем этим, – кивнул он на зверька, – я бы не подумал, что когда-нибудь кого-то из них я увижу на этой кухне. Поэтому и верится с трудом. – Понимаю, но зверек не «кто-то из них», он… – запнулся я. – Давай ближе к делу, – Игорь понимающе кивнул. – Отец не пустит ситуацию на самотек. Вчера, когда я звонил ему, он сказал мне это прямым текстом. Поэтому я хочу, чтобы мы попробовали то, над чем работали последние три года. – Ты что, заразился безумием? – удивленно выпалил Гоша, но наткнувшись на мой пристальный взгляд, не предвещающий ничего хорошего, если он продолжит, решил поумерить свой пыл. – Ладно, но извиняться не буду, – кинул он косой взгляд через мое плечо. – Но три года… Это слишком короткий срок, по сравнению с тем, сколько уже в бизнесе твой отец. Ты понимаешь, против кого нам придется пойти? Он тоже не будет сидеть на месте. – Гош, давай посмотрим правде в глаза, когда бы мы не решились пойти против него, это всегда будет слишком рано. – Тогда ты понимаешь, что проценты того, что нас раскроют быстрее, чем мы сможем что-то сделать, – двадцать к восьмидесяти. Увы, не в нашу пользу. – Понимаю, – задумавшись, кивнул я.       Игорь вздохнул и задумчиво начал рассматривать гладь стола, пока чашка перед ним не наполнилась дымящимся коричневым напитком. Разлив чай по чашкам и поставив на стол сахар и бутерброды, зверек сел рядом со мной, подтягивая правую ногу к себе и прислонившись головой к моему плечу. Мне захотелось поцеловать его, но желание отбил Гоша, хмыкнув, глядя на меня. – А я смотрю, он нехило зацепил тебя, – покачал он головой и тут же перевел свой взгляд на зверька. – Так ты говоришь, тебя изнасиловали, и это организовал Матвей Алексеевич? Да и еще после этого ты увлеченно в спальне разделывал кота, – добавил он насмешливо, но даже так напряженность в голосе слышалась отчетливее.       Зверек вздрогнул и крепче прижал согнутую в колене ногу к груди. – Гош, не… – начал было я, но Игорь меня одернул, не давая продолжить. – Нет, так не пойдет, Кость. Сейчас рискуешь своей карьерой не только ты, мы оба окажемся в пролете. Так что я бы хотел услышать ответы от твоего зверька, – Гоша теперь не сводил со зверька взгляда, пристально следя за каждым его движением. – Я… – дрожащим голосом начал тот. Но поняв, что волнуется, закрыл глаза, глубоко вздохнул, открыл их и продолжил более уверенно: – Да, это так. – А если я тебе не верю. Я не знаю тебя, ты вон маленьких котят потрошишь, – после этих слов зверек сжался, и я заметил, что его руки начали дорожать. – Может, ты вообще все это придумал, или тебе в каком-нибудь безумном видении приснилось, а нам из-за этого приходится рисковать, – грубо закончил Гоша.       Видя состояния зверька, я уже хотел вмешаться и даже попросить его выйти, чтобы без его участия поговорить с Игорем. Я знаю, он согласится на все, чтобы я не предложил, в этом даже не сомневаюсь. А все, что он сейчас делает, просто проверка, я тоже не доверял зверьку. Но одно дело - когда его мучаю я, а другое - когда кто-то посторонний, пусть это даже Гоша. Меня это злит. Вот только зверек меня опередил. – Но я ведь не просил! – буквально закричал он и встал, опираясь руками в стол.       Я удивленно уставился на него, а Игорь не менее удивленно приподнял бровь. – Вы думаете, я не предупреждал Костю о том же, о чем говорите вы? Но он верит мне. Что мне кажется странным и не заслуженным. Так разве вы, как его друг, не должны доверять ему? Я понимаю, что ни о каком доверие ко мне и речи быть не может. А что касается моего… – зверек замялся. – То, что я сделал с котом, это неосознанно. Я знаю, это глупое оправдание… Я никогда раньше не причинял никому вреда, такое произошло впервые, просто внутри меня съедала необычайная боль… – уверенно говорил зверек, но я видел, что он готов был сорваться на слезы в любую минуту. – Я бы не стал так делать, если бы не пообещал Косте больше не причинять боль себе. Но я ведь обещал! Я не могу подвести человека, которому доверяю… – как-то отчаянно, но уверенно заявил зверек и стиснул кулаки.       Мне показалось, что еще немного, и он начнет рыдать. Снова все выльется в истерику и приведет к отключению его сознания и безумным поступкам. Поэтому поспешил взять ситуацию в свои руки. Я встал и за плечи развернул зверька к себе, чтобы он посмотрел мне в глаза, и он посмотрел, после чего я попытался улыбнуться, хотя получилось плохо. Я вообще редко улыбаюсь.       Но, видимо, зверьку этого хватило. Он улыбнулся в ответ и прижался ко мне, шумно выдохнул мне в шею и прошептал так, чтобы услышал это только я: – У тебя хороший друг, – после чего отстранился, сел как ни в чем не бывало на место и стал помешивать остывающий чай.       После подобного ответа Игорь оставил попытки препирательства со зверьком, что для меня стало удивительным. Мы пили чай и обсуждали дальнейшие действия, после чего я потащил Гошу в спальню, чтобы завершить мою вчерашнюю попытку убраться. Друг сопротивлялся лишь первые пять секунд, а потом смиренно сдался под моим напором.       Зверек остался на кухне убирать со стола, а появился он в спальне, только когда она была уже наполовину пуста. Кровать вынесли, как и матрац, который заранее завернули в ткань, которую привез с собой Гоша. Сказал, что если кто-то увидит окровавленный матрац, будут проблемы, поэтому пришлось подсуетиться и заехать в магазин за продаваемой метражом тканью. Ворсистый ковер тоже оказался на свалке, после чего мы занялись полом, который оттерли быстро, все же ковер впитал основную часть крови. Россыпь кровавых капель на стене отмывали уже втроем, хотя зверьку даже это давалось трудно, видимо, ему в этой комнате еще долго будет не по себе.       Когда со своеобразной уборкой было покончено, из спальни было решено выйти и открыть окно. Я, конечно, уже проветривал комнату таким способом, но Гоша сказал: «Лишним не будет», и я поддался столь искусным уговорам.       Игорь и я устало плюхнулись на собранный зверьком диван, а он сам скромно присел на кресло и плотнее укутался в вязаную кофту. Мне его привычка кутаться во все огромное и плотное, словно в кокон, стала казаться безумно милой и невольно вызвала улыбку. Естественно, это не могло укрыться от «знавшего меня как облупленного» Гоши. Он толкнул меня плечом, привлекая внимание, и заговорщически улыбнулся. Я насторожился, ничего хорошего мне эта улыбка не предвещает. Поэтому я поспешил заговорить первым. – Игорь, вот только не надо, – сделал недовольное выражение лица. – Чего именно тебе от меня не надо? – улыбка Гоши стала шире. – Всего, – недовольно брякнул я. – Можешь просто промолчать, я и так все понимаю… Наверно, – добавил совсем тихо. – Не надо, так не надо, – похлопал Гоша меня по плечу и перевел свой взгляд на зверька. – Вам же теперь кровать купить надо и ковер, или вы ремонт там затеете? – Я… Не… – забормотал зверек. – Вполне возможно, что нам придется переехать, – ответил я задумчиво, зверек испуганно уставился на меня. – Хотя… Может, и не придется. Поэтому ты и Майк можете завтра собственноручно выбрать кровать в интернет-магазине, заодно и доставку закажите… – Стоп! – остановил меня движением руки Гоша. – Кто это «ты»? – Ты это ты, Игорь, – ткнул я в друга указательным пальцем, тот скривил рот в противной ухмылке и приподнял одну бровь. – Издеваешься, друг? – насмешливо протянул он. – Нет, вполне серьезен, – пожал я плечами. – Мне необходимо отъехать по важным делам. – Отлично, езжай. Но при чем тут я? Я не нанимался нянчиться с больными. – Я сам… Я смогу, правда, – попытался возразить зверек. – Гош, – я устало выдохнул, – давай не будем. Я все объяснил, зверька одного оставить я не могу, а доверяю я сейчас только тебе. Помнишь, мы пообещали, что если будем тонуть, то только вместе? – Гоша кивнул. – Так вот, сейчас тот самый случай, когда нам в очередной раз, кроме как друг к другу, не к кому обратится. А ты, – обратился я к зверьку, – уже достаточно сделал сам, – тот опустил взгляд. – Я понял… – серьезно проговорил Игорь и взъерошил устало волосы. – Во сколько мне прийти? – Утром. Подойди к девяти.       Он еще раз внимательно посмотрел на зверька, остановив свое внимание на его нервно подрагивающих руках, и шумно выдохнул. А затем встал, бросив мне через плечо: – Не провожай, – и скрылся за перегородкой прихожей, а через пару минут громко хлопнула входная дверь.       Весь оставшийся вечер зверек нервно метался по квартире, переделывая все дела: от стирки до готовки ужина. Я же наслаждался выходным, лениво потягиваясь на диване, и бездумно щелкал каналы, изредка следя за действиями зверька, создавалось впечатление, что он старательно избегает меня. Но подобное впечатление мучило меня до тех пор, пока зверек не позвал на кухню, после чего я забыл о своих подозрениях.       Спать легли сразу после ужина, а бессонная ночь сказалась на том, что уснул я быстро.       Утром проснулся я раньше зверька, даже не поставив будильника. Принял душ, приготовил себе кофе. Правда начав его пить, понял, что кофе, которое готовит зверек, намного лучше этого. Поэтому пришлось вылить его в раковину и ждать, когда он проснется. Но кофе от зверька я так и не дождался, в половину девятого пришел Гоша. Хорошо, что зверек успел привести себя в порядок и одеться.       Я не стал ждать дольше, мне просто не терпелось исполнить задуманное. Поэтому удостоверившись, что оставляю зверька в надежных руках, я поспешил одеться, спуститься на парковку и завести машину.       Когда я выехал из суетящегося, многолюдного города на пустую и неровную дорогу, стало намного легче. Теперь я не отступлю ни на шаг и не поверну назад, на этот раз я сделаю все правильно. В болезни зверька должна быть причина, и лучший способ завладеть им полностью и предотвратить очередное «жертвоприношения» котов - выяснить ее.       По пути в полуразвалившеюся больницу я вспомнил, как Игорь впервые прикрывал меня перед отцом. Это было давно, тогда мы были совершенно другими… Легкомысленными и юными. Гоша носил стильную, по его мнению, прическу, короткая стрижка и длинная, тоненькая косичка, тянущуюся от затылка, которую он часто заправлял за ворот рубашек и футболок. Гоша гордился этой косичкой, и чем длиннее она становилась, тем чаще он хвастался мне о том, что лицезреть ее могут лишь избранные. В основном ими были девушки, ну и, конечно же, я. Одевался Игорь только в фирменную и дорогую одежду, носил перстни и козырял деньгами направо и налево, привлекая внимания женского пола. Что скрывать, я делал тоже самое, только привлекал внимания отнюдь не девушек. Гоша не любил серо-голубой цвет своих глаз и всегда носил линзы, которые делали их карими, хотя носит он их и сейчас, эта привычка у него осталась. Волосы он не красил никогда, считая это немужественным. Хотя с кофейным цветом волос ему просто повезло, но в силу своего характера он не признавал это.       Сейчас косичка исчезла, а все возможные брендовые вещи сменились строгими костюмами. Вот только любвеобильность Игоря нисколько не уменьшилась, а только возросла. Мужчина при деньгах, держащий себя в форме (мы часто посещали спортзал после работы), нравился многим.       Тогда мне было шестнадцать, Гоша на год старше, но учились мы в одном классе. В этом возрасте нам было интересно все. В основном все запретное. И на это «запретное» были нужны деньги, поэтому я удачно «одалживал» их у отца, а Игорь стоял на стреме. Было страшно красть деньги, хотя отец давал мне на карманные расходы, но их не хватало. Мы спускали их буквально за день, а в остальное время выкручивались подобным способом.       Однажды, отец застукал нас, и Гоша взял всю вину на себя, сказав, что это он заставил меня это сделать. Отец, конечно, не поверил. Не был я прилежным ребенком, попало обоим, но Игоря после этого я стал ценить намного больше. Поэтому он является единственным человеком, которому я верю. Наша дружба прошла через многое.       Погрузившись в воспоминания о прошлом, я и не заметил, как подъехал к больнице, откуда не так давно забирал зверька.