Забытые вещи

Когда Лейси поднималась по скрипящей лестнице, она уже напрочь забыла и о неудачном разговоре с отцом, и о неудобной рабочей форме, заляпанной не пойми чем, и даже о том, что прошлой ночью только чудом не позвонила Гастону и не утопила его в пьяных слезах. Зато на секунду увиденный кадиллак никак не выходил у нее из головы. Бостонский Чарльстон был очень старым районом, и со временем превратился практически в окраину, в котором белого населения было в три раза меньше, чем латиносов и афроамериканцев. Узкие улочки, с обеих сторон заставленные одинаковыми панельными домами, фонари, из которых работал только каждый пятый, разбитые машины во дворах - таким был Чарльстон, в котором жила Лейси Френч. И хотя кое-где еще оставались следы прошлого колониального величия, оставшиеся от первых жителей, в целом район производил весьма жалкое впечатление. Само собой, уровень преступности здесь был таким, что, вырабатывай каждое правонарушение электричество, весь город мог бы питаться только от Чарльстона. А кадиллак был машиной из другого мира - из мира Бэйкон Хилла: вычищенных улиц и сверкающих дорогими вывесками магазинов. Увидеть такую машину здесь все равно что встретить в рыбном магазине Мэттью МакКонахи. Лейси преодолела последние ступеньки и едва не ввалилась в квартиру, застонав от удовольствия, когда ее ноги наконец-то освободились от тисков туфель. - Бургеры прибыли! - громко провозгласила она, скидывая сумку на стул и босиком следуя к кухонному столу. - Пиво уже ждет в холодильнике! - послышался из ванной голос Киллиана. Через секунду из клубов влажного пара появился и он сам, замотанный в банное полотенце, с мокрыми волосами и темными подтеками от карандаша под глазами. Лейси расхохоталась и знаком подозвала его к себе. Она оторвала кусок бумажного полотенца и старательно вытерла им разводы на щеках Киллиана. - Ах, черт, - усмехнулся он, - все время забываю! Как вы, женщины, всегда помните, что на вас косметика? - Очень просто, - пояснила Лейси, осматривая его на предмет пропущенных разводов. - У нас на глазах ее столько, что она прибивает ресницы к земле. Мы только и ждем момента, когда сможем ее смыть. - Спасибо, - улыбнулся Киллиан, который снова превратился из солиста группы "Кисс" в обаятельного черноволосого парня с лукавыми голубыми глазами. - Пора ужинать? - Начнем, как только ты оденешься! Они устроились на диване за просмотром шоу Джимми Киммела, расставив тарелки с едой и холодные бутылки прямо на обивку. Хохотали, передразнивая гостей шоу, перебрасывались ломтиками картошки - дурачились, словно дети. Лейси любила такие вечера, потому что они помогали забыть о том, насколько на самом деле скучна и бесполезна ее жизнь. - Слушай, - в перерыве между очередным приступом смеха произнесла она, - я сегодня на нашей улице кадиллак видела. Это не твоей ли новой подружки? А то я бы с ней познакомилась. Киллиан вдруг перестал смеяться и нахмурился. Взгляд его метнулся в сторону входной двери. - Кадиллак, говоришь? - Да, такой длинный, черный, не из новых моделей, а из тех, у которых значок еще над капотом возвышается... Лейси видела, что с каждым ее словом Киллиан становится все мрачнее. Он резко поднялся с дивана, подошел к окну и осторожно сдвинул в сторону занавеску. Затем одним сильным движением поднял вверх раму и едва ли не до пояса высунулся наружу. - Киллиан, в чем дело? - спросила Лейси, отставив в сторону свою бутылку с пивом. Она тоже встала на ноги, отряхнула футболку от крошек и сделала несколько шагов по направлению к брату. Киллиан принял обычное положение, но теперь он был бледным, испуганным и настороженным. - Закрой входную дверь, Лейси... - Стоило сделать это раньше, Джонс. Лейси завопила и отскочила на шаг назад, с силой налетев на стоящий у стены столик. Киллиан, послав ей полный немых извинений взгляд, повернулся на голос. Все пространство у двери занимали двое головорезов самого зверского вида. Огромные, под два метра ростом, одинаково широкоплечие, в костюмах, которые на их мощных фигурах смотрелись почти смешно. Большие круглые головы обриты налысо, на лицах - выражение тупой агрессии. Такие ребята сначала бьют, а потом уже спрашивают, за что. Лейси знала это, потому что ей уже приходилось иметь дело с такими, и она ни за что не желала бы повторять этот опыт. На их фоне третий человек казался чуть ли не карликом. Худой, сухощавый мужчина, возрастом от сорока до пятидесяти, с острыми высокими скулами и тонкими крыльями носа. Дорогое пальто с небрежно накинутым поверх кашемировым шарфом, трость с серебряным набалдашником, темные очки глупой формы, какую любил Джон Леннон, и волосы, длиннее, чем обычно носят мужчины - все это придавало ему сходство то ли с университетским профессором, то ли с эксцентричным аристократом-меценатом. А полная спокойной уверенности улыбка на его лице напугала Лейси куда сильнее, чем грозно сдвинутые брови и злобный оскал его спутников. - Крокодил, - прошипел Киллиан сквозь зубы. Лейси в ужасе оглянулась на него. Что он творит? Казалось бы, жизнь в неблагополучных районах должна была научить брата тому, что не стоит хамить типу, за спиной которого находятся два шкафа, по ошибке превратившиеся в людей. Она лихорадочно пошарила глазами по комнате, подыскивая что-нибудь на случай нападения. Вокруг как назло не попадалось ничего толкового - разве что можно было резко рвануть вбок и схватить одну из бутылок с пивом. Если отбить горлышко, можно достаточно сильно порезать мерзавцев. - Я тоже бесконечно рад тебя видеть, Джонс, - мужчина в очках, неловко припадая на правую ногу, сделал два шага в сторону брата, и Лейси с удивлением обнаружила, что трость для него - необходимость, а не модный аксессуар. Завороженная уверенностью движений этого калеки, она не сразу обратила внимание на Киллиана, который отчаянно подавал ей знаки за спиной. - Что тебе нужно? - спросил Киллиан, не прекращая указывать Лейси на дверь в ванную. - Где она? - Кто? - Не зли меня, Джонс. Я знаю, ты все еще поддерживаешь с ней связь. О ком они говорят? Лейси, тяжело дыша, недоуменно переводила взгляд с одного собеседника на другого. - Мне всего лишь нужно с ней поговорить, - произнес незнакомец, подойдя к Киллиану почти вплотную, так что стало заметно, что разница в росте у них где-то в полголовы. Несмотря на всю тревожность ситуации, Киллиан усмехнулся, причем сделал это так ядовито, что Лейси на секунду не узнала в этом человеке своего сводного брата. - Ты всегда так говоришь, крокодил. Только разговоры с тобой ни к чему хорошему не приводят. - Разве? - снова улыбнулся "крокодил", слегка наклонившись вперед. - Смею напомнить, что наш с тобой прошлый разговор закончился очень даже неплохо для тебя. Ты ведь все-таки сохранил свою руку? Лейси нахмурилась. О чем это он? Какая рука? Какой разговор? Откуда Киллиан вообще мог знать этого человека? - Однако в этот раз я могу и завершить начатое, - опасно понизив голос, продолжил мужчина, слегка кивнув на стоящих позади громил. Киллиан ничего не ответил, лишь задрал подбородок повыше и отвел глаза. Твою мать, неужели эта информация стоит того, чтобы лишиться руки, идиот? Лейси не могла разглядеть глаз "крокодила" за темными стеклами очков, но легкий поворот по-змеиному острого лица в сторону подсказал, что теперь он смотрит на нее. - О, как невежливо, - в голосе у него вдруг добавилось сладости и едва ли не доброжелательности, - вторгся в разгар вечера и даже не обратил внимания, что с тобой тут такая очаровательная юная леди. И, раз уж ты так небрежно относишься к своему здоровью, возможно, она поможет разговорить тебя? Девушка сжалась от ужаса, когда увидела, что он собирается подать своим головорезам знак, но тут Киллиан вдруг резко дернулся, выставив вперед руки, и со всей силы толкнул незнакомца. - Давай, Лейси! Дважды повторять не пришлось. Лейси резко рванула с места, напоследок еще раз больно стукнувшись бедром о край стола. За спиной раздавались звуки перепалки - судя по всему, Твидлди и Твидлду поспешили на помощь своему хозяину. Лучше было даже не думать о том, что "крокодил" мог отправить их вслед за ней, и через секунду огромные ручищи схватят ее за плечи. По ощущениям, прошло минимум несколько минут, пока она добралась до ванной, хотя на самом деле все это заняло не больше двух секунд. Лейси влетела в комнату, поскользнувшись на мокром после купания брата полу. Киллиан появился следом и тут же всем телом навалился на дверь, в которую настойчиво ломились с другой стороны. Лейси схватилась за голову. Глаза разъедало слезами, горло сдавило страхом, а каждый удар тяжелого тела в дверь отдавался ударом собственного сердца в ушах. Киллиан кричал что-то, его перекошенное от злости лицо было повернуто к ней, но Лейси не понимала ни единого слова. Только когда секундное помешательство схлынуло, она сообразила, что стоит забаррикадировать дверь, чтобы освободить брата. Она обошла большой старый шкаф для полотенец и попыталась сдвинуть его с места, но эта попытка не увенчалась успехом - шкаф был раза в два больше Лейси и раза в полтора тяжелее. Пришлось перенести весь вес тела, для устойчивости упершись ногами в ножку ванной. На полу была разбрызгана вода, и ноги скользили, но то ли адреналин придал ей сил, то ли шкаф все-таки был не настолько неподвижным, в конечном итоге Лейси все же почувствовала, как высокая конструкция накренилась под ее напором. - Киллиан, в сторону! Шкаф рухнул, с грохотом врезавшись в противоположную стену и перекрыв дверь наискосок. Едва успевший отскочить в сторону Киллиан тяжело дышал. На скуле у него расплывался яркий синяк. - Отлично, - выдохнул он, - а теперь помоги мне открыть окно. - Кто это, черт подери, такой? - Лейси бросилась к брату, который уже срывал с окна занавески. - Помнишь Милу? Она несколько раз обедала с нами. Ну, так это вроде как ее муж... - Ты серьезно? - взвыла Лейси, едва не позабыв о том, каким важным делом они заняты. Об этом ей быстро напомнила громкая ругань и грохот из-за двери. На секунду в гулко бьющемся сердце поселилась надежда, что соседи услышат шум и вызовут полицию. Не могут же они просто продолжать спать или смотреть ночные программы, когда по соседству кто-то ломится в дверь так, что грозит разрушить все несущие стены. Однако надежда это стоила немногого - в Чарльстоне постоянно случались какие-то скандалы и стычки, так что служители порядка сюда не слишком-то рвались, пусть даже полицейский участок и находился всего в паре кварталов отсюда. - Знаешь, когда она ушла ко мне, он был просто рабочим на текстильном заводе, трусливым нытиком. - Вот поэтому и нельзя уводить чужих жен, Киллиан! - прошипела Лейси, со всей силы ударив кулаком по плечу брата. - Их мужья от этого звереют! - Как видишь, я расплачиваюсь за это, - рассохшаяся оконная рама наконец-то поддалась, с грохотом поднявшись вверх. - Вперед! Лейси послушно перекинула ноги через деревянную раму и легко спрыгнула на пожарную лестницу. Следом за ней на шаткую металлическую площадку вылез и Киллиан. - Так, ладно, - выдохнула Лейси, завязывая длинные светлые волосы в узел. - Давай сюда свою толстовку. Спустимся вниз, и ты сразу свернешь в переулки. Я попытаюсь увести их в сторону доков. - Нет, Лейси... - Заткнись, Дон Жуан. Я доки как свои пять пальцев знаю, им меня там ни за что не найти. Встретимся в пабе МакКалистера через сорок минут. - А если ты не придешь? - Приду. Им в любом случае нужен ты, не я же зажигала с женушкой этого крестного отца. Лейси застегнула черную толстовку и накинула на голову капюшон. Вблизи, конечно, их с Киллианом невозможно было спутать - она была на голову ниже и очень худощавая, - но Лейси надеялась, что в темноте и с учетом крохотных мозгов верзил они не сразу заметят подмену. Этого времени Киллиану будет достаточно, чтобы скрыться. Конечно, Лейси немного преувеличила собственную браваду. У нее по-прежнему тряслись коленки от ужаса, и сердце колотилось, как бешеное, но, в конце концов, Киллиан столько раз выручал ее из передряг, иногда неслабо отхватывая от ее дружков, что сейчас Лейси и подумать не могла, чтобы оставить его. Ей бы только добраться до доков... Они спустились по лестнице с диким грохотом, и если раньше помощники "крокодила" могли не догадаться, куда они делись, то сейчас сомнений у них точно не осталось. Лишь на мгновение остановившись у подножия, чтобы лихорадочно обняться на прощание, они направились в разные стороны. Лейси старалась быть как можно более заметной, выбежав прямо на середину улицы, под свет двух тусклых фонарей. Краем уха она уловила за спиной топот, и мысленно поздравила себя - ей удалось привлечь их внимание! Она припустила быстрей, про себя взмолившись, чтобы ей повезло, и в голые пятки не вонзились осколки от разбитых бутылок. План был прост - вывернуть на Медфорт-стрит, добежать до пересечения с Челси-стрит, а после затеряться в петляющих и заковыристых авеню на подходе к пирсам. "Крокодил" и его бугаи явно не местные, переплетающиеся проулки наверняка собьют их со следа, а Лейси ориентировалась там великолепно - ей как-то доводилось встречаться с парнем, работавшим в кафе при морском вокзале. Ветер свистел в ушах, заглушая лихорадочное дыхание Лейси. Улица была тихой и пустынной, и свет горел лишь в одном доме из пяти - они с братом сегодня засиделись допоздна. Лейси могла бы постучаться в какой-нибудь дом, но, скорее всего, если бы люди услышали, как в их дверь посреди ночи кто-то барабанит, они бы лишь плотнее задернули занавески и схватились за дробовик. Топот позади немного стих, и это приободрило ее. Значит, они отстают, значит, осталось совсем чуть-чуть. Она уже видела яркие огни широкой Челси-стрит, нужно продержаться всего-то пару кварталов, нырнуть под мост, и все - ее больше никогда не найдут. Воодушевившись, Лейси собрала последние силы и ускорилась. Она уже пересекла зеленые металлические опоры моста, когда прямо перед ней, взвизгнув шинами, остановился кадиллак. Девушка вскрикнула, пытаясь затормозить, но напоследок она разогналась до такого состояния, что пришлось сделать лишнюю пару шагов, чтобы хотя бы сбросить скорость. Ступни неприятно обожгло от соприкосновения с асфальтом, и Лейси, прикусив губу, попыталась изменить траекторию и резко развернуться, чтобы свернуть вбок. И уткнулась носом в широкую грудь, затянутую в дорогую костюмную ткань. В руки тут же вцепились жестокие пальцы, болезненно дернули и повернули ее обратно, лицом к Челси-стрит. Тип с тростью, уже избавившийся от нелепых очков, спокойно выбрался из кадиллака, подошел к ней и с хладнокровной улыбкой сдернул капюшон с головы. - Храбро, девочка. И очень глупо. Он приблизил свое лицо ближе, и даже в темноте Лейси сумела разглядеть - глаза у него темные, почти черные. Оранжевый свет фонарей отбрасывал причудливые глубокие тени и превращал мужчину в чудовище в зловещей маске. Лейси стало страшно. - Кто бы ты ни была, Джонс дорожит тобой. А значит, попытается найти. Повисла пауза, нарушаемая только всхлипами все-таки не удержавшей слез Лейси. Где-то дальше по Челси-стрит раздался звук полицейской сирены. - В машину ее.