Черепахи говорят

– Ты уверен, что с тобой все будет в порядке? – Да, Лео, расслабься. Все будет замечательно. – Ты уверен? – Да! – Хорошо. Слушай, еды тут должно хватить примерно на месяц… – Вас же не будет всего два дня. – Майки, ради бога, ты за раз съедаешь больше двухдневного запаса провизии, лучше подстраховаться, чем потом жалеть. Я не хочу, чтобы ты тут голодал. – Я могу позаботиться о себе. Все равно большую часть еды здесь готовлю я. – Я знаю, знаю. Еще, я положил тебе на кровать несколько запасных масок, чтобы ты не ходил раздетый. – Мы постоянно ходим раздетыми. – Я не позволю тебе ходить в грязной маске, и тем более не собираюсь разрешать тебе включать стиральную машину. – Это было всего ОДИН раз! Лео, идите уже! – Помни, что душ надо принимать каждый день, и что надо убирать за собой. Чтобы мы не вернулись в грязное убежище, ясно? – Ага. – Но не забывай, что ты не должен нарушать запреты Сплинтера! Тебе нельзя прикасаться к мылу, пылесосу или подходить близко к любым распылителям и губкам. – Я не буду. – Хорошо, и… перестань выталкивать меня. Погоди минутку! Так, я положил на стол листок с несколькими номерами. Там просто телефоны Эйприл и Кейси и службы спасения, хотя им лучше не звонить, и еще Кожеголового, или ты можешь сразу пойти к нему в случае чего, кстати, ты уверен, что не хочешь пожить у него, пока мы не вернемся? Или он мог бы побыть здесь с тобой! Или, может… – Ты повторяешься! Иди уже! Со мной все будет прекрасно. Обещаю, я не стану влипать ни в какие неприятности. – Все, я никуда не еду. – Лео! Да ё-моё! – Хорошо, но я там, вроде бы, нарисовал в холодильнике несколько стрелочек… – Лео! – Ладно! Уже иду! Будь осторожен. – Лео, все будет в полном порядке. – Хорошо. Пока, Майки. – Ох, это заняло еще больше времени, чем я ожидал. – Он просто беспокоится о тебе. – Да, Донни, я знаю. – В любом случае, у меня тоже будет для тебя несколько указаний, я их записал. – Это целая книга. – Да. Так вот, в нескольких словах – ничего не разбивай, если разбил, то медленно положи это на место и не пытайся починить. – Но я бы мог… – Нет. – … Ну и ладно. – И даже близко не подходи к моей лаборатории и комнате. – Не буду. – И если у предмета есть колеса, двигатель, его можно включить, он жидкий или твердый, жесткий или мягкий, пахучий или дымится, горячий или холодный, на нем есть любого вида кнопки, экранчики или переключатели – не подходи к нему. И не прикасайся! – Да я бы ни за что! – Уверен, что это так. Береги себя, Майки. Ничего не трогай. – Пока, Донни! – Ну, наконец-то! Черт, балбесина, ты нас задерживаешь. – Рафи, это не я, им очень трудно уйти, потому что они будут безумно скучать по мне. А ты что, собираешься привязать меня к стулу? – Совсем спятил? Да я дождаться не могу, когда уберу свой панцирь от тебя подальше. Два дня вдали от самой надоедливой черепахи в мире – это будет просто отпуск. – Ууу, ты разбиваешь мне сердце. – Заткнись. Так… – Итак? – Если влипнешь во что-нибудь, звони мне. – Ааай. – Заткнись. – Ты такой милый. – И еще звони Кейси. И любому, с кем мы знакомы. У тебя целая команда Лиги правосудия для спасения твоего панциря. – Рафи, ты на самом деле заботишься обо мне! – Нет, я просто знаю, что тебя обязательно кому-нибудь придется спасать, как какую-нибудь тупую барышню, которой ты, в общем, и являешься. – Ну, у меня действительно выразительный героический крик о помощи. – Ты верещишь, как девчонка. – Это к делу не относится. – Знаешь че, тебе бы лучше не выходить наверх. – А-ха. – Просто… на всякий случай. – Конечно. – А может, даже не выходить в тоннели. Знаешь, это ведь всего на пару дней. – Я буду все это время смотреть телек и играть в игры, обещаю. – Верно. Кстати, ты че-то толстеешь. – Неа. – Ага. Ладно, увидимся через два дня. – Пока, ребят! Не скучайте по мне совсем уж отчаянно! И скажите Лео не звонить мне каждый час! И, Донни, я знаю, что ты отслеживаешь мое дыхание и сердцебиение и все такое, так вот не паникуй, когда я потеряю эту штуковину – чип! И я не буду открывать дверь Кейси, когда он придет проверять, как я тут!