Восемь Чертовых Коробок Джонсона

По правилам логики, здравого смысла, и других неизвестных Плоскому Миру слов, человека, на жизнь которого покушались, необходимо усилено охранять, а лучше запереть в надежном месте. Но глава Незримого Университета Наверн Чудакулли идти куда-либо наотрез отказался. Затем прочел долгую лекцию на тему сменяемости аркканцлеров и что если бы он не умел за себя постоять, то аркканцлером бы он не стал. Ваймс, не питающий особой любви к волшебникам, согласился. И приставил к Наверну констебля Сланца и констебля Рукисилу. А остальное пусть будет в руках Вписать-Имя-Божества. Констебль Сланец и констебль Рукисила отдали честь. — Ещё не передумал перебраться к нам в участок, Наверн? – спросил Ваймс, флегматично увернувшись от выпущенной стрелы. — Если ваш повар научится готовить несколько смен блюд, то я рассмотрю твоё предложение, Сэм. – весело отозвался аркканцлер. – Стрела. — Да, сейчас. Ваймс вытащил стрелу из стены и кинул её в Чудакулли. — Я к тебе ненадолго. Бор Тисый. Что можешь рассказать? — Кафедра Ненужных Исследований? Думаешь, это он? — Просто интересуюсь. Он может быть знакомым с преступником или помогать ему. — Он вроде пришел к нам лет этак восемь назад. Я тогда был волшебником четвертого круга. Да. Он по своим силам сразу на второй круг попал. Впрочем, на нём и остался. Помню – помню. Пришел в Университет в полной уверенности, что все должны сразу же отдать ему шляпу аркканцлера. Я тогда с другими волшебниками пятого круга применил на нем Колотушку Бигби. Ха-ха, ну и смеху то было. Потом он начал что-то исследовать и... - Чудакулли неопределенно провел рукой. – С тех пор и исчез. Он даже обедает всего три раза в день. — В его поведении ничего странного не замечали? — С ним никто не общается. – Чудакулли пожал плечами. Ха. Шляпа аркканцлера? Что же, сейчас получить её совершенно невозможно ещё ближайшие тридцать лет. Но теперь у Ваймса есть версия: Бор Тисый Младший приезжает в Анк-Морпорк. Он преисполнен надеждами, но они рушатся, как попытки Достабля выйти из сосисочного бизнеса. В какое-то время, к нему обращается Шестой брат со своей Коробкой, который не знает, что с ней делать. Но ведь, хэй, в семье есть волшебник, почему бы не свалить это на него. Каким-то образом, Младший активирует Шестую Коробку, может даже, с помощью своей, Восьмой Коробки. Опытным путем он узнает, что Шестая Коробка может отделять астральную сущность. Младший врет Шестому брату, что Коробка бесполезна и прячет её у себя. Проходит время. Младший, понимая, что он так ничего и не добился, решает взять пост аркканцлера силой. Он надевает черный балахон, чтобы его лицо не было видно, и относит Коробку на Почтамт. Но его план не срабатывает и он... и что он? Волшебники не водят дружбу с женщинами. Особенно, такими шикарными, как Дева В Беде. Ладно, предположим, они знакомы. Дева из разговора с Гарри узнает, что у Стражи есть Коробка, которую отдали в Незримый Университет. Но она должна предупредить об этом Младшего и быстро. Дева прибегает... но в Незримую Академию не пускают женщин, исключение было всего один раз, но там женщина вроде была волшебником. А ведь на примете Стражи есть один коллекционер. У которого было больше шансов познакомиться с Девой. Но какой мотив? Или же они ошибаются и покушение действительно было на патриция. Выйдя из Незримого Университета в холодный Анк-Морпорский вечер, Ваймс на секунду почувствовал облегчение.

***

Коробки собирались вместе и формулы вселенной приготовились к разрушению.

***

Девушка на иконографии только начинала жить. Несчастная душа, приехавшая из Псевдополиса в надежде на лучшую жизнь. — Наш Игорь куда-то уехал, поэтому мы попросили о помощи Игоря из больницы. – отрапортовал Моркоу. – Она умерла ночью, около часа-двух. Её ударили острым уголком некого предмета. — Черным, квадратным и отсутствующим. — Да, сэр, Коробку уже унесли. — И судя по всему запаха тоже не было? Бледная Ангва покачала головой. — Кто-то разбрызгал Нюхач. Как будто все запахи стерли. — Как шалфей с виски, - вставил замечание Моркоу. — Я понимаю, - Ваймс кивнул. — Но кое-что мы узнали, - сказал Моркоу. – Мы поговорили с соседками. Они слышали очень громкие шаги и дым, будто кто-то курил, но запаха не было. — Будто кто-то ходил с паровой машиной? — Да, сэр. В точку. — Пора поговорить о пагубной страсти к коллекционированию.

***

На запачканных кофе и сиропом бумагах, аккуратным почерком, даже без ошибок, была вся информация о клане Тисых. Пропустив историю о славных генералах и воеводах времен века Броненосца, на последней странице было всё, что стражники Псевдополиса узнали о последнем поколении некогда великого клана. Братья и сестры Бора Тисого старшего уже давно лежали в холодных могилах или развевались пылью над Анком. Его жена умерла при рождении восьмого сына. После его смерти его сыновья, кроме Пятого, уехали в другие города. Первый сын отрыл лавку в Клатче, где потом женился на дочери факира. Миссис Спински оказалась сестрой жены. Коробку ей подарили на её день рождения и она активировала её, засунув в Коробку свою сумочку. Второй сын, Грум Тисый, начал мотаться по свету и собирать вещи, связанные с Джонсоном. У него возникла идея открыть музей Чертового Тупицы, а где, как не в Анк-Морпорке, можно это сделать. Третий сын, Дорн Тисый, тоже попал в Анк-Морпорк, где вступил в Гильдию Азартных Игроков. Он был до странного успешен, всегда знал, какая лошадь прибежит первой или какое число выпадет на рулетке. Но потом он начал кричать на стены и избивать пустоту. Сейчас он обитает под мостом. Колон и Шнобби принесли его Коробку. Четвертый сын устроился столяром в Щеботан. Но, как он рассказал тамошним стражникам, его Коробка неожиданно пропала. Из Щеботана он не выезжал уже шесть лет. Пятый сын, Марк Тисый, по прозвищу Марк Нерешительный, умер по неизвестным причинам в своём доме. Его Коробку украли. Шестой сын работает вместе с Четвертым. Свою Коробку он давно отдал Младшему. Где Седьмой - до сих пор неизвестно. Хотя Ваймс и подозревал, что он тоже в Анк-Морпорке. И последний, Восьмой, Бор Тисый Младший, маг в незримом Университете. Один сумасшедший, один пропавший и двое подозреваемых. Сумасшедшего можно отбросить сразу, он в своём состоянии вообще ничего сделать не может. Логичнее всего смотрелся Младший, но новые Улики, Ваймс сплюнул, говорят о том, что это была вина Грума. Ещё был и Седьмой сын. Стража будто плыла по сильному течению. Не успевали они разобраться с одной проблемой, как сразу возникала другая, не давая времени на передышку. Будто это была не их история.

***

Вселенная разрушалась. Гроза ударила в Большой Том и, как взбесившаяся кошка, начала прыгать по всем флигелям Гильдий. Не капал дождь. Это было сложно заметить. Даже волшебники, великие мастера магического искусства, лишь чуть-чуть начали ощущать неправильность происходящего. Но книги всё понимали. Они беспокойно шелестели страницами в ожидании Конца. Библиотекарь немигающим взглядом смотрел на Фигуру. — Они могли выследить его. — У-ук. — Нельзя срывать Ритуал. Ты сам мне это постоянно повторял. — И-ик! — Это была случайность! Это всё Коробки! Они захватили его разум. Мира... всегда плохо поступала с ним. Ты ведь знаешь какой он злопамятный. — У-ук. У-ук у-ук у-ук у-ук. И-ик? — Мне нужна твоя помощь. Послушай, осталось одиннадцать часов. Мы должны сделать так, чтобы он собрал все Коробки. И если ты хочешь сохранить свою Библиотеку и дальше пожирать бананы, то... Библиотекарь сжал мохнатую руку в кулак и ударил Фигуру по щеке. — Да, я заслужил. Теперь ты поможешь мне? — У-ук. — Хорошо. Вот, возьми это, - Фигура вытащил из мешка половину Коробки, - отдай это Страже. Скажи, что нашел это, придумай что-то. Я наведаюсь к одному коллекционеру. У него есть Коробка. Надеюсь, я успею.

***

Снаружи Ваймс оставил Ангву и Колона, а Шнобби отправил сторожить возле черного входа. Как потом рассказал Шнобби, ход был действительно черный и засосал в Измерение Боли соседнюю кошку. Ваймс постучал. Дверь зарыдала и отворилась. Грум Тисый стоял в чем-то, очень напоминающем ночную рубашку. С кружевами. С тремя штанинами. Разноцветная. Глаза Грума опухли. Либо он раздобыл у волшебников омнископ и до посинения пялился на белошвеек, либо рыдал. — Выяснили что-то про Восьмерку? – спросил Грум, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Нет, я к вам, Грум Тисый. Уголок рта коллекционера дернулся. — К сожалению, могу предложить только чай, - сказал Грум. — Ничего. Обойдусь. Ваймс прошел в комнату, но сесть на стул не рискнул. — Выходили куда-то сегодня? – спросил Ваймс. — Пришлось остаться, чтобы сортировать новые поступления. — Такие, как Коробки? Грум натужено улыбнулся. — Нет, командор. — А ночью? — Командор Ваймс, сэр, я очень прошу простить меня, но сегодня у меня был очень тяжелый день, - начал тараторить Грум. — Ничего, я просто хочу рассказать одну историю. Ваймс начал кружить вокруг Грума. — Молодая девушка решила стать актрисой. В погоне за успехом она переезжает в Анк-Морпорк. Обычно, у таких как она есть только три пути: либо дело белошвейки, но без иголки, либо выступать в душных тавернах, либо же каким-то образом они добиваются успеха. У Миры Попельстон, - при её имени Грум напрягся. – были все шансы оказаться в первой категории. Но неизвестный добродетель спонсировал её. Она была его... возлюбленной? Да, наверное. Может, другом. Она хорошо знает его увлечения и сразу же сообщает, когда Стража находит Коробку. Ведь этот джентльмен очень любит Чертового Тупицу Джонсона и не остановится ни перед чем, чтобы заполучить его лучшее творение. — Что вы себе позволяете... — Стоять, - резко сказал Ваймс. – Я ещё не закончил. Они похищают эту Коробку с помощью Коробки, меняющей телами. Забавно, эту Коробку украли у Марка Нерешительного, который таинственно погиб много лет назад. Но Мира слишком много знает и её надо устранить, чтобы она никому не проболталась. Зачем, Грум Тисый? — Не называйте меня этим именем! – вскрикнул Грум и попытался ударить Ваймса в живот. Но получил в ответ «Жаворонка Парящего В Гнезде» Гасси Два Ха-Ха. Тяжелое тело Тисого упало на пол. Ваймс бросил короткий взгляд на прибежавших Стражников. — У нас чрезвычайное положение. Обыщите его дом. Коробки должны быть где-то рядом. Когда найдете, Шнобби, отнеси их в Ярд. Ангва, ты его прикроешь. Констебль Вулкан, отнесите господина.

***

Некоторое время назад, по просьбе добросердечного Моркоу, для Стражи была построена специальная комната отдыха. Туда поставили бильярд и несколько мишеней для дротиков. Но Стражники предпочитали проводить своё свободное время в более интересных местах, где хоть несколько стен были целыми. Грума Тисого положили на пыльный диван и брызнули ему в лицо водой. — У нас мало времени на ваши отговорки, - сказал Ваймс. - Вы можете попросить законника и мы вам его предоставим. Но поверьте, мы обвиним вас в покушении на жизнь патриция, а вы понимаете, мои ребята очень уважают его и могут в запале ненароком уронить особо ценную вазу, - заметив, как Грум побледнел, Ваймс продолжил более мягким тоном, - Либо же вы рассказываете мне, что произошло вчера ночью и закрываю на некоторые моменты глаза. Что скажете? Грум Тисый молчал, но чутье стражника подсказало - он будет говорить. — Мы были соседями, - гулким голосом начал говорить Тисый, - Часто играли вместе в Догони Младшего и Коричневые Салочки. Это было хорошее время. Мы тогда были детьми и всё было так просто. А потом мы выросли. В своих путешествиях я накопил некоторую сумму, достаточную для хорошей жизни в Анк-Морпорке. И ещё связи. Когда она приехала в Анк-Морпорк, то сразу обратилась ко мне за помощью. Я нашел ей квартиру и работу, а она убирала мой дом. И не только, подумал Ваймс. — Это как сон, понимаете? После вашего визита я очень много размышлял о Восьмерке. Я не мог мечтать о всех, но хоть немного, хоть немного Коробок... Послушайте, вы не понимаете, что такое незаконченная коллекция. Это как пустота в сердце. — Ради которой можно пойти на кражу и убийство? — Нет! Коробки нельзя хранить порознь, они должны быть вместе, как и задумал Мастер Джонсон. Я просто решил сделать так, как и должно быть. — Как у вас оказалась Пятая Коробка? — Я немного солгал вам. Когда убили Марка, я приходил к нему. Но он уже был мертвый! А его Коробка лежала в углу... такая красивая... я взял её и убежал. Клянусь! Ваймс решил не отвечать. Этим займутся Редж и остальные. Сейчас главное было другое. — Что произошло, когда Мира поговорила со стражником? — Нам повезло, стражник сидел в Уединенной Комнате. Мира споила стражника и позвала меня с помощью этого, - Грум показал Ваймсу маленькую механическую птичку. - Я использовал это, чтобы не тратить деньги на семафоры. Она не может перелетать большие расстояния и всё время глохнет, но если постоянно заводить, то неплохо работает. И как только я получил сообщение от неё, то прибежал так быстро, как только мог. — Захватив с собой Пятую Коробку? — Я до этого... размышлял, как можно забрать Коробки, - смущенно сказал Грум. - Она не хотела ввязываться в это, но я напомнил ей о долге и ей пришлось согласиться. Я поменял их телами и ушел. Мы договорились, что я через несколько часов захожу к ней, я должен был отойти на встречу коллекционеров. Я сказал ей, чтобы она забрала Коробку и вернулась обратно в трактир, сделав вид, что забыла что-то. А потом попросила одного из служащих донести пьяного стражника домой. Так должно было быть! — Первые пункты у вас получились. Что потом? Она захотела продать Коробку? Или освободиться от долга? — Когда я пришел к ней, она была уже мертва! Клянусь Мастером! Грум Тисый зарыдал. Его костюм, следуя за хозяином, тоже начал выделять влагу. Почему-то черную. Ярд встал перед угрозой потопа. Но безумный коллекционер не врал. Ваймс мог даже без Ангвы сказать это. В доме Миры Попельстон было двое. Один из них - Грум Тисый. Но надо было узнать ещё кое-что. — Вы почувствовали что-то когда вошли в комнату? Странный запах? — О чем вы? — Это будто запах шалфея, только с примесью виски. Грум отрицательно покачал головой. Интересно. То есть, Нюхач разлили после того, как ушел Грум. А был он после смерти Миры. То есть убийца вернулся со склянкой Нюхача, чтобы запутать оборотня в Страже? Звучало не так глупо. В дверь тяжело постучали. — Да? Шнобби, пьяно шатаясь, подошел к Ваймсу и отдал честь. — Сержант Ангва временно выбыла из строя, сэр, - заплетавшимся языком сказал Шнобби. - И капрал Шнобби тоже, сэр. Разрешите упасть? И, не дождавшись разрешения, упал на пол. Шлем с внушительной вмятиной свалился с его головы.