Как ветка сакуры в твоих ладонях...

Соджи бежит, не разбирая дороги, не задумываясь о маршруте - эмоции требуют выхода. Недоумение, боль, обида, гнев… «Я ненавижу тебя, Соджи…» Несколько кругов по кварталу, и Соджи, задыхаясь, падает на ближайшую скамью. «Я ненавижу тебя, Соджи…» Эти слова все звучат в ушах, причиняя боль…почти физическую. Безумно хочется курить, и Соджи достает из кармана куртки купленную утром пачку, задумчиво вертит в пальцах: Хаджи не выносит запаха сигарет… Впрочем, если Соджи закурит – Хаджиме все равно ничего не скажет, не упрекнет и не оттолкнет… Разве что на мгновение брезгливо подожмет губы, да на пару секунд у него потемнеют глаза. Такая сдержанность, граничащая с безразличием, все чаще бесит Окиту, и Соджи, не отдавая себе отчета, все чаще действует наперекор, назло, нарываясь. Вот и нарвался… «Я ненавижу тебя, Соджи…» Нет, это не может быть правдой… Просто он, Соджи, всю неделю является домой пьяным, вот Хаджи и разозлился, устроил скандал, наговорил гадостей… Окита старается не вспоминать, что за прошедшие полгода Сайто ни разу не скандалил, не кричал и не говорил ничего, способного задеть, обидеть. Сейчас Соджи вернется домой, примет душ, почистит зубы. Потом обнимет Хаджиме, ткнется носом ему в затылок, вдохнет привычный и такой родной запах его волос… Окита встает со скамьи, решительно сминает пачку и швыряет ее в мусорницу. Дверь в их квартиру не заперта, но Соджи не обращает внимания – верно Хаджиме не захотел закрыть за ним. К тому же, в элитном доме одного из элитных районов Токио в холле всегда дежурит консьерж и везде натыканы камеры видеонаблюдения. В квартире темно и очень тихо. Соджи все еще не верит, вернее не хочет верить… Обойдя пустую квартиру и везде включив свет, Окита с силой бьет кулаком в стену прихожей, в кровь разбивая костяшки пальцев, и матерится. Грубо, грязно … как еще ни разу в своей жизни…