Я за тебя и в огонь, и в воду...

      Оскал странного овцеволка не обещал ничего хорошего, но едва ли Лексусу сейчас было время для сомнений. Эту животину предстояло нашпиговать молниями, чтобы выяснить месторасположение Каны, которая, наверное, сейчас сидит где-нибудь на холодном полу с крысами, или в окружении бескровных коровьих шкур голодная, холодная, напуганная… — Черная магия? Не похоже… — вслух рассуждал Макаров, пока внук распалялся, отбрасывая золотистые молнии, опасность которых трудно недооценивать. — Что ты за тварь? — Дед, отдохни, — бросил громовержец через плечо, — сам разберусь!       Мастер нахмурился. Разберется он! Даже внук потерял нюх и осторожность. Не гильдия, а сборище нетерпеливых детей, рискующих жизнью попусту. Хотя… когда-то и он таким был. И все же… что за создание они встретили? В воздухе шмонит какой-то силой, что вызывает тошноту, да и запах крови можно легко уловить, не надо даже обладать драконьим нюхом. Сколько же коров пало жертвами этих клыков? А люди? Где жители деревни? — Значит, ты решил, что я тебе по зубам, да? — хмыкнул Агнус, скалясь в отвратительной насмешке. — Попробуй хотя бы волос задеть… — Ты слишком много болтаешь! — фыркнул Лексус, пустив заряд молний в землю, от которого в стороны поползли трещины. — Меня интересует Кана, а ты мне до лампочки. Снесу и не замечу!       Зверь довольно фыркнул. Любятина, значит? Да, девчонка, конечно, интересная, и пахнет притягательно, что голову кружит, так что логично, что этот мальчишка тоже залип. Жаль, что парочке встретится не суждено. Глупый Хоши дал зеленый свет не сдерживаться, и скоро от этой деревни не останется и камня на камне, а потом можно и в город двинуть… после человеческой крови сил будет предостаточно…       Увернувшись от порции электричества, Агнус ловко подпрыгнул в воздухе, через секунду опустившись на лапы. Скорость твари поражала, но ни Макаров, ни Лескус не имели понятия, что это лишь вершина айсберга, и создание пребывало не в лучшей форме, несмотря на кровь скотины. Настоящую силу дает только человеческая… — Пока ты корчишь из себя героя, — невозмутимо начал зверь, — я расскажу тебе легенду о древних силах девяти кругов ада, каждые из которых охраняли демоны преисподней. Мой мир связан с вечной мерзлотой, где души грешников распадаются от невозможно низкой температуры… — все это Агнус говорил размеренно, пока громовой убийца драконов гонял его ударами молний по всей улице, но демон умудрялся уворачиваться с фантастической скоростью, а его дыхание даже не сбилось. — Там тепло демонам дает кровь, — дошло до мастера, внимательно вслушавшегося в рассказ твари. — Окрестности Кании?* — Дед? — прерывисто переспросил Лексус, которого раздражал тот факт, что достать скотину никак не удается. — Что ты… там бормочешь? — Кания – моя родина, — гордо заявил Агнус, вильнув хвостом. — И тело этой животины далеко от моего настоящего вида. Если бы я был в настоящем облике, ты не смог бы спокойно стоять…       Громовержец хмыкнул. Какой хвастун! Подумаешь, демон. Встречали и таких, и клали на лопатки, как нефиг делать. Образно говоря, конечно же. Придется попотеть с этим животным, что поделаешь? Демон, или овца, или волк, или еще тварина какая, а смешать его с землей – дело чести! — Мне собственно пофиг откуда ты родом, — пожал плечами парень, входя в режим громового убийцы драконов, — хоть из ада, хоть из зада. Шкура твоя будет на ветру развеваться уже к вечеру! — Волшебнички любители бахвалится, — с сожалением цокнул Агнус, вскидывая лапы, на когтях которых появилась корочка непривычно синего льда, расползающегося по поверхности тропы, превращая траву, цветы и деревья в ледяные статуи, словно вылитые из стекла. Этот факт, наконец, заставил Лексуса остановиться и задуматься на мгновение. Демоны, ведь, используют проклятия, так? Сила, что сильнее волшебства, но что это меняет? Как-то справляться надо… — Люблю красоту вечной мерзлоты, — довольно мурлыкнул демон, любуясь своей работой. — Увековеченные памятники жизни. Холодные и неприступные. Лишенные дыхания… — Лексус, — обеспокоенно прошептал Макаров. — Понял, не дурак, — отмахнулся убийца драконов, внимательно следя за лапами твари. Его скорость может наделать проблем, а ведь нужно уворачиваться от сил этого животного, чтобы не повторить судьбу загубленной природы. Вот где огонь Нацу был бы весьма кстати… — Рев громового дракона!       Отвлекшись на несколько мгновений на результат собственного проклятия, Агнус впервые с начала боя ощутил порцию молний, выпущенных противником. Силен, пацан. Да, только это ерунда по сравнению с его силами!       Встряхнувшись, и по-собачьи заскулив, демон поднялся на лапы, расползаясь в издевательской усмешке, которая не на шутку взбесила Лексуса. Когти животного вспороли землю, выпуская новую волну смертельного мороза, заставившего мастера и громовержца внимательно следить за тем, куда она направлена. Отпрыгнуть пришлось за какие-то доли секунды, поскольку скорость проклятия поражала не меньше, чем принадлежащая животному. Не говоря о том обстоятельстве, что волна была направлена в обе стороны, стремясь задеть и внука, и деда. — Дело дрянь, — нахмурился Макаров, собирая всю энергию для заклинания Закон Феи. Либо снести эту тварь с одного удара, либо набедокурит этот демон, как пить дать…       Лексус не стал сопротивляться помощи деда, понимая, что его магической энергии должно хватить с лихвой, чтобы снести животину с ног, а времени у них не так много. Недаром же он постоянно хочет вкусить человеческой крови. Нельзя позволить ему подпитаться, а иначе смести его с дороги попросту не получится!       Отвлекая тварь, громовержец уводил Агнуса от Макарова, нанося быстрые удары молний, один за другим. Благо, коровья кровь не могла долго поддерживать силы проклятия, и волны холода становились менее разрушительными с каждым разом. Пустив под конец в ход кулаки, громовержцу удалось скрутить несовершенные лапы демона, чтобы не дать разгуляться его силе, и мастер сумел воспользоваться максимумом сил для заклинания.       Яркий свет прорезал дневной, расползаясь на многие метры вокруг, и убийца драконов был уверен, что согильдийцы обязательно заметят его, и придут сюда, но, к счастью, особой необходимости в этом не было…       Сжав шею ослабшего после Закона Феи Агнуса пальцами, Лексус уселся сверху, всматриваясь в закатывающиеся мерзкие глаза: — Где Кана, ублюдок? — На… сыроварне… — прохрипела тварь, и снова усмехнулась. — Хоши вам не по зубам. Слишком много… сил он собрал… Пацан далеко… пойдет…       Шкура животного начала растворяться, рассыпаясь обжигающими холодными снежинками, заставляющими воздух замерзать на лету. Жаль, что окончательно убить демона не удасться, и он снова станет копить силы в аду, чтобы через столетия снова доставлять проблемы человечеству. Дадут Боги, и найдутся маги, что сумеют отправить его обратно, а пока… это все, что может сделать гильдия для мира… — На сыроварне, — зачем-то повторил внук мастера, окидывая быстрым взглядом местность. — Дед, ты слышал?       Макаров кивнул, улыбнувшись. Слишком много горячности появляется, когда мальчишки из гильдии влюбляются. Интересно, стоит ли их тормозить хоть иногда? Хоши – хозяин жнецов, впитывающий магию других волшебников много лет. Вдвоем им с такой силой не совладать, да и всем девятерым едва ли удастся справиться с ним. Вот здесь-то точно требуется план… — Мастер! — по дороге бежала Эрза, волоча за руку Фернандеса. — Я почувствовала ваше заклинание… Что происходит? — Причину падежа скота мы устранили, — фыркнул громовержец, улыбнувшись согильдийке. — Осталось уложить хозяина этой псины… — Псины? — не понимающе переспросила Титания. — Это долгая история, — отмахнулся громовой убийца драконов. — Короче, надо собрать всех, и двигать на сыроварню. Там Кана и этот черный маг, что создавал жнецов. Возможно, что его создания тоже неподалеку. С пропавшими жителями разберемся позднее.       Эрза кивнула. Согильдийцы скорее всего бросятся сюда же, чтобы убедиться, что с мастером все в порядке. Не так уж часто он применяет заклинание, сбивающее врагов Хвоста Феи с ног…

***

— Жаль, что не получилось дать Агнусу человеческой крови, — вздохнул Хоши, полируя палку в руках куском мягкой ткани. — Не стоило столько ждать. Впрочем, не важно, слишком уж он неуправляемым был… пора готовится к встрече с волшебничками…       Кана сильнее прижалась к столбу, испытывая неподдельный ужас, смотря, как у стены выстраивается десяток созданиий в капюшонах без лица. Если бы темный маг отчего-то ей не дорожил, наверное, хватило бы нескольких мгновений, чтобы столкнуться с тьмой лицом к лицу… — Не скучай, моя красавица, я скоро, — пообещал красноволосый маг, наклоняясь, чтобы тронуть губы в поцелуе, от которого волшебницу карт едва не стошнило на холодный пол. Только жнецы остановили ее от бешеного желания прокусить губу наглеца до крови, — а потом мы уедем отсюда… обещаю…       Покинув сырой подвал, темный маг оставил девушку в одиночестве, забрав страшных созданий с собой. Пора выбираться из этого места любыми доступными способами…       Попытавшись вытащить руки из узла веревки, Кана уже не обращала внимания на боль в пальцах, и одеревеневшие мышцы. Слишком мало времени, чтобы обращать внимание на мелочи. Найти ребят и сказать им про силу Хоши, вот что было сейчас важнее всего на свете… — Черт! — выругалась волшебница, скривившись от тупой боли в руках. — Помогите же мне, Боги!