People Error

      В больнице стоял резкий запах чистоты от сильных чистящих средств. И этой вони было достаточно, чтобы Ютака закашлялся от слабой тошноты. Он сидел в зале ожидания, пристально разглядывая под ногами одно из пятен на ковре. Шатен уставился в одну точку, размышляя, откуда оно там взялось. То ли пятно просто вписывается в общую расцветку ковра, то ли оно от чей-то рвоты и аммиака, которым её пытались вывести. От последнего варианта Ютаку еще сильнее затошнило, но он промолчал, продолжая пялиться на ковер. И так уже полтора часа, как Лидер избегал чужих взглядов, всматриваясь то в пол, то на свои джинсы, и стараясь не сойти с ума от ожидания. За все это время он не проронил ни слова, лишь однажды спросив у Юу, есть ли новости и подходил ли к ним уже врач. Гитарист лишь покачал головой и вернулся к Койю, уговаривая того присесть и успокоиться. Ютака оставил их наедине, направившись в самый дальний угол зала ожидания. Вдалеке слышался голос Широямы. Такой мягкий, успокаивающий и, к удивлению ударника, весьма утешительный, словно напоминание, что он не один. А Койю, примчавшись в больницу, наверняка больше ни с кем не разговаривал. Также до ушей Лидера доходил гудок кардиомониторов и шарканье медсестер по скрипучему линолеуму. Вокруг сидели другие пациенты, ожидая своей очереди. Рвота, кашель, чихание и кровотечения…всё в одной куче, и если бы Ютака тут же оттуда не убрался, то наверняка бы отчаянно закричал. Взгляд сфокусировался на медсестре за стойкой. Она выглядела весьма занятой, торопливо шурша бумагами и рассматривая карточки пациентов. Мужчина вздохнул и отпрянул от неудобного пластикового стула, подходя к работнице и нервно потирая шею. Когда же он заговорил, то старался сделать тон голоса как можно мягче. Ютака понимал, что профессия медсестры - не из легких, поэтому не хотелось портить и так уставшей девушке настроение. — Простите, мисс, есть здесь где перекусить? Она резко посмотрела на шатена из-под тонкой металлической оправы очков и с трудом улыбнулась. — Да, тут неподалеку есть небольшое кафе, — и работница суетливо, но все же объяснила Лидеру, как туда дойти. Он поблагодарил девушку и вновь направился к ребятам. Юу наконец-таки уговорил Такашиму присесть, но Койю продолжал нервничать, ерзая ногами по полу. — Ребят, не хотите чего-нибудь? Тут за углом есть кафешка. Койю поднял свой усталый и обеспокоенный взгляд, сунув руку в карман и звеня мелочью. — Кофе. — Понял, — отчеканил ударник, жестом отказываясь брать с Шимы деньги. Другой гитарист лишь отрицательно закивал головой. — Звони, если что-то станет известно, — Ютака помахал в руке телефоном, и оба согруппника кивнули, уходя в другой зал. Внутри шатен был полностью парализован, но слава Богу, ноги шевелятся, чтобы принести Койю кофе. Это уж лучше, чем места себе не находить в зале ожидания. Лидер был благодарен за такое, казалось бы, мелочное задание, которое хоть на некоторое время отвлечет от проблем. Кафе было больше, чем он себе представлял: не какая-нибудь столовка со снующим туда-сюда больничным персоналом в однотонной, зеленоватого цвета форме. И это слегка успокаивало, если же не еще больше сводило с ума. Ютака размеренно шел по помещению, стараясь выглядеть как можно незаметно. Вокруг, вроде бы, была доброжелательная, как и должно быть, атмосфера, и в воздухе витала ненавязчивая и задорная болтовня. Было слегка шумно, и ударник различал в толпе лишь обрывки фраз, различных заявлений и любопытных вопросов. Мужчина глубоко вдохнул и подошел к одной из касс, разглядывая висящие на стене меню. Едва успев разобраться с меню, шатен сталкивается взглядом с молодой, весьма улыбчивой женщиной, стоящей за прилавком. Она была достаточно хороша собой и, вероятно, не намного моложе Ютаки. Ему тут же захотелось обнять её и пожалеть. Как можно улыбаться, зная, что за стеной лежат много больных и умирающих? Но он воздержался, вместо этого попытавшись улыбнуться в ответ, что, скорее всего, не особо удачно получилось. — Я могу вам чем-нибудь помочь? — вежливо спросила девушка, с любопытством наклонив голову. И этот жест был так знаком Лидеру еще с детства от мамы. В желудке как-то неуютно и нервно буркнуло. Шатен пытался сохранить самообладание, не думая об Акире, но каждая попытка выгнать его из своих мыслей заканчивалась провалом. — Я, мм, — он прочистил горло, на мгновение закрывая глаза и вновь вдыхая полной грудью. — Кофе, пожалуйста. Эспрессо. Самую большую порцию. И… — взгляд вновь пробежался по меню, — кекс. С корицей. — Что-нибудь еще? — с лица кассирши не спадала улыбка. Ютака попросил еще воду, надеясь, что это как-то поможет справиться с тошнотой и першением в горле. Протянув девушке помятую купюру, он помахал ей рукой. — Не нужно, — отвечает Лидер, отмахиваясь от сдачи. Все-таки эта кассирша заслужила какое-то поощрение за то, что не прекращала улыбаться и дарить клиентам хорошее настроение. Мужчина на своей шкуре знал, как тяжело было даже во время лайва не терять самообладание и позитивный настрой. Он отошел в другой конец стойки, пропуская следующего покупателя, вставшего в очередь. Шатен вновь окинул взглядом кафе, убеждаясь в том, что он не один такой весь тревожный. В нескольких шагах от него стояла женщина, рассеянно хватая перед собой бутерброд и каждые несколько секунд проверяя телефон. В её глазах, выражении лица было столько боли и усталости, что Ютака невольно вспомнил о собственной беде. Причине, загоняющей в тупик. Акира. Нужно было держаться изо всех сил, хотя одна лишь мысль о басисте выбивала почву из-под ног. Ударник не знал ничего о его состоянии, отрицая всякие мысли о смерти или еще чего. И чем дольше ждешь, тем ужасающе приходят мысли на ум. Акира, попав в аварию, был оперативно доставлен бригадой «скорой» и отправлен в реанимацию, так что, вероятно, его жизнь все еще была под угрозой. Но Ютака больше ничего не знал. Размышления зациклились на вчерашнем дне, когда он оставил Акиру возле студии. Это наверняка не имело ничего общего с аварией, но Лидер настойчиво чувствовал свою неизбежную вину в этом. Уныние накатило с большей силой, все чаще повторяя в мозгу те фразы, которые Ютака наговорил басисту. Он скрестил руки на животе, до боли впиваясь ногтями, и сильно сжал челюсти, чувствуя накатывающий жар и слезы. Отмахнув их, мужчина достал телефон, в надежде увидеть новые сообщения. Но экран был пуст. Ничего нового. Внезапно Ютака услышал голос, так отчаянно зовущий его. Он оторвал взгляд от телефона, заприметив еще одного работника кафе, держащего в руке бумажный стаканчик с кофе и пакет. — Вы Уке-сан? Лидер кивнул, хватая заказ и извиняясь за свое невнимание. Работник лишь машинально ответил «Хорошего дня» и удалился по своим делам. Устало потирая лицо рукой, Ютака шел по коридору, успокаиваясь и отбрасывая ненужные мысли. Он шел прямиком тому углу в зале ожидания, после чего поставил кофе на один из небольших столиков. Он уже было развернулся, дабы отдать его Такашиме, но рядом сидел не он, а Таканори, нервно потирающий колени. — Где Койю? — поинтересовался шатен, привлекая внимание вокалиста. Мацумото указал на другой угол зала, где расположились Юу и Шима. По-любому когда лид-гитарист ушел, Така занял его место. Вот только когда он успел прошмыгнуть мимо Ютаки? Ударник всё списал на собственную невнимательность, хотя когда он ушел за едой, вокалиста здесь еще не было. Ютака подошел к Такашиме, осторожно протягивая стакан с горячим кофе. Гитарист промолчал, лишь благодарно посмотрев на Лидера, вызывая у того слабую полуулыбку. Вернувшись, Ютака занял место рядом с Таканори. — Так…когда ты приехал? — Пару минут назад. А что? Голос Мацумото сейчас был намного строже, чем обычно. Ударник невольно окинул его взором, наблюдая за понурившим взгляд Такой. Шоколадные глаза уставились в пол, уголки губ были слегка опущены, а кожа мертвецки побледнела. — Ничего такого, просто интересуюсь. Почему так долго? — Лидер изо всех сил старался не повысить голос. Он не хотел еще больше обозлить Таку. Хотя, либо он сейчас перегнул палку, либо вокалист реально не с той ноги встал. — Юу звонил мне, когда я был в душе. Доехал настолько быстро, насколько смог. — Оу, — Ютака пытался быть с ним помягче, а Мацумото лишь издевательски хмыкнул. — Убедительная причина, а? — Така, не щетинься, я просто спросил. Знаю, что ты волнуешься не меньше меня. Вокалист в ответ что-то буркнул, скрещивая руки на груди, не отрывая взгляда от пола. — Не веди себя так, словно ты тут самый важный. — Все должны быть рядом с ним, ни больше, ни меньше, — сощурился Юта. — А я - в особенности, — пробормотал себе под нос Мацумото. — И что ты имеешь в виду? Вокалист резко посмотрел Лидеру в глаза, отражая на себе неистовый гнев и беспокойство. — Если бы не я, ты бы вообще не знал его. Фраза Таки застала ударника врасплох. Он понимал, что вокалист был встревожен не меньше остальных, но никак не ожидал, что Таканори выдаст нечто подлое, как сейчас. Но, в сущности, он прав: иначе бы Ютака не встретил басиста, да и вообще, не стал бы знаменитым ударником, продолжив бы так же работать в закусочной и быть сессионным музыкантом. С другой стороны, Мацумото никогда не зазнавался, никогда так насмешливо не тыкал ему в лицо этим фактом. Шатен раздраженно хмыкнул, сузив глаза. Ругаться с Такой сейчас не особо хотелось, но вытирать об себя ноги Юта никому не позволял. — Может ты бы перестал быть таким выебистым, если… — Заткнитесь оба, мать вашу! Громкий окрик Койю заставил моментально заткнуться. Гитарист заметно напрягся, теперь будучи больше разъяренным, нежели уставшим от ожидания. — Я понимаю, что у вас там свои разборки, но сейчас просто завалите. Я не хочу слышать вашу ругань. Если же вы не заметили, мой лучший друг, блять, разбился, и никто еще не знает, жив он или нет! Ютака никогда прежде не видел, чтобы Койю так кричал. Всё это происшествие, навалившиеся эмоции…валили Шиму с ног. Ударник лишь попытался кинуть на него виноватый взгляд, но лид-гитарист испепелял взором замолкнувшего Таку, уставившегося в пол. Койю лишь изнуренно потер голову, вновь наматывая от нервов круги. Прошло уже достаточно много времени, но Лидер не знал сколько именно. Юу вышел покурить, и Ютака поражался его стойкости и умению держать себя в руках. Мацумото не шевелился, словно застыв, и наверняка истязал себя самобичеванием, что у него весьма хорошо получалось. Ютака шумно вздохнул, не в состоянии собраться с мыслями. Вскоре, после того, как вернулся Широяма, в зал ожидания вышел врач. — Такашима-сан? Койю, потянувшись на носочках, помчался к доктору. Следом за ним зашаркал Юу, потом Ютака, и в самом конце - Таканори. — С ним всё будет хорошо? — впопыхах спросил Шима. Врач кивнул. — Он ударился головой об руль, поэтому получил довольно-таки сильное сотрясение. Мы уже оперативно зашили ему рану на руке, и, возможно, у Сузуки-сана перелом бедренной кости. А так, он в порядке. Но нам нужно еще подержать его здесь для дальнейшего лечения. Ютака почувствовал колоссальное облегчение, словно камень с души свалился, и он расслабленно выдохнул. Оглянувшись, он явно не был не единственным, чувствовавшим, что всё обошлось. — Мы можем к нему зайти? — настаивал Такашиме, не отпуская доктора. Да, и это одна из хороших черт в Койю: напористость. Врач на секунду нахмурился, словно намереваясь отказать в приеме, но в конце концов согласился. — Только по одному. И не больше 20 минут, — и он быстро скрылся за дверью, разделяющую зал ожидания и приемную. Тут же подбежала медсестра, спрашивая, кто же пойдет первым, и все единогласно отправили изнервничавшегося Койю. Ударник и вокалист вернулись на свои места, а Широяма вновь вышел на перекур. — Прости. Я был не в себе, — тихо прошептал Така. — Всё нормально, просто мы все устали и изрядно побеспокоились. Я понимаю, что ты это все сказал не нарочно. — Как ты это делаешь? — Ты о чем? — Держишь себя в руках. Даже в такой сложной ситуации. Ютака пожал плечами. Он правда никогда об этом не задумывался. Оба согруппника сидели в тишине, прежде чем Мацумото резко произнес: — Я справлюсь. Просто не обращай внимания, пока я не отойду и не перебешусь. — Тебя не понять, Мацумото Таканори. Вокалист усмехнулся. — И лишь немногие смогут.