People Error

      Перед глазами всё медленно переставало плыть, и он, наконец-то, понял, где находится. Акира повернул голову в другую сторону, рассматривая белоснежно выбеленные стены и ощущая аромат, который, на тот момент, ему было трудно распознать. Он был острым, до боли вонзающимся в легкие. Блондин в замешательстве нахмурился, когда затылок обдало слабой ноющей пульсацией. Позади слышался вопрошающий женский голос, причем весьма дружелюбный, но басист не сразу разобрал слова. Она наверняка спрашивала его о самочувствии или что-то в этом роде. — Где я? — наконец выдавил из себя блондин. Медсестра весьма озадачилась подобным вопросом. Да уж, он был весьма нелогичный, как посчитал и сам Акира, но последнее, что он запомнил, так это расставание с Таканори, и теперь блондин был уж точно уверен, что он определенно не в квартире Мацумото. — Вы попали в аварию, — тихо пояснила девушка и тяжело нахмурилась, забавно морща брови и лоб. Акира задумался, отводя взгляд от медсестры и осматривая всё помещение. Большое окно впускало в палату как можно больше света, и в ней стоял столик, рядом стул, и раковина. Взор басиста в следующую секунду пал на множество непонятных аппаратов, окружающих его. Один из них, вроде как, был кардиомонитором. Кардиомонитор? Это значит, что… Воспоминания проносились, словно кадры из какого-то фильма. Акира вспомнил, как садился в машину, покидая квартиру Таки, и направлялся к Такашиме, дабы извиниться. Как уронил в салоне зажигалку и отвлекся от дороги, пытаясь её достать. Когда, в итоге, взгляд вновь был прикован с дороге, было уже слишком поздно. Удар пришелся на переднюю часть автомобиля, поэтому блондин сильно ударился головой об руль. Он еще тогда какое-то время пребывал в неком шоке, вообще не осознавая, что происходит и что делать. Слышались сирены, как оказалось, машин скорой помощи. И Акире тогда казалось, что медики тогда разговаривали словно на совсем другом языке. Он не помнил, что они тогда ему сказали. Разум басиста был весьма смутен и туманен. Так или иначе, бригада достала его из машины, и они помчались в больницу. На этом воспоминания заканчиваются. Медсестра вновь заговорила, но её речь слабо доходила до ума Акиры. Он лишь хмыкнул ей в ответ, игнорируя желание переспросить. Девушка кивнула и нажала небольшую красную кнопку, сказав что-то насчет врача. Головная боль только усилилась, и чем дольше басист был в сознании, тем больше она нарастала. Он пытался помотать головой, дабы отмахнуться от неё, но не помогло, а лишь ухудшило ситуацию, заставляя поплыть всё перед глазами. И когда Сузуки поднес ладонь к лицу, казалось, что рука словно налита свинцом. Начиная от предплечья, конечность была полностью перевязана белоснежным бинтом. Он попытался пошевелить запястьем, но сил не хватало вообще. Усталость заполонила его тело без остатка. А медсестра опять что-то бормотала, и Акира мысленно выругался. Она когда-нибудь заткнется? — Сузуки-сан? — Мм? — еле выдавил из себя блондин, чувствуя невероятное першение в горле. — Я спросила, хотите ли Вы пить, — терпеливо повторила девушка. Он постарался кивнуть, но вскоре пожалел об этом. Перед глазами мигали яркие круги, и мужчина прикрыл их, пока головокружение не прошло. — Да, — с трудом отвечает Акира, и когда медсестра поднесла кружку с водой к его губам, блондин стал жадно пить холодноватую жидкость. Сделав пару глотков, басист закашлялся, и она отставила кружку в сторону. — Вы, наверное, очень устали, но пожалуйста, дождитесь доктора. Это не займет много времени, — протараторила девушка, и Акира мысленно себя похвалил, что смог разобрать её речь. Он вновь окинул медсестру взглядом, замечая, что она вполне себе молодая, может на пару лет старше него, но работа в больнице весьма изнуряла её. Тем не менее, улыбка этой девушки утешала и успокаивала, и она нежно потрепала Акиру за ладонь, тем самым напоминая басисту его старшую сестру. — Меня зовут Миоко, — продолжила медсестра, отходя от постели. — Если что-нибудь понадобится, просто нажмите кнопку вызова, и я мигом примчусь к Вам. Улыбнувшись в последний раз, она удалилась, оставляя блондина в палате одного. Акира вновь окинул взглядом комнату, а затем переключился на катетеры на своих руках. Он снова попытался вспомнить все детали аварии, но на ум, кроме непонятных обрывков памяти, так и не пришло. И, как казалось, пробыл он в больнице не так уж и долго. Хотя, Акира же вырубился еще по пути сюда, поэтому и малейшего представления о времени не имел. Наверное, как тогда показалось, он всё еще лежал в реанимации, ведь обстановка палаты оставляла желать лучшего, с точки зрения длительного пребывания здесь. Кровать была жутко неудобной, но это не особо волновало. И одна мысли о том, чтобы приподняться или даже сесть, уже раздражала и вызывала тошноту. Мысли басиста прервал стук в дверь, и если бы всё тело не ныло, то он бы наверняка вздрогнул от сей внезапности. — Сузуки Акира? — начал доктор, глядя на Акиру из-под очков в толстой черной оправе и держа в руках медкарточку. — Как Вы себя чувствуете? До этого момента всё было нормально, пока голова вновь не начала раскалываться, будто по ней стучат молотком, и Акира шумно выдохнул. — Ну, раз уж Вы об этом упомянули, то у меня адски болит голова, — и с этими словами прошла еще одна волна боли, смешанная с легким чувством тошноты. Басисту, на данный момент, просто хотелось придушить этого врача. — Так и должно быть. Из-за сильного удара о рулевое колесо, Вы, к счастью, отделались не тяжелой формой сотрясения. Беспокоиться не о чем, но на ночь нам все же придется Вас оставить, — улыбнувшись, он отвернулся к вошедшей медсестре, давая ей дальнейшие указания. Басисту перехотелось убивать того врача; мужчина просто выполнял свою работу. И чем быстрее Акире дадут какое-нибудь болеутоляющее, тем лучше. Он расположился поудобнее на желеобразной подушке и представлял, будто находится у себя дома, в собственной постели, где часами бы мог смотреть очередную серию дорамы Tokyo Love Story, поедая якисобу*. Медсестра что-то быстро нацарапала в карточке и, оповестив пациента, что скоро будет, удалилась. Акира лишь хмыкнул в ответ и развернулся к окну. С такого ракурса ничего особо видно не было, но, как показалось блондину, его палата находилась на первом этаже. По стеклу застучали тяжелые капли, слегка отдаваясь гулом в ушах Сузуки. Он невольно вспомнил Шиму и Ютаку. Последние встречи с ними были не из приятных. Акира и вправду не хотел, чтобы всё так вышло. В мыслях внезапно пронзило, а что, если Лидер обо всём знает? Ну, об их расставании с Такой? Блондину с нетерпением хотелось рассказать ему об этом самому. Чёрт, да Ютака был бы лучшим обезболивающим на данный момент, нежели противные таблетки. Койю наверняка всё поймет и простит своего друга. Отношения с Такой уже не будут прежними, но, скорее всего, только улучшаться со временем. А Лидер… Насчет него басист был в полном тупике. Хотел ли Ютака быть рядом с ним? А любил ли? В груди что-то ёкнуло, а к горлу подкатывал ком, и вскоре глаза стали мокрыми от слёз. Но блондин даже и не пытался держать всё в себе. Он заслужил такое наказание. Из-за него всё пошло вверх дном. — Какой же я идиот, — хрипло пробормотал Сузуки. Дверь палаты вновь распахнулась, и он быстро вытер слезы со щек, надеясь, что медсестра ничего не заподозрит. Она лишь проинформировала, что обезболивающее вколют внутривенно, и скоро станет легче. Едва игла воткнулась в кожу, Акира уже начал чувствовать эффект. Веки постепенно тяжелели, боль потихоньку уходила, хотелось жутко спать. Выслушав наставления девушки, басист кивнул, выдавив из себя полуулыбку. Наконец-то он мог побыть наедине с самим собой. Прикрыв глаза, он старался отвлечься, думая о чем-то хорошем и приятном. На ум невольно пришли воспоминания о той первой ночи с Ютакой. Прикосновения его крепких рук, дарящие такое нужное ощущение комфорта и тепла. Шмыгнув носом и утерев дорожки слез со щек, Акира, в итоге, все же заставил себя хоть немного поспать.