Грязь и стыд

...«Depressed people. You have to pity them. I was like that before I met Bruce but he brought me out of myself”. Кэрол беззащитная и нежная. Все в ней просит: «Позаботься обо мне, пожалуйста». Кэрол просит о помощи. - Как ты ко мне… относишься? – спрашивает Кэрол Брэндона и накрывает его руку ладонью. Даже на ощупь в Брэндоне есть что-то родное, словно они давно знакомы. Это судьба! Ей так хочется вырваться из тенет своего брака, который, если начистоту, ее не удовлетворяет. Глаза бы ее не видели мужа, который измотал ее своими выходками. Она устала. - Если у меня есть друг, - отвечает Брэндон (это высказывание выглядит весьма гипотетическим, потому что друзей у него отродясь не было), – я вообще не буду смотреть на его жену как на женщину. Это непорядочно. Он, как всегда, говорит то, в чем уверен в любой ситуации. - И что мне делать? – сварливо спрашивает Кэрол. - Поговори с Брюсом. Расскажи о своих проблемах. Как всякий американец (он ведь натурализовался в США пять лет назад), Брэндон убежден в пользе откровенных разговоров для отношений. - Но я его боюсь! Никогда не известно, что он выкинет! И потом ты прекрасно знаешь, что с Брюсом разговаривать бесполезно. - Ну, можно же выбрать хорошую минутку. Но если все настолько запущено, может, тебе переждать в безопасном месте, Кэрол? – предлагает он. – Есть один санаторий, моя сестра провела там месяц, поправила здоровье. А уж потом, когда выйдешь, поговорить. Вы можете встретиться где-нибудь в людном месте, это все же не так страшно... Кэрол припала к его крепкому плечу и заплакала, пачкая пиджак тушью. Брэндон скользнул ладонью по голове, почувствовал, что ему не нравятся на ощупь синтетические волосы, и положил руку на вздрагивающую лопатку.