Грязь и стыд

Босс Брэндона, Дэвид, скакал по всему офису, как обезумевший кентавр, размахивая в воздухе киножурнальчиком, на обложке которого красовался снимок Сисси с подписью «Sweetheart Darling takes Movies Sound Award ». Правда, он при этом не кричал «Я с ней переспал через двадцать минут знакомства!» Он удерживался, так как был известен в своем офисе как хороший семьянин. Но Дэвид был обуреваем чувствами - в конце концов Сисси была единственной девушкой, с которой сработала его ошеломительная техника пикапа. Он вопил: «Обалдеть, это же сестра моего заместителя Брэндона Салливэна! Все посмотрите! Брэндон, старина, это же твоя сестра! Посмотрите все, как он на нее похож!» (суя журнал в лицо шарахающемуся Салливэну, ну отлично, теперь синяк все заметили). И так далее, в фирменном дэвидовском стиле надоедливого мудака, от которого Брэндону становилось чертовски неловко, даже когда его начальник кипешился на более нейтральные темы. Но и эти эскапады не могут вывести Салливэна из вновь обретенного душевного равновесия. Марианна, которая не может перестать следить за своим беспутным коллегой, замечает, что Салливэн, вместо того, чтобы целыми днями сидеть, нервно уткнувшись в экран, время от времени откидывается на спинку стула и устремляет взгляд в пространство, с легкой улыбкой. Марианну привлекает все необычное. Это для современной американки крайне неудобное и даже предосудительное пристрастие. Но против натуры не попрешь. На работе, да и на первом свидании, Брэндон успешно маскировался. Но его действия при дальнейшем с ней знакомстве – снять пентхаус с почасовой оплатой, продемонстрировать стремительно исчезающую эрекцию и остатки белого порошка под носом, выставить на улицу – обыкновенными не назовешь. С тех пор Брэндон ведет себя совершенно естественно для человека, который чувствует себя виноватым за некрасивый поступок. Он избегает Марианну, ограничиваясь неловким «Доброе утро» или «Как дела?», и делает за нее часть ее работы. Когда он приходит на работу с синяком, опять, Марианна вновь и вновь ловит себя на том, что косится в его сторону и строит догадки. Во вторник она замечает, что у него на столе нет привычной банки энергетика. В среду, добравшись до работы пораньше, встречает его у подъезда офисного здания. - Брэндон, ты КУРИШЬ? – не верит она своим глазам. Ответ Брэндона никак не укладывается в современные американские рамки («я бросаю», «у меня тяжелый период»). - Да, - исчерпывающе отвечает он. Марианна чувствует, что еще немного – и любопытство снова толкнет ее на совершенно бесполезное, с точки зрения современной американской женщины, сближение. Долго она не выдержит. Так что скоро настает день, когда Марианна выходит в ближнее кафе, где обычно обедает весь офис, подсаживается к Салливэну, который одиноко поедает свой бизнес-ланч, и заводит беседу. Некоторое время она не может пробить годами отработанный покер-фейс. Но ведь Марианна же говорила «Ты должен попытаться завязать стабильные отношения, хотя бы попробовать». Теперь она чувствует какую-то ответственность. Она просто обязана разобраться, что происходит! На одну из наиболее продуманных реплик Брэндон, кажется, выказал готовность раскрыться: длинные губы дрогнули улыбкой, а в спокойных светлых глазах шевельнулось нечто настолько безумное, что Марианна выдернула из сумочки мобильник, глянула на пустой экран, пробормотала извинение и, в панике наткнувшись на соседний стол, сбежала. Дэвид не знает, что и думать. Салливэн перестал опаздывать. Посвежел. - Ты пять лет отпуск не брал, Брэндон, - говорит он. – Сходил бы. - Thanks, I am okay. Дэвиду даже приходит в голову страшная мысль о том, что Салливэн решил его внезапно, вероломно, после стольких лет подсидеть. Метит скотина на его место. Вот, даже пить бросил, или колоться, или чем он там противозаконным занимался в свободное от работы время. Регулярно общаясь с Брэндоном, даже такой не особо внимательный человек как Дэвид просек в его поведении нечто скользкое и подозрительное.