Билет в один конец

Идёт пятый день пассивной забастовки Алисы Шутер. Если точнее, то она не выходит из своей комнаты, а если и выходит, то никто её не видит. И самое страшное – исчезло с крыши гнездо. Есть следы присутствия в спортзале, на стрельбище, на кухне, даже в библиотеке меняются книги, но сама Ал словно призрак тихо перемещается по Башне. Наташа злится и обдумывает ситуацию. Она прекрасно понимает, что виновата, что не нужно было так открыто говорить о подозрениях. Даже если Алиса говорила, что понимает, почему так происходит, всё равно это было дико и бессмысленно. Можно же было попробовать по-другому, ласково втереться в доверие, помочь освоиться в группе супергероев, но нет. Мы не ищем лёгких путей, мы стараемся бить сразу и больно, по самым уязвимым местам каждую секунду, пока не начнут кровью плеваться. Горе от потери близких, вечное чувство вины за разразившуюся войну и сотни погубленных жизней, ненужность и слабость. Любовь, на которую не ответят. Такое не сыграть, каким бы хорошим актёром ты не был. Что же случилось с тобой, Наташа? Почему ты стала такой жестокой? И за что Алиса Шутер с нежностью называла тебя, хотя и не тебя вовсе, лучшей подругой? А Клинт… Раньше он ревновал к Френу, не понимал, каким должен быть человек, чтобы так влюбить в себя девушку. Он и сейчас, когда узнал правду об охотнике, многое не понимает. Что ему делать дальше? Как быть? Клинту кажется, что он сходит с ума. Он даже мог назвать событие, с которого это началось. Да всем и так известно, что со встречи с Алисой Шутер. Сокол помнил, что прежде услышал мурлыкающий голос, песню о монгольских степях, а затем и увидел склоненную рыжую макушку и ловкие руки. А потом и глаза: напуганные, растерянные и бездонные. Тёмные пропасти на фоне белой кожи и рыжеватые дуги бровей. Снежная принцесса, поющая о сухих пустынных землях. Он закрывал глаза и видел, как наяву: ночь, монгольская степь, кибитка и пасущиеся недалеко от передвижного жилища лошади. Они вдвоём у костра, Ал что-то вышивает на льняном полотне нитками оливкового цвета, а Клинт лежит у неё на коленях, отдыхая перед долгой дорогой. "Спи, мой милый, засыпай, завтра ехать далеко", - говорит она, и голос её смешивается с завыванием холодного ветра и треском костра. Куда они приедут завтра, где остановятся на ночлег? В такой же степи или на окраине какой-нибудь деревушки, где добрые люди дадут им кувшин молока. Шутер будет пить жадно, густое парное молоко будет течь по губам и шее, скромно огибая расставленные метки собственности, а потом вытрет лицо рукавом, передаст кувшин мужчине и расскажет ему о Млечном пути. Проклятая песня русской группы "Мельница", которую он с трудом нашёл, и которую ему перевела Наташа, попутно рассказав ещё массу историй, чтобы он всё понял, не отпускает. Не мальчишка уже, краснеть от таких снов, что преследуют его. Но ведь и не видел он их давно. А теперь всё уничтожено. Алиса им не доверяет, не разговаривает и злится, как никогда прежде. Она не просто злится, она ненавидит, считает их предателями и лжецами. Они чужие, и Ал была к этому готова, но недостаточно, как оказалось. Как отпустить прошлое, которое маячит перед глазами? Это была плохая идея, лучше Алисе в окружении дорогих людей не стало, всё только усложнилось. В таком ключе её разговоры о самоубийстве выглядят вполне правдоподобно. Она привыкла жить на максимуме, одним днём, не загадывая на завтра, потому что знает, что сегодня может быть последним. И дикая смесь сегодня-вчера-завтра в её голове действует похуже любого гипноза безумного скандинавского бога. Невольно вспоминается фильм, как его, "Эффект бабочки", верно. Пытается исправить будущее и делает только хуже и себе, и другим. И в конце она придёт к выводу, что лучше было бы ей не появляться на свет. Может и правда, махнёт он рукой на все условности, возьмет Рыжую Косичку под мышку и увезёт в степи, и гори оно всё огнём. Если этот мир обречён на гибель, то пусть погибает, всё равно. А они, бродяги, будут счастливы, это ли не самое главное. Проклятая песня, проклятая флейта, проклятый её голос, покусанные пухлые губы и белая кожа, на которой алыми пятнами будут расцветать следы страсти безумца. За какие грехи или добродетели ты мне послана, демон или ангел? Клинт, наконец, улыбается, глядя в своё отражение на стекле, на фоне ночного города. Первый план: "Докажи, что сможешь защитить от любой беды" провалился, значит, придумаем новый: "Покажи, что ты то, что надо". Хватит уже наблюдать со стороны, из-за углов и прятаться. Подумаешь, первое признание прошло не так, как надо, нужно быть настойчивее. *** Слишком упрямые и слишком заботливые. Алиса смотрит прямо в глазок камеры видео наблюдения, вмонтированный в стену её комнаты. Конечно, она легко бы могла вырвать с корнем эту штуковину и бросить за дверь, но завтра же на её месте чудесным образом появится другая. Она уже пробовала. Недавно, выходя из комнаты за обедом, Алиса наткнулась на подарок - голубой мужской джемпер и пакет зефира. Сверху была приложена записка: "Я честно носил его три дня. С любовью, Клинт". Джемпер пах Соколом – солоноватым потом, его одеколоном, полиролью, гарью и дымом, - но не Френом. Френ пах кострами, свежестью зимы, лёгким морозцем, хвоей, порохом и медовухой, что варил старейшина Макаров. Клинт пахнет городом, а Френ – лесом. Разница очевидна, поэтому она возвращает джемпер владельцу, так же подбрасывая под дверь с сопроводительной запиской: "Спасибо. Не нужно". - Мисс, это для вашего же блага, - настаивал Джарвис, когда Ал в очередной раз разобрала камеру. - Ага. Можно подумать, если я захочу, то не смогу отсюда уйти. - Идентификационная карта, - лаконично напомнил дворецкий. - Могу оставить на тумбочке. - Маяк на мотоцикле. - Тоже найду. А мотоцикл ведь и бросить можно, и угнать другой. - Если всё просто, то, что вас держит? – Джарвис всегда умел задавать нужные вопросы. Какие материалы использовал Тони, когда его создавал? Что её держит? Если она попробует уйти в штаб-квартиру ЩИТ, то придёт Наташа или даже Стив (о том, что за ней придёт Бартон она и не думала, его она и так не подпустит), и её вернут домой. Если она вернётся на Хеликаррьер, то тут же придёт Тор, вытащит её за шкирку и оттащит назад, под замок. А если она просто сбежит из Башни, куда глаза глядят, то… ей, во-первых, некуда идти, во-вторых, её всё равно найдут, а в-третьих - как бы она не стыдилась этого факта - Ал привыкла к комфорту и без надобности тёплую постельку и мягкий коврик на еловую подстилку не сменит. Неужели её можно так быстро избаловать? Конечно! Свежая и вкусная еда, горячая вода, новая и по размеру одежда… Полгода назад она бы решилась на любую глупость за то, чтобы жить в таких условиях и перетащить туда Тони и Лео. Обезумевшего после смерти жены и детей Энтони Старка и не видевшего солнца и звёзд Леонарда, просто Лео, без фамилии и родных. Лео, ледяной принц, собравший из кубиков льда слово "Вечность" и попавший в адское пламя. Это было дико. Дико даже для северной принцессы. Она помнит, как они познакомились, хотя, кажется, и не должна была, такие воспоминания обычно вытравливают кислотой, пытаются выбросить. Но, чёрт подери, это проклятое воспоминание мучает и не даёт жить. Особенно, когда она смотрит на локоть правой руки, на идеально чистую, не тронутую шрамами кожу. А видит разорванную рану и торчащую кость. Это безумное противоречие – смотреть на одно, а видеть другое. *** Она смутно помнит название того места, куда притащил её и Нат "бывший" Тор. "Бывшими" они называли тех, кто был инфицирован технологическим вирусом, который полностью уничтожал все внутренние органы, оставляя прослойку между механической начинкой и кожей в несколько сантиметров. Химера, кожа, натянутая на робота. Обычный человек полностью превращается за несколько часов. Тор же, как рассказывали, продержался около месяца, видимо, сказалась божественная сущность, но и она не смогла победить вирус. Хе, вот и сбросили люди Богов с небес. Едва захлопнулась дверь общей камеры, куда бросили Наташу и Алису, притихшие было заключённые боязливо, постоянно перешептываясь, помогли им подняться и отвели их дальше от входа. Странно, но условия в этих камерах смертников были хорошие, имелись какие-то лекарства, перевязочный материал, приемлемая еда. Тогда никто не узнал в рыжеволосой женщине знаменитую Чёрную Вдову, а нескладного подростка мир и так пока не знал как Шальную Шутер. Позже Нат объяснит, что место это называется "Чистилище", здесь содержатся те, кто скоро отправится на публичную казнь или пленные Сопротивления, но с тем же исходом. Эти казни устраивались приблизительно раз в три-четыре месяца и транслировались по всем каналам, высвечивались голограммами на ночном небе, чтобы каждый живущий видел, что правительство борется с угрозой Сопротивления. Интересно, а были ли где-нибудь Заповедные Города, где жили люди? Ходили слухи, что были даже города, где свободно разрешалось жить даже мутантам. Ал тогда не испугалась, честно, ей было почти шестнадцать, у неё уже была Шальная, которую пришлось бросить на поле, когда её захватили, чтобы врагам не досталась ещё и чудесная винтовка, и она знала на что шла, когда согласилась на участие в этой войне. Прижимаясь к Наташе под одеялом, чтобы хоть немного согреться, она отчаянно ждала помощи. "Мстители" обязательно придут, их не бросят, они же своих не бросают. Есть же чипы в её запястьях, которые посылают слабые сигналы, но достаточные, чтобы вычертить квадрат поисков. Она часто представляла, как в одну из таких холодных ночей вылетит с корнем тяжёлая дверь или рассыплется в крошку стена под ударами Халка. Как ворвётся Железный Человек, направив всё вооружение костюма на мельтешащих солдат и Стражей, как будет рассекать воздух щит Капитана Америки. Кто-то из них сбросит ей полностью заряженную Шальную, а Наташе – её любимые пистолеты и начнётся месиво. Значит, они должны быть готовы в любую секунду начать действия. Им нужны силы, поэтому они глотают серую жижу, что дают заключённым. Идущих на смерть ради процветания режима хорошо кормят, наверно, это тоже как-то используется. Но иногда Алисе кажется, что Ната в это не верит, что она просто делает вид, что тоже ждёт помощи. Они ведь придут, не так ли? Они же Величайшие Герои Земли, они своих не бросят, они же семья. Это так? Наташа обвивает её тёплыми руками и кивает, конечно же придут. Однажды Алиса замечает в серой безликой толпе мальчика младше себя. Не будь он владельцем рваной красной тряпки, которую он набрасывал на плечи, как плащ, и необычно зелёных глаз, Ал бы даже его не заметила. Дети в таких местах не редкость, убивая их публично, Правительство подчёркивает то, что даже дети, невинные дети, представляют опасность для "идеального общества". - Привет, - он здоровается первым, даже в этом страшном месте не теряя присутствия духа. - Привет, - пожимает протянутую ладошку Шутер. - Меня зовут Леонард. Или просто Лео. - Алиса. Но можно просто Ал. - Ты симпатичная. Идём, я познакомлю тебя с Джейн! – с детской непосредственностью зовёт он, подхватывая девушку за руку. Ал в свою очередь жестом зовёт за собой Наташу. Зал огромный и людей в нём много, а они всё ещё ждут помощи, поэтому не хотят разделяться. Лео прожил здесь дольше, поэтому знает, как не растеряться в этом хаосе из людей-призраков. Он уверенно ведёт их за собой к какой-то неведомой Джейн и болтает что-то совершенно неразборчивое в гуле скорбных голосов. Мальчик смеялся каким-то своим фразам, убирая сальные слишком отросшие волосы с лица. Ал даже подумала, что он обезумел. Он спотыкался и кривился, на его теле виднелись синяки и ссадины – некоторые люди от безысходности пытались выплеснуть свой гнев на более слабых, тогда приходили солдаты и разнимали драку, а зачинщиков уводили. Только сейчас Ал вспомнила, что недавно растаскивала таких драчунов и видела эти зелёные глаза на бледном личике, но ей показалось, что она бредит, не может у человека быть таких глаз, зелёных, как у её мамы. Повезло, что ей удалось скрыться до того, как пришли солдаты, утаскивая за собой зеленоглазого человека, который тут же выскользнул. - Я тебя помню, - вдруг обернулся паренёк, подтверждая её догадку. – Ты спасла меня недавно. Ты хорошая. И красивая, - улыбнулся он. - Ах… Спасибо. Ты тоже симпатичный, - растерялась Ал. -Джейн! Джейн, посмотри, кого я привёл, - он подвёл их к угловой лежанке, завешанной драными тряпками. Лео отодвинул полог и пропустил гостей внутрь. Алиса наклонила голову и подняла полог выше, чтобы войти. За ним было сумрачно, рассеянный свет проникал сквозь худую ткань, но можно было увидеть сидящую в углу женщину. Её лицо было завешано спутанными волосами, она была грузна и тяжела, да и одежды на ней было много, поэтому в начале Ал приняла её за кучу тряпок. Возможно, это была старуха, тётка или бабка Лео, или просто та, к кому он, брошенный и потерянный, прибился. Леонард ужом проскользнул мимо них и подбежал к женщине, помог ей встать. - Знакомьтесь, это Джейн, - представил их мальчик. Женщина отбросила волосы со лба, зачесала их пальцами назад, открывая лицо. Наташа за спиной тихо ойкнула. И было от чего. Перед ними стояла не старуха, а молодая женщина, бледная, как и все здесь, со впалыми тёмными глазами. Но удивляло не это. Она была беременна, и срок был явно не маленький, до родов оставались недели, хотя и Ал совсем в этом не разбиралась. - Джейн, это Алиса, я рассказывал тебе, помнишь, и… - он посмотрел на Нат, намекая, что она может сама представится, её имени он так и не узнал. Но Наташа не обратила на него внимания, она подошла к Джейн и взяла её за руку. - Джейн, - дрожащим голосом начала она, - ты помнишь меня? Это я – Наташа. Джейн присмотрелась и неожиданно тепло улыбнулась. - Наташа? - тихо произнесла она и прижалась к Романофф. – Неужели это ты, Наташа? - кажется, что она плакала. - Джейн, боже, как я рада, что ты жива. Пока женщины обнимались, Лео скептически осмотрел их жилище, что-то прикинул и подтолкнул Ал к выходу: - Думаю, нам стоит перенести сюда ваши постели. Так они стали жить вчетвером. Радости Леонарда не было предела, теперь его любимица Джейн была окружена заботой и вниманием сразу двух женщин, и ночью им было не так холодно вчетвером. Немногим позже Наташа объяснила, что это Джейн Фостер, та самая земная женщина, которая смогла завладеть божественным сердцем одного асгардца с зачарованным молотом Мьёльниром в руке. Когда с Тором произошло несчастье (она не могла выговорить "умер"), все думали, что он убил и Джейн, но оказалось, что он притащил её в это страшное место. И тем более, никто не знал, что она ждёт ребёнка. Алиса смотрит на Джейн, на её огромный живот, потом на Леонарда, что свернулся около её ног, закрывшись своим плащом, на Наташу, и перестаёт цензурно думать. Ей приходится прикусить до острой боли, почти до крови, язык, чтобы не начать говорить то, что думает. А ей ругаться нельзя, потому что она девушка, так Наташа говорит, а Наташу нужно слушаться. Когда глаза начинает слегка покалывать, она встает и уходит из их обиталища, не разбираясь, краснеют ли глаза или она долго не моргала. Всё равно оставаться с ними сейчас опасно, в ней кипит гнев, и ярость затуманивает голову. Её мучает только один вопрос: что сделают с Джейн, что сделают с малышами - она чувствует, что там не один ребёнок, а два. Нужно выбираться отсюда, как можно скорее, пока ещё Джейн может ходить, пока не начались роды. Она не знает, сколько прошло времени с их пленения, она сбилась со счёта уже давно и не может понять - прошла неделя или месяц. Алиса рассеянно гладит живот Джейн, чувствуя ответные мягкие удары в ладонь. "Он такой шалун", - улыбается устало женщина, накрывая своей ладонью её ладонь. "Они", - поправляет девушка. - "Ты не жалеешь, что связала свою жизнь с ним?" "Нет, конечно же, нет"… Потом какая-то тварь в обмен на обещание свободы расскажет охранникам, что те две рыжие, что были брошены в "Чистилище" (кто только эти термины придумывал?) - из "Мстителей", одна из них – "Чёрная вдова", а вторая - неизвестно, но тоже опасна: "Вон как глазищами сверкает, уж не Феникса ли дитя?". Начнутся пытки и допросы, будут выяснять их причастность к Сопротивлению, будут готовиться к нападению "Мстителей", сломают Алисе руку за долгое упорствование, начнут уродовать Нат. Их будут притаскивать в общую камеру полуживыми, бросать уставших и раненных на бетонный пол в кучу пленников, а Лео, раз за разом, будет осторожно оттаскивать их в угол и воровать лекарства. И когда они будут на грани того, чтобы окончательно потерять надежду на спасение, ОНИ придут. Герои всегда приходят в последний момент. Нат и Ал поняли это одновременно, ещё до начала переполоха, как природа понимает, что близится весна, как птицы понимают, что время возвращаться домой. Тогда на второй план ушла боль, осталось только предчувствие боя, смешанное с агрессией. - Лео, проснись, - Наташа трогает мальчика за плечо. – Помоги Джейн одеться. - Что случилось? – потирает он глаза спросонья. - Мы скоро выберемся отсюда, - с какой-то безумной искрой в глазах почти рычит Алиса, фиксируя тряпками руку, чтобы не мешалась. Начал мигать никогда не выключаемый свет, затем и вовсе потух. Неожиданно откуда-то полилась знакомая музыка, раздались крики за железными дверями, запахло гарью. Все, как и мечтала Алиса, засыпая под боком Джейн Фостер, слушая её дыхание и стук двух крохотных, как бабочки над цветами, сердечек. Крики, взрывы, мешанина почуявших свежий воздух людей за пологом их жилища. Заканчивается одна песня и тут же начинается вторая. Ал втягивает носом воздух, рвущаяся на волю сущность Шутер беснуется в своей клетке, ждёт выхода, жаждет крови. Краснеют глаза, по телу проносится предвкушающая дрожь. У неё нет оружия, но она сама оружие, добыть бы хоть кусок трубы или даже нож, осколок стекла, что угодно и она сможет вырваться из любой засады. Но сейчас не нужно думать о себе, за ней беременная женщина и ребёнок. Кажется, это первый раз, когда она чувствует ответственность за кого-то более слабого, чем она сама. Не важно, сколько силы, главное - сколько храбрости. - Шутер? – спрашивает Вдова. - Скоро… - скалится та. – Я уже чувствую ветер. За большой железной дверью нарастает грохот и… резко всё стихает, даже не крутятся песни Старка. Включается свет. Напряжение в воздухе можно резать ножом. Во взглядах людей недоумение и отголоски паники, только скрывшиеся в углу, прижавшиеся друг к другу, четверо знают, что это затишье перед бурей. В мгновение дальняя стена рассыпается под огненным натиском, в образовавшийся пролом въезжает танк со звездно-полосатым флагом Сопротивления на боку, вбегают люди из повстанческой армии. Значит, это был лишь отвлекающий манёвр: Старк подключился к системам, Халк устроил дебош перед главным входом, прорвался внутрь, отвлекая на себя внимание. Вот что значит Старая Школа! Этим приёмам сотни лет, а они ещё действуют. Словно лист бумаги сминает дверь Халк, рычит громко, но радостно, он уже чувствует, что нашёл своё сокровище. Нашел тех, кто так ему дорог. И тогда Алиса подхватывает под локоть Джейн и тащит её изо всех сил вдоль стены к разбушевавшемуся Великану. Под другую руку женщину держит Наташа, а в неё мёртвой хваткой вцепился испуганный Лео. - Халк! – кричит она, стараясь дозваться до него сквозь шум толпы и новый шквал огня. – Халк! Он откликается, наконец замечает их и нагибается, приближает лохматую голову к трём женщинам и одному мальчишке в красном плаще. Шутер виснет на его шее и тянется к уху, он должен её услышать, он должен защитить Джейн. - Халк, я доверю тебе сокровище. Возьми эту женщину и отнеси в наш дом как можно скорее. Только осторожно, понимаешь, Халк, очень осторожно, она такая хрупкая. Кроме тебя этого никто не сделает. - Халк сделает это для милой девочки! – басит Великан, но даже в этом шуме они слышат тихое "Ой!" Фостер. Алиса оборачивается и видит сырой подол её платья. - Простите, но я, кажется, рожаю, - с бодрой улыбкой говорит она, предчувствуя скорые схватки. По громкой ругани (ещё по недоуменно застывшему рядом Халку, но это не так важно) их и находит Стив. Он быстро оценивает ситуацию, вооружает девушек, отдаёт несколько приказов Тони, помогает Лео забраться на шею Халка, а Джейн – на его руки. - Халк, неси их домой как можно быстрее, потом нам понадобится Беннер. А мы отступаем, - он повернулся к Наташе и Алисе. - Немедленно, - добавил он в микрофон, видимо Старк пытался возразить. - Ребята из Сопротивления закончат работу. После суматошного, но громкого побега из плена, где они, оказывается, были около двух недель, пока Капитан собирал отряд из бойцов Сопротивления и готовил план освобождения. После безумного переполоха вокруг кричащей Джейн, до тех пор, пока Беннер не крикнул во всю мощь лёгких, успокаивая мельтешащих вокруг роженицы людей. После радости появления новой жизни они решили, что всё закончилось хорошо. Алиса вообще всё плохо запомнила, кажется, она отключилась, когда ей в руки попала Шальная. Стив рассказывал, что она дралась как зверь, даже со сломанной рукой, с преследующими их солдатами и Стражами, сидела возле Джейн, поддерживая её, а едва начался сам процесс – обмякла и грохнулась в обморок. Но им удалось спасти много приговорённых к казни, в очередной раз "подпалить бороду" генералитету, уничтожить "бывшего" Тора, чтобы и тело их лучшего друга и соратника обрело вечный покой. Рядом спал дочиста отмытый, переодетый и сытый Лео, верно охранявший покой своей любимицы Джейн, в импровизированных колыбельках, подвешенных под потолком, сладко сопели мальчики-близнецы. Неужели и в этом мёртвом мире может быть торжество жизни? Травма Ал заживает плохо, слишком серьёзная, не вовремя была оказана квалифицированная помощь, и Брюс с грустью делает вывод: "Ты больше не сможешь стрелять", и, заметив безумную тоску и боль в её глазах, тут же добавляет: "Возможно". По ночам Ал осторожно выводит Леонарда смотреть на звёзды, о которых часто рассказывала Джейн. Лео восхищенно застывает под бриллиантовой россыпью на бархате. Это единственная роскошь, что доступна им сейчас. Лео рассказывает о Радужном мосте, о котором знает от Джейн, о том, каким горячим поклонником Тора он был и как разочаровался в своём герое, когда этот самый Тор с безжизненными глазами унёс его в то страшное место. Алиса рассказывает ему о Клинте, о Наставнике, о том, как стала "Мстителем". Она думает, что они в чём-то похожи, оба были поклонниками героев, и оба, в конце концов, потеряли свои примеры для подражания. Но им нужно сохранить веру в этот идеал, потому что это всё, что у них осталось. Алиса думает, что больше не может стрелять, но она ещё не знает, насколько щедро отблагодарит её Один за спасение невестки, наследников и сына… *** - Мисс, вы же понимаете, что не можете сидеть здесь вечно. И что вы вечно не сможете бегать, - тихо добавляет Джарвис, в голосе слышится смешок, когда она находит у двери ещё тёплый обед с запиской: "Съешь меня". - Понимаю. Но в команде героев нет места чудовищу. Ей ничего не нужно – ни подарков, ни жалости, ни любви. Ни признания, ни силы, ни жизни, ни смерти. Не нужна тишина или русская музыка стиля фолк-рок. Только пусть самый меткий лучник в мире никогда не промахивается, даже с закрытыми глазами и больше никогда не грустит. И пусть в глубине Вселенной рождаются новые и новые миры для астрофизика Джейн Фостер и парнишки с красивым именем Лео, который всегда был влюблён в звёзды. Пусть…